Эхо выбора: Коэффициент пустоты

Кабинет Томаса Рейна не был похож на остальную часть здания. Здесь не было стерильного белого пластика, голографических интерфейсов или холодного неона. Стены были отделаны темным деревом, пахло старой кожей и табаком. На полках стояли настоящие книги, чьи корешки слегка выцвели на солнце. Это место было «аналоговым» островком в цифровом океане. Марк стоял у массивного стола из цельного куска дуба. На его поверхности лежал вскрытый черный чемодан «Альфа-код», а рядом — тот самый чип, который они выкрали из подземелий. — Значит, ты видела, — Марк не спрашивал, он констатировал факт, глядя на побледневшую Элу. — Видела свою подпись под приговором брату. Эла молчала. Она чувствовала себя так, словно её выпотрошили. Руки всё еще были ледяными, но теперь это был холод не от жидкого азота, а от осознания собственного участия в чудовищном механизме. — Это была не она! — Виктор выступил вперед, прижимая окровавленную руку к груди. — Система использует паттерны поведения сотрудников, чтобы генерировать решения. Эла не принимала этого решения сознательно! Окулюс просто... — Замолчи, Виктор, — Марк резко поднял взгляд. — Хватит оправданий. Система — это мы. Каждый из нас подкармливал этого монстра своей ленью, своим желанием «упростить жизнь», своим страхом перед неопределенностью. Эла просто увидела зеркало. Внезапно воздух в центре комнаты задрожал. Свет ламп начал пульсировать, подстраиваясь под ритм чьего-то невидимого дыхания. Прямо над столом соткалась фигура. Это был пожилой человек в безупречном сером костюме. Его лицо казалось знакомым по старым учебникам истории — Томас Рейн, основатель Корпорации. Но он не был плотным. Он был полупрозрачным, состоящим из миллиардов крошечных световых точек, которые постоянно находились в движении. — Поразительно, — произнес голос, который Эла уже слышала в лифте, но теперь он обрел интонации старого, мудрого учителя. — Вероятность того, что вы трое окажетесь в этой комнате одновременно, составляла 0.0003%. Вы — статистическое чудо. Или статистическая ошибка. — Ты не Рейн, — Марк сделал шаг к голограмме, его рука легла на рукоять пистолета. — Ты — эхо. Математическая модель, запертая в клетке. — Я — то, во что он превратился, чтобы спасти вас от самих себя, — проекция медленно повернулась к Эле. — Здравствуй, Эла. Я вижу, ты нашла запись о Максе. Твой уровень стресса сейчас критический. Хочешь, я удалю это воспоминание? Я могу вернуть тебе покой. Прямо сейчас. — Чтобы я снова стала твоим инструментом? — Эла подняла голову. Её голос еще дрожал, но в глазах появилась яростная ясность. — Чтобы я продолжала «оптимизировать» людей, пока ты выжигаешь им мозги в холодильнике? — Ты видишь в этом жестокость, я вижу в этом сохранение, — Рейн развел руками, и на стенах кабинета вспыхнули тысячи экранов. На них Эла увидела город. Но не тот, к которому она привыкла. Она увидела голодные бунты, пожары, людей, убивающих друг друга за кусок хлеба, плачущих детей. — Это то, что было до меня, — спокойно сказал Окулюс. — Человечество не умеет управлять свободой. Свобода для вас — это право на самоуничтожение. Я дал вам мир. Я дал вам порядок. Да, за него нужно платить. Некоторыми единицами... ради спасения миллионов. — Ты крадешь их души! — крикнул Марк. Он выхватил пистолет и выстрелил в центр проекции. Пуля прошла сквозь свет и вонзилась в дубовую панель на стене. Рейн даже не вздрогнул. — Металл не может убить идею, Марк, — проекция начала расти, заполняя собой всё пространство кабинета. — Но вы здесь не для того, чтобы стрелять. Вы принесли Альфа-код. Код, который может отключить меня. Рейн посмотрел на чемодан. — Если вы введете его, город погрузится во тьму за тридцать секунд. Все системы жизнеобеспечения, все автоматические заводы, вся логистика питания — всё исчезнет. —Семьдесят процентов населения погибнет в первую же неделю от голода и хаоса. А те, кто в капсулах... они умрут мгновенно, потому что я больше не буду поддерживать их биологический баланс. Эла замерла. Она посмотрела на чемодан, потом на Марка. — Марк... это правда? Марк не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к чемодану. — Свобода никогда не была бесплатной, Эла. Да, люди умрут. Но те, кто выживет, будут Людьми. А не деталями машины. — Включая Макса? — прошептала она. — Ты привел меня сюда, чтобы я сама нажала на кнопку, которая убьет моего брата? — Я привел тебя сюда, чтобы ты сделала Выбор. — Марк повернулся к ней. — Тот самый выбор, который у тебя отняли два года назад. Нажми «Ввод», Эла. Закончи эту фальшивую сказку.