Рассвет Будущего

      Дилан вышел из клуба, сосредоточенно хмурясь. Голова болела: буквально пару минут назад кончились занятия, а за столом в клубе Лиам успел прожужжать ему все уши идеями к выступлению и различными его вариациями. Хоть Дилан и не любил такое, не разделяя романтичное видение мира Лиама, он знал, что друг постарается сделать его выступление только лучше. По крайней мере, надеялся.       Они договорились собраться в три часа, предварительно поискав людей, которые хотели бы поучаствовать в программе Хербстфеста. Тем более, пока было время, Дилан мог себе позволить немного прогуляться. Может, стоит зайти в клуб геймеров, куда, скорее всего, Ева и забрала Миру? Спросить про Фест, поговорить и в глубине души надеяться, что подруга захочет поучаствовать в этой авантюре.

      ***

      Рамон и Лиам никуда не торопились, решив посидеть в клубе. Лиам, переполненный восторгом от предстоящего выступления, не мог не поделиться радостью с семьёй. Достав телефон, долистал до номера Александры, его матери и не менее значимой персоны семьи Ханиско. Конечно, хотелось бы поделиться радостью и с отцом, но Ханиско-старший сейчас наверняка был занят. Как обычно, мог готовиться к встрече с новыми клиентами, которых всегда навалом.       — Я сейчас позвоню маме, поймай тишину, — шепнул парень, глядя на Рамона.       — Понял, никаких похабных шуточек.       — Особенно про мою маму, — добавил Лиам, смотря на парня одновременно с тёплой улыбкой, но абсолютно серьёзно, вперившись чуть ли не в лоб Рама. Рамон нервно хихикнул.       На том конце провода послышалась пара гудков, и трубку подняли.       — Алло? Привет, мама, — с теплотой начал Лиам.       — О, доброе утро, сынок, — раздался звонкий женский голос. — Что такое?       — Да вот, хочу поделиться кое-чем, не поверишь... — он специально помолчал секунду, создавая интригу и, по мнению Рама, никому не нужный саспенс. — Я буду выступать на Хербстфесте.       — Да ладно? — с приятным удивлением отозвалась она. — Это же здорово. Выложись там на все сто! И отправишь мне пару фотографий.       — Да-да-да, конечно, — он шуточно закатил глаза. — А папа как, занят?       — С документами работает, но могу включить громкую связь, — в подтверждение своего предложения миссис Ханиско, замолчав, куда-то пошла. И Лиам услышал голос отца.       — Папа, слышишь меня?       — Предельно ясно, — обычно ледяной голос Валериана, который был знаком многим из-за его работы, звучал спокойно и буднично. — Что-то хотел сообщить?       — Да. Во-первых... — Лиам поджал губы. Он захотел поделиться с отцом немного иной новостью, но от того не менее важной. — После Хербстфеста я буду активно участвовать в клубе дебатов, уже готовлюсь.       — Отлично, сынок, — Лиам не сдержал гордой улыбки, услышав в голосе отца тёплые ноты. — А во-вторых?       — Буду выступать на Хербстфесте.       — Ну весь в делах, ни минуты впустую. Сам организовал?       — Почти. Не без помощи друзей.       — Вот и повод показать свои лидерские навыки. Это будет полезно, уж поверь.       — Вэл, дай ребёнку просто творчеством позаниматься, — по голосу мамы Лиам понял, что та закатила глаза.       — Я не запрещаю же. Просто предлагаю совместить приятное с полезным. А в случае чего, Лиам, потренируешься в мастерстве дебатов. Как раз самое то перед клубом.       — Ой, всё! — Александра вышла, и Рам, наблюдая за их семейной динамикой, едва сдерживал хохот. — Меньше слушай, что говорит этот старый пень. Главное — получить удовольствие! И скинуть фоточки маме.       — Конечно, — юноша не сумел сдержать смешок, наблюдая за отношениями родителей. Местами он даже мечтал, чтобы у него с будущей женой тоже было нечто подобное.       — Вот и умница. А я пошла дальше заниматься отчётами.       — Для кого в этот раз?       — У нас с мисс Сильверстоун совместный проект по проверке условий в образовательных учреждениях — если я завалю свою часть, Виктория сочтёт меня некомпетентной.       — Ой, тогда вообще не отвлекаю. Я люблю тебя, мам.       — И я тебя. Привет друзьям.       — Тебе от них тоже, — ответил Лиам, прожигая Рамона взглядом, как бы говоря: «Даже не думай выдавать свои шуточки».       Лиам положил трубку. Поделиться такой новостью с матерью было так же важно, как и сама возможность выступить. Он почувствовал прилив новой энергии, готовый подорваться с места и прямо сейчас пойти и искать людей в команду. Пальцы дрожали.       — Молодец, Рамон, в этот раз ты вёл себя очень хорошо, — Лиам одарил Рамона, который демонстративно скривился от «нежностей», очаровательной улыбкой.       — Старался ради тебя, — ответил Рам, изобразив смущение. — Мне за это будет какая-то благодарность или награда?       — Конечно, но позже, — юноша встал из-за стола. Он поправил жабо рубашки, с нетерпением глядя на Рама. — Ну что? Пошли?       

***

      Дилан протопал почти в конец одного из коридоров на третьем этаже. Клуб ретро-геймеров располагался так далеко из-за просьбы самих участников: играли они всегда со звуком, и им не хотелось мешать клубам поблизости. И сейчас, под громкие голоса, Дилан вошёл в помещение, сразу же едва не оглохнув от возгласов. В центре всего сыр-бора — две девушки, которых Дилан и надеялся встретить, сидящие перед экраном.       Одна половина ребят выкрикивала подбадривающее «Ева!», пока вторая восклицала «Мира!». Что ни на есть настоящее соревнование. Дилан закатил глаза, проходя вперёд и наблюдая за игроками. Как он и думал, его ненаглядная подруга здесь. Сидит абсолютно спокойная, кажется, даже не потеет из-за игры, в отличие от её соперницы, которую Дилан тоже знал. Мира всегда ассоциировалась у Дилана со спокойствием даже в пылу жаркой виртуальной схватки, часто играя ради отдыха и получения удовольствия, Ева же была полной противоположностью — за любую идею с соревнованием она бралась с энтузиазмом и горящими глазами, желая выиграть.       Дилан, сливаясь с фоном, просто крикнул:       — Давайте, девчонки, вперёд!       Дилан не успел опомниться, как услышал крик Евы:       — Есть! — Ева подскочила, улыбаясь во все зубы. Она показала Мире язык, довольная собой.       Часть ребят, подбадривающих её, засвистели в знак поздравления с победой. Девушка театрально им поклонилась.       — Спасибо, спасибо вам всем!       — Да, твоя взяла, Ева. В следующий раз поддаваться не буду, — бывшая соперница подмигнула ей.       — Хей, игроманки, — Ди подошёл к знакомым, смотря на них.       — Привет, — повернулась Мира, улыбаясь ему.       — Ты видел, видел?! — всё не успокаивалась Ева. — Да я её почти всухую!       — Видел, конечно. Девочки, будьте в Кантри-клубе в три часа.       — Хорошо, — Мира почти сразу уткнулась в экран портативной консоли.       — У меня тренировка, — выступила вперёд Ева.       — Ты основательница клуба, перенесёшь на десять минут.       Ева выглядела сконфуженно, но раздражённо выдохнула.       — И почему я должна переносить свои дела из-за тебя?       — Потому что ты должна мне, — усмехнулся он, скрестив руки на груди и смотря на девушку снизу вверх. К сожалению Дилана, он был не очень высоким парнем, отчего приходилось немного задирать голову, чтобы посмотреть в глаза Евы, которая чуть ли не на голову выше.       — И то верно, — она почесала затылок. Действительно, недавно Бруно здорово помог ей на соревнованиях, где буквально не хватало одного человека для полноценной игры. И Ева уговорила Дилана, который хотя бы немного, да смыслил в спорте. Но, конечно, за это она осталась в долгу. — Окей, я приду. Но если там что-то несерьёзное, то я тебя...       Дилан вышел из зала, не дослушав возгласы спортсменки о том, что конкретно она ему сделает за «несерьёзность». Его дело предупредить, остальное — мелочи. Стоило бы сходить поесть, пока есть время.       

***

      Лиаму не нужно много времени, чтобы определиться, что делать и куда идти.       Первый пункт плана: написать Мирославе и узнать, приходил ли к ней Дилан.       «Мирослава, ещё раз привет! К тебе весточка от Дилана пришла?»       Написать ей было куда проще, чем напрямую спросить у Бруно — у второго вечно стоял беззвучный режим, до мёртвого проще дозвониться.       «Привет) Так точно. Расскажешь по секрету, что вы там устраиваете?»       «Подготовка к Хербстфесту. Подробнее расскажем уже на месте».       «Неужели он решил, что уже пора? Какой этап арки развития персонажа я пропустила?»       «С каких пор такой литературный юмор?»       «Во-первых, арки персонажей есть не только в книгах (у тебя уже литература головного мозга). Во-вторых, с тех пор, как с тобой вместе работаем. Приходится терпеть».       Лиам фыркнул, быстро печатая ответ.       «В таком случае не буду давить на твою терпеливую натуру и пойду по делам (П.с. От девушки с играми головного мозга слышу)».       Он спрятал телефон в карман брюк, размеренными шагами проходя по коридорам. Прохожие студенты приветливо кивали ему: каждый в центре знал сына Валериана Ханиско в лицо, и Лиам не жаловался, с наслаждением принимая внимание окружающих.       Дверь нужного клуба заманчиво приоткрывалась, пропуская наружу нотки музыки, играющей из колонок, и звонкие голоса, полные смеха и интереса.       Фэшн-клуб, как и всегда, дышал жизнью, встречая каждого вошедшего неоновыми лампами, украшающими почти всё помещение, провокационной музыкой, звучавшей бо́льшую часть времени, и ароматом новых тканей.       Юноша громко, дабы перебить шум внутри, застучал в дверь. Обсуждения затихли, и почти сразу последовал крик:       — Заходите!       Ханиско перешагнул порог клуба, одарив немногих присутствующих приветливой улыбкой и лёгким поклоном.       — Здравствуйте. Не помешал?       — Ой, кто ж это заглянул к нам, — парень, сидевший за столиком с различными палетками теней, встал с места, встречая гостя. Тыльная сторона ладони покрывалась блестящими мазками... тинтов для губ, если Ханиско верно рассмотрел.       — Что, Лиам, в модели пришёл к нам записываться? — одна из девушек, откинув голову назад, разминала шею, сидя на подушке на полу: облегающий костюм из эластичной ткани местами взмок. — А Эйден тебе давно предлагает.       — Нет, спасибо, — парень покачал головой. — Я тут за другим. Мы планируем выступать, и...       — Вы? — заинтересованно воскликнула вторая девушка, теребя пальцами мерную ленту. Взгляд, направленный на парня, не скрывал смущённого восхищения. — А я думала, у вас там своё комьюнити, которое постоянно в стороне от происходящей вокруг шумихи.       — Молли, не перебивай, — Эйден мягко стукнул её по макушке кистью для пудры, чем вызвал ответную реакцию в виде нахмуренных бровей и поджатых губ.       — И я хотел позвать в команду визажиста, — невозмутимо продолжил Лиам.       — Вот как, — основатель клуба закатил глаза, — только ради выгоды к нам и приходишь, да?       — Вы знали, с кем имеете дело, — Ханиско склонил голову к плечу, и взгляд зацепился за девушку в форме. — Элизабет, не хочешь к нам?       — Я? — она взглянула на стоящего перед ней парня с вопросом. И вопросом не из разряда «Точно я? Уверен?», а что-то на уровне саркастичного «Серьёзно? Из всех людей в этой комнате — я?». — Почему вдруг подумал, что я захочу в этом участвовать? Тем более, когда в вашей компании есть Дилан.       — Мне казалось, что ты выше этого, — Лиам вежливо изогнул губы в улыбке. — Я видел твоё портфолио. И, думаю, ты идеально нам подходишь. Да и ты, как знаю, чир-дансом¹ увлекаешься, танцевать сможешь, если захочешь.       — Решил подкупить меня лестью? — она лукаво подняла уголки губ, наматывая прядь волос на палец, однако тон голоса совсем не был дружелюбным. — Сам же потом пожалеешь, что позвал.       — Элиза, ну что ты как не-знаю-кто! — Молли схватила девушку за плечи и слегка потрясла, как бы приводя в чувства. В голове Харпер совсем не укладывалось, что кто-то может отказаться от предложения Ханиско. — Соглашайся!       — Обещаю регулировать возможные конфликты с Диланом, — юноша приложил руку к груди, давая жестом некую клятву. — А взамен за помощь ещё и оплачу твою работу, чётко по прайс-листу.       — С этого и нужно было начинать, разве нет? — Элизабет поднялась на ноги, в предвкушении потирая руки. — Я тебя за язык не тянула, ты сам сказал это при двух свидетелях, помни.       — Хорошо-хорошо. Так ты с нами?       

***

      Ритмичный стук шагов и насвистывание мелодии создавали приятное слуху звуковое сопровождение. Рамон не стеснялся представлять, какой же красавчик — то есть он — прямо сейчас уверенно направляется в танцевальный клуб, выполнять свою часть «квеста».       Они с Лиамом разошлись: в фэшн-клубе у Лиама было больше шансов словить большой куш, в отличие от Рама, который совсем никого там не знал.       Художник без каких-либо прелюдий вошёл в крупную студию, в которой сейчас практически не было людей. Неудивительно — сейчас у многих перекус после изнуряющих пар, посещение которых Уолкер, как он цензурно выражался, не особо волновало.       Большой радостью оказалось отсутствие Долорес, основательницы танцевального клуба. С ней уж точно пересекаться не хотелось. Уж на что-то, а на изматывающий разговор с девушкой он не пошёл бы даже ради великих целей. Аура от неё была такая... некомфортная. А всего некомфортного Рамон в своей жизни старательно избегал.       Приятные басы мягко били по ушным перепонкам. Многие клубы очень любили одну фишку: включить на фон какую-нибудь мелодию, без слов, без резких переходов, просто для создания нужной атмосферы и настроения.       «Прям как в дорогих сериалах про подростков», — каждый раз иронизировал Рам.       Но в танцевальном клубе это хотя бы было уместным. Да и не просто мелодия играла, а полноценная песня, под которую на импровизированной сцене выписывал разной сложности движения танцор.       Уолкер почти сразу зацепился за него: под спокойный ритм песни плечи выписывали плавные круги, корпус отклонялся назад.       Бас — рывок локтя в одну сторону и удар бедром в противоположную. Ещё бас — резкое, почти дёрганное движение всем телом. Каждый резкий удар в треке синхронизировался с ритмом танца.       Певец в треке протяжно распевал гласную — откинул голову назад, проведя пальцами по открывшемуся горлу.       Рамон готов был поклясться — до сего момента, он искренне не понимал, что значит «не думай о технике, просто чувствуй» в контексте танца, где важно каждое движение. Но сейчас, любуясь хореографией незнакомца, он сам невольно проникся ритмом, покачивая головой в такт. Стукнул подушкой кеда, топнув в ритм, и парень в танце замер, моментально остановившись.       — Сорян! — крикнул Рамон, чувствуя себя неловко за сорванный номер. — Я не хотел мешать.       Танцор спустился со сцены, приблизившись к колонке и прокрутив диск против часовой стрелки, сбавив громкость песни. Сразу же он нацепил на голову кепку, натянув козырёк так низко, что из-под него наверняка ничего не было видно.       — Ты, наверное, репетировал? — Рам подошёл поближе, разглядывая парня. Он выглядел смутно знакомым. Возможно, один из многочисленных одногруппников, которых Рамон запоминал бы и отличал по лицам, если бы чаще появлялся на занятиях.       — Нет, — коротко ответил парень. В голосе ни досады, ни стыда, ничего такого. Только чуть сбитое дыхание от физической нагрузки. — Что-то нужно?       — Да! Очень нужно. Ты как, занят где-нибудь на номерах Феста?       — Нет.       — А хотел бы?       — И куда ты меня планируешь звать? — танцор, кажется, эмоционально не вовлекался в беседу, и Рамону, человеку-эмоции, стало непривычно. С такими людьми он не привык вести дела.       — Мои друзья номер готовят. Но танцуем мы... скажем так, хреновенько. А номер у них танцевальный. Вот, пришёл сюда за кем-нибудь, кто мог бы помочь.       — Просто быть хореографом?       — Нет-нет, и танцевать тоже! Если сам захочешь.       — А где твои «друзья»? Чего за них договариваешься?       — Делегирование полномочий, — в ответ на шутку Рамона танцор нахмурился. Хоть он и не показывал лица целиком, художник догадался об эмоции по плотно сжатым губам, но комментировать не стал. — Если будет интересно, придёшь к нам? «Кантри клуб», если что.       — А сейчас могу пойти?       Рам потерялся в собственных ощущениях. Этот разговор итак выбивал его из привычного стиля общения, тут ещё и такой... своеобразный молодой человек в качестве собеседника.       — Ну-у-у... Там пока никого. Мы планировали собраться к трём часам.       Танцор прижал палец к гарнитуре, вставленной в ухо, молчал пару секунд и заявил:       — Осталось полчаса. Я могу дождаться у вас.       — А тебе как, комфортненько будет куковать там со мной одному?       — Мне всё равно. Просто не хочу потом искать незнакомый клуб.       Вот оно, Рамон нашёл причину своего странного дискомфорта. И, решив узнать всё на берегу, озвучил тревожащий его вопрос:       — И ты правда так просто согласился? Даже толком ничего не спросив...       — Минусы? — парень напротив покрутил головой, хрустнув шеей. — Что я теряю, соглашаясь?       — Ничего, наверное?       — Вот и ответ, — он хмыкнул, присев на корточки у колонки и, нащупав usb-накопитель, закрыл его пластиковой крышкой, спрятав в карман джинсов. — А ты так просто предложил мне участвовать.       — Просто ты настолько классно танцуешь, я думал, что репетируешь часть номера.       — Не, это я для себя.       Уолкер никогда не знал, что такое «неловкая пауза»: он был из тех, кого это понятие боялось. Но, похоже, всё действительно рано или поздно будет в первый раз. Диалог вызывал странное давление в горле, желание сказать что-нибудь одновременно в тему и максимально мимо. Однако Рам понимал, что сработало бы подобное только на человека, которого такой ход может рассмешить, разозлить или смутить. Танцор же, чьего имени он даже не удосужился спросить, скорее, пропустил бы мимо ушей любую лишнюю реплику из уст Рамона.       — Раз так, мо-о-ожет... пойдём? И, к слову, как тебя?..       — Лайонел. Пошли.       Он цокнул языком и медленно, даже лениво, пошёл вперёд, мимо парня, окончательно сбитого с толку.       «Классно, конечно, танцуешь, но ты странный», — Рам растерянно пожал плечами, рванув следом за новым знакомым и, выходит, возможным членом команды.       

***

      Дилан вернулся назад в главный корпус и направился к лестнице, уже предвкушая запах из самой большой части центра — зоны отдыха. Он прошёл вверх, в глаза сразу бросился слегка затемнённый стеклянный потолок в виде купола, под которым рос сад. Бруно всё ещё был приятно удивлён, что тут цвели настоящие цветы и деревья, выращенные на искусственном основании.       Столы, расположенные под красивыми беседками, потихоньку заполнялись учениками. В зоне отдыха у каждой группы ребят было своё место, где они могут перекусить. Это, конечно, никак не оговаривалось, но понималось многими.       Он прошёл вперёд, вдыхая полной грудью петрикор. Сады здесь регулярно поливались, отчего ощущалась невероятная свежесть. А сегодня, вдобавок, и дождь лил как из ведра. Хоть дождь Дилан и не любил, но обожал прохладу и аромат, который он оставлял после себя.       Бруно сел за свой стол, достав из сумки перекус. Ему было комфортнее есть здесь, в беседке. С детства привыкший к видам деревьев и запаху дождя, он словно возвращался домой к бабушке с дедушкой. Сейчас ситуация не отличалась. В нос ударил приятный аромат выпечки, в воспоминаниях всплыла дымка от готовки...       Он рассматривал погоду за окном. На фоне он невольно слышал разговоры. Вернее, их обрывки.       — ...Шеннон... в гости приходил?       — Наверное, навестить...       — Столько лет... вряд ли.       Дилану никогда не были интересны сплетни.       Нет, не так.       Он их терпеть не мог.       Более того, он прекрасно знал, что ученики не первый год находят повод для обсуждений в личности мистера Шеннона — бывшего финансиста центра. Бруно слышал, что Шеннон поругался с Вольфгангом, нынешним ректором центра. Ну, помирились, всякое бывает, но чтобы уже несколько лет подряд при каждом появлении господина Шеннона перемывать косточки всем и каждому... Ему это не нравилось и казалось странным, далёким для него.       Значит, он был в центре? Дилан мог лишь догадаться, что мужчина навещал могилу Каролины и захотел увидеть, как живёт её наследие. Как-никак, а он знал её и Вольфганга, помогал им со строительством центра. Придя к такому выводу, Дилан не начал придавать такой детали значения.       «Благо хоть в моём окружении нет тех, кто вечно обсуждает это всё. Я б чиканулся».       Часы в зоне отдыха показывали четырнадцать пятьдесят девять. «Отлично, у меня есть ещё минут десять», — пронеслось в голове Бруно.       

***

      Дилан вернулся в клуб, и тут же округлил глаза.       — О, — только и смог сказать он.       В помещении сидело человек шесть точно. Это те, кого нашли Лиам с Рамоном? Дилан уселся на пол, смотря на всех собравшихся. Среди них были и Ева с Мирой. Дилан сразу заметил, как Ева, с привычным огнём в глазах, готова была к любому вызову, а рядом... Элизабет. Девушка, почти безмятежная, сдержанно наблюдала за происходящим. Дилан не успел отреагировать, услышав голос Лиама.       — Дилан, давай, — Лиам улыбнулся, в предвкушении посмотрев на группу.       — Я? — Он в недоумении посмотрел на друга, но после осознаёт сказанное. Прокашлялся. — Вы хотите участвовать в Хербстфесте?       — Да, иначе мы бы не пришли, — ответила та самая девушка в полосатом свитере. — Нас спрашивали об этом.       Бруно знал её, не мог не знать: Элизабет собственной персоной. Она училась с ним в одной группе. Гитарист невольно сжал губы в тонкую полоску от слегка неприятного чувства: увидеть здесь Элизу для него стало не самым лучшим сюрпризом. У них не самые хорошие отношения: Элизабет была одной из самых громких сплетниц.       «О чём я там думал пару минут назад? Нет таких людей в окружении? Рано радовался».       Так вот к кому друг пошёл в первую очередь... Хотя неудивительно. Они ведь знакомы не первый год и, если Бруно верно помнит, она была одной из визажисток Фэшн-клуба.       — Просто хотите выступить? — спросил он, глядя прямо на Элизу.       — Допустим. Это будет хорошая реклама моих услуг.       — Ты ведь из клуба Эйдена? Визажист?       — Как мило, что ты запомнил, — она поправила берет на голове. — Да, а что?       — Но зачем нам визажист?       — Вы же не выйдете на сцену без должного макияжа и образа!       — Может ещё маникюр с педикюром входит в перечень твоих "услуг"? — Дилан сощурился.       — Брось, макияж это не только блёстки и помадки! Что за стереотипы? — она надула алые губы.       Дилан увидел, как Ева прыснула себе в руку. И в душе обрадовался: не один он находил компанию Элизы сомнительной. Только Ева, очевидно, имела другие причины для этого.       — Не тебе говорить о стереотипах, — не удержалась от стёба Миллер, скрестив руки на груди.       — Ладно, тебя могу оставить без своей помощи, — почти моментально отреагировала Элизабет, и на миловидном лице возникла немного снисходительная улыбка. — Вряд ли ты способна оценить это по-настоящему.       — О чём я и говорила, — ёрничила Ева, демонстрируя раздражение всем своим видом. В отличие от Дилана, она совсем не умела мало-мальски держать негативные эмоции при себе в неподходящий момент, и, судя по лицу Элизы, прямо сейчас Харгрейв предпочла бы разговор с Бруно, нежели с хамкой — как она её называла — Миллер.       — Девочки, вы обе душки, давайте не ругаться, — со смехом сказал Рамон.       — Ребят, простите, давайте продолжим, — улыбнулся Лиам, стараясь вернуть разговор в прежнее русло.       — Окей, — Дилан прочистил горло, заговорил громче. — Раз вы хотите выступать, то что вы будете делать? Вы уже в курсе, что у нас танец?       Кивки и слышимое «да» стало ответом.       — Я из танцевального клуба, возьму хореографию на себя.       Раздался голос долговязого парня. По слуху сразу же ударил акцент владельца голоса. Иностранец, выходит. Акцент был знакомым, но Дилан услышал слишком мало, чтобы сразу распознать его. Дилан посмотрел на молодого человека и задержал на нём взгляд. Единственный в этой компании, кого он не знал. Может, видел в коридорах центра или мимоходом у вахты. Худой, едва ли не тощий, что невозможно было спрятать даже под свитером, с кепкой на голове, закрывающей его взгляд. Кажется, он и не думал смотреть на собравшихся. Он поправил козырёк, задевая пальцами длинные волосы. Дилан ощутил, как напрягаются мышцы.       — Лады. Как тебя звать-то хоть?       — Лайонел Уолтер.       — Ты кого-нибудь тут вообще знаешь?       — Нет. Только Миру и Лиама. Ну, ещё меня сюда позвал Рамон.       — Он наш одногруппник, — подтвердила Мира.       — Рам? Вы знакомы? —Дилан внимательно смотрел на Лайонела.       — Нет. Просто он пришёл в танцевальный клуб, а там я. Вот и всё.       — Танцевал круто, не мог же я такой алмаз пропустить, — хихикнул Рамон.       — Понял.       — Позволите представить вас? — улыбнулся Ханиско, посмотрев на собравшихся. — Думаю, так Лайонелу станет немного комфортнее.       — Малыш Лими, думаю, они справятся с этой непосильной задачей, — прокомментировал Рам, не отрываясь от работы в скетчбуке. — Верно ведь?       — Элиза Харгрейв-Альтвикер, — начала Элизабет, не дожидаясь остальных.       — Евангелина Миллер, — девушка поправила пиджак. — Но часто просто Ева.       — А я Дилан.       Лайонел кивнул. Очевидно, никого с первого раза тут не запомнит, но их дело лишь представиться.       — Под какую песню номер?       — Воу, так сразу к делу? — Дил посмотрел на парня снизу вверх, странно ухмыльнувшись. — Мы пока ещё особо не думали. Если ты подберёшь танец, то, наверное, лучше выберешь музыку.       — Танцуем по парам?       — Да. Думаю, каждый выберет себе партнёра сам.       — Нет. Сперва нужно подумать над хореографией.       — Как это нам мешает сейчас выбирать напарника?       — Пары также влияют на танец. Так что придётся подождать.       — Я могу позвать своего друга, у нас, как говорят, идеальная синергия, — улыбнулась Элиза.       — Святая Тория², только его тут не хватало для фулл хауса, — Ева скрестила руки на груди. — Они с Дилом тут поубивают друг друга. И я тоже в стороне стоять не буду.       — Впервые, но я согласен с Евой, — Бруно поправил браслеты на запястье. — С Ланселотом будет лишь нервотрёпка.       — Он будет не танцами заниматься, а с Диланом кричать друг на друга, — съехидничал Рамон. — И не факт, что это начнёт Ланс.       — Так будьте умнее, не обращайте внимания на его слова и подколы, — бросила Харгрейв. — Что вы, как в садике что ли? Я думала, мы уже переросли период активного подросткового бунта.       — Оу, Элиз, ты это зря... — тихо шепнула Мира, прекрасно понимая, что Дилан не будет молчать в ответ.       Дилан только успел приоткрыть рот, чтобы заговорить, как Лиам громко захлопал в ладони, привлекая внимание к себе. Бруно слишком быстро закипал, и стоило бы спасти ситуацию, пока никто не начал ссориться.       — Элизабет, если нам понадобится помощь Ланселота, мы обязательно тебе скажем, хорошо? — он старался быть максимально мягким.       Девушка лишь молча кивнула, перебирая свои короткие волосы.       — Спасибо большое за понимание, — он улыбнулся ей, но она лишь надула губы, подсев ближе к Мирославе, что всё время молчала, наблюдая за происходящим. Элиза скрестила руки на груди, смотря куда-то в сторону с не самым довольным лицом.       — Дайте мне некоторое время, и я приду к вам с хореографией, — Лайонел, не обращая внимания на громкие споры ребят, думал о своей работе. — Когда надо будет собраться в следующий раз?       Дилан вновь посмотрел на него, выгибая брови дугой. Парень шёл сюда исключительно помогать с выступлением, говоря только о нём. Может, конечно, влияла незнакомая обстановка и отсутствие друзей в компании. Но его серьёзные вопросы и уточнения вызывали у гитариста смешанные эмоции. С одной стороны он был рад, что Лайонел не строит из себя само дружелюбие, а с другой — хотелось, чтобы парень поскорее ушёл.       — Да хоть завтра в это же время, — Бруно посмотрел на ребят, словно спрашивая, удобно ли им прийти. Никто не возражал.       — Хорошо, — Лайонел оттолкнулся от стены, готовый уходить. — У меня есть дела в клубе, вынужден идти.       — Так скоро? — спросила его Мирослава, задержав на нём взгляд дольше нужного. — Ребята предлагали нам отдохнуть и попить чай.       — Может быть, в следующий раз. Приятного чаепития.       Он даже не повернулся в сторону компании, выходя из помещения и прикрыв за собой дверь.       — Вот это человек-лаконичность, — постаралась пошутить Мира.       — Относительно неплохой парень, — пожал плечами Ди. — Кратко и по делу говорил.       Дилан невольно выдохнул. Дышать стало легче.       — Надо было ему хоть сладости предложить, — на лице Лиама появилась лёгкая грусть. — А то неловко вышло...       — Беги за ним, вдруг догонишь, — не удержался Рамон, не отрываясь от скетчбука. — Запихай ему за пазуху пару ирисок, может, оценит.       — Какой ты шутник, Рамон, обхохочешься, — пробубнил Дилан, понимая, что Лиам действительно переживает из-за того, что даже не угостил гостя. Воспитания Ханиско, что уж.       — Так, м-м-м, что там с чаепитием? — с улыбкой спросила Мирослава, смотря на ребят и пытаясь сгладить вечер, вывести его в более приятное русло.       — Только если чай будет крепче виски, — Рам подмигнул ей, обворожительно улыбнувшись.       Мира приподняла уголки губ в дружелюбной улыбке, отвечая ему с той же ноткой шутки.       — Очень интересная идея, Рам, но спешу напомнить и огорчить — алкоголя нет.       — Рамон, тебе всё равно нельзя алкоголь, — шутливо сказал Лиам, глядя на друга. — Над рисунками в нетрезвом виде работать ой как непросто.       Дилан лишь закатил глаза.       «Нужно лишь потерпеть и пережить Хербстфест».