Мал золотник - да дорог.

Я посмотрел на Свету. По её щекам медленно стекали слёзы, оставляя влажные дорожки. Она всхлипывала, плечи мелко и судорожно подрагивали, а пальцы, побелевшие от напряжения, теребили край юбки. — Значит так… — начал я жёстко, почти без интонации. — Завтра мы идём вместе подавать заявление в ЗАГС. С собой возьми паспорт. Мой ребёнок будет носить мою фамилию. И за свою семью отвечать буду я. Ты, как и прежде, для меня остаёшься только подругой. От тебя мне нужно лишь одно… — я замолчал, собираясь с мыслями и силами. — Жить будем у тебя. Моя семья не будет участвовать в нашей жизни. И даже не думай обращаться к ним за помощью. Я достаточно ясно изложил свою позицию? Я хочу, чтобы мы решили всё сейчас, чтобы потом не возвращаться к этому. Она молча вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Лицо её стало чужим и пустым. — Мне всё понятно… — тихо сказала она. — Я согласна. Света встала, не глядя на меня, вышла из квартиры, оставив за собой глухую тишину. Теперь мне было понятно, что делать дальше. Осталось сделать последний шаг. Который разорвёт мне сердце... Но без этого Андрей может пострадать. Завтра всё решится раз и на всегда. Завтра...будет больно не только мне...