Король, слуга и советник

На следующий день Мичи собрался и вышел из дома с неожиданно лёгким чувством. Встреча у популярного караоке-клуба прошла как обычно: шумные приветствия, толкотня в очереди, оплата на два часа вперёд. Войдя в комнату с мягкими диванами и мигающими гирляндами, они сразу же погрузились в хаос: заказывали напитки и снеки, с хохотом спорили, кто первый возьмёт микрофон. Спустя десять минут Мичи, вооружившись шумящим инструментом, старательно, хоть и не всегда в такт, подбадривал друзей. Воздух гудел от смеха и не всегда мелодичных, но от души спетых песен. Даже Мичи, обычно сдержанный, пару раз поддался общему настроению и спел, вызвав восторженные вопли и аплодисменты. Через час постоянных возгласов и выпитой воды ему приспичило в туалет. Освежившись, он уже направлялся обратно по узкому коридору, когда его остановил тихий голос: – Здравствуйте… а можете мне, пожалуйста, помочь с микрофоном? Перед ним стояла девушка невысокого роста, с песочного цвета светлыми волосами, перекинутыми через плечо. Её глаза были странного, золотистого оттенка, и в них читалась растерянность. – Я тут очень редко, поэтому забыла, как их подсоединять… Мичи не видел смысла отказывать. Он кивнул и последовал за ней в её комнату – такую же стандартную, но пустую, без шумной компании. Взглянув на оборудование, он быстро нашёл нужный разъём, вставил штекер, проверил звук лёгким постукиванием по микрофону и отряхнул руки. – Всё, закончил, – сказал он с лёгкой, дружелюбной улыбкой, поворачиваясь к ней. – Как же хорошо! – воскликнула девушка, но её действия были странными. Вместо того чтобы взять микрофон, она подошла к двери и щёлкнула замком. Потом повернулась к Мичи и начала медленно приближаться, с какой-то наигранной томностью в движениях. – Я хочу вас отблагодарить… по-особенному. Её пальцы потянулись к пуговицам на блузке. Мичи, на секунду остолбенев от непонимания, резко отвернул голову, чувствуя, как по щекам разливается жар. – Извините, не могли бы вы одеться? – его голос прозвучал резко, но без злости, скорее с нарастающей паникой. – Я вам помог по своей инициативе, мне ничего не нужно. Но девушка продолжала приближаться, уже расстегнув блузку. Мичи, не глядя, выставил перед собой руки, как щит. – Слышь ты, пубертатница недоделанная! – его терпение лопнуло, и он, наконец, повернул к ней лицо, тыкая пальцем в воздух перед собой, стараясь не смотреть ниже её подбородка. – Если ты так каждого отблагодаривать будешь, ты станешь никем! Нужно себя любить, чтобы знать себе цену! Тебе ещё 18 нет! Какой нахер секс! Быстро оделась, и чтобы я не видел, как ты тут первому прохожему отдаёшься! У тебя же будет когда-нибудь парень! Не стыдно будет в глаза смотреть? Девушка замерла. Её наигранная соблазнительность испарилась, сменившись растерянностью, а затем губы её задрожали. – Да он меня и так не замечает! – вырвалось у неё, и голос сорвался на плач. – Хоть он и не мой парень… но каждый раз, когда я подаю знаки внимания, он отмораживается! Вот и подумала, если я стану «взрослой», то и наверняка он заглянется на меня! Она тихо разрыдалась, опустившись на пол. Мичи почувствовал, как его гнев мгновенно сменился смесью жалости и раздражения. Бедная дурашка. – Это не повод отдаваться первому встречному! – сказал он уже мягче. – Я надеюсь, я первый, кто на такое «повёлся»? – М-м… – она промычала, уткнувшись лицом в колени. – Слава богу… Так не надо. Всему придёт своё время. Цени себя – это самое главное. Оденься, пожалуйста, – он отвернулся, сгорая от неловкости. – Я чувствую себя извращенцем. Девушка, всхлипывая, натянула блузку и застегнула её. Она сидела на диване, маленькая и несчастная, словно все её глупые планы рухнули, а нового смысла не появилось. Мичи взглянул на неё и почувствовал укол жалости. Ей, наверное, паршиво. – У меня там друзья сейчас орут как резаные, – неожиданно для себя сказал он. – Не хочешь с нами? Чтобы отвлечься. Она подняла на него заплаканные золотистые глаза, не веря ушам. – П-правда? – Правда. Пошли, – он улыбнулся, на этот раз по-доброму, подошёл к двери и открыл замок. Девушка, вытирая слёзы, неуверенно поднялась и последовала за ним. Мичи вёл её по коридору, думая о том, как он сейчас представит своим друзьям неожиданную «гостью». Ацуши наверняка поднимет брови, Казуши начнёт строить теории, а Мокото просто пожмёт плечами. Но, чёрт возьми, иногда нужно быть просто человеком, а не игроком в чужие игры. Хотя бы на один вечер.

***

– Ребят, у нас ещё одна гостья! – объявил Мичи, входя в комнату и слегка подталкивая вперед застенчивую девушку. – У неё был не очень хороший день, а с друзьями она не пришла. Вы же не против? Все на секунду замерли, рассматривая новичка. Но Такуя, обычно такой сдержанный, вдруг широко и тепло улыбнулся, сразу же подвинулся и похлопал по дивану рядом с собой. – Конечно, проходи! Чем больше, тем веселее! И тут началось то, чего Мичи никак не ожидал. Девушка, которая минуту назад была тише воды и ниже травы, вдруг словно переродилась. Когда очередь петь дошла до неё, она взяла микрофон и… выдала такой отрывок репа, что у Мокото загорелись глаза. Он тут же подхватил, и завязался импровизированный рэп-баттл. Комната взорвалась смехом и криками поддержки. Ацуши и Казуши орали, подбадривая обоих, Такуя отбивал ритм, улыбаясь. Мичи наблюдал за этим со странным чувством тепла в груди. Он был рад, что, сам того не планируя, сделал хотя бы один чей-то вечер чуточку светлее. Время пролетело незаметно. Ещё час – и всё закончилось. Расплатившись, все вывалились на прохладную вечернюю улицу. Мичи с девушкой задержались на минуту, пока остальные, шумно прощаясь, разбредались по домам. Когда последний из друзей скрылся за углом, девушка резко развернулась к Мичи и глубоко, почти церемонно поклонилась. – Спасибо вам огромное. Если бы вы… если бы вы не попались первым, я не знаю, как бы потом смотрела в глаза тому, кого люблю. Она стеснительно начала крутить вокруг пальца прядь своих светлых волос. Мичи, немного смущённый, положил руку ей на макушку и легонько погладил, как маленькую сестрёнку. – Всегда думай, прежде чем действовать, – мягко сказал он. – Я рад, что смог помочь. Хотя бы сегодня. Девушка ещё раз поклонилась, улыбнулась своей новой, уже более уверенной улыбкой, и пошла своей дорогой, смешиваясь с вечерней толпой. Мичи посмотрел ей вслед, а затем перевёл взгляд на небо. Солнца уже не было видно, город зажигал огни. Вдруг его с неодолимой силой потянуло закурить. Но рядом не было ни Ханмы со своим спасительным «Seven Stars», ни его собственной пачки. Нужно было найти киоск. Он зашагал по освещённым улицам, наслаждаясь тишиной после караоке-шума, и в этот момент в кармане снова зазвонил телефон. Мичи вздохнул. Он почти не сомневался, кто это. Неизвестный номер. Он поднёс трубку к уху, и ещё до первого слова узнал этот голос – живой, настойчивый, не терпящий возражений. – Мичи! Топай на собрание! Отказы не принимаются! – Майки, блядь, я только… – начал было Мичи, но в трубке раздались короткие гудки. Вызов был сброшен. Мичи замер посреди тротуара, стиснув телефон в кулаке. Свежее чувство покоя и лёгкости после хорошего вечера испарилось, сменившись знакомым раздражением. – Блять! Майки! – прошипел он в пустоту, глядя на потухший экран. Его выходной, похоже, официально и окончательно закончился. Снова.

***

Мичи, подходя к храму, инстинктивно приготовился к очередной проверке у входа. Но на удивление парни в чёрном лишь кивнули ему, пропуская без лишних слов. – Походу, Мицуя постарался, – подумал он с облегчением. И тут же ему резко захотелось увидеть Мучо. Сказать, что он скучал, было бы слишком, но осознание, что он всё время приходил сюда по вызову и ни разу не подошёл к старому знакомому, вызывало лёгкое чувство вины. Он быстро отыскал глазами знакомую фигуру со светлым помпадуром, стоявшую чуть в стороне от основной толпы. Не раздумывая, Мичи подбежал и обхватил Мучо в неожиданные для обоих объятия. – Мучо! Чёрт, я уже чувствую себя виноватым, что каждый раз прихожу сюда и ни разу не подошёл к тебе, – выпалил он. Мучо, обычно такой невозмутимый, на секунду застыл, а затем на его лице расплылась редкая, широкая улыбка. Это зрелище было настолько шокирующим для парней из его пятого отряда, что они буквально остолбенели. Их строгий, прожигающий взглядом командир… мило общается? И улыбается?! – Здаров, Мичи, – похлопал его по спине Мучо, слегка отстраняясь. – Да я тебя вижу, вижу, как ты сюда приходишь через «не хочу». – Какой ты догадливый. Моя бы воля, я вообще на эту сторону не дышал бы. Но увы, – вздохнул Мичи. Мучо тихо хмыкнул. – Бывает, малой. Ладно, иди, а то потом нам обоим будет несладко, если босс увидит, что мы тут болтаем. Мичи на мгновение погрустнел, но кивнул. – Ладно. А, кстати, Мучо! – он понизил голос. – Где тут можно купить сигареты? Нормальные? Мучо от такого вопроса чуть не поперхнулся. – Ты когда курить начал?! Мичи виновато улыбнулся. – После выхода. Мучо мгновенно понял, о каком «выходе» идёт речь. Его лицо стало серьёзным. Он тяжко выдохнул, но всё же сказал: – В Рапонги. Там Хэйтани заправляют, так что наверняка у них пара магазинчиков найдётся для таких, как ты. Только осторожней там. Мичи улыбнулся ему ещё раз, поблагодарил и, помахав на прощание, пошёл дальше. Мысль о том, что в Рапонги заправляют Хэйтани, зацепила его. Было бы забавно случайно на них наткнуться… Но сейчас у него были другие, более насущные проблемы. Он направился к центру сборища и замер, увидев знакомую картину: Майки и Кен что-то обсуждали с… девушкой. С той самой девушкой из караоке. Сердце Мичи ёкнуло. – Ты? – невольно вырвалось у него, и он тут же пожалел. Все трое обернулись. Девушка – Эмма, как он теперь узнал, – тихо ахнула, узнав его. – Ой, это ты? – удивилась она. Кен тут же нахмурился, переведя тяжёлый взгляд с Эммы на Мичи. – Смысл «ты»? – его голос прозвучал угрожающе. Мичи внутренне выругался. Последнее, чего ему хотелось, – это объяснять при всех историю про караоке и несостоявшуюся «благодарность». – Встретились в караоке, – быстро сказал он, стараясь звучать максимально небрежно. – Она была одна, а я с одноклассниками. Вот и затусили вместе. – Полуправда была лучше, чем полный рассказ. Кен, похоже, удовлетворился этим объяснением и кивнул. – Как же хорошо, что вы знаете друг друга! – воскликнул Майки, радостно хлопая в ладоши. – Значит, и представлять не нужно! Но тут Мичи и Эмма хором выпалили: – Мы не знаем друг друга имён… Майки и Кен застыли в полном ступоре. – Как можно было тусить вместе, не зная даже имени? – недоверчиво спросил Кен. Эмма смущённо хихикнула, а Мичи просто закатил глаза. – Не обязательно знать имя, чтобы вместе потусить, – парировал он. Майки, покачав головой, вздохнул и взял на себя роль церемониймейстера. – Ладно, тогда представляю: Мичи, это Эмма. Моя сестра. Эмма, это Такемичи Ханагаки. Он мой… друган. – На последнем слове лицо Майки озарила такая самоуверенная улыбка, что у Мичи внутри всё перекосилось от досады. Друган, блин. – Приятно познакомиться, Эмма, – вежливо протянул руку Мичи, решив вести себя прилично. – Обоюдно, Такемичи, – улыбнулась в ответ девушка, и её рукопожатие было тёплым и крепким. Они разжали руки, и в воздухе повисла короткая, слегка неловкая пауза, полная невысказанных вопросов и воспоминаний о прошлом вечере. – Эмма, отойди, пожалуйста, в сторонку, я щас собрание начну, – мягко, но твёрдо сказал Майки. Эмма кивнула и отошла к краю площадки, уступая центр. Мичи использовал этот момент, чтобы катапультироваться в сторону знакомого лица – Мицуи. Тот лишь кивнул в знак приветствия, и Мичи ответил тем же, чувствуя себя немного спокойнее рядом с кем-то более-менее адекватным. – Собрание начинается! – громовой голос Кена прорезал гул толпы, заставив всех мгновенно замолкнуть. – Недавно у нас было внезапное нападение со стороны «Мебиуса»! – начал Майки, его голос, обычно такой лёгкий, сейчас звучал чётко и властно. – Итог битвы – мы победили! В толпе поднялся ропот, который быстро перерос в радостные крики и восхваления. Майки поднял руку, и шум стих. – Но в процессе битвы случился казус с командиром третьего отряда, Пачином. Он будет на некоторое время отстранён от банды. По рядам пробежала волна лёгкого, подавленного разочарования, но никто не осмелился возразить. – А также, – продолжил Майки, и его тон стал менее официальным, – мы с замом хотим попросить у всех прощения. Мы поступили глупо, сорясь между собой и нечаянно втянув в эту ссору всю «Тосву». Сейчас всё в порядке, так что прошу всех успокоиться и больше не поддаваться на раздоры! Это заявление сначала вызвало удивление, а затем новую волну одобрительных возгласов. Видеть, как их, казалось бы, неприкасаемые лидеры признают ошибку, было необычно и, как ни странно, сплачивающе. – И, понятное дело, в итоге битвы к нам присоединяется «Мебиус»! – объявил Майки, и крики стали ещё громче. Он выждал паузу, и его взгляд пополз по толпе, пока не нашёл Мичи. На его губах появилась та самая, хитрая, лисья улыбка. – Но я хотел бы поблагодарить отдельно одного человека. Такемичи Ханагаки! Тишина на секунду повисла, пока все переваривали незнакомое имя, а потом гул вопросов «Кто это?» пронёсся по рядам. Сам Мичи стоял, как вкопанный. Его левое веко начало мелко, но отчётливо дёргаться. «Какой ты хитрый, Майки… Специально меня сейчас выставляешь, солнышко, чтобы я не смог слинять в будущем…» – пронеслось в его голове. На его лице застыла странная, вымученная улыбка – смесь признательности, раздражения и полного понимания того, что его только что красиво припечатали к «Тосве». – Этот человек, – громко продолжал Майки, – не только смог вовремя предупредить нас о нападении, но и защитил судьбу Пачина, не дав ему совершить непоправимую ошибку! А ещё… – тут Майки лукаво подмигнул, – он смог помирить нас с замом, когда мы вели себя как последние дураки! Я прошу с этого дня уважать Такемичи Ханагаки как ценного союзника и человека, которому «Тосва» многим обязана! Толпа взорвалась. Крики одобрения, восхищения и просто радости обрушились на Мичи. Его начали хлопать по плечам, кричать ему слова поддержки. Он стоял в центре этого стихийного признания, чувствуя себя абсолютно не в своей тарелке. Мицуя, стоявший рядом, смотрел на него с плохо скрываемым удивлением и вопросом в глазах. – Не смотри на меня так, – тихо пробормотал Мичи, пытаясь сохранить подобие улыбки. – Это… долгая и очень глупая история. Мицуя лишь усмехнулся, качая головой, словно говоря: «Ну ты и влип, дружище». А Мичи в этот момент думал только об одном: как бы поскорее исчезнуть с этой площади, пока его окончательно не причислили к святым покровителям «Свастонов». МИНУТА БОНУСА Собрание наконец закончилось. Толпа начала медленно расходиться, растворяясь в ночи группами и поодиночке. Как только половина «Тосвы» скрылась из виду, Мичи, до этого стоявший с каменным лицом, словно сорвался с пружины. Он метнулся сквозь оставшихся людей прямо к Майки, который как раз что-то оживлённо обсуждал с парой командиров отрядов. Не говоря ни слова, Мичи занёс руку и со всего размаху треснул его по затылку. – Ай-я-я! – взвизгнул Майки, не столько от боли, сколько от неожиданности. Он прикрыл голову руками и рванул прочь. – Мичи, не бей меня! Я же глава! – Будешь знать, как выставлять меня на публику, засранец! – шипел Мичи, пускаясь вдогонку. – Я же из-за тебя теперь нормально жить не смогу! Меня каждый второй тут будет узнавать и кланяться! Ты что, думал, мне это надо?! Они устроили настоящую комическую погоню вокруг каменного основания храма: Майки – вертлявый и быстрый, визжал и хихикал, уворачиваясь; Мичи – мрачный и решительный, пытался настичь его, чтобы вручить ещё пару увесистых подзатыльников. Наблюдавшие за этой сценой Кен, Эмма и Мицуя не могли сдержать улыбок. – Так… а что, собственно, произошло? – спросил Мицуя, обращаясь к Кену, пока два идиота носились по кругу. Кен, не сводя глаз с бегущего Майки, хмыкнул. – Это долгая и глупая история. Мицуя вздохнул и почесал затылок, глядя, как Мичи наконец-то настиг Майки у фонарного столба и принялся методично мять его светлые волосы, а тот только пищал и смеялся. «Это что за история такая, что никто толком ответить не может?» – подумал он, но, судя по миролюбивым улыбкам Кена и Эммы, ничего смертельного не произошло. Просто очередной день в странной, новой реальности, куда Такемичи Ханагаки влился с таким грохотом.