Эхо выбора: Коэффициент пустоты

Прыжок в темноту люка показался вечностью. Эла приземлилась на кучу сырой ветоши, едва не прикусив язык. Сверху глухо лязгнула крышка, отсекая стерильный, залитый солнцем мир «гармонии». Здесь, внизу, пахло ржавчиной, плесенью и чем-то приторно-сладким. Незнакомец спрыгнул следом, приземлившись бесшумно, как кот. Он прижал палец к губам (вернее, к тому месту под капюшоном, где должен был быть рот) и замер. Сверху, сквозь щели люка, пробивались тонкие лучи света, и было слышно, как тяжелые подошвы Чистильщиков проходят прямо над их головами. — Они не спустятся сюда? — прошептала Эла, дрожа всем телом. — Сюда — нет. Подземелья для системы — «мертвая зона». Алгоритм не видит того, что нельзя оцифровать. Для них нас просто стерли. Незнакомец достал из кармана небольшой фонарик. Тонкий луч прорезал густую мглу коллектора. Эла наконец смогла рассмотреть его руки. На правой ладони незнакомца, прямо на серой коже перчатки, темнело свежее влажное пятно. Эла почувствовала, как к горлу подкатил ком. Она узнала этот оттенок. Это была кровь. — Ты... это ты его убил? — она попятилась, упираясь спиной в холодную, слизистую стену туннеля. — У фонтана. Ты был там! Мужчина медленно повернулся к ней. Свет фонарика на мгновение мазнул по его лицу, и Эла вскрикнула. У него не было правого глаза — вместо него зияла пустая глазница, затянутая старой кожей, а левый глаз горел лихорадочным, неестественным блеском. — Я пытался его забрать до того, как его найдут они, — глухо ответил он. — Но я опоздал на три секунды. Ошибка в расчетах. Даже без «Окулюса» мы всё еще рабы секунд. Он протянул руку и разжал кулак. На его окровавленной ладони лежал небольшой металлический чип, выдранный из браслета убитого. Чип всё еще слабо мерцал багровым светом, словно агонизирующее сердце. — Этот человек знал код доступа к «архиву неудач», Эла. Теперь этот код здесь, — он кивнул на чип. — И теперь они сожгут весь город, чтобы найти его. Или тебя. Эла посмотрела на свой браслет. Тот был мертв. Темный экран отражал её собственное перекошенное от ужаса лицо. — Почему меня? Я просто аналитик... — Потому что ты — единственная, кто посмотрел на убийство и не отвел глаз. Твой мозг зафиксировал «ошибку», которую система приказала забыть. Ты теперь ходячий вещдок. В глубине туннеля раздался странный звук — не то скрежет металла, не то далекий вой. Незнакомец резко убрал чип в карман и схватил Элу за локоть. Его хватка была железной. — Бежим. Если хочешь дожить до того момента, когда поймешь, во что ввязалась. Они рванули вглубь темноты, а за их спинами, где-то в лабиринтах канализации, вспыхнул первый поисковый прожектор Чистильщиков. Система не собиралась отпускать свою ошибку так просто.