На той стороне

— Котенок, ты просто сумасшедший, — Энтони разглядывает себя в зеркале в десятый раз. Не то чтобы он не был уверен в своем макияже или платье, но все равно переживал. Он впервые выйдет в образе за пределы тематических вечеринок. — А мне нравится, — Хаск стоит позади него, в белой рубашке и жилете, довольный своей идеей. Он всегда любил адреналин и уговорил Энтони сходить с ним в “Losing streak”, но в своем амплуа. Не то чтобы пришлось долго уговаривать, Тони самому понравилась эта идея, но все же были сомнения. — Меня точно никто не раскусит? — у него были мягкие черты лица и изначально феминная внешность, сегодня он не делал слишком яркий “квиновский” макияж и, если не знать его близко, вполне можно принять за девушку. — Нет, но если бы раскусили, я бы посмотрел как мы выберемся из этой ситуации, — Хаск обхватил парня за талию и притянул к себе, на каблуках Энтони стал еще выше. — Энжел, милая. Он наклонил парня назад, нависая сверху, и поцеловал. Страстно, но нежно. Энтони всегда удивлялся, как Хаскер совмещает эти чувства. — Готова на сегодня стать моей девушкой? — спрашивает Хаск перед выходом. — Готова, — не своим голосом отвечает Энжел. Они выходят из дома, взявшись за руки. Так и заходят в клуб. Это такое новое и приятное ощущение – брать любимого человека за руку, и чтобы никто не обращал на это внимания. Они подходят к столу, за которым обычно играет Хаск. — Я сегодня с дамой, — представляет он своим приятелям Энжела. Тот скромно улыбается. Все игроки завороженно смотрят на него. — Вот это красавица у тебя дама, дружище, — не спуская взгляд говорит один из них. Энжел давно привык к подобным реакциям, в жизни он оставался незаметным, но стоило надеть платье – все взгляды приковывались к нему. Только Хаск смотрел на него в образе и без одинаково. — Только осторожней со взглядами, она не такая беззащитная, как кажется, — он улыбается и смотрит на партнера(ршу). — Да и я ревнивый. Они садятся за стол, Энжел прижимается к своему мужчине и наблюдает за игрой. Хаск в азарте очень заводит, настолько, что парень боится, что в какой-то момент у него встанет и все поймут, что красотка он с сюрпризом. А еще более приятно наслаждаться обществом друг друг друга. Ни у кого из окружающих не возникает сомнений, что они – пара, и это воспринимается как абсолютная норма. Не нужно притворятся что они – друзья, что у них свидание, а не прогулка, что браться за руки и даже целоваться – безопасно. Хаск выигрывает, и объявляет свою спутницу госпожой Удачей. Впервые Энжел где-то кроме своего гей-клуба. Впервые он целуется у всех на глазах. Впервые в объятьях любимого мужчины и может это не скрывать. Они возвращаются к Хаску поздно ночью, как только закрывается дверь сплетаются в страстном поцелуе. — Энжел, конечно, горячая штучка, но я соскучился по своему Энтони, — Хаск вгоняет Энтони в краску, и его поцелуи спускаются на шею, потом еще ниже, в декольте. Парень готов скулить от ласки каждый раз, когда Хаскер покрывает поцелуями его тело. От мужчины пахнет дезодорантом, немного виски и чем-то приятным. Он как настоящий джентльмен несет его в комнату и кидает на кровать, помогает снять каблуки и расстегивает платье. С молнией надо аккуратно, и Энжел чувствует как Хаск сгорает от желания, но терпит. Когда молния поддается, Хаск целует родинку на лопатке Энтони, по спине бегут мурашки. Он обнимает за талию и прижимается ближе, парень подставляет плечи под поцелуи, позже выбирается из объятий и разворачивается лицом, садится сверху, и когда его руки облокачиваются на грудь Хаска, он больше не может сдерживаться. Хаск поддается бедрами вверх, без слов, мягко, но настойчиво указывая, где место Энжела. Тот не рискует возражать. Тони сильно сжимается вокруг Хаска, мужчина ловит каждый стон с его губ и наслаждается, его руки крепко держат худые бедра, Энтони почти уверен, что останутся следы от сильной хватки, но это больше возбуждает, чем пугает. Он закусывает губу и протяжно стонет, когда Хаск сбивается с ритма и входит полностью. — Мне так нравится, когда ты это делаешь, — тихо хрипит Хаск, и толчки начинаются с новой силой. Энтони чувствует себя самым желанным. В комнате остается удовлетворение и тяжелое дыхание обоих. Они лежат, кажется, целую вечность, в тишине громче любых слов, Хаск большим пальцем гладит белые костяшки, простынь пропитывается их запахом. Когда Энтони уходит, у Хаска остается одно желание — лечь на эти простыни и уснуть, обняв подушку как любимый силуэт. Но через минут 10 ему в дверь стучат.

***

— Кто там? Стучавший не потрудился ответить и зашел в комнату. Энтони делал укладку, но гость заставил его оторваться от дел. Эндрю. Что ему нужно? С его появлением в комнате стало некомфортно. Комната Энтони — закрытое пространство, сюда не заходил никто, кроме Молли и Нифти, все остальные ощущались как что-то инородное. — Ты что-то хотел? — насторожился парень. — А я не могу захотеть поговорить с любимым братом? — Любимым, — усмехнулся Энтони и уставился обратно в зеркало, работая утюжком. — Где ты был вчера? — проигнорировав саркастичное замечание на вид дружелюбно продолжил брат. — Молли позвали на ночевку, пошел с ней. Брат сделал понимающее лицо и кивнул. Тони не обратил на него внимания. Когда врешь, старайся не смотреть в глаза. Если смотришь, не отводи взгляд первым. — Как тебе не скучно вечно тусоваться с ней и ее подругами? — Это не скучнее, чем сидеть здесь целыми днями. — А я думаю, — Эндрю взялся за спинку стула и развернул Энтони лицом к себе. — Что среди них ты нашел себе “подружку”. Парень рассмеялся и незаметно выдохнул. Даже врать не придется. — Я по-твоему похож на педофила? Им по 14. Братик, не переживай, если у меня появится любовный интерес, ты узнаешь первым. — Не сомневаюсь, — лицо брата исказила демоническая улыбка. — Его зовут Хаскер?

***

Хаск в ахуе. Перед ним стоит еще один сын Дастов. Снова ночью, только не говорите, что избитый своим папашей. — Здравствуй, — только и успел сказать Эндрю до того как перед его носом захлопнули дверь. Он постучал еще раз, настойчивее. — Чего. Тебе. Надо? — враждебно спросил Хаскер, слегка приоткрыв дверь. — Тебя Кармила прислала? Передай ей, что мой рабочий день заканчивается в 9. Он бы снова закрыл дверь, но на этот раз парень подставил ногу. — Я все знаю. Хаск знал этот трюк. Просто блеф, чтобы узнать информацию. — Та нихера ты не знаешь, — он подсекает ногу, мешающую закрыть дверь и собирается оставить Даста скучать на лестничной клетке. — Я следил за Энтони последние несколько месяцев. Дверь снова открывается. Хаск выходит в подъезд и смотрит на Эндрю. — Даже на чай не пригласишь? — Обойдешься, — резко отсекает все попытки дружелюбности мужчина. — Ты сюда не чаи гонять пришел, так что тебе понадобилось? Хаск закурил и приготовился слушать. — Ты сам понимаешь, эти отношения ни к чему не приведут. Вы будете вынуждены скрываться, пока не надоедите друг другу, и мой брат не найдет себе нового хахаля. Думаешь, из-за тебя он бросит свое увлечение? Ты плохо знаешь Дастов. — Он не Даст. Эндрю рассмеялся. — Как бы мне хотелось, чтобы это было правдой, но увы. Он вырос среди нас, впитывал ценности и уроки отца. Рано или поздно, он поймет, мы заставим. Он жаждет одобрения семьи, да и выбора у него нет, — парень будто искал что то под ногтями. — У меня для тебя есть предложение. — Нет, нет и еще раз нет, — категорически ответил Хаск. — Ты даже не дослушал. Я предлагаю тебе свободу, — Хаскер развернулся и собирался уйти, но ему как будто выстрелили в спину. — Кармайн дадут возможность уехать тебе и твоей семье, простят долг, и я лично помогу вам деньгами. Ты можешь даже не бросать моего брата, избежать всех этих неудобных разговоров, это так душераздирающе, я понимаю. Просто уедешь, все равно в целях безопасности сменишь номер, начнешь новую жизнь. Но не будешь пытаться с ним связаться, никогда больше не увидишь, и не приедешь в этот город. — Что будет с ним? — первое, что интересует Хаскера. — Мне не будет нужды привлекать еще кого-то, если ты согласишься, я хочу убедить Энтони в том, что я за него. Семейные обстоятельства скоро вынудят нас объединиться, и я хочу, чтобы мы были соратниками, а не врагами. Подробности знать необязательно, но пойми, что он мой брат, я не трону его. Хаск уже повернулся лицом и молчал, не в силах сказать ни слова. — Заманчиво звучит, да? Честно говоря, помогать тебе вообще не входит в мои интересы, но мы, Дасты, сначала стараемся решить все по-хорошему. Тот, кто имеет силу, не будет ее выставлять, — похоже, они все говорят этими дурацкими цитаточками. — И как Даст, просто по человечески, скажу тебе: никакая страсть не стоит семьи. Ты можешь быть привязан к нему, но это не значит, что можно ставить это выше своих сестренок. Каково им жить в бедности? И ты в силах изменить их положение, в отличие от положения Энтони. Пока я предлагаю. Хаск поднимает глаза на Эндрю. Тот улыбается и протягивает руку. — Идет?

***

Энтони забыл об укладке и как заколдованный поднялся со стула. — Ч-что? — Я все знаю. Не притворяйся, будь мужчиной, неси ответственность. Энтони слышал эту фразу про ответственность много раз, ощущал ее правильность, но понятия не имел, что это бывает так сложно. Он был в смятении, не понимал как реагировать, куда бежать и что будет дальше. В его случае, владение его братом такой информации — смерть. Тогда не проще ли отказаться от мучений и с разбегу броситься в окно прямо сейчас и не отвечать ни на один вопрос, не объясняться, не увиливать? Но Энтони стоял. — Не говори отцу, — эта просьба звучала так наивно и глупо, что парень застыл на грани рассмеяться или заплакать. Эндрю уловил настроения. — Не сомневался в тебе. Знаешь, я думаю, отец не сильно удивится. По тебе всегда было видно. Парень снова сел на стул и обхватил голову руками. — Я давно наблюдал за вами. С первой встречи. Потом и косметичку твою нашел…— брат продолжал нагнетать. Энтони знал этот трюк и знал, что не надо поддаваться, но теория не практика. Эмоции накрыли его с головой. Он был таким уязвимым, беззащитным. — Скажи, за что ты нам достался? Неужели отец не мог остановиться на троих детях? Наверно, надеялся, что сможет породить еще что-то достойное. Но вышел ты и девчонка, которая не сможет продолжать наше дело. Меня чуть не стошнило от зрелища… Вся его жизнь, его любовь устами брата звучала правда мерзко. Энтони выглядел так глупо, так стыдно. — Но я знаю выход, — лицо Эндрю изобразило улыбку, белоснежный оскал, как у консультантов в магазине, которые предлагают особенное “выгодное предложение”. — Отец решил снова укрепить связь между кланами, еще больше расширить наше влияние. Он хочет женить меня на дочери Ви, а она, мягко говоря, не та, кого я хочу видеть своей женой. А тебе, видимо, без разницы, поэтому ты сделаешь это вместо меня в обмен на мое молчание. Идет? Энтони ненавидел брата. Эта фальшивая доброта стояла у него в горле комом. Но не согласиться – смерть для парня. — Ты не запретишь с ним видеться? — он исподлобья смотрит на брата. — Хотя бы 1 раз. Эндрю усмехнулся. — Мне то что, я не против. Вот только он этого не захочет. Я уже успел заскочить к нему. Энтони снова подорвался. — Что ты с ним сделал?! — Ничего плохого, я же не хочу, чтобы ты тут разнылся. Я сделал ему предложение, от которого он не смог отказаться, можешь порадоваться за любимого. Он предпочел семью, и больше не выйдет на связь. Они уехали из города, и в скором времени покинут страну. Им больше ничего не угрожает. Энтони слышал и не верил в реальность происходящего. — Тони, ты же не наделаешь глупостей? — Эндрю подошел и ободряюще положил руки ему на плечи. — Ты знаешь, брат, когда-то нам нужно будет возглавить семью, когда отца не станет, несмотря на наши напряженные отношения, я не откажусь от тебя. Семья это наша сила. Но сам подумай, у меня нет выхода, а так будет лучше всем. Самое неприятное: Эндрю был прав. Хаску лучше уехать, как и мечтал, секрет Энтони останется секретом, его женитьба, возможно, даст шанс улучшить свой статус в семье. Хотя Энтони был уверен, что Эндрю никогда не разделит власть с ним, но заручится поддержкой 1/4 наследников уже достойно. Убрать недалеких близнецов и Эндрю Даст станет новым Доном мафии. И от этого всего было так тошно. Наверно, чудес действительно не бывает, и любовь никогда не будет сильнее. Миром правят деньги. — Спокойной ночи, Тони. Утром сообщу отцу о твоем желании жениться, — пытаясь выдавить мягкую интонацию из металла голоса, сказал брат и закрыл за собой дверь в комнату. Энтони схватил телефон и набрал номер Хаска. Автоответчик.