Операция "Спасти дракона"

В тишине квартиры на девятом этаже ощущалось слишком много напряжения. На кухне в полутьме сидели два человека. Хотя нет. Это не были люди. Два блейдера. Один уже несколько лет был среди людей, вторая большую часть жизни жила в окружении таких же монстров, как и она сама. И сейчас им нужно было понять друг друга. Норман Тарвер отставил в сторону пустой стакан и уставился на свои тонкие, бледные пальцы. Все в ссадинах, синяках, со сбитыми косточками. Когда-то они были слабыми и мягкими. До того, как коснулись волчка. Парень часто думал об этом, о том, как могла развернуться жизнь без этого момента. Был бы он тогда собой, существовал бы тогда человек по прозвищу Золотой Глаз? Слишком много в этом мире зависит не от него самого, и это бесило. Как и то, что он сам тоже не зависит от самого себя. Именно поэтому он вынужден сидеть на этой кухне, которая его, но чужая, разговаривать с девчонкой, которая выводит его своими глупыми оскорблениями, и создавать план, который не должен сбыться. «Даже мысленно звучит хреново», — усмехнулся он и вновь вернулся к разговору. — Так в чём суть твоего плана? Собрать крыс в корабле Эштема и прогрызть ему дно? — спросила собеседница. Парень в который раз мысленно закатил глаза, заставляя себя держать маску, которую он носил вместо той, которую выдал Эштем. Маска его лица. — В итоге мы все с ним и потонем, не понимаешь этого? — Это ты не понимаешь. Бунт в команде — это слишком глупо. Хотя я и не думал, что ты сразу же догадаешься, какова главная суть того, что мы собираемся делать. — Норман должен был занять чем-то руки. Он ненавидел разговоры, в которых нужно держать маску. Это трудно. Под пальцы попалась салфетка, которую он не задумываясь начал сгибать в произвольном порядке. — Я хочу разрушить эту систему полностью. Ведь, как я и говорил, раньше я тоже был пленником академии. — А ещё ты говорил, что благодарен Эштему за то, что он тебя вытащил оттуда и дал силу. Чему из того, что ты говорил, в итоге действительно можно верить? — девушка продолжала играть ему на нервах. Люсси Миомори не была глупой, он её такой по крайней мере не считал. Но она была слишком закрыта в своём маленьком мире силы и прямолинейности, в то время как в настоящей жизни выигрывали хитрость и лицемерие. Именно поэтому с ней было трудно, но с другой стороны парень хотел попробовать, сможет ли он управлять той, кто как танк прёт напролом. Эштем же может держать таких под контролем, чем он хуже? — Я не врал. Эштем действительно дал мне силу, но у него слишком большие расценки, так что, скажем так, он мне слегка задолжал, и я хочу забрать этот долг. — Норман посмотрел на салфетку, которая сложилась в непонятный узор. Он расправил её и начал по новой. — Скажу так: я хочу собрать тех, кто хочет мести и кто тоже заплатил слишком много. — Каких ты книжек начитался? Строишь из себя великого спасателя? — Люсси ухмыльнулась и взяла в руки уже пустую бутылку, принявшись читать этикетку. — Под какого героя ты косишь? Выпивка, великие планы по свержению босса, своя банда. Даже звучит смешно! — Согласен. Но это лишь на вид так. Я не собираюсь идти по сценариям фильмов о мафии. Просто такое начало плана. Мне нужны самые сильные из элиты, чтобы в итоге Эштем проиграл в своей же игре. Он слишком беспечно строил режим тюрьмы, настраивая пленников против себя и надеясь, что ему за это ничего не будет. Парень откинул салфетку в сторону, встал и подошёл к окну. Безумно хотелось открыть жалюзи и впустить немного света, но нельзя. Если он их сейчас откроет — всё рухнет. Он должен держаться до последнего. Слишком много заплачено за этот план, и провалить его он не имеет права. — Как я говорил, Эштем любит делать всё красиво. Как в фильмах. Эти идиотские маски, прозвища, его бзик на «супергеройские» костюмы, в которых мы ходим как клоуны. — Норман вздохнул и сел обратно, его взгляд скользнул по маске на холодильнике, которую он ещё вчера закинул туда перед сном. Тарвер поймал себя на мысли, что уже и сам не знает, когда эта штуковина стала настолько привычной и повседневной частью его жизни. Словно ей есть место на обычной кухне. Он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. — Всё это большое шоу, где ведущий Эштем. Вот кто пересмотрел фильмов. И это пока что самое главное оружие против него. Провернуть сценарий так, что в его шоу станет другой ведущий. — Слушай, глист, а нельзя объяснить это по-человечески? Эти все закрученные фразы и пафосные слова лишь сбивают с толку, — скучающе протянула Люсси, развлекая себя тем, что катала бутылку по столу. Разговор вдруг стал ей неинтересен, она прекратила воспринимать план всерьёз после того, как посчитала его слишком «киношным». Норман усмехнулся от того, насколько всё предсказуемо идёт. — То, что Эштем псих в латексном костюмчике, все и так знают. Как и то, что он любит шоу. Но как это должно помочь? Как и ожидалось, девушка не понимала, к чему клонится разговор. Не могла ещё прочитать саму суть всех этих фраз. Ей нужна была прямая дорога, а не скользкая тропинка с поворотами. И это Тарвер хотел изменить, иначе она будет лишь помехой. — Ну так повари кашу своим котелком. Если он играет в шоу, то всё, что он делает, должно так или иначе интересовать публику. Это делает его действия читаемыми и предсказуемыми, — подталкивал её парень, понимая, что вот-вот до девушки дойдёт все. Если он и вправду такая, как он думал, то ей не хватает лишь нескольких толчков для того, чтобы думать в правильную сторону. — Будь он предсказуемым, то у него не получилось бы создать такую систему, — фыркнула Люсси. После открутила бутылку и понюхала её содержимое. — Фу, ну и говно. Кхм. Ладно. Я сделаю вид, что ты мне сейчас рассказываешь самый гениальный план, и подыграю. Только вот есть одна дыра: со всеми этими читаемыми действиями никому так и не удалось узнать, кто же он такой на самом деле и насколько много он знает о беях. А самое главное, что именно он о них такое знает, что может держать сборище блейдеров под контролем. — Вот так-то лучше, — довольно кивнул Норман. Толчки работали. — Теперь ты правильно мыслишь. Именно это и есть цель. Нам нужно стать главными актёрами его шоу, чтобы он был вынужден показать свой сценарий. — Ладно, кажется, я реально начинаю понимать твой бред. И это, чёрт возьми, пугает! Ладно, значит нам нужно стать лучшими маскомордыми в истории и обладать самым идиотским костюмчиком, чтобы Эштем нас полюбил? — Именно, — подтвердил он. — Ну и пиздец, — заключила девушка с наигранно довольным видом. — Теперь ответь ты мне на один чертовски важный вопрос. Ты видел, что под маской Эштема? — Возможно, — парень загадочно улыбнулся. — Но я тебе не скажу этого. Если сможешь тоже увидеть, то заслужить моё доверие. Покажи мне, что ты не очередная глупая дурочка. — Ну ты и гнида! — разочарованно буркнула девушка. Хотя было понятно, что примерно такого ответа она и ожидала. Более того, судя по блеску в глазах, именно он ей был нужен. — Ладно, есть ещё то, что мне нужно знать о плане? Если его вообще можно так назвать на этом уровне. — Я уже говорил, что мне нужно время и люди. Я сам не так давно подобрался близко к Эштему. Не думай, что я всесильный. — Тю! Да даже и близко в эту сторону не думала, наоборот, для меня ты всё ещё жалкий, — фыркнула с пренебрежением Миомори. — Зато я выше тебя в этой цепочке, так что если я жалкий, то подумай, какая тогда ты, — не удержался от ответа он и довольно заметил, как девушка тут же ощетинилась. — Получи для начала маску. До этого ты не сможешь быть полезна в плане. — Тоже мне. Напомню, что я не собираюсь участвовать в этом погорелом театре, — Люсси поднялась на ноги и бросила презрительный взгляд на маску Золотого Глаза на холодильнике. — Как и быть полезной в твоём плане. Мне от тебя нужна лишь информация об Эштеме и о Яне с Джейми. — За любую информацию нужно платить. Твоя плата — это участие в моём плане. — Тарвер несколько мгновений сверлил лицо девушки взглядом, словно думая о том, стоит ли раскрывать главный козырь. В конце концов он легко улыбнулся и снова встал на ноги. — Кстати о масках, я кое-что тебе приберёг. Норман ушёл в одну из комнат, а девушка в недоумении смотрела ему вслед. У неё даже догадок не было, что такого он мог бы ей дать, тем более были огромные сомнения, что это «что-то» ей вообще нужно. Люсси ожидала очередную вещь, которая должна ей помочь почти не сдохнуть во время тренировок, но когда парень вернулся, она удивлённо уставилась на маску кошки Манэки-нэко. Ту самую, которая была на лице девушки в судьбоносную ночь. — Ого… Ты её тогда с собой прихватил…? — тихо сказала Миомори, осторожно забирая маску. Впервые Норман видел её такой тихой и без привычной бойкости. Пальцы девушки поглаживали неровные слои краски, и она смотрела в одну точку, явно ничего там не видя. Тарвер догадывался, что перед её глазами сейчас мелькают картины из академии, её рыжий брат-болван и трусливая подружка дракона. От этого он ухмыльнулся. Именно такая реакция ему была нужна. — Решил прихватить по пути, чтобы в нужный момент поднять твою мотивацию. И вот он настал, — хмыкнул парень и сел обратно за стол. — Повторю ещё раз. Маска в Змеиной Яме — самое важное достижение. Пока ты без неё — ты считай всё ещё в академии, просто уже другой. Я надеюсь, ты хорошо подумаешь над этой информацией. После этого он отвёз Люсси обратно в тренировочное здание под храмом в лесу. В дороге они молчали: он наслаждался долгожданной тишиной, а она, скорее всего, всё ещё сверлила глазами маску и предавалась сопливой ностальгии по старым временам. Впрочем, Норману на это было плевать. Маска сделала своё дело на ура. Доверие девушки явно немного возросло. «Я же говорил, что смогу её приручить», — мысленно ухмыльнулся Тарвер, уезжая лесной дорогой из Змеиной Ямы и направляясь в сторону одного из штабов Эштема. — «Но даже прирученная собачка может цапнуть хозяина».

***

— Как прошёл разговор? — спросил низкий мужской голос из офисного кресла, развёрнутого спинкой к двери. — Не так хорошо, как я планировал, но прогресс есть, — ответил ему только что вошедший в кабинет Норман. Парень медленно прошёлся глазами по обсидиановым ячейкам под стеклянной крышкой витрины. Оттуда исходила мощь, необъяснимая человечеству. Волчки как всегда мягким светом отбивали собственный ритм, словно сердца. Сколько бы Тарвер ни видел эту картину — столько она пробирала до мурашек. Кресло развернулось, и оттуда на парня посмотрел голубыми глазами мужчина среднего возраста в деловом костюме. — Ничего, я и не ожидал, что этот эксперимент легко пойдёт на контакт, но если дать людям услышать то, чего они хотят, то они тут же радостно примут любую информацию, — он грациозно провёл рукой по голове, зачёсывая назад трёхцветные волосы и мягко улыбнулся. — Продолжай следить за ней на тренировках, если эти трое воссоединятся, то могут создать нам немало проблем. Слишком опасно держать в одном месте столько самоуверенных детишек. — Согласен. То, что они решились пробраться на арену лишь из-за любопытства, делает их слишком проблемными. Всё же некоторые эксперименты трудно контролировать, не так ли, Эштем? — Но так даже интереснее, — мужчина довольно растянул губы в улыбке, а его глаза опасно блеснули на свету. Он безразлично поправил воротник рубашки точным, элегантным движением. — И не называй меня так, когда я не в маске. — Прошу прощения, мистер Теодор Гласс, — произнес Норман, и в его золотых глазах на долю секунды мелькнуло что-то, что было бесконечно далеко от уважения.