На Свой Страх и Риск

🚔

      Шарль стоял в душе в раздевалке для патрульных. Сквозь бурлящий шум воды раздавались хлопки металлических шкафчиков под тихие разговоры полицейских. Горячие струи били в плечи, стекали по спине, собираясь между лопаток, но усталость, подгоняемая изрядной дозой кофеина, так и тянула вниз тяжелым грузом. Время пять утра, и Шарль не ложился, все еще переваривая их странный поцелуй с Максом, возвращаясь к нему снова и снова, ощущая силу его объятий, крепких, как силки. Даже когда пытался связать пожары в одну линию преступления, в голове всплывала дымная теплая терпкость его губ, навсегда разрушившая их дружбу. Это воспоминание ощущалось физически, остаточным теплом на коже, которое не смыть водой.       Тишина, которая ни разу не была нарушена ни одним сообщением от Макса, добивала остатки надежды на то, что все вернется на свои места.       Эта напряженная неловкость каждый раз, когда они оставались наедине, исчерпав запас безобидных колкостей, теперь давала куда больший смысл. Как, собственно, все эти колкости в целом.       Шарль поймал себя на том, что сжимает пальцы в кулаки, и резко переключил горячий поток воды на ледяной, вымывая терзающие его мысли из головы прочь, вместе с сонливым туманом.       Оповещение из календаря «ежегодная проверка у психолога. 13:00, общий центр» заставило Шарля поморщиться от неприятно щекочущей надежды, что это могло быть сообщением от Макса, но оказалось всего лишь дурацким напоминанием. Экран погас, оставив в сердце пустоту.       Может, оно и к лучшему.       Шарль загрузил в навигатор все адреса складов, которые связал в одну серию и, прежде чем тронуться, ещё минуту смотрел на последнее сообщение Макса с его милым селфи на фоне таблички «Детектив Леклер» с глупой улыбкой. Большой палец завис над экраном, но Шарль так и не решился написать в ответ.       В третий раз за день отвечая на вопросы вроде: «Зачем Вам списки всех уволившихся за последние пять лет работников магазина и склада?», «Вам нужны серийные номера всей уничтоженной в пожаре бытовой техники, Вы в своем уме?», он чувствовал, как в горле пересыхает от изнуряющего напряжения. Сотрудничать со следствием особо никто не хотел, будучи загруженным настоящими хлопотами и задачами, возвращаться в проблемы прошлого не имело для сотрудников никакой мотивации, к тому же, страховые уже проплатили большую часть ущерба. Но Шарль, обладающий даром убеждения и добрейшими глазами, всё же дожидался очередного сдавшегося выдоха менеджера и кипы бумаг, едва помещающихся в бумажный конверт А4, который своей тяжестью, казалось обещал продвижение дела.       Перекусив в дороге прямо за рулем парой несъедобных протеиновых батончиков и запив их невозможно горячим кофе, Шарль приехал в общий центр подготовки для ежегодной оценки психического состояния офицеров LAPD/LAFD. Пройдя по длинным коридорам, минуя кабинеты лабораторий и врачей, он замедлил шаг, наконец останавливаясь перед нужным кабинетом.       — Привет? — пара синих глаз уставилась на него снизу.       Макс сидел на скользких металлических сиденьях, спаянных в одну большую лавку, широко расставив ноги, упершись локтями в колени. Присутствие Макса всегда заставляло Шарля почувствовать себя в безопасности. Даже сейчас, когда между ними было примерно ноль определенности.       — Не ожидал тебя здесь увидеть, — Шарль спрятал взгляд в экране телефона, пальцы в кармане нервно перебирали пластинки жевательной резинки, сгибая их до характерного хруста.       — Послали после вчерашнего. На всякий случай. А ты?       — Ежегодное, — коротко ответил Шарль. — Будешь?       Он протянул ему упаковку жвачки, перед этим взяв одну пластинку себе. Мятная свежесть чуть охладила мысли и чувства, вспыхнувшие как сухая листва от жаркого летнего солнца.       Дверь в кабинет распахнулась, выпуская наружу одного офицера полиции. Следом за ним вышла ассистентка психолога с двумя планшетами.       — Детектив Леклер, Вы тоже уже здесь. Прекрасно, — она протянула один планшет Шарлю, второй — Максу. — Правила — те же самые. Если что-то будет неясно, стучите. Как пройдете тест, психолог вызовет вас по одному.       Шарль сел рядом с Максом, не очень понимая, какое расстояние он может себе позволить, отчаянно желая сесть как можно ближе, чтобы касаться его плеча своим, его бедра — своим бедром. Но он оставил между ними ровно одно место. Макс скользнул к нему, так неловко, что вся лавка под ними пошатнулась.       Палец постукивал по экрану с вопросами и шкалой ответов «где 0 — практически никогда, а 3 — почти каждый день».       — Что у тебя в пятом вопросе? — спросил Макс, не отрываясь от экрана.       Шарль скользнул вверх к предыдущему вопросу:       — «Как часто за последние две недели вы чувствовали, что вам сложно расслабиться?» — пробормотал Шарль, — один.       — Несколько дней? — переспросил Макс.       — Если б я видел тебя чаще, было бы три.       Макс тихо рассмеялся, легонько пнув его ботинок своим кроссовком, и продолжил расставлять на экране точки в кружочки в один ровный столбец под нулем.       — Ты вообще читаешь вопросы? — ехидно поинтересовался Шарль, уже не пытаясь сосредоточиться на своем тесте.       — Зачем? У меня все в порядке.       — Ты уже дошел до раздела с ПТСР? — аккуратно спросил Шарль.       — Угу, — кивнул Макс. — Глупо, не находишь? Как ПТСР может развиться за одну ночь?       Макс пронзительно посмотрел на Шарля, и тому показалось, что на вопрос: «Как сильно вас беспокоят ярко выраженные физические реакции, когда вы вспоминаете о травмирующем событии (учащенное сердцебиение, помутнение сознания, потливость)?» подходящим ответом будет: «4 — крайне сильно».       — Крайне глупо, — заключил Шарль.       — Вот и я так думаю.       Оба продолжили выполнять тесты.       — Эй, Чарли.       — Да.       — «Бывает, что я использую алкоголь слеш что-то ещё, чтобы “выключить голову”»? Да, нет?       — Определенно «да».       — Тогда отвечай то же самое.       Шарль улыбнулся, ощущая, как напряжение слегка отступает, внутренне поблагодарив Макса за разряжение обстановки, за эту привычную игру в «мы — всё ещё мы», даже когда земля под ногами уже пошла трещиной.       — А ты заодно не забудь поставить «да» на утверждение: «Я получаю удовольствие от рискованных поступков».       — О да, я получаю, — хмыкнул Макс, явно не чувствуя стыда за это. — А ты? Получаешь?       — От твоих поступков или своих, ты уточни.       Шарль был благодарен за то, что дверь к психологу наконец открылась, пусть и с какой-то злобной скоростью.       — Так. Я не думала, что придется это объяснять взрослым мужчинам. Тест надо проходить самостоятельно, это не групповая работа. Детектив Леклер, вы закончили? Можете проходить.       — Но я был первый…! — воскликнул Макс, но Шарль насмешливо и по-детски улыбнулся, чуть выпятив нижнюю губу, передразнивая Макса.

🚓

      Время в углу монитора незаметно перевалило за поздний вечер. Усталые глаза путались в вереницах букв, которые были больше похожи на набор случайных символов. Спина ныла от долгого сидения, а в висках стучало обезвоживание.       Среди уволившихся нашлось только пару совпадений, слишком мало, чтобы считать это подозрительным. Но мотив проступал также явственно, как чернила маркера пропитывали тонкую бумагу. Во всех делах, что связал Шарль, во всех инвентаризациях всегда не хватало пары-тройки единиц. Но всегда одних и тех же: телевизоры с плоским экраном и ноутбуки.       Шарль ещё раз посмотрел в выписанные в столбец на своей ментальной карте на доске причины возгораний: все как один — неисправность в электрике.       — А что, если… если это был не работник. А аутсорс?       Шарль кинулся к компьютеру, азарт дребезжал в кончиках пальцев, когда он искал в файлах к делам название фирм, ежегодно проводивших осмотр электрики и сервисные работы в складах и торговых помещениях. Плечи сами подались вперёд, дыхание участилось. Все дела всё это время пронизывала одна тонкая, но непрерывающаяся нить: Астон энд Сонс Электрик.       Недолго думая, он набрал своему наставнику.       — Джей… обещай выслушать, — Шарль возбужденно ходил узкими кругами вокруг стола, держась рукой за голову. — Все эти пожары — поджог. Мне кажется, я нашел связь.       Он в общих чертах перечислил свои догадки, выстроенные на конкретных доказательствах, но пока ещё косвенных, и сам удивился, как спокойно и уверенно звучит его голос, несмотря на дрожь в пальцах. Джей пару мгновений молчал в трубку, чем вызывал волны сомнений у Шарля — тишина давила сильнее любого возражения.       — Собери это все и пошли в отдел краж. Звучит, как хороший состав. И да… если ты окажешься прав, думаю, мы с тобой попрощаемся. К твоему счастью.       — Что ты имеешь в виду? — Шарль нахмурился, не очень понимая, к чему тот ведет, и машинально сжал край стола, будто нуждаясь в опоре.       В динамике зашуршал тяжелый выдох.       — А то, что, скорее всего, тебя заберут к себе в кражи. Такие самородки, как ты, не задерживаются в поджогах. Надеюсь, ты ещё не распаковал все свое приданное из коробки.       Шарль коротко рассмеялся в трубку.       — Дело передам в отдел краж. Спасибо, Джей.       — Да не за что.       Острая неуверенность в построенной детективной линии ощутимо покалывала в голове, пока он структурировал все наработки. Мысли цеплялись одна за другую, не давая покоя: что, если он ошибся и зря потратил время, а теперь ещё потратит и время других людей? Радость от распутанного клубка загадок сменилась пустотой обесценивания.       — Нет. Тут что-то будет. Я знаю, — прошептал Шарль, возвращая себе настрой обратно. «Отправить»       Шарль выдохнул, словно отрезая себя от этого дела, чувствуя одновременно облегчение и тлеющую горечь потери. Он сфотографировал доску и начал стирать губкой свой почерк с белого полотна — медленно и тщательно, будто стирал не просто маркер, а собственные мысли. Аккуратно собирая глянцевые магнитики в угол, карту Лос-Анджелеса, исписанную разноцветными маркерами, Шарль бросил в урну, не глядя.       Раздалась трель служебного телефона на столе.       — Детектив Леклер?       — Слушаю, — Шарль зажал трубку между ухом и плечом, уставившись в только что появившееся сообщение от Люси на телефоне, абсолютно игнорируя женский голос на том конце провода. «Шестнадцатый расчет весь повезли в Окружную».       Шарль перечитывал сообщение снова и снова, каждое слово, пытаясь найти в них не этот, а другой, хороший смысл. Сердце сбилось с ритма, будто пропуская удары.       — Детектив?       — Простите. Я отвлекся.       — Я ознакомилась с Вашими наработками. Я позвонила Вашему наставнику. Он не против, чтобы Вас на время расследования перевели к нам.       — Хорошо, — Шарль влажными пальцами промахивался по клавиатуре смартфона, едва попадая по кнопкам. — Мне нужно закончить одно дело, и я свяжусь с Вами. Скажите, пожалуйста, ещё раз, Ваше имя.       — Детектив Армас.

🚨

      Шарль уже несся к больнице, наплевав на правило не включать сирену и мигалку вне служебных вызовов. Руль был скользким от вспотевших ладоней. Макс на звонки не отвечал, и это молчание было хуже любой плохой новости.       — К вам привозили пожарных. Где они? — запыхавшись, бросил Шарль дежурной медсестре, показывая значок, будто угрожая им, не узнавая собственный голос.       — Всех зацепило по-разному, — она скрылась за монитором. — Один в интенсивной терапии, надеюсь выкарабкается… другой в пульмонологии. Остальные — под наблюдением. Вам нужен кто-то конкретный?       — Да… мне нужен Макс. Макс Ферстаппен.       — Он под наблюдением. Останется на ночь, третья палата.       Шарль не помнил, как преодолел расстояние от регистратуры до палаты, лишь считывая номера на дверях.       — Клянусь, я убью тебя! Потому что я не могу каждый раз сходить с ума от страха за твою жизнь! — выкрикнул Шарль, влетая в палату Макса.       Он сидел на больничной койке с приподнятой спинкой. Макс чуть отодвинул от себя поднос с едой, удивленно уставившись на Шарля.       — Чарли?       — Какого хрена ты не брал трубку?!       — Я оставил телефон в дежурке. Прости, — в сиплом голосе звучала вина, и от этого испуг, замаскированный под злость начал медленно рассеиваться.       Шарль все ещё по инерции буравил злым взглядом Макса, постепенно приходя в чувство. Макс выглядел нормально — чуть бледным, белки глаз были покрасневшими, заплывшими мутными слезами от раздражения.       — Ты меня прости… — Шарль плюхнулся в кресло рядом, уронив голову на колени Макса, укрытые больничным одеялом. Поднос с едой скатился к нему.       — Все хорошо.       Рука Макса легла на волосы, мягко зарываясь в них слабыми пальцами. Этот жест ласково вытеснил остатки напряжения. Шарль убрал руку, сцепляясь с ней своей, проплетая их пальцы, будто боялся, что тот может исчезнуть.       — Как ты себя чувствуешь?       — Ерунда. Немного надышались все.       Макс подтянул поднос к себе свободной рукой.       — Еда здесь — отстой, — он постучал сухим круассаном по подносу и откусил кусочек, борясь с желанием выплюнуть его обратно.       — Хочешь, принесу что-то вкусное? — спросил Шарль, облегченно рассмеявшись.       — Тебя все равно не пропустят с едой… Хотя, ты же у нас господин детектив. Как я мог забыть.       — Только скажи, — Шарль накрыл его руку своей, пряча ее в своих ладонях, чувствуя тепло кожи. — Я могу остаться с тобой здесь на ночь. Я не хочу уходить. Даже если ты попросишь.       Шарль придвинул кресло ближе к Максу. Внутри все сгорало трепетом, который питало глубокое чувство привязанности к этому человеку. Губы их снова соприкоснулись, робко, точно в первый раз. Макс погладил Шарля по щеке, не нарочно щекоча кожу проводками датчиков. Шарль улавливал химический запах горючего с его волос и кожи, вместе с осознанием, что всегда обожал запах дыма.       — Я хочу, чтобы ты остался.

🚑

      Утро заливало палату яркими рассветными лучами — как острое напоминание о том, что Шарль в последние дни окончательно сбил режим, в очередной раз проводя почти бессонную ночь вне стен дома. Тело ныло от усталости, умоляя о нормальной кровати и тишине вместо переклички сигналов медицинских приборов — ради исключения.       Макса привели обратно в палату.       — Я отвезу тебя домой, — сказал Шарль, протягивая Максу спортивные штаны и чистую футболку, за которыми съездил в участок ещё вчера.       — Спасибо, — коротко произнёс Макс, стягивая больничную сорочку, словно стесняясь самого себя.       Шарль смущённо отвернулся, разминая последнюю пластинку жвачки в кармане джинсов.

🚔

      Шарль припарковался у дома Макса.       — Зайдёшь?       Шарль пожал плечами.       — Хорошо. Потом мне надо в участок.       — Сегодня суббота.       Шарль совсем потерял счёт дням.       В дверях их встретил стройный чёрный кот, вытягивая хвост с подкрученным кончиком и вытирая усы о штанину Макса.       — Прости, Эш, — он наклонился к коту, чтобы погладить; тот толкнулся пушистым лбом в ладонь Макса, оглушительно мурлыкая.       — У тебя есть кот? Тебя же почти нет дома.       — Зато у него есть дом. И он приглядывает за ним. И он не привередливый. В отличие от тебя.       Они скинули обувь в коридоре.       Дома у Макса было чисто — можно сказать, идеальный порядок.       — У тебя здесь хорошо, — Шарль скрестил руки за спиной, не решаясь сесть на диван в гостиной без приглашения, пока Макс ответственно насыпал корм и менял воду коту.       — Я тут только ночую. Кофе будешь или чай?       Шарль посмотрел на идеально застеленную кровать через приоткрытую дверь в спальню.       — Не буду. Я… — Шарль решил, что лучше сбежать. — Я поеду домой. Чтобы ты мог отдохнуть.       Шарль направился к выходу, но Макс уверенно положил руку на его плечо. Шарль обернулся — и одного взгляда Макса хватило, чтобы все попытки сохранить дистанцию рассыпались в пепел. Одного его взгляда хватило, чтобы снова сдаться, погрузившись в поцелуй полностью, жадно принимая его и отдаваясь так же, без остатка.       Дружба между ними теряла свои шансы на продолжение: с каждым шагом, приближаясь к спальне, спотыкаясь об одежду, она меркла — как слово, как явление, — оставляя лишь зыбкую неопределённость. Сладкую и опасную, наращивающую свою мощь вместе с тем, как распалялась страсть между ними. Она набирала обороты, разгораясь в неконтролируемую огненную стихию.       — Мы обязательно поговорим об этом, — сказал Макс Шарлю в коротком перерыве на глоток воздуха.       — Потом… — Шарль осыпал плечи Макса поцелуями. — Обязательно. Но не сейчас.       Макс лежал рядом, удобно устроив голову на плече Шарля.       — Я буду работать в кражах. Временно, — сказал Шарль, наклоняясь к Максу и касаясь губами светлых волос.       — Большой начальник, однако, — заключил Макс. — А я так и останусь расходным материалом.       — Не говори так! — негодование заставило Шарля приподняться на локте. — О твоём героизме можно писать поэмы.       Макс прыснул смехом.       — Я серьёзно, — Шарль снова упал на подушку. — Я подумал о татуировке вчера ночью, пока ты спал.       — И что же? — Макс поднял голову, заглядывая в глаза Шарля с чистым любопытством.       — Здесь. «Mr. Firefighter», — Шарль провёл пальцем под левой ключицей, на груди.       — Да ладно. Не шутишь?       Шарль помотал головой. Затем поднялся, озираясь вокруг в поисках своих вещей.       — Я поеду домой.       — Оставайся.