Дело в огне

Если Лоуренс-Кросс когда-то и был свежевыстроенным городком, то теперь его изначальный цвет практически не идентифицировался: он был словно выгоревший скелет животного, на чьей главной улице процветали одноэтажные кирпичные фасады XIX века с высокими витринами, многие из которых были заколочены. Самым ярким пятном пейзажа было новенькое здание колледжа из стекла и стали, похожее на приземлившийся на пару минут инопланетный корабль, да ещё и пара ухоженных викторианских домов, наверняка содержавшихся такими же сумасшедшими энтузиастами, как Кэтрин Фрилинг, которая помирать будет, но всё равно возьмёт в руки микрофибровую тряпку и пойдёт протирать пыль. – Да это же «Кросс Грейн», – Энав указал в нужную сторону, и его попутчики не сразу сообразили, что он показывает на разместившиеся в окраине гигантские ржавеющие элеваторы, памятники ушедшей аграрной мощи. Ветер в лица дул настолько сухой, что казалось, кожа начинает шелушиться от первого же порыва. По основательно нагретому асфальту, подпрыгивая, словно кролик, промчался пакет из супермаркета с дырой на боку. – Что ж, изменять традиции мы не будем, – Эстер подбоченилась, и Абаддон, проследив за её взглядом, обнаружил местную закусочную, чья табличка гласила о том, что называется сие «Ураганный угол». – Мне нравится твой настрой, дела подождут, – тут же закивал Энав, – Это прекрасная идея – пробовать новое в тех местах, где ты ни разу не бывал. – Я однажды расскажу тебе о нашем с Абаддоном путешествии, так ты охнешь от того, что мы с ним перепробовали по дороге, – проговорила молодая Фрилинг, на что полукровка сверкнула улыбкой: – То есть помимо ваших основных упражнений, слышных по ночам? – Не веди себя как Ясир, – осуждающе покачала головой Хизер, на что Эстер, однако же, разразилась здоровым хохотом: – Да всё в порядке. Идёмте, не терпится попробовать, чем тут угощают! Несмотря на то, что внутри пахло перезрелой кукурузой, а также растительным маслом, которое уже надлежало сменить, дабы оно справлялось со своими прямыми обязанностями во фритюре, еда и напитки оказались более чем достойные. Вскоре на их столике стояла особая торнадо-картошка – спирально нарезанный и обжаренный во фритюре картофель с соусом чеддер, гигантский сэндвич с говядиной, луковыми кольцами и маринованными огурцами и «Пыльная буря» – коктейль из местного вишнёвого лимонада и взбитых сливок, густо посыпанный сверху молотой корицей. – Главное, чтобы мы после этого сохранили способность шевелиться, – пробурчал Абаддон, принимаясь за еду. – Кто знает, может, в следующий раз мы вообще будем сидеть за каким-нибудь холмом в попытке изловить этих тварей, – резонно заметила Эстер, и тут перевела взгляд на Хизер, которая напряглась, – Что такое? – Да мы с вами ничего с собой не взяли, – девушка рассеянно помогала, разве что хлопая себя по сумке, где размещались некоторые распечатки бумаг и планшет, – Неужели этого будет достаточно? – Если они разумны, сможем с ними поговорить, – принялся успокаивать её Абаддон, – А если нет, то вступим в схватку. – В любом случае, на месте и определимся, ведь нет у нас списка вещей, обязательных для ловцов всяких тварей, – развела руками Эстер, подталкивая подруге коктейль, – Поешь лучше, тебе-то прямо скажем, положено, иначе мозги варить не будут. – Мои мозги вообще не отключаются, – с намёком улыбнулась Хизер, но за еду всё же принялась. – Скажи лучше, где назначена встреча с этим самым Лиамом? – спросил Энав, на что афроамериканка поправила очки в привычном жесте: – Здесь есть некий музей Великих равнин, он написал, что будет сегодня там. – Точно Лиам написал, или ты сама захотела туда попасть? – с намёком приподняла бровь Эстер, на что лучшая подруга смущённо почесала затылок: – Ну… Немножко и я тоже, ведь музей – это так познавательно. Знали бы, как мальчик обрадовался, что мы даже можем встретиться и не назвали его снимок выдумкой. – Не хочется цитировать Бена, но правда, это они отель «Undervale» не видели, – покачала головой Эстер, в пару укусов приканчивая сэндвич, – Всё, готова к приключениям, полный бак! Музей подходил в качестве места встречи как ничто другое, ведь раз городок в постоянном порядке страдал от ураганных ветров, и каждый житель должен был знать, как это наказание образуется и что именно с ним делать. Увидев, как засверкали глаза Хизер, Эстер переглянулась с Абаддоном, мол, мы здесь застряли, на что тот лишь хмыкнул, ведь человека, заболевшего наукой, не переделать. – Вы только посмотрите, снаружи выглядит гораздо более обшарпанно, чем изнутри, у них явно хорошая научная база и есть спонсоры, – Хизер кружилась на месте, словно человек с синдромом Стендаля, разглядывая красочную лепнину на стенах и величественно вращающиеся в хороводе модели торнадо, появлявшиеся ровно тогда, когда посетители подходили к экрану, – Можно я здесь останусь? – Нет, нам жизненно необходимо, чтобы ты была с нами, – в деланно картинном жесте вцепилась в её запястье Эстер, и обе подруги рассмеялись. – А я, кажется, вижу нашего фотографа, – Энав указал в нужном направлении, и всё оказалось именно так: возле витрины, показывающий метеозонд в разрезе, стоял худощавый паренёк, разглядывавший их с подозрением дикого зверька. Чуть подальше от него Абаддон заметил женщину лет сорока от роду, наверное, мать, с глазами цвета грозового неба и аристократической осанкой, которую не портила даже практичная наполовину спортивная одежда. Местный работник? Вполне может быть. – Это Вы Хизер? – увидев отделившуюся от толпы фигурку, неловко спросил мальчик, а затем, кашлянув, проговорил, – Это моя мама, доктор Бренда Малоун. – Рейнхарт, мы с его отцом в разводе, – небрежно поправила Лиама женщина, ловко вставая между сыном и новыми людьми, – Очень жаль, что вам пришлось проделать такой большой путь из-за одной некачественной фотографии. – Ну мам, – подросток попробовал было покачать права, но сноровки у него в этом было не больше, нежели у Бена с Кэтрин до определённого возраста. – Однако же данные объекты видятся мне очень похожими на живые, – проговорил Абаддон, так что серые глаза тут же переместились на него: – А Вы биолог? В любом случае, если там и вращало какую животину, полагаю, нынче ей уже ни один ветеринар не поможет. Однако же, раз вы приехали, буду рада провести экскурсию по нашему музею, самим смотреть хорошо, но когда рассказывают из первых уст – гораздо интереснее. – Да что ты говоришь? Сейчас задушишь их своими данными. Народ, если хотите увидеть самый настоящий торнадо – то нам по пути с вами, – раздалось со стороны входа, и Бренда разве что не зашипела, глаза её сузились, словно у застигнутой врасплох кошки. Эстер незамедлительно узнала эту военную выправку: отец Лиама, бывший муж этой женщины, посвятившей себя науке, и раз уж они с самого порога начинали спорить, ни о каких дружеских взаимоотношениях речь не шла. Так оно и оказалось. – Конечно, вы можете съездить и с великим знатоком ураганов, – каждое слово Бренды чеканилось с примесью яда, – Вот только учтите, что это может быть смертельно опасно. – Будь это смертельно опасно, я бы не брал с собой сына, – рука Джека Малоуна поднялась с величественностью лапы льва, и противостоять ей было попросту невозможно, Лиам тут же перешёл в нужную сторону, успев повернуться к матери через плечо: – Пока, мам, мне пора, не буду тебя отвлекать. – Ты вовсе меня не отвлекаешь, – возразила Бренда, и пока в путники делали вид, что их не касается эти местные разборки, Хизер почувствовала, как кто-то дотронулся до её плеча. Этот человек вышел из едва заметной подсобки, замаскированный местными пейзажами равнин, довольно высокий, но при этом горбился, словно стараясь ужаться в максимально ничтожное пространство: – Вы насчёт того странного снимка? – Всё верно, – Хизер заговорила полушёпотом, точно не зная, чего она боится: спугнуть этого странного человека или навлечь на себя научный гнев доктора Рейнхарт. – Это я помог пареньку разместить, – под небрежно режущимися усиками промелькнула улыбка, но стразу же исчезла, – Почистил ещё немножко, снимок хоть куда. Вы знаете, что это? – Нет, но намерены выяснить, мы как раз таким и занимаемся, – видимо, глаза Хизер сияли с таким энтузиазмом, что незнакомец чуть расслабился, протягивая ей руку: – Будем знакомы. Меня зовут Чейз, но друзья называют меня Стример. – Я же тебе сказала не поддерживать его фантазии! – буквально рявкнула Бренда, когда до неё долетел обрывок диалога, и её подчинённый сжался ещё больше, по-детски комкая футболку, на которой виднелся постер старинного фильма ужасов: – Но ведь снимок правда интересный, мадам Рейнхарт. – А, так это ты не нейросетями этими своими обработал? – приподнял бровь Джек Малоун, на что бывшая жена бросила на него раздражённый взгляд: – Хоть в чём-то мы сходимся. Погляди только, к сыну приехала целая делегация, дабы разобраться, что за фантазии лежат в основе этого кадра. Господа, если вы не занимаетесь наукой, полагаю, делать вам здесь нечего. Я достоверно могу сказать вам как климатолог, почему в этом месте сильные ветра. – А вот огни ты не объяснишь, – сверкнул улыбкой Джек, и Эстер, раньше, чем они сцепились, обратилась к бывшему военному: – Что за огни? – Мы их дыханием драконов называем, – без тени юмора проговорил охотник за торнадо, – Периодически вспыхивают на окраине города, да также быстро и гаснут. Насколько я знаю, лаборатория облапошилась, до сих пор не могут объяснить. – Пока не можем объяснить, – Бренда уже успела протянуть к себе Стримера, словно большого послушного пса, и тот стоял, уткнув глаза в пол. Лиам в этой ситуации молчал некоторое время, а затем поднял руку, словно школьник за партой: – Так или иначе, они наверняка проделали большой путь, нельзя же просто так сказать, что они приехали зря? – И то верно, хотя с твоей матери сталось бы и послать, – снова с огромным удовольствием отыгрался на бывшей жене Джек Малоун и действительно перевёл взгляд на разношёрстный отряд, ненадолго задерживаясь глазами на каждом из них по отдельности, – Так и кто вы такие? Почему именно этот снимок? – Он не похож на подделку, – мягко проговорил Энав, – Так что нам бы хотелось посмотреть, при каких обстоятельствах он был сделан. Если мы ничего не найдём, так уж и быть, отправимся обратно. Правда, ребята? – Конечно, – даже не моргнула Эстер, а затем, что-то смекнув, повернулась к Бренде, – Мадам Рейнхарт, вполне возможно, это какое-то новое атмосферное явление, разве же учёным не интересно его засечь? – Что, прямо помрёшь, если не пойдёшь? – увидев напряжение, прямо веющее от помощника, проговорила мать Лиама, а затем протяжно вздохнула, отпуская локоть Стримера, – Что ж, но чтобы потом не забивал мне мозги своими паранормальными явлениями, уговор? Тот усердно закивал, будто от неправильного ответа зависела его жизнь, и Джек, снова повелительно подняв руку, притянул в своё поле ещё и аспиранта бывшей жены: – Раз такое дело, пойдёмте, покажу вам мою рабочую лошадку и остальную команду. А по части научного занудства можете вернуться сюда в любое время. Пока, Бренда. – Сына мне живым верни, – угрюмо проговорила та, на что бывший военный лишь хмыкнул: – Делай свою работу хорошо, и будешь приглядывать за ним вместе со мной, ведь когда сюда идёт очередной ураган, мы приезжаем туда вместе, хоть и по разным причинам. – Вот лишь бы последнее слово за тобой, – снова проговорила климатолог, но затем решительно развернулась на каблуках, – Только прикройте дверь поплотнее, иначе в фойе песок задувает. – А я-то думал, что это у меня с браком была патовая ситуация, – негромко поделился с Эстер Абаддон, когда они уже направлялись в сторону огромного бронированного фургона, на чьём боку значилось название «Пыльный дьявол». – Да уж, парню не позавидуешь, – кивнула ему в ответ Эстер, но затем подняла голову в небо, отливавшее перламутром, – В любом случае, нас это не касается. Пока мне жутко любопытно, что же за загадку скрывает это место.