Глава 10
14 марта 2026 г., 09:17
Тэхён действительно приехал не просто ради развлечения. Едва их машина остановилась у входа с металлической дверью и вывеской «Грот», он уже переключился в режим наблюдателя. Нужно было изучить конкурентов, понять, куда утекли гости из его «Сохо», и почему этот новый подземный клуб так уверенно забирает себе ночной Лондон.
Это был буквально вход в пещеру: узкая лестница, уходящая вниз, подсвечена приглушенным зеленоватым светом. Стены казались вырубленными в грубом камне, но это не выглядело мрачным подземельем — чувствовался профессионализм дорогого декоратора.
— Как будто действительно спускаешься в подземелье, — шепнула Дженни, поправляя платье, словно позировала невидимой камере, пока свет менялся по мере их движения: от холодного зеленоватого к мягкому жёлтому, затем к насыщенному фиолетовому в самом низу.
Тэхён ничего не ответил, только слегка приподнял уголок губ. Его глаза, напротив, ожили. Он чувствовал кожей, что здесь все продумано, и это одновременно и восхищало и бесило.
Когда их троица вошла в главный зал — глубокий и многослойный — они сразу погрузились в атмосферу подземной пещеры. Потолок уходил вверх, где блестели сталактиты — при ближайшем рассмотрении оказавшиеся светильниками. Развешанные на разной высоте где бахромой, где гребёнками, они тянулись тонкими каплями света, который менял свою интенсивность, а порой и вовсе исчезал.
Проекторы лучами отображали на каменной породе стен то стаю летучих мышей в полете, то силуэты невероятных монстров, живущих в реальных карстовых пещерах, нелепейшим образом пугающих пресыщенных мажоров лондонской ночной жизни.
Чему способствовала и музыка: мощная, но не заглушающая, с умным ритмом, который то расслаблял, то добавлял адреналина в кровь. Каждая композиция вливалась в следующую, создавая ощущение единого потока.
Диджей в стилизованном одеянии покорителя пещер с фонарем на каске работал как настоящий хозяин этого места и буквально качал публику.
Официанты же выглядели так, словно только что спустились в эту пещеру вместе с гостями. Их комбинезоны были укороченными и откровенно обтягивали рельефные фигуры, из грубой ткани, подвязанные веревками, увешанными карабинами. Образ дополняли плотные чулки и треккинговые ботинки на массивной подошве. Каждый из них выглядел словно альфа-самец и дамы буквально таяли, стоило любому из них возникнуть у столика.
— Тут выиграно всё, — почти беззвучно сказал Тэхён сам себе, взглядом проходясь по залу. — Свет, ритм, форма, маршруты, даже мелочи.
Огромное количество гостей подтверждало его вывод. А ведь лица в этой толпе были ему знакомы — практически всех он привык видеть у себя в «Сохо» в лучшие времена. Известные блогеры, богатые наследники, пара медийных персон, светские львицы, несколько предпринимателей, пара лиц из модной индустрии. Все те, кто ещё год назад считал «Сохо» единственным достойным местом. Теперь же они все были здесь. Смеялись, пили, флиртовали, танцевали…
— Видишь, все тут, — ехидно прошептала Дженни ему на ухо, чуть наклоняясь. — Все твои бывшие гости.
Он не ответил.
Их проводили к столу: за рядом сталагмитов, каждый из которых выглядел подчеркнуто эротично, или это только казалось оголодавшему Тэхёну, оказалось углубление в стене, напоминающее миниатюрный грот. Полукруглый диван, мягкие подушки глубоких оттенков, стол, встроенный в каменную нишу.
Свет исходил из вмонтированных в стену кристаллов, имитирующих драгоценные камни, и был достаточно ярким, чтобы видеть лица собеседников, но и достаточно мягким, чтобы чувствовать интимность.
Официант подошёл к ним с корзиной, где на выложенном мхом дне лежали «драконьи яйца» — размером с небольшие продолговатые дыни и очень пятнистые.
Выдав каждому по яйцу и пояснив, что с помощью этого можно сделать заказ, он с улыбкой наблюдал, как Марсель пытается вскрыть скорлупу, а Дженни делает селфи с двумя яйцами сразу — второе отобрала у Тэхёна, который, поджав губы, ждал завершения этого аттракциона.
Оказалось, яйца разблокировались хитрой кнопкой, которую можно было только нащупать, а не увидеть, а внутри были вмонтированные планшеты, впрочем совершенно такими не выглядящие — на месте желтка на экране светилось меню с непривычными названиями коктейлей и их фото в такой оригинальной подаче, что совершенно невозможным казалось не попробовать хотя бы парочку.
Напитки действительно поражали: низкие стаканы с густой, почти маслянистой текстурой, напоминающие нефть, фужеры с переливами от бирюзы до пурпура с закусочным мхом на каменной тарелке. Но ко всему этому полагалась ещё и глыба льда на большом подносе с туристическим топориком, как предложение помериться мужчинам силой и ловкостью, а дамам — насладиться этим зрелищем.
— Классно же, правда? — глаза Дженни сияли, она словно впитывала атмосферу каждой клеточкой. — Посмотри на это! Они не просто продают алкоголь, они продают ощущение, что ты попал в другой мир!
— Неплохо для грота, — отозвался Тэхён, но голос у него был оценивающий, а не насмешливый. — Очень неплохо.
Он повернулся к Марселю, который сидел слишком близко, наклонившись в его сторону, будто стремясь поймать каждое движение. Лицо француза светилось восторгом и почти детской наивностью.
— Пойдём потанцуем, — сказал Тэхён, чуть касаясь его запястья. — Хочу посмотреть зал в движении.
Марсель тут же вскочил, как будто только этого и ждал.
Танцевальный зал был переполнен. В отличие от пустой, скучающей площадки «Сохо», здесь люди буквально двигались волнами. Тела сплетались в одном ритме — смех, выкрики, музыка — всё сливалось в общий плотный поток.
С потолка и тут свисали светильники-сталактиты, меняя оттенки, но вот стены казались полупрозрачными, будто за каменной породой скрываются слои подземного озера и россыпи драгоценностей. Казалось, стоит протянуть руку и можно добыть настоящий алмаз.
Тэхён двигался в ритм музыки, но его внимание было не на Марселе и не на собственных движениях. В голове шёл диалог с самим собой.
«Сохо» нуждался в реконструкции — это стало ясно как никогда. Освещение устарело. Надо менять концепцию: нужно глубже, смелее, создать визуальные «истории», а не просто уют. Музыка старая — срочно искать диджея, который умеет строить эмоциональную линию вечера, а не просто включать плейлист. Меню обновить полностью, с акцентом на авторские коктейли и эстетический шок. И главное — найти управляющего, того, кто будет чувствовать публику. С инстинктом хищника и тем самым обаянием, которое когда-то было у Чонгука.
Мысль о Чоне кольнула.
Как раз в этот момент над залом разлился голос, знакомый с юности — чувственно, тягуче, как расплавленный мёд, запел Стинг «Desert Rose». Ритм стал мягче.
Марсель подошёл ближе. Его руки мягко обняли Тэхёна за талию, притягивая, их тела соприкоснулись почти полностью. Кто угодно со стороны увидел бы красивую картинку: успешный, безупречно одетый Ким Тэхён танцует в полумраке под Стинга в объятиях восхитительного француза. Идеальный кадр.
Но внутри у Тэхёна не дрогнуло ничего. Он позволил Марселю держать себя ровно столько, чтобы не выглядеть грубым в глазах окружающих. Потом, чуть отстранившись, сделал вид, что ему просто неудобно.
— Тэхён! — над музыкой разнёсся знакомый голос. — Боже, это ты? Когда ты успел вернуться?
К ним почти одновременно начали поворачиваться лица. Все потянулись к нему, как к свету.
— Тэхён, ты пропадал!
— Мы уже думали, ты навсегда осел в Сеуле.
— Слышали… ну… про Сокджина. Ты молодец, что вообще вышел в люди.
Тэхён в ответ лишь безупречно улыбался. Приветствовал, кивал, обменивался быстрыми объятиями, поцелуями в щеку. Слова полились короткими, ничего не значащими фразами: «Да, вернулся. Да, нелегко. Да, Сокджин… это был удар. Но я в порядке. Мы держимся. Клуб? Да, маленький спад, но мы справимся».
Внутри же Тэхён видел всё иначе. «Бедный Тэхён!» — именно так вы сейчас обо мне думаете. Бывшая модель, потерявший своего всемогущего папика. Бизнес просел. Клуб хромает. Долго ли он продержится?».
Он почти физически ощущал, как эти мысли роятся у них в головах, несмотря на улыбки и вежливые фразы. Но сдавать позиции он не собирался.
В какой-то момент из толпы к нему пробился голос, в котором не было ни сочувствия, ни деликатности, только насмешка:
— О, Тэхён! Давно не виделись. Что ты здесь делаешь, а? Надоело тухнуть в полупустом «Сохо»? Говорят, он совсем не тот, что был, пока ты не выкинул оттуда Чонгука.
Тэхён резко обернулся. Перед ним стоял Эдди — старый приятель Чонгука, тот самый «проходимец», который всегда умел держаться рядом с чужим успехом.
— Эдди, — произнёс Тэхён ледяным, идеально вежливым голосом. — Рад видеть, что ты ещё жив.
— Да брось, — Эдди усмехнулся, подмигнув. — Я же по‑доброму. Просто… все знают, кто тащил «Сохо» на себе. И кто решил, что обойдётся без него.
— Разве Чонгук — единственный и неповторимый? — спросил Тэхён мягко, но в тоне звенела сталь.
— Нет, конечно, — тут же отозвался Эдди, чувствуя, что поймал момент. — Тебе повезло. Я здесь. И я, между прочим, отлично понимаю публику. Хочешь, я займусь твоим «Сохо»? Дам ему вторую жизнь. Гости валом повалят.
На секунду повисла тишина.
Тэхён медленно провёл по нему взглядом сверху вниз, не торопясь, внимательно, оценивающе. В этом взгляде было всё.
— Ты?
Одно слово прозвучало так, будто он поставил жирную точку на предложении.
Эдди даже побледнел, осознав это.
— Ладно, ладно, — пробормотал он, пытаясь перевести всё в шутку. — Ты как всегда бескомпромиссен, Тэ. Я пойду… найду тех, кто меня оценит.
Он растворился в толпе.
Марсель тут же оказался рядом. Его рука привычно опустилась Тэхёну на талию.
— Кто это был? — спросил он холодным тоном, в котором прозвучала нотка собственничества.
И вот тут что-то в Тэхёне сорвалось. Он медленно снял руку Марселя, не грубо, но так, что тот не мог не почувствовать дистанцию.
— Тебе обязательно нужно прижиматься ко мне каждую секунду? — сказал он ровно, но голос был холоден, как лёд. — Ты мне всё помнёшь.
Марсель отпрянул, в его глазах мелькнула обида. Но Тэхён уже отвёл взгляд. Его мысли снова были не здесь.
***
Чонгук заметил Кима сразу, едва успел ступить в зал. Даже если бы он хотел притвориться, что не замечает, ничего бы не получилось — Тэхён всегда притягивал все взгляды. Подземный зал дышал музыкой и светом, а прямо в его центре танцевал Тэхён. Рядом с ним, почти прилипнув, извивался молодой красавец, с сияющими глазами и той самоуверенностью, которая всегда вызывала у окружающих зависть. Чонгук почувствовал, как внутри что‑то болезненно дёрнулось. Он знал эту слабость Тэхёна к молодым красивым игрушкам, которые можно выставлять на показ. И всё же зрелище чужих рук на талии Кима прожгло внутри неприятным жаром. — Я же говорил, что мы его найдём, — довольно протянул Майкл, наклоняясь к Чонгуку и кивнув в сторону танцпола. — Ледяной Ким всегда тянется туда, где жарче всего. Чонгук не ответил. Он продолжал смотреть. Музыка обволакивала, свет резал глаза, в этот момент весь клуб сузился для него до одной фигуры. Он оторвал взгляд лишь тогда, когда уловил суетливые движения у барной стойки. — Эдди, — произнёс Чонгук, узнав фигуру в слишком яркой рубашке. Тот что-то быстро объяснял своей спутнице, нервно жестикулируя, как всегда. Увидев Чонгука, оживился, махнул рукой. — О, вот кого я сегодня не ожидал встретить! — Эдди подскочил, обнял его. — Вернулся в наш бедный грешный Лондон? — Это место слишком шумное, чтобы надолго забыть, — отозвался Чонгук и бросил быстрый взгляд в сторону танцпола, где Тэхён плавно двигался, а тот молодой парень буквально ел его глазами. — Я хочу поладить с ним, — сказал Чонгук, не сводя взгляда с Тэхёна. Эдди фыркнул. — Ты шутишь? — он покачал головой, усмехаясь. — Ким и «поладить» в одном предложении? После того, как ты его кинул? Он в твою сторону даже не посмотрит. Чонгук медленно повернул голову к Эдди, взгляд его стал серьёзным. — Ещё как посмотрит, — тихо сказал он. — Просто надо подойти достаточно близко. Не дожидаясь ответа, он шагнул прочь. Майкл, лениво наблюдавший за происходящим, лишь довольно прищурился и что‑то вполголоса пробормотал себе под нос на итальянском. Чонгук шёл к танцплощадке походкой человека, который уже принял решение. Дыхание участилось, ладони чуть вспотели, но шаг оставался уверенным, чуть хищным. Он прокладывал себе путь сквозь плотную толпу, ловко обтекая танцующие пары. Чем ближе он подходил, тем лучше видел, как та рука всё ещё лежит на спине улыбающегося Тэхёна. Мелкая въедливая ревность подняла голову. Он приблизился. Тэхён повернулся в этот момент боком. Их взгляды мимолетно столкнулись, но Чонгук успел увидеть удивление и сразу же — привычную маску светского равнодушия. — Тэхён! — его голос прозвучал громче, чем он планировал, но достаточно уверенно. — Как приятно снова тебя увидеть, — он сказал это легко, как старый знакомый, и в то же время локтем мягко, но настойчиво оттеснив парня в сторону. Не грубо, но так, чтобы тот почувствовал. — Что вы себе позволяете? — вспыхнул тот, мгновенно краснея. — Вы не смеете… — Всё в порядке, Марсель, — голос Тэхёна прозвучал неожиданно спокойно, он отмахнулся, как от назойливой мухи. — Пойди посиди за столиком. Я скоро подойду. Марсель ещё секунду смотрел на них, лицо его горело от обиды, взгляд метался между Чонгуком и Тэхёном. Но гордость не позволила ему устроить сцену. Он резко развернулся и ушёл, почти прожигая спиной воздух. Чонгук сделал шаг вперёд. Теперь между ним и Тэхёном не осталось расстояния. Музыка была ритмичной, резкой, но он обнял Кима за талию так, будто это была медленная композиция. — Какой смазливый у тебя спутник, — наклонившись к самому уху, сказал Чонгук, в голосе послышалась плохо скрытая ревность. — Но я всё равно красивее. Тэхён вскинул бровь, губы дрогнули. — Да, — протянул он, — я люблю симпатичных. — Значит, у меня есть шанс, — тихо сказал Чонгук. Тэхён позволил себе улыбнуться шире. И вдруг ощутил, как внутри начинает медленно подниматься тёплая волна. — Ты получил мои цветы? — продолжил Чонгук, не отводя взгляда, его рука на талии Тэхёна чуть сильнее притянула. — Конечно, — ответил тот. — Но вот как ты узнал мой адрес? Улыбка Чонгука стала почти хищной. — Ты забываешь, Тэхён, — прошептал он, — я всегда готов добиваться того, кого желаю. — О, правда? — в голосе Тэхёна мелькнула насмешка, но глаза потемнели. — Тогда в каком‑то смысле мы с тобой похожи. Они двигались в такт музыке, но между ними был уже другой ритм, наполненный недосказанными вопросами. — Кстати, — продолжил Чонгук, — спасибо, что дождался меня в аэропорту. Тэхён хмыкнул. — Я тебе не такси, Чонгук. — Забавно, — наклонился тот ближе, так что его губы почти коснулись кожи у уха Тэхёна. — Я думал, мы договорились провести время вместе. — Это звучит как что‑то из дорамы, — фыркнул Тэхен. — «Договорились провести время»… Слишком старомодно. — Тебе уже говорили, что ты невыносим? — мягко спросил Чонгук. — Много-много раз, — спокойно ответил Тэхён. — И, как видишь, это меня не испортило. Он попытался сделать шаг в сторону, но Чонгук не позволил и крепче прижал его к себе, будто боялся, что тот исчезнет в любой момент. — Ну же, мистер Ким, — голос Чонгука стал ниже. — Мы ведь не закончили то, что начали там, над облаками. Он придвинулся ещё ближе, и в этот момент Тэхён почувствовал, как его бедра касается что-то твёрдое. От этой смеси музыки, тесноты, запаха кожи и духов по телу прокатилась горячая волна. Разум возмутился первым: «Это глупо. Опасно. Неправильно». Но тело уже предало разум. В груди затрепетало, дыхание стало чаще. Внизу живота разлилось тяжёлое напряжение, знакомое до боли. Он ненавидел то, как его организм помнил Чонгука лучше, чем голова. Тэхён поднял взгляд и увидел эти внимательные глаза, слишком честные в этот момент. И вдруг понял, что не хочет играть в холод прямо сейчас. — Почему бы и нет, Чонгук? — произнес он тихо. — Право, почему бы и нет? В этой фразе было и согласие, и вызов, и обещание, и угроза.***
Арчи крепко вцепился в руль, пытаясь сосредоточить всё своё внимание на дороге, но это было почти невозможно. Ночной Лондон проплывал мимо: неоновые вывески, размытые огни фонарей, редкие машины, спешащие по пустым улицам, но его мысли, его уши, всё внимание притягивалось назад, к заднему сиденью. «Проклятье!» Эти звуки жадных поцелуев, хриплых стонов, шорох ткани долетали до него, как электрические разряды. Там, на заднем сиденье, Тэхён и какой то неизвестный парень пожирали друг друга, словно голодные звери, не стесняясь. Арчи поймал себя на том, что косится в зеркало, и тут же встретил взгляд Тэхёна, дикий, горящий похотью. Рука Кима метнулась к кнопке, и перегородка взмыла вверх с шипением, отрезая и от зрелища. Но звуки — эти стоны, рычание, тяжёлое дыхание — всё равно проникали, заставляя кипеть кровь в венах. Арчи выдохнул. Теперь звуки стали приглушёнными, но не исчезли полностью. Он нажал на педаль газа чуть мягче, ведя машину как можно ровнее, медленнее. Руки его лежали на руле ровно, но пальцы побелели от напряжения. В салоне, за перегородкой, воздух был густым, тяжёлым, пропитанным ароматом дорогих духов, разгорячённой кожи и чего‑то первобытно животного. Тэхён в рубашке, полностью расстёгнутой на груди, с волосами, растрёпанными чужими пальцами, с губами, набухшими от поцелуев, едва мог держать себя в руках. Его руки скользили по телу Чонгука с жадностью, которую он обычно прятал под маской ледяного контроля. Чонгук отвечал с той же страстью, его пальцы зарылись в волосы Тэхёна, притягивая ближе. Дыхание стало прерывистым, губы оставляли следы на шее, ключицах. Между ними остались только прикосновения и вздохи. Арчи чувствовал, как жар от заднего сиденья проникает сквозь кожу. Его щеки горели, дыхание участилось. Он бросил ещё один взгляд в зеркало и встретился с глазами Тэхёна, полные дикого несдержанного огня. — Быстрее, чёрт тебя дери! — прорычал Тэхён сквозь щель в перегородке, его голос был хриплым, сломанным от желания. Арчи сглотнул. — Вот холера, — пробормотал он себе под нос, вдавливая педаль газа. Возбуждение накрыло его внезапной волной. Разве кто‑то мог устоять перед таким Тэхёном? Перед этим сочетанием безупречной красоты, власти и животной сексуальности. Арчи стиснул зубы, заставляя себя смотреть только вперёд. Ему нужно было довезти их до дома. Быстро. Пока стоны сзади не заставят его руки дрогнуть на руле, пока он не потеряет контроль над машиной. Белгравия встретила их тихой роскошью. Подъехав к дому Тэхёна, стоящему в глубине улицы, Арчи резко затормозил, выскочил из машины и открыл заднюю дверь. Оттуда на него хлынул волной жар: смесь возбуждения и разгорячённой плоти. Тэхён, почти насильно отрываясь от Чонгука, вывалился наружу. Чонгук вышел следом, тяжело дыша, с разорванной сорочкой, отметинами от ногтей на груди, глазами, полными первобытной жажды. Арчи поспешно отвёл глаза в сторону, стараясь не смотреть. — Я вам ещё сегодня нужен, мистер Ким? — спросил он вежливо, но голос чуть дрогнул. Тэхён, тяжело дыша, обернулся. Уголки его губ дрогнули в лукавой, почти мальчишеской улыбке. — Нет, Арчи, — весело пропел он. — Сегодня ты свободен. — Когда мне подъехать завтра? — Арчи уже мысленно благодарил судьбу за возможность уйти. — В двенадцать, — бросил Тэхён, уже поворачиваясь к двери. — Каждый день в двенадцать. Будь пунктуален. — Как скажете, мистер Ким, — кивнул Арчи. Он проводил их взглядом, пока они не скрылись за дверью. Оба старались идти ровно, не прикасаясь друг к другу, но это плохо получалось. Арчи бросил взгляд на часы на приборной панели — было три часа утра. Он усмехнулся сам себе. Ну и работёнка! Хорошо, что ему за это платят. Он плюхнулся на сиденье и выдохнул, пытаясь согнать с лица дурацкую улыбку. «И куда это босс дел того французика? Променял на этого зверя?» Арчи и не думал что Тэхён может быть настолько горячим. «Внутри этой ледяной глыбы, оказывается, есть горящее сердце». Его босс — просто огонь. И Арчи был готов сгореть в этом огне.
