Дело в огне

Абаддон оказался прав, и утро, по крайней мере, часть завтрака проходила в некоторой тишине. Джиразин и Кэтрин оказались по разные стороны стола, и, как ни крути, всё-таки пересекались взглядами. Поневоле демон уже начал придумывать мало-мальски пригодный для отражения атаки ответ, что-то вроде «Твоей дочери попробуй не уступи, ну посмотри на меня, какой из меня герой-любовник?». Тело – молодое, крепкое, сильное, настоящий шедевр, – впрочем, подыгрывать не собиралось. Если бы был хоть немного более тонкокостным, не настолько пышущим жизненной силой, возможно, оправдаться получилось бы гораздо легче. С другой стороны, а за что ему оправдываться? Люди иногда делают просто неописуемый шум из ничего, подумаешь, в корне безуспешная попытка зачатия, никто же не умер. Даже все довольны были, кроме, разумеется, Кэтрин. На этот раз с ними за столом была Ревекка, Натан вертелся где-то рядом, его так и подмывало озвучить желание, но уже сложилось, что завтрак проходил в тишине, разве что Эстер повертела головой в самом начале: – А где Хизер? – Она прямо за компьютером заснула, я её пледом укрыл. Мне показалось, что она вчера всю ночь просидела, – пояснил Бен, приканчивая собственный тост. – Пусть спит, ты всё сделал правильно, – похвалила сына Кэтрин, и тут, явно к неудовольствию Абаддона, рот открыл Ясир: –  Хочу тебя поздравить, брат, ты у нас больше не пустынный аскет, мне понравились эти ваши кошачьи вопли. – У тебя за душой вообще есть хоть что-нибудь, кроме еды и спаривания? – резонно спросила Ревекка, на что кошак, опёршись на задние лапы, развёл передние в практически человеческом жесте пожимания плечами: – Чего же ты хочешь? Я кот! И вообще, я тут комплименты раздавал, а ты делаешь вид, будто это что-то плохое. – Ну, если подумать, – джинния чуть заметно нахмурилась, а затем повернулась не к Абаддону, а к Эстер, – Его новый сосуд не даёт осечек? Технические характеристики исправны? Если надо, я могу подкорректировать. – Всё в полном порядке, спасибо за... проделанную работу, – Эстер не совсем понимала, как на это реагировать, но наружу рвался хохот, однако же взгляд Кэтрин, прожигающий, словно лазерный луч, не давал ей такой вольности. Неизвестно, чем бы это всё закончилось, если бы к столу не подтянулась пусть и сонная, с набрякшими мешками под глазами, но торжествующая Хизер, потрясая планшетом: – Вы чего не разбудили? Я вам такое нашла! Правда нашла! Вот! Смотрите. Завтрак было временно отодвинут на второй план, и все причастные сгрудились поближе, дабы посмотреть, что значилось на небольшом экране. – Это… – прищурился Натан, – Какая-то местечковая газета, правильно? – Да, свежий выпуск, буквально вчерашний, у них там проходит фестиваль, городок называется Брэнсон, это в Миссури, – оживлённо затараторила Хизер, и палец её пару раз постучал по фотографии, в центре которой виднелся светловолосый мужчина, которому можно было дать от тридцати до сорока, довольно бодро улыбающийся в камеру. Заголовок гласил: «Шестикратный победитель фестиваля Peach & Moonshine Jamboree в очередной раз доказал своё лидерство». – Я не хочу тебя обидеть, – между человеческих тел протиснулась пигментированная мордочка Ясира, – Но господин ибн Соломон попросил нас искать странные случаи, а не молодчиков, которые умудряются стоять на ногах после принятия на грудь убойной дозы персикового самогона, хочу я не могу не признать, для человека это достижение. – Я очень сомневаюсь, что он человек, – включив режим двух окон, Хизер живо переключилась с цветной газеты на совершенно старую, пожелтевшую, в углу которой значилось, что она выпущена в период после Второй Мировой, – Так уж получилось, что этому фестивалю много лет, но он популярен, в тот год сделали фото, и вы только посмотрите, кто был победителем сорок седьмого года. – Да быть не может, – воскликнул Бен, – А это точно не его... Не знаю, дед? – Если это его дед, то у их семейства довольно любопытный выбор имени, ведь, если я правильно поняла, его зовут Энав. – Ха-ха, если это действительно его имя, то прикольный каламбур, Энав, которому никогда недостаточно, – сверкнул зубами Ясир, но тут уже вмешался Абаддон: – Люди столько не живут, не меняясь внешне. Это действительно то, что нам нужно. А мне одному кажется, что он какой-то... – Противно чистенький, да, – задумчиво проговорила Ревекка, которая, хоть и не подошла к общей толпе, склонилась с другой стороны стола, тоже разглядывая фотографию, – Странные ощущения. Таких я не видала. – То есть вполне может быть, что это не демон? – оживился Натан, на что на него поднялись медовые глаза джинни: – Как наш господин и сказал, порой Земля является прибежищем для многих существ, и до тех пор, пока мы с ним не встретимся, сказать наверняка, кто он, нельзя. – Но он-то наверняка точно знает, что необычный человек, – решив, что любые виды расправы можно и отложить на потом, пробормотала Кэтрин, на что Эстер кивнула: – Нам нужно собираться в дорогу, если фестиваль был только вчера, возможно, он ещё там. Я сомневаюсь, что с такой продолжительностью жизни можно обосноваться на одном месте, всё же у людей возникнут вопросы. Так что, если мы хотим его застать, стоит поторопиться. Ревекка, тебе достался артефакт, призывающий Саифа, ты нам поможешь? – Если вы правда считаете, что напали на след, и хорошо всё обдумали, тогда беспокоить нашего господина уместно, – коротко проговорила джинния, и молодая Фрилинг только теперь поняла, что расчёт Саифа относительно того, кому вручать ту самую маслёнку, был просто виртуозным. – Это так круто, ты как настоящий детектив, – тихонько проговорил тоже сунувшийся на общее собрание Дэмиен, на что афроамериканка, улыбнувшись, потрепала его по волосам: – Хочешь со мной? – А можно? Я не помешаю? – Конечно нет, одна голова хорошо, а две – лучше, особенно если тебе интересно, – Хизер мягко прижалась к Эстер, которая обняла её в знак благодарности, а затем указала на ещё не просмотренные файлы на планшете, – Пойдём вместе полистаем, уступлю тебе компьютер. – Признаться, я даже нервничаю, – когда портал Саифа был призван, проговорился Абадон, но ответом ему послужила лишь задорная улыбка Эстер: – Что сказать? Приключения начинаются, и мы следуем их зову! Брэнсон, Миссури, встретил их в состоянии некоего разлада, который обыкновенно бывает, если сонный городишко принимает слишком большое число посетителей, устраивающих на его улицах фирменную вакханалию. Тёплый, влажный воздух, отгонявший невнятные обрывки этикеток, конфетти и обёрток от фастфуда, пах прелой травой и сладкой фруктовой гнилью. Мейн-стрит усеивали когда уже потрёпанные, а когда и вполне целые ярлыки от бутылок, на паре столбов колыхались обрывки плакатов с мультяшным персиком в ковбойской шляпе. Город потихоньку приходил в себя, ухо Эстер уловило звук газонокосилки и скрип качелей на детской площадке – похмелья проходило, люди возвращались к привычной рутине. Очень жаль, что они не знали об этом раньше, быть может, можно было вчера... Но нельзя же получить всё и сразу. Привкус Четвёртого июля, тот, из прошлого, после того, как они с Абаддоном впервые поцеловались в Техасе, замер у неё на губах и добежал до самого сердца. Ничего страшного, будут ещё праздники. – Возможно, вон там есть кто-то, кто подскажет нам, где его искать, – Абаддон, гораздо лучше ориентировавшийся в конкретных деталях, указал на бар, из открытой двери которого неслись не особо бодрые звуки рок-н-ролла. – Как тут много персиков в дизайне, – увидев неоновую вывеску с розоватым силуэтом пресловутого фрукта, которая была выключена на время дня, усмехнулась Эстер, – Похоже, и правда часть культуры. Их встретил уютный полумрак, слегка пахнущий дезинфекцией, сладким сиропом и ноткой перемолотого кофе, который исходил от мешочков у самого входа – любой желающий мог взять отработанный жмых и использовать его, например, для удобрения комнатных растений. Кроме бармена, пожилого мужчины в клетчатой рубашке, сосредоточенно протиравшего стойку тёмного дерева, посетителей в такой час не виднелось, однако же он быстро отреагировал и, стоило гостям сесть, подал им меню. – Здравствуйте, – вежливо обратилась к нему Эстер, – Мы ищем человека по имени Энав. Он – победитель вчерашнего фестиваля. – Энава, вот как, – бармен отвлёкся от протирания объёмного стопа пивного бокала и хмыкнул, – Вечно его кто-то ищет, будь у него телефон, я бы, пожалуй, соорудил бы тут горячую линию. Поклонницы, профессора медицины, кредиторы, бывшие… Кому он должен на этот раз? – Мы не из служб, просто хотим поговорить, – сухо прервал его обсуждение Абаддон, – Где мы можем его найти? Бармен, на чьём латунном бейдже значилось имя «Ллойд», наконец вздохнул: – Энав в такое время? Спит как убитый, возможно, подрабатывает на каком-нибудь ранчо поблизости, но вполне возможно, что заглянет на кофе. Хотите чего-нибудь, пока ждёте? У нас тут есть фирменный кофе, «Рассвет над Миссури», с персиковым ликёром, если охота безалкогольного, есть и такое, даже с электролитами, мало ли, фестиваль прошёл, а вы за ЗОЖ, – последнее было произнесено с некоторым презрением, однако же хорошо замаскированным заботой о клиентах. – Я бы не отказалась от кофе, – Эстер оглянулась на Абаддона, но тут почувствовала некий импульс со стороны двери, не враждебный, а попросту... Другой. Странное ощущение, как если бы пёрышком пощекотали между лопаток, нечто совершенно новое. Ллойд, только что закончивший протирать бокал, однако же, просиял: – А вот и он! Лёгок на помине. Уже жрёт, тебе хоть что-то вредит в целом свете? Может вырубить так, чтобы ты ещё отходил пару дней? – И тебе привет, Ллойд, – раздался мягкий баритон, и что Абаддон, что Эстер повернулись в нужную сторону. Энав оказался довольно высоким, скорее жилистым, нежели мускулистым, лицо у него было открытое, с небесно-голубыми глазами, поразительно не загорелое, если он действительно был работником ранчо. Брендовая фланелевая рубашка, потёртые джинсы, знававшие лучшие времена, удивительное сочетание дорогого и дешёвого. Из-за светлых, словно зрелая пшеница, волос на плече выглядывала точёная головка, увенчанная жёлтым клювом – скворец, похоже, питомец, а венчала всю эту композицию коробка с пончиками, один из которых Энав жевал прямо на ходу. – Я тебе со скидкой такие классные пончики с персиковым кремом урвал, сам знаешь, их только раз в году делают, – пройдя вперёд, блондин, однако же, замер, затем посмотрел на Абаддона, можно было подумать, тоже ощутил чужеродный импульс, но затем несмело улыбнулся, – И твоих гостей угощу... А вы же не с биржи труда, правильно? И на налоговиков не похожи. – Это Вы Энав, победитель местного конкурса «Железная печень»? – Эстер с огромным трудом соблюла вежливую формулировку, потому что при приближении казалось, что этому человеку нет и двадцати, возраст плавал, зависел от того, как ты на него посмотришь. – Генрих! Генрих шестнадцатый! – вдруг чётко выкрикнул скворец, заставив Абаддона дёрнуться, и звавшийся Энавом мягко рассмеялся: – Простите, он всегда представляется после меня. Всё верно, я именно тот, кого вы ищете. А чем обязан? Или вы в курсе... – он перешёл на интригующий шёпот, – Что я знаю, где подтырить пончики по акции? Не выдержал, Эстер фыркнула. Несмотря на это чужеродное ощущение, возникшее поначалу, она чувствовала, что перед ними рубаха-парень, явно не желающий никому зла, а попросту... живущий столько, сколько ему положено. – Эй, Ллойд, сделай милость, запиши заказ этих ребят на мой счёт. А мы займём столик, – решив, что настало время поговорить чуть дальше от посторонних ушей, Энав в действительности приземлился на выбранное место в самом углу бара, маня за собой и новых знакомых, – Моё имя вам известно, будет ли мне дозволено узнать ваши? – Я Эстер, а моего парня зовут Абаддон, и, чтобы не быть голословной, вот, – решив, что одно изображение будет красноречивее всяких слов, Эстер показала копию газетных заметок в телефоне. Новый знакомый ненадолго замер, приподняв брови, однако отпираться всё же не стал, лишь хмыкнул: – Удивлён, что цифровизация добралась до такого старья. Так и чем могу быть полезен? – Ты непростой человек, и наверняка сам об этом знаешь, – опёршись на локти, наклонился к нему поближе Абаддон, – Мы с Эстер и ещё с парочкой энтузиастов занимаемся... Коллекционированием таких случаев. – Я надеюсь, что меня не будут вскрывать или типа того? – он вроде бы и шутил, но при этом был насторожен, от чего Эстер замахала руками: – Нет, всё гораздо проще... Или сложнее, это как подумать. Кто ты? – Плод любви, как и все мы, – достав из коробки очередной пончик, Энав сунул кусочек скворцу, а после откусил сам, пододвигая подношение новым знакомым, – Если следовать истории моего отца, тоже многократного победителя этого самого фестиваля, однажды, когда он был близок к смерти, на его порог явилась прекрасная светловолосая незнакомка, а он, пусть и был практически в отключке, возьми да и плюхнись перед ней на колени с воплем о том, что она – настоящий ангел, и он не видел никого прекраснее, даже пить бросит, если она останется рядом с ним. Месяцы жизни в утробе я помню плохо, знаю лишь с рассказов отца, что однажды незнакомка исчезла, а спустя девять месяцев на его пороге оказался я, несколько недовольный отлучением от матери. – Твоей матерью была ангелица, – Абаддон даже ноздри раздул, – Никогда бы не подумал, что они всё ещё так делают, вроде бы в древности некоторые чины спускались к земным женщинам, но чтобы наоборот... Это многое поясняет. И срок жизни, и… регенерацию тоже. Судя по заметке в газете, ты вчера выхлестал столько самогона, что даже бык бы издох, но сегодня вот в состоянии ходить и разговаривать. – Каюсь, грешен, – она слегка отклонился, разрешая бармену поставить их кофе, а затем, приподняв одну из кружек, салютовал новым знакомым, – А вы кем будете? Полукровки с демонами? – Он демон, а я его ведьма, – окончательно растаяв что от манеры, что от кофе, что от пончиков, усмехнулась Эстер, на что глаза нового знакомого блеснули: – Вау! Никогда бы не подумал, что найду кого-то похожего на себя! Ну, не очень-то похожего, но с теми же… специфическими проблемами. Скажите, что вы что-нибудь умеете, а то единственное, в чём моё достояние, так это в долгой жизни и умении переваривать алкоголь в неограниченных количествах. – Если я захочу, я метаю фаерболы, – весьма довольно произнесла Эстер, и Энав только что в ладоши не захлопал, как ребёнок, которому показали фокус с доставанием монетки из-за уха: – А можно будет посмотреть? – Не хочу прерывать ваше щебетание, – Абаддон чувствовал не ревность, а скорее, оторопь от того, что эти двое так быстро нашли общий язык, а потому кашлянул, – Энав, дело в том, что мы намерены предлагать с таким, как ты, мир, населённый подобными существами. Для этого нас и наняли. По идее, тебе самому нужно поговорить с Саифом, поскольку я не знаю, он говорил о всевозможных полукровках демонов, но вот об ангелах – ни слова. – Интересно, не хочу его расстраивать, но мне очень нравится на Земле, я здесь родился и стараюсь приносить пользу, по крайней мере, настолько, насколько могу, – он снова взялся за пончик, пачкая нос в пудре и умудряясь ещё и отщипывать воздушное тесто скворцу, – Впрочем, не отрицаю, я уже засиделся на одном месте. Мне собраться – только подпоясаться. Можно будет переехать поближе к вашему шалашу, по крайней мере, до тех пор, пока не обсудим все вопросы тех, кто не от мира сего? – Можно, – ни секунды не думая, быстро ответила ему Эстер, – У моей мамы целый отель. Если не будешь создавать проблем – живи сколько хочешь. – Проблем не будет, юная леди, – он сделал официальное выражение лица, от чего молодая Фрилинг рассмеялась, и улыбнулся ей вслед, – Мало того, вполне возможно, что я захочу примкнуть к этому вашему отряду энтузиастов, вы оба кажетесь мне очаровательными. А вы... Как бы это сказать, демон и ведьма с привилегиями или именно что в отношениях? – В отношениях, – тон Абаддона был ледяным, на что нефилим тут же поднял руки на уровень плеч: – Ни в коем случае не собираюсь отбивать твою девушку, приятель, мне это только для понимания общей картины. – Если собираешься свалить, расплатись, – постучал по меловой доске со своего места Ллойд, и Энав закатил очи горе: – А может, давай мы с тобой посоревнуемся, кто выпьет больше персикового шнапса, и если я выиграю, тогда... – Нет, второй раз я на это не поведусь, приятель. – Ну Ллойд, я же тебе всё выручку делаю, клиенты приходят, смотрят на меня, как на диковинную зверушку, неужто же ты не сделаешь скидку старому товарищу в честь начала его новой жизни? – Плати, – снова донеслось из-за стойки, на что блондин, изобразив практически подростковое закатывание глаз, полез за весьма потрёпанным кошельком, вытаскивая оттуда две засаленные купюры: – Хорошо, хорошо, что называется, в новую жизнь без долгов... Кстати, я так и не спросил, а куда мы направляемся? – В Мидвич, Массачусетс, – очень радостная от такого расклада, снова улыбнулась Эстер, на что её новый знакомый присвистнул: – Ого, в Мидвиче мне ещё бывать не приходилось. Ну да куда не пойди – везде живут люди, и везде есть годная выпивка. – Спасибо за кофе, – Абаддон отставил чашку в сторону, снова глядя на полукровку, – Нам нужно подождать, пока ты соберёшь вещи? – А у меня всего-то и вещей, – она встал, хлопнув себя по карманам, от чего скворец ненадолго вспорхнул с его плеча, но затем снова приземлился обратно, кутаясь в волосы хозяина, – Всё, что на мне – вот и все мои вещи. Готов отправляться в этот ваш Мидвич в любую минуту! Только это долго, практически через все штаты, вы на машине или как? – У нас есть портал, – интригующе скрючила пальцы Эстер, и на лице полукровки снова расцвела улыбка, очень похожая на таковую у вечного ребёнка: – Вот так дела! Кто бы знал, что это утро принесёт мне столько неожиданностей! Ну всё, теперь я заинтригован вдвойне, слышал, Генрих? Мы отправляемся в Массачусетс! Абаддон хотел было спросить у Эстер, действительно ли она уверена, но блеск в глазах девушки говорил сам за себя, и джиразин, вздохнув, протянул новому знакомому ладонь для рукопожатия: – Что ж, добро пожаловать к нам, надеюсь, подружимся. – Непременно подружимся, – рукопожатие его было крепким, очень тёплым, и нефилим всячески старался заглянуть собеседнику в глаза, – Если дадите мне хоть какой-нибудь алкоголь и сироп, я вам такие коктейли намешаю, любая вечеринка в гору пойдёт! А ещё я весьма неприхотлив, укажите мне на угол – буду спать в углу, что дадите – то и буду есть, как скажете – так и отработаю свою еду, в рамках приличия, конечно, а то бывали случаи. Вы мне, главное, скажите, когда приду, кого надо обаять и чьи ручки целовать – и я точно справлюсь! – Насовсем его забираете? – высунулся из-за барной стойки Лойд, когда они уже подходили к выходу. – Вроде того, – усмехнулась Эстер, однако же было заметно, что здесь, несмотря на ворчливость бармена, Энава всё-таки ценили. – В добрый путь, парень, – последовало ещё одно рукопожатие, на этот раз нефилима с хозяином заведения, и, как только путники вышли под начавшее припекать августовское солнце, полукровка, всей грудью вздохнув местный воздух, повернулся к новым знакомым, сияя улыбкой: – Всё, это место осталось в моей памяти навсегда, готов обзаводиться новыми впечатлениями.