Пепел Запада

Атмосфера была ледяной, и дело было не только во взглядах новых «спутников». Тягостная тишина вокруг чёрного озера угнетала сильнее любых слов. - Скорее, - буркнул бородатый коротышек - Гимли, как представился, - здесь пахнет бедой. И давно не мытой бедой. - Не пугай хоббитов, - сказал Арагорн, но сам не сводил глаз с неподвижной воды. Боромир бросил камень в воду, и появившиеся круги на воде достигли берега. - Зачем ты это сделал, Боромир? - сказал Фродо. - Я ненавижу это место и боюсь его. Я не знаю, что это: не волки, и не темнота за дверями, это что-то другое. Не тревожь его! Именно тогда двое самых маленьких - Пиппин и Мерри - решили разрядить обстановку самым естественным для себя образом и последовать примеру Боромира. Подойдя к самой кромке, Пиппин поднял плоский камень. - Бьюсь об заклад, он проскачет четыре раза! - весело сказал он и запустил камень в воду. Плоский камень действительно проскакал. Раз, два... Три... На четвёртом отскоке с водой случилось что-то не то. Она внезапно втянула в себя камень и взорвалась. - ПИППИН! - закричал Мерри, но было поздно. Из чёрной глубины, с тихим, слизистым хлюпаньем, взметнулись щупальца. Не одно - множество. Бледные, покрытые скользкой чешуёй и присосками, они обвивали камни у берега, хватались за выступы. Водяной страж. Когда Гэндальф разгадал загадку врат и они открылись, Страж внезапно схватил Фродо за ногу одним из своих щупалец. Сэм отрубил щупальце своим мечом, и Фродо удалось бежать, но Стража это только разозлило. - Все к скале! - рявкнул Арагорн, выхватывая меч и заслоняя собой Фродо. Братство рванулось прочь от воды, к самым вратам. Четверо чужаков застыли на месте, парализованные первобытным ужасом. Это был не фильм. Это было здесь. Запах тухлой рыбы и ила, леденящий брызги, чудовищный, немой взгляд твари, в котором не было ничего, кроме голода. - ДВИГАЙТЕСЬ! - проревел им Камнетёс, толкая блондинку в спину, но его ноги словно вросли в камень от ужаса. Одно из щупалец, длинное и липкое, метнулось к группе. Оно целилось в хоббитов. Что-то внутри Рыжика, тонкая ниточка контроля, оборвалась. От чистейшего, животного страха за этих странных, маленьких, беззащитных существ. - НЕТ! - закричал он, и его рука инстинктивно выбросилась вперёд. Из центра его ладони вырвался короткий, яростный язык пламени, ярко-оранжевый и густой, как жидкая смола. Он ударил в щупальце с шипением. Запах палёной плоти ударил в нос. Тварь взревела (если этот булькающий, подводный вой можно было так назвать) и отдернула конечность, но вокруг уже взметнулись другие. Рядом с Рыжиком Фриз смотрела на воду, и её лицо было белым как мел. Она видела, как монстр тянется к ним, и думала только об одном: остановить, заморозить, сделать неподвижным! - Держись подальш... - начала она, и бросила в сторону воды руку, сжатую в кулак. Там, куда она смотрела, поверхность озера покрылась лоскутами хрупкого льда. Но это было слабо, ничтожно. Щупальца легко ломали его. Она чувствовала воду, как огромную, тёмную, чужую массу, которая почти не слушалась её. Вместо того чтобы схватиться льдом, она лишь раздражала тварь, покрывая её склизкую кожу инеем, который тут же таял. У неё не получалось. Сила была, но не было знания, не было воли, чтобы повелевать такой стихией. - Бесполезно! - крикнул ей Рыжик, отступая и чувствуя, как внутри него тут же гаснет жар, оставляя пустоту и дрожь в коленях. Воины братства отбивались от чудовищных щупальцев, летели стрелы, мелькали мечи. В этот момент прогремел голос Гэндальфа: - ВРАТА! ВСЕМ ВНУТРЬ! Братство уже отбивалось у самого входа. Арагорн и Боромир рубили щупальца, Леголас выпускал стрелу за стрелой. Гимли яростно рубил всё, что оказывалось в зоне досягаемости его топора. - Бежим! - закричала блондинка, и её голос сорвался на визг. Она, единственная из них, не попыталась применить свою силу - что может воздух против такой беспощадной туши? Но её ноги понесли её к спасительной тени врат быстрее, чем она думала. Они бросились вслед за другими, спотыкаясь, падая, оборачиваясь на кошмар позади. Последним, пропуская чужаков вперёд, в чёрный провал в скале прыгнул Арагорн. На миг в проёме мелькнуло ещё одно щупальце, но могучий удар меча отсек его кончик. И тогда... Глухой, каменный стон. Грохот, от которого задрожала земля. Огромные валуны завалили вход, отсекая мир света от мира тьмы, а их - от чудовища в озере. Наступила абсолютная, давящая тишина, нарушаемая только тяжёлым, прерывистым дыханием и сдержанными рыданиями Гравитации. Тёмная пасть Мории окончательно поглотила их. Внутри царил гнетущий холод. В слабом свете факела Гэндальфа их лица были бледными масками ужаса. Они только что поняли две вещи: этот мир убивает и их «портфолио» в нём - не дар а, скорее, проклятье, на которое чудовища отвечают с удвоенной яростью.