Дело в огне

Паромная переправа Милуоки – Маскегон встретила их почище раззявленной пасти, поневоле приходили ассоциации с картинами Иеронима Босха, когда символическая хтонь пачками пожирает грешников, только вот сейчас у этой самой хтони был вид огромного бело-зелёного парома, похожего на плавучий многоэтажный гараж с окнами. Несмотря на то, что путники прибыли на переправу рано утром, пришлось потрудиться, прежде чем загнать туда трейлер, и то местные работники заворчали, мол, занимает много места, но в итоге дело было уже сделано, и Эстер как раз могла отдохнуть. От Седоны они добирались до сюда пять дней, можно сказать, установили рекорд, и откуда только брались силы? Казалось, Фрилинг всеми силами хочет доказать Абаддону то, что она в состоянии справиться с любой дорогой, будучи за рулём, но в итоге джиразин всё же уговорил её срезать путь на пароме, хотя и сам был не в восторге от того, что очень скоро под его ногами будет не земля, а вода. Нет, Кифа, разумеется, подобное не пугало, да и в этом теле было гораздо более привычно, нежели в тушке девятилетки из начала XVIII века, но всё равно... Пока Эстер ушла проверять, как там расположился Дроп, которому по определению путь на верхнюю палубу для пассажиров был заказан, Абаддон делал всё возможное, дабы унять нараставшую панику от того, что земля начинает удаляться, сменяясь самым настоящим пресным морем, бескрайней свинцовой плоскостью воды до самого горизонта, чьи волны только на взгляд простака казались безобидными, умудряясь создавать пусть и умеренную, но качку даже на столь огромном судне. Чайки, словно неприютные души, сопровождали паром от самого порта, и их тоскливые ноющие звуки как-то не прибавляли ни мужества, ни уверенности. – У тебя так кровь в пальцах остановится, – вернувшаяся Эстер мягко положила ладонь на его руку, судорожно вцепившуюся в поручень, – Всё хорошо, я уже рядом. – Я в порядке, – кроме непосредственно волнения, так оно и было, так что Абаддон даже насилу улыбнулся, – Как там пёс? – Посуетился немного, сомкнул брови «домиком», опечаленный, что мы не берём его с собой, а потом со вздохом лёг на лежанку, мол, ну раз ушли, значит, ушли. Я рассказывала, как однажды оставила его на Томаса, когда уезжала сдавать экзамены? Меня два дня не было, а Дроп в итоге даже навстречу не выбежал, стоял издалека и смотрел с таким видом, будто мы с ним не знакомы. – А тебе точно вручили собаку, а не кошку? – этот пример вызвал смешок, и джиразин почувствовал, что ему действительно полегчало. Ветер переменился, и с нижней палубы донёсся сладковатый запах жареной еды, ничего замысловатого: картофель фри, гамбургер, наггетсы. Паре пассажиров, стоящих чуть поодаль, однако же, не полегчало, лица их были цвета молодой зелени. До этого безмятежно парящая чайка резко спикировала вниз, а затем стремительно набрала высоту под негодующие вопли чьего-то шкета, таща в клюве красно-белую упаковку фастфуда, которую, однако же, тут же принялись отбивать её не менее голодные сородичи. Вниз полетели куски булки и ошмётки салата. – Какие наглые! – несмотря на прошедшие годы, Эстер оставалась всё такой же любознательной, и живо реагировала на любые изменения в этом мире. Удивительно, но эти пять дней, пока они сначала перемещались по уже знакомой пустыне, а после и по равнинам, в основном были проведены в молчании, казалось, язык обоим и не требовался, лишь звериное тепло, которое они пригревали между своих тел на узкой кровати. Порой они принимались играть в игру «Что видно снаружи», попросту бросая что-то вроде «ферма», «скотобойня», «поле», «кукуруза» и так далее, что неизменно вызывало здоровый взрыв хохота Эстер. – Аб, я тут поняла, что ни разу не спрашивала тебя о твоём отце, – вдруг проговорила она, и джиразин, весьма удивлённый, тут же повернулся к ней: – Об отце? – Ну да, и я сейчас даже в толк не могу взять, почему вообще ни разу не уточнила, – девушка сосредоточенно поскребла висок, – Я знаю, что твоя мать отдала весь свой самум, чтобы ты смог жить, однако же ты ни разу не упоминал о своём отце. – А, ну, надо полагать, он у меня был, – Абаддон сосредоточенно нахмурился, – В отличие от джиннов и стигийцев, у нас не так часто образуются семьи в классическом понимании. – Расскажи, – Эстер встала рядом, дабы её партнёру было уютнее, и прижалась к нему боком, так что жадный плеск воды и заунывный гул дизельного двигателя отодвинулись на второй план. – Видишь ли, – оторвав одну руку, чтобы жестикулировать, и действительно почувствовав покалывание в сведённых от судороги пальцах, принялся объяснять Абаддон, – Вклад любого мужчины-джиразина в потомство в плане зачатия минимален, здесь мы не особо отличаемся от людей, вся нагрузка в основном ложится на женщину. Однако же наши детёныши не беззащитны от рождения, они очень быстро учатся ходить и говорить, а также с первого дня способны есть твёрдую пищу, ведь молочных желёз у их матерей нет. Так что даже если отец присутствует в жизни ребёнка, чаще всего это происходит, когда женщина беременна. После, когда юные джиразины учатся обращаться с самумом, их уже воспитывает община целиком, чаще всего есть женские селения, а мужчины бродяжничают, поджидая удобного момента. Мы сбиваемся в стаи и демонстрируем украшения в надежде, что у кого-нибудь из женщин начнётся пора охоты. Грубо говоря, мы не особо безумствуем от гормонов, это всё происходит ситуативно, иначе бы мы уже давно поубивали бы друг друга с такими зубами, когтями и рогами. – Так вот почему ты скорее пассивен, нежели активен в постели, – проговорила Фрилинг, от чего Абаддон даже закашлялся: – Настолько видно? Всё так плохо? – Нет, я лишь пытаюсь понять! Для тебя я, наверное, то ещё испытание, – Эстер быстро погладила его по плечу, на что джиразин фыркнул, покачивая головой: – Ты для меня нечто новое, и хоть у меня нет зашкаливающего либидо Ясира, доставшегося ему от его отца-джинна, поверь, моё сердце принадлежит тебе безраздельно. И остальные части тоже. – А может, это потому, что, как ты говорил давным-давно, ты попросту не можешь считывать мой гормональный фон? – Я бы этого не отрицал, ведьма она ведьма и есть, – приопустив веки, продолжил шутку Абаддон, на что Эстер дружелюбно боднула его головой в плечо, снова прижимаясь: – Засранец. Через пару дней будем уже в Мидфиче, пошли поедим, пусть у нас будет больше сил, чтобы противостоять разносу со стороны моей матери. – Её старший сын обручён с призраком актрисы, как по мне, Кэтрин надлежало бы быть гораздо терпимее, – усмехнулся Абаддон, следуя за избранницей на нижнюю палубу, – Или она думает, что я тот самый пресловутый демон-соблазнитель, а ты вообще ни при чём? – Конечно, как же я могла быть причём, – картинно похлопала глазами Эстер, но вскоре снова широко улыбнулась, – Я полагаю, дело вообще не в тебе, а в том, что после этого приключения я решила покинуть родное гнездо и мчать через всю Америку, у мамы есть ощущение, будто я их бросила, хотя это не так. Так что, вероятно, огребёшь ты в основном за это. И, возможно, за то, что ты слишком хорош в постели, чтобы менять тебя на нормального мужчину, – на последних словах пальцы её изобразили французские кавычки, на что Абаддон, покачав головой, мол, ты неисправима, подошёл поближе к палатке с едой, рассматривая меню. Именно так, без влипания в особые переделки, демон, его ведьма и её пёс и наконец добрались до отеля, проехав по улочкам Мидфича, который за пять лет нисколько не изменился, а всё так же был самым обычным сонным городком. – Кто-то узнал запахи, – усмехнулась Эстер, не без удовольствия глядя на то, как в окно высунулся и Дроп, и Абаддон, – Вернулся в родное место? – Я должен его ненавидеть, поскольку застрял здесь больше чем на триста лет, но по факту это всё равно что моя территория, – даже несколько мечтательно произнёс джиразин, вспоминая о правилах приличия и возвращаясь на место, пока дирхаунд, выставив наружу длинную морду, жадно втягивал новые запахи и вилял хвостом: он уже был здесь вместе с Эстер, был знаком с остальными Фрилингами, и предвкушал новую встречу. – Раньше, чем мы пойдём, знай, – заглушив мотор у ворот, Эстер мягко сжала его руку, – Мама просто волнуется. А когда мама волнуется, она нервничает. – Поверь мне, я в курсе, что из себя представляет нервничающая Кэтрин, – лишний раз успокоил её Абаддон, а затем вышел, помогая открыть ворота на въезд. На подъездной дорожке виднелась другая машина, Абаддону но не знакомая. Это не Джоэл. – Это Бен, – подсказала Эстер, – Он как раз обещал приехать. Припаркуемся и поздороваемся. Естественно, огромный трейлер было видно и из самого помещения, и едва они наконец заглушили мотор, на пороге тут же появилась знакомая фигура владелицы. Всё такая же собранная, с таким же аккуратным хвостом, можно было подумать, что года вовсе её не коснулись, разве что пара морщин пролегла чуть глубже. – О, дорогая, ты приехала, – раскрыв объятия перед дочерью, протянула Кэтрин, прижимаясь к Эстер, а затем долго посмотрела Абаддона. Тот не двигался, стоя на приличествующем случаю расстояния: – Привет, Кэтрин. – Привет, Абаддон, – взгляд у неё был странный, совсем как у тех заложников из малобюджетных фильмов, которых обычно просят моргнуть дважды, чтобы показали, держат тех в плену или нет. Почувствовав неладное, джиразин всё же переспросил: – Что-то произошло? Нечисть шалит опять? – Нет, у нас тут... – по всему выходило, что старшая Фрилинг с удовольствием бы разобралась с бойфрендом дочери, но это вынужденно откладывалось на потом, – Заходите, сами всё увидите. – Вот она! – стоило двери открыться, навстречу к юной Фрилинг поспешил высокий мужчина с аккуратной бородкой, в котором только благодаря интонации узнавался прежний Бен, – Сестрёнка, а у меня такие славные новости! О, и у тебя, конечно, привет, Аб! – Я не разрешал звать меня подобным образом, – грозно сощурился джирадин, так что программист в футболке с цветастым кодом, словно из «Матрицы», остановился, а затем чинно протянул ему руку: – В любом случае, с возвращением. – Нет сил больше держать интригу! – из-за поворота вышла Аннабель, и Эстер искренне думала, что дело в её кибернетическом теле, которое действительно уже было отлажено и двигалось очень даже хорошо, но на самом деле за её спиной... – Познакомьтесь все, – сделав голос на два тона ниже, Бен подошёл поближе, выдвигая из-за силуэта своей призрачной подружки черноволосого мальчика лет восьми от роду, который несколько испуганно обвёл миндалевидными глазёнками новых действующих лиц, – Это Дэмиен. Дэмиен Фрилинг. Сюрприз! – О… Вы с Аннабель решили… – Эстер поначалу замешкалась, но в итоге, как водится, разморозилась из шока первая, присаживаясь на корточки и протягивая несколько зашуганному мальчику руку, – Очень приятно познакомиться, Дэмиен, выходит, я твоя тётя, можешь звать меня тётя Эстер или просто Эстер. Это Абаддон, мой парень, он иногда странно изъясняется и улыбается не так часто, но ты его не бойся. – Приятно познакомиться, – ей навстречу была протянута вспотевшая ладошка, однако девушку опередил нос Дропа, который уже привык иметь дело с детьми на экскурсиях и теперь вышагнул вперёд, виляя хвостом. – Ух ты, у вас есть собака! – глаза мальчика наполнились обожанием, и Эстер, усмехнувшись, уступила дорогу дирхаунду: – Ну вот и прекрасно, надеюсь, вы быстро подружитесь. – Он чудесный, правда? – Аннабель подошла к новоприбывшим, всплёскивая руками, хотя было заметно, что приёмный сын занимает её гораздо больше, – Он умница, мы с ним только что договорились вместе читать Шекспира. – Только не начинай, – мягко проговорил Бен, приобнимая её за талию, на что Аннабель фыркнула: – Как можно, я сама деликатность!.. Вы нормально доехали? Варвар подрос. Последняя реплика актрисы была обращена к Абаддону, который лишь хмыкнул: – И тебе привет, Аннабель. – Приехали! – с верхних ступеней вприпрыжку мчался Натан, и пусть он не мог обнять новоприбывших, однако же тепла это не отменяло, – Ну какова красота! Абаддон, да тебя не узнать! Эстер нам ни одной фотографии не прислала, держала интригу до последнего, ну-ка, повертись, дай тебя разглядеть! – Я тебе зверушка на пилоне, что ли? – пробурчал джиразин, однако же просьба была исполнена. Абаддон уверял себя, что это исключительно знак доброй воли, в память об их днях, когда именно Натан подобрал его в лесу, в итоге приведя в отель. – Пригласили, значит, гостей, а на кухне ещё не пыль столбом, ничего вкусного не готовится, – раздалось со стороны мойки по ту сторону окна, и вскоре внутрь просочилось изящное пигментированное тельце. – Ясир! – мигом с бросив с себя серьёзность, воскликнул Абаддон, загребая его с подоконника. – И он, и я, – Хизер вошла через дверь, тоже попадая в объятья, правда, к Эстер, – Как я рада видеть вас обоих! – Это… говорящий кот, – Дэмиен, всё ещё жмущийся к Бену, правда, теперь ещё и подпираемый радостно пыхтящим Дропом, поднял глаза на приёмного отца, на что тот лишь плечами пожал: – Добро пожаловать в Undervale, дружок, здесь тебя ждёт множество удивительного. – А у нас ещё и не день рождения, – парировала Кэтрин, уже успевшая познакомиться со старым боевым товарищем демона, долгое время жившего с ними под одной крышей, – Но раз все в сборе, стол на веранде накроем. Холодильник итак ломится, надо подъесть немного, что запасли, а уж после и к остальному приступим. Парни, время обеденное, расстелите скатерть, поставьте приборы, а мы с девочками пока салаты заправим. Возражений ни у кого не было, даже Натан отправился вместе с остальной ватагой наружу, пока Эстер, сполоснув руки с дороги, открыла холодильник и обомлела: Ясир был не прав, еды действительно было в достатке, того и гляди, полка рухнет под весом этих угощений: – А мы ещё и стейки привезли, точно придётся что-то подъесть, чтобы поместились. Это мой любимый картофельный салат? – Да, а как же, – Кэтрин улыбнулась, – И паприки побольше, как ты говорила в детстве, чтоб был рыжий, как твои волосы. – А я сыр привезла, – негромко проговорила Хизер, на что взгляд Кэтрин стал грозным: – Опять деликатесов накупила? – Ну неловко же с пустыми руками и в гости, – промямлила афроамериканка, на что владелица отеля, подойдя поближе, ласково погладила её по плечу: – Ты же нам как родная, сама знаешь. – Вот это точно творение Бена, – Эстер извлекла наружу громадный салат «Кобб», нарезанный так бережно, что хоть с линейкой проверяй, и, разумеется, бекон самую малость поджарен, – Брат в своём репертуаре. – Погоди, а то взлетят, – Хизер быстро придержала стремящиеся следом за миской крылышки в маринаде, на что Эстер хихикнула: – Далеко не улетят, всё съедим. – Вечером макароны с сыром сделаю, – глядя на них, мягко проурчала Кэтрин, – Сегодня всё немного... спонтанно, но ты так редко приезжаешь. – Я живу на другом конце континента, – мягко возразила Эстер, на что её мать замахала руками: – Оно, конечно, конечно так. А теперь, раз Абаддон вернулся, есть шанс того, что ты... – Мам, не начинай, – отвлёкшись от выкладывания салатов в миске поменьше, упёрла руку в бок Эстер, – Мы же уже говорили с тобой на эту тему. Если у меня есть трейлер, это вовсе не значит, что я припаркую его рядом с отелем на веки вечные. – Знаю, знаю, своя жизнь, и ещё у тебя учёба, – времена, когда Кэтрин могла надавить на дочь, прошли, теперь в ней скорее чувствовалась суета женщины, которая вот-вот начнёт испытывать синдром брошенного гнезда, – И всё же... ты... Я имела в виду, вы надолго к нам? – Натан предлагает кукурузу в початке пожарить, – на кухню явился Абаддон, и между ним и Кэтрин возникла немая сцена. – Я отнесу, если готово, – выхватив у подруги миску с уже готовым салатом, вовремя эвакуировалась прочь Хизер, и все трое переглянулись между собой. – Ты, – отложив в сторону полотенце, Кэтрин упёрла руки в бока, – Наверное, мне уже поздно спрашивать что-то вроде «Как ты мог?», но учти: сделаешь больно моей дочери – и узнаешь, что такое человеческая ярость. – Ну мам, – хотела было возразить Эстер, однако же на этот раз владелица отеля подняла ладонь вверх: – Я мать, и следить за счастьем детей – моё неотъемлемое право. – Кэтрин, твоя дочь – лучшее, что произошло со мной за время заключения в этом мире, и будь я проклят, если заставлю её страдать, – весьма серьёзно проговорил Абаддон, глядя женщине прямо в глаза. Повисла долгая мучительная пауза, но наконец старшая Фрилинг вздохнула, раскрыла объятия: – Иди сюда, недоделанный ты демон. Спасибо, что вернулся. Она ждала. – Народ, народ! – на кухню прямо через стену вломился Натан, – У нас там начался движ во дворе, и что-то мне подсказывает, что это не аниматор. – Что-то происходит с пространством, – едва выйдя наружу, насторожился Абаддон, и было от чего: Эстер тоже ощутила этот импульс, очень похожий на тот, что был пять лет назад, когда они вместе с Ясиром, оказавшись очень далеко от нужной точки маршрута, решили срезать путь через пространство джиразинов. – Выходи, – сигнатура показалась Абаддону знакомой, только теперь у неё была некая оболочка, и когда на траву заднего двора ступила нога в мягкой туфле, признаться, замерли и Фрилинги, и их гости. Это оказалась невысокая женщина, закутанная в слои тканей так, что её облик напоминал таковой у кочующих жителей пустыни, включая и кожу карамельного оттенка. Пышные волосы были собраны в длинную косу. – Ревекка? – узнав её, взметнул вверх брови Абаддон, – Я не то чтобы не рад тебя видеть, но почему... Почему ты так выглядишь? – За время, что я чинила и подращивала твоё тело, ты рассказал мне о мире людей достаточно, чтобы я решила провести разведку боем и узнать, быть может, где-то здесь найдётся место для моей лаборато… – джинния в человеческом обличье как раз обводила взглядом собравшихся и тут едва ли не вспыхнула, заметив Ясира, – ТЫ! – Ой-ой, мне пора, – попробовал было убежать сиамский кот, но куда там: из просторных одежд помимо основного комплекта рук показались ещё одни, трёхпалые, очень похожие на механические, и Ревекка схватила его и за шкирку, и за лапы: – Ты хоть представляешь, сколько денег ты мне должен?! Лучшее лечение, лучший уход, скажи спасибо, что у тебя вообще всё работает, перелом был неслабый, а потом ты ещё и припёрся заказать вот это вот тело – и снова свинтил, не заплатив! – Я заплачу, правда заплачу, отпусти! – разноцветные глаза сиамца забегали по опешившей толпе, выцепив оттуда Абаддона, – Готов поспорить, что он тоже не заплатил! – Он мне по хозяйству помогал, а от тебя какой толк? Разнёс каждому встречному, что мы любовниками были – думаешь, мне это польстило?! – Ну... Да? – неловко выжал из себя улыбку кошак, на что Ревекка встряхнула его в воздухе: – Нет! И даже не думай говорить, что первый раз я была обязана тебя лечить, потому что тебя пнул боевой бегемот, сделанный мной! – Пощади хотя бы этот сосуд, ты же столько труда в него вложила, – совсем уже сдавленно пробурчал Ясир, на что Ревекка, тяжело выдохнув, действительно опустила кошачье тельце на землю, а затем, отряхнув ладони и поняв, что люди стали свидетелями этой сцены, и наверняка это не лучшее первое впечатление, кашлянула: – Прошу прощения. Как у вас принято говорить? Будь я среди таких же, как я, сказала бы «пусть не гаснет огонь этого дома». Звать меня Ревекка. Могу ли я попроситься к вам на постой? – Что ж, – навстречу гостье шагнула Кэтрин, – Мы рады всем, однако же предпочитаем не селить гостей бесплатно. – Абаддон рассказывал, что в этом здании много чего находится в плачевном состоянии, так что я подготовилась, – из-за одежды появился ещё и длинный хвост, увенчанный аккуратно подстриженной кисточкой, в которой виднелся гаечный ключ, – Я попрошу лишь тихое место, пригодное для моих экспериментов, а за то время, что я здесь буду, обещаю разобраться в местной архитектуре и починить всё, что поддастся починке. – А можно ещё попросить не убивать меня? – мяукнул из-за ног Хизер Ясир, на что взгляд джиннии стал грозным: – О, нет, убивать тебя слишком милосердно, если ты мне не заплатишь – я попросту пересоберу этот твой мешок с костями в другой конфигурации, чтобы шерсть была внутри, а органы – снаружи, и посмотрю, как долго ты сможешь бегать в этом виде. – Я давно знаю Ревекку, и сердце у неё золотое. А вот тебя, Яс, отсутствие оплаты нисколько не красит, хотя я и привык к твоим выходкам, – даже несколько грозно подбоченился Абаддон, на что кошак снова показался из-за подруги, приопуская уши: – Я дезертир и пария, уже давно живу на Земле, думаешь, духам-хранителем положен оклад? А уж по хозяйству помогать с меня взятки гладки, как вы можете видеть, у меня лапки. – Быть может, я смогу предложить вам дельце? – совсем недалеко от того места, где только что вышла Ревекка, пространство заклубилось, но и на этот раз его разрыв был не прозрачным, пышущим жаром джиразинской пустыни, а клубящимся, словно чёрная гарь. Эстер и глазом моргнуть не успела, как до этого весьма решительная джинния опустилась на колени, падая ниц, а рядом с ней в похожей позе распластался и Ясир: – Господин ибн Соломон почтил нас своим визитом! – Да уж, а встречают меня, значит, джинния-выродок и полукровка, никаких тебе пышных приёмов, – годы шли, а высокомерие Саифа никуда не девалось, глаза без век небрежно окинули взглядом собравшихся, и единственное, что последовало от группы людей, так это тихое «Вау», выдохнутое Дэмиеном, ведь он наверняка получил от пары часов здесь больше впечатлений, чем за всю свою недолгую жизнь. – Ну, – взмахнув призрачными руками, как можно дружелюбнее улыбнулся Натан, – Если уж… теперь все в сборе, быть может, отобедаете с нами? В глазах Кэтрин чёрным по белому было написано «ты с ума сошёл», однако же она не могла не признать ловкость этого дипломатичного хода, и, обернувшись к новоприбывшим, сдержанно кивнула, тоже копируя улыбку брата: – И правда. Добро пожаловать в Undervale.