Таллий

28 мая Хисока Часы с громким звоном пробили полночь. В приватном зале «Golden Road» витал густой сигарный дым. Мачи, наверное, уже в отеле, строит планы моего изощрённого убийства. Что ж, это обещает быть увлекательным. Но сначала нужно закончить здесь. - Ваша ставка, господин Марлоу, - голос крупье, ровный и безэмоциональный, выдернул меня из размышлений. Я посмотрел на карты в руке, затем на фишки передо мной. Воздух здесь был особенным - смесь выдержанного виски, дорогой кожи и пота. Пять стульев вокруг стола с зелёным сукном были не просто мебелью. Это были троны, а мы, сидящие на них, - временные боги, вершащие судьбы состояний кончиками пальцев. Тишину нарушал лишь шелест карт, мягкий стук фишек и прерывистое дыхание старика Танаки. Игроков было пятеро, включая меня. ♤ Господин Танака. Седовласый патриарх сталелитейной империи. Его каменное лицо обычно было непроницаемо, но сегодня левый глаз нервно подрагивал. Он играл консервативно и жестко, как бульдозер. ♧ Роберт «Валет» Голдстейн. Профессионал в смокинге, от которого пахло жасмином и опасностью. Постоянно крутил в пальцах платиновую заклёпку от бабочки, вычисляя оппонентов с бездушной точностью. ♡ Маргарита «Удача» Сантос. Наследница нефтяного магната. Её игра была столь же непредсказуемой, сколь и настроение. Смеялась, блефовала и шла ва-банк с одинаковой беззаботной улыбкой, будто ставки были не миллионами, а конфетти. ◇ Томас «Железный» Максвелл. Бывший банкир со взглядом, способным пробить бронестекло. Играл агрессивно, давя грубой силой своих ставок. Я сидел вполоборота, откинувшись на спинку стула, в своём привычном костюме кислотных тонов, который казался инородным телом в этом царстве сдержанной роскоши. На лицо был нанесён слой грима, а глаза скользили по фишкам, картам и, что важнее, по душам напротив. Все они были частью пазла под именем Геллерт. Все они были причастны к мафии. На столе лежали общие карты: 9♦, В♠, 10♥, 2♣, и только что открытая - Дама♥. Гора фишек в центре росла. У Маргариты Сантос вырвался сдавленный вздох. По микродвижениям её плеч, по тому, как пальцы потянулись к жемчужному ожерелью, я читал: у неё фулл-хаус. Две дамы на руках плюс одна на столе. Сильнейшая комбинация на данный момент. Вены на шее «Железного» Томаса вздулись. Он ловил стрит с Валетом и Восьмёркой, но Дама ему не помогла. Пара. Танака мрачно смотрел на свои две пары - десятки и девятки. Сильно, но недостаточно. «Валет» оставался недвижим. Его рука - туз и король червы - давала флеш-дро на терне, но нужная масть так и не пришла. Только старший туз. Я снова прошелся взглядом по зрачкам, сонным артериям, микроподрагиваниям губ. Я читал их как нотную партитуру, предвкушая кульминационный аккорд. - Ставка, - мой голос, бархатный и негромкий, перекрыл все остальные звуки. Я двинул вперед стопку фишек. - Пятьсот тысяч. Томас с силой швырнул карты в центр. Танака, тяжело вздохнув, последовал его примеру. - Поднимаю до семисот, - сказала «Удача», её глаза горели азартным огнём. Её фулл-хаус был почти непобедим. - Интересно, - произнёс Роберт Голдстейн, и в его голосе зазвучала насмешка. - Уверен, твоя рука стоит такой смелости? Я лишь усмехнулся в ответ. Внутри разгорался знакомый огонь. Я знал свои карты. Знал больше, чем они могли предположить. - Колл, - мгновенно отозвался Роберт. Он верил в свой блеф и в то, что сможет заставить Сантос спасовать. Все взгляды устремились ко мне. Я медленно, с театральной паузой, положил локти на стол, сложил пальцы домиком и прикоснулся ими к губам. - Милая Марго, - сказал я, придавая голосу наигранную нежность. - Ты дрожишь. От предвкушения? Или от страха, что твой прекрасный фулл-хаус окажется недостаточно прекрасным? Я не сводил с неё глаз. Она попыталась выдержать взгляд, но её зрачки сузились, а пальцы непроизвольно впились в фишку. Часы тикали. Через пару часов нужно было вернуться в отель, дать указания Гарольду, поговорить с Мачи, и надеяться, что она не перережет мне горло до начала объяснений. - Ва-банк, - заявил я и мягким движением руки сдвинул всю свою гору фишек в центр. Звук падающих пластиковых цилиндров оглушил тишину. Лицо Маргариты побелело. Её уверенность дала трещину. Роберт Голдстейн выглядел расслабленным. «Идиотский блеф», - наверняка думал он. Его рука потянулась к фишкам для ответного олл-ина, но замерла. В последний момент он посмотрел мне в глаза и увидел там не азарт, не нервозность, а чистое, незамутнённое наслаждение. Взгляд паука, уже чувствующего вибрацию паутины. «Валет», впервые за вечер, почувствовал укол страха. Он отдернул руку. - Спасую, - выдохнул он, с невероятным усилием отрывая взгляд от фишек и показывая карты. Теперь все смотрели на Сантос. Ещё минуту назад она была на вершине, а сейчас видела бездну. Она посмотрела на мои карты, к которым я даже не притронулся. - Вскрываемся, - прошептала она. Она бросила на стол свои карты. - Фулл-хаус. Дамы и десятки. В зале воцарилась гробовая тишина. Все ждали развязки. Я медленно, растягивая удовольствие, наклонился вперед. Не стал переворачивать карты рукой, лишь легонько щёлкнул по ним ногтем указательного пальца. Они перевернулись в воздухе и мягко упали на сукно. Туз♥ Король♥ Тишину взорвал не крик, а всеобщий выдох, смешанный с приглушённым стоном. - Роял-флеш, - произнёс крупье с почтительным благоговением. - Старшая рука. Маргарита застыла с открытым ртом. Роберт Голдстейн нервно поправил бабочку. Томас Максвелл смотрел на меня с новым, животным страхом. Лишь господин Танака, будто ожидая такого финала, хмуро выдохнул и попросил принести ещё виски. Я больше не смотрел на фишки. Я смотрел на Сантос, на её широко раскрытые, полные слёз отчаяния и ярости глаза, на дрожь, пробежавшую по её телу. Я втянул воздух, словно вдыхая аромат самого дорогого парфюма. - Какая... восхитительная текстура, - прошептал я так тихо, что услышала только она. - На грани слома. Идеально. Затем я медленно поднялся, позволив крупье собрать свою добычу. Его лицо было маской спокойствия, но в глазах плясали те же демоны восторга, что и во мне. Сегодня я выиграл не просто партию. Я выиграл порцию безупречного, концентрированного страха. - Спасибо за игру, - произнёс я, поворачиваясь к выходу. Моя тень, удлинённая низким светом, на мгновение накрыла всех собравшихся, словно крыло хищной птицы. - Это было очень... питательно. Я взял свой чемодан с деньгами и спешно удалился, оставив их в гнетущем ощущении беспомощности. На свежем воздухе я наконец-то смог вдохнуть полной грудью. Ночь была идеальной. Дождь барабанил по крышам, вдалеке сверкали молнии. Адреналин продолжал бурлить в крови. Каждый из сегодняшних игроков был чудовищем, нарушившим все известные заповеди. Геллерт в них не ошибся. При других обстоятельствах я мог бы убить их на месте, но сейчас они были нужны мне как свидетели. Те, кто сможет снабдить информацией и подтвердить опасность Геллерта. Сейчас хотелось поскорее вернуться в отель, снять маску и быть собой. За последние несколько дней я сменил, как минимум три личности и это тяготило настолько, что невольно я поежился, в подробностях вспоминая каждую из них. Теперь ошибка могла стоить мне жизни. Было необходимо детально продумать дальнейший план действий, а пока небольшая передышка не помешает. Я прошёл весь квартал, затем свернул за угол, где меня уже ждал автомобиль. - Отель «Florence», и побыстрее, - сказал я водителю, опускаясь на заднее сиденье. Прошло около двадцати минут, прежде чем автомобиль остановился перед чёрным входом отеля. Мачи. Сейчас она ничего не понимает и нужно все ей объяснить. Точнее, она непременно потребует объяснений, не все из которых я в силах ей предоставить. Что ж, если сегодня мой удачный день, вернее ночь, то Мачи уже должна спать, и разговор будет отложен на завтра. Поднявшись по ступенькам на первый этаж, я сразу заметил Гарольда, который быстрой походкой направлялся ко мне. Его лицо не выражало ничего - ни эмоций, ни подсказок. - Мистер Морроу, ваша супруга прибыла больше часа назад. Я проводил её в номер и сообщил, что сегодня вас не будет, - он сделал акцент на последней фразе. - От ужина она отказалась. - Как всё прошло? - спросил я, с прищуром глядя на него. - Вполне спокойно. Конечно, она задавала вопросы, но, как вы и просили, я ответил лишь на некоторые. - Спасибо, Гарольд, - я и вправду был ему благодарен. Он ни разу не подвёл. - Сейчас мне нужно как можно незаметнее вернуться в номер. Гарольд понимающе кивнул, и мы направились к техническому лифту. Он был единственным человеком, которому я здесь доверял. Его волосы покрывала седина, а на лице пролегли заметные морщины, но то как он говорил и действовал, вызывало сомнения в его настоящем возрасте. Уже более четырёх лет он был хорошей страховкой во всех моих планах, знал то, что нужно было знать, а об остальном не спрашивал. Знакомство с ним определённо стало для меня спасением, а быть может искуплением за прошлые ошибки. В этой миссии приоритетом была Мачи. Мы оба понимали, что придётся ответить на её вопросы, но не на все. Тягаться с мафией опасно, а Мачи не из тех, кто будет отсиживаться в стороне. Куроро явно просчитался, отправив на эту миссию всего трех человек. Десять лет Геллерт был неприкосновенен, а теперь Люцифер хочет, чтобы мы убрали мафиози всего лишь за две недели. Мы вышли из лифта, Гарольд передал мне ключ и поспешил назад. Постояв у двери добрых семь минут, я наконец потянул за ручку. Дверь поддалась, и меня окатило ледяной водой. Одежда мгновенно впитала холод, по коже побежали мурашки, а сверху болталась пустая металлическая кастрюля. Хм. Неплохо. У неё всегда были проблемы с доверием. Прежде чем идти дальше, я прислушался. В комнате стояла мёртвая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Решив, что это единственная ловушка, я осмотрел все комнаты и пришёл к выводу, что Мачи в спальне. Но все же, не рискуя идти через дверь, я вошёл через балкон и замер. На кровати, слегка укрытая одеялом, спала Мачи. Лунный свет касался её лица, чистого и умиротворённого. Сейчас она больше походила на уставшего ребёнка. В одной руке она всё ещё сжимала книгу, которую, вероятно, взяла для того, чтобы отвлечься и дождаться меня. Её волосы, теперь намного короче, разметались в беспорядке. Она выглядела уязвимой. Возникло странное желание - закрыть её здесь, спрятать от мафии, миссий, пауков. Но это было невозможно. Миссии и Труппа были частью её жизни, и я не имел права их отнимать. Я сделал шаг, затем второй. Мачи не дрогнула. Я протянул руку, забрал книгу. Она слегка нахмурилась, повернулась на другой бок и продолжила спать. Ещё раз взглянув на неё, я направился в ванную, где в течение тридцати минут смывал всё, что пришлось пережить за день: сомнения, триумф, презрение. Хотелось смыть лица тех, кто губит тысячи невинных людей и остаётся безнаказанным. Геллерт был главным из них. Сегодняшняя партия и полученная информация были тому подтверждением. А ещё это означало, что нам потребуется помощь. Выключив воду, я увидел своё отражение в зеркале. Ещё одна тайна встала поперёк горла. Скоро Мачи узнает и об этом. Нужно будет её предупредить. Или... Всё ЗАВТРА. Сейчас в голове хаос, и я слишком устал. Переодевшись, я вернулся в спальню и лёг слева от Мачи, которая так и осталась лежать в лунном свете. Кажется, он ей не мешал. Этот свет, такой же спокойный и завораживающий, как её нэн, притягивал изяществом. Расслабившись, я улыбнулся и укрыл нас обоих одеялом. Мачи что-то сонно пробормотала, но продолжила спать. На секунду меня охватил страх, что, узнав всё, она не захочет меня видеть, но я отогнал эти мысли. У нас есть «здесь и сейчас». И пока этого достаточно.