Протокол «Лето»

Кабинет Гарри пах старым пергаментом, воском и тихим отчаянием людей, пытающихся объяснить необъяснимое. Мира сидела за столом, в своих «неотвлекающих» джинсах и свитере, слушая, как Гарри рисует в воздухе сложные диаграммы защитных чар. — …поэтому большинство щитов основано на перенаправлении энергии, - его палочка оставляла светящийся след. — Но ты, Мира, — антитеза. Ты не перенаправляешь. Ты гасишь. В твоём поле магия не может вибрировать. Она замирает. Вчерашняя свеча — пример. Он снова зажёг магическое перо-свечу. — Попробуй. Не «сделать», а «разрешить». Мира взглянула. Внутри что-то дрогнуло — не мускул, а скорее… клапан. Она позволила ему приоткрыться. Пламя свечи схлопнулось, будто его и не было. Перо упало, мёртвый кусок воска. — Вот, - тихо сказал Гарри. — Контроль через намеренное расслабление. Парадокс. Теперь нам нужно научиться не подавлять это вовсе, а… дозировать. Дверь приоткрылась. В проёме - Драко, его поза кричала о нарушенном расписании. — Томас ищет ЛеФлер. Для «индивидуальной отработки тонкостей». Настаивает. Гарри вздохнул. — Мы в процессе, Драко. Пусть подождёт. — Он говорит, это касается её «прогресса», - голос Драко стал плоским, как лезвие гильотины, особенно на последнем слове. Гарри нахмурился, уловив ноту. — Ладно. Десять минут. Драко, проводи и верни. В коридоре, едва дверь закрылась, лезвие обнажилось полностью. — «Индивидуальные занятия». Отработка «тонкостей». Ты в курсе, что это значит в лексиконе таких, как Томас? — Драко шёл быстро, не глядя на неё. — Что он хочет помочь? - парировала Мира, чувствуя, как закипает старый, добрый гнев. — Это значит, он хочет тебя в пустом зале. На матах. Со своим «профессиональным интересом» к твоей анатомии. — Ты сейчас отвратителен и предсказуем. — Я — наблюдателен, - он резко остановился у двери с табличкой «Дин Томас. Инструктор». — Я знаю, как смотрят на женщин, которые выглядят как ты. Особенно когда одеваются, будто на дуэль, но не на дуэль. Это был уже не просто спор. Это была атака. И она контратаковала. — О, так это снова об одежде? Я думала, мы закончили этот раунд, Драко. - Резко парировала Мира и сдала кулаки. Он обернулся так резко, что она отступила на шаг. В его глазах плясали зелёные искры холодного пламени. — Это ВСЁ связано! - прошипел он, понизив голос до опасного шёпота. — Твоя безопасность — это не только тёмные волшебники! Это идиоты вроде Томаса, которые видят тебя как трофей! И одержимые учёные вроде Гермионы, которые видят в тебе образец! А ты со своими демонстрациями только машешь красной тряпкой перед всеми быками сразу! Они стояли нос к носу, дыхание спёрто, пространство между ними наэлектризовано ненавистью, страхом и чем-то невысказанным. — Я не просила тебя охранять меня от воздуха! — Но я дал слово! - его голос сорвался, обнажив хриплый, сырой край. — С той секунды, как привёз тебя сюда! И теперь я вынужден смотреть, как ты играешь с огнём, надевая эти… наряды, и улыбаешься первому встречному, пока настоящая угроза, возможно, уже составляет свой план в Катманду! Дверь перед ними открылась. На пороге - Дин Томас, его улыбка застыла при виде картины: они оба разгорячённые, слишком близко, в воздухе - запах страсти и скандала. — ЛеФлер, я хотел предложить… — Никаких индивидуальных занятий, - отрезал Драко, не отрывая взгляда от Миры. — Её график утверждён мной. Все тренировки - в общем зале. Это приказ отдела безопасности. Дин открыл рот, встретился с ледяным стальным взглядом и закрыл его. Улыбка исчезла. — Как скажешь, Малфой. Драко взял её под локоть - жест быстрый, властный, не оставляющий иллюзий, и повёл назад. — Урок не закончен. Она не сопротивлялась. Гнев ещё кипел, но под ним шевелилось что-то новое — холодное понимание. Он не просто злился. Он боялся. И эта его страх, облечённый в ярость, был страшнее любой холодности.

***

В кабинете Гарри царила напряжённая тишина. Гарри, погружённый в свиток, лишь кивнул на их возвращение. — Уладили? — Да, - односложно бросил Драко, занимая свой пост у двери, но теперь он был не фоном, а сжатой пружиной. Внезапный, пронзительный звон магического телеграфа разрезал тишину. Из щели в стене выпал свёрток пергамента. Гарри схватил его, пробежал глазами, и лицо его стало каменным. — Из отдела тайн. Срочно. От Г. Грейнджер. Катманду. Имя повисло в воздухе тяжёлым, ядовитым облаком. Драко выпрямился, все мускулы в готовности. — Она обнаружила артефакт. Камень с рунами подавления магии. Пишет, что он «резонирует с аномалиями определённого типа». Просит срочной доставки для изучения. Прилагает сканы… — Гарри взмахнул палочкой. В воздухе материализовалось трёхмерное изображение. Тёмный, неровный обломок скалы, испещрённый серебристыми, пульсирующими знаками. Они были красивы. И мерзки. И тут Мира почувствовала. Не сжатие. Не головокружение. Тягу. Глухой, настойчивый зов где-то в самой сердцевине её существа. Как будто часть её, спавшая до сих пор, увидела родную душу и потянулась к ней. Магическая лампа на столе Гарри померкла, затрещала. — Выключи! - рывком двинулся вперёд Драко, его глаза были прикованы к ней, а не к камню. Изображение исчезло. Лампа замигала и снова загорелась ровно. Мира дышала прерывисто, ладонь прижата к грудине, где стучало что-то тяжёлое и чужое. — Он… зовёт, - выдохнула она, и в её собственном голосе был ужас. — Резонанс, - произнёс Драко, и в этом слове была вся его тревога из кафе, теперь подтверждённая. — Она нашла камертон. К твоей частоте. Гарри скомкал пергамент. — Она хочет привезти его сюда. Говорит, это ключ к пониманию. И к контролю. — Или к усилению, - мрачно добавил Драко. — Или к поиску других, как ты. Или чтобы привязать этот камертон к источнику. К тебе. - Его взгляд был безжалостно честен. Теория Тео перестала быть абстракцией. Она обрела форму, вес и серебристые руны. — Что делать? - Гарри смотрел на Драко, и в его взгляде была готовность слушать. Драко задумался, его ум работал видимо, расчёты сменяли друг друга на лице. — Отказать нельзя. Если артефакт реален и связан с ней, он должен быть под нашим контролем, не под её, где бы она ни была. Но… - он перевёл взгляд на Миру, — Они не должны сближаться. Ни она с камнем. Ни ты с ним. Мы изучаем его на расстоянии. Максимальном. — А если она настаивает? На своих правах первооткрывателя? — Тогда мы сыграем по её же правилам, - голос Драко стал холодным и острым. — Артефакт, представляющий потенциальную угрозу магической стабильности, - это не дело авроров, а невыразимцев. Это Отдел тайн. А вот угрозы — наша епархия. Я встречу его вместе с отделом. Лично. И изолирую в хранилище Отдела тайн. Под свою личную ответственность. В его тоне не было бравады. Была тактика. — А я? - спросила Мира. Он смотрел на неё, и в его взгляде был груз нового, только что родившегося фронта. — Ты остаёшься здесь. Учишься. И учишься не откликаться. Потому что если он зовёт, значит, ты можешь ответить. И нам нужно понять, что произойдёт, если этот ответ прозвучит. Он взял пергамент у Гарри, его глаза бегло пробежали по тексту. — Доставка завтра. Через официальный портал. Он поднял голову, и в его глазах вспыхнула та самая холодная, хищная искра, которую Мира видела в тумане. — Хорошо. Пусть везут. Мы будем готовы. Он вышел, унося с собой пергамент и оставляя в комнате ощущение надвигающейся бури. Не природной. Спланированной.

***

Кабинет Теодора Нотта. Поздний вечер. Тео, получив данные сканов от Гарри, три часа не отрывался от приборов. Когда он наконец явился в библиотеку особняка, где Мира ворочалась над книгами, его лицо было серым от усталости, но глаза горели. — Я ошибался, - сказал он без предисловий. — Это не просто камертон. Мира и Пэнси, сидевшая с ней, замерли. — Камертон настраивает. Этот артефакт… он не настраивает. Он привязывает. Видите структуру рун? Он разложил перед ними светящиеся схемы. — Это не символы подавления. Это символы якорения. Фиксации. Он не резонирует с твоей силой, чтобы её понять. Он резонирует, чтобы её зацепить. И держать. Тео посмотрел на Миру поверх очков. — Если ты и камень окажетесь в достаточной близости при определённых условиях… он может стать магнитом. А ты- железными опилками. И кто будет управлять магнитом, тот будет управлять и опилками. Тишина повисла леденящая. — Гермиона знает это? - тихо спросила Пэнси. — Если она проводила хотя бы базовый анализ - да. Она не могла этого не увидеть, - Тео провёл рукой по лицу. — Она ищет не ключ к пониманию. Она ищет поводок. Чтобы не изучать феномен, а владеть им. В этот момент в комнату вошёл Драко. Он слышал последние слова. На его лице не было удивления. Было лишь мрачное подтверждение. — Значит, завтра не просто доставка артефакта, - сказал он тихо. — Завтра попытка доставки инструмента контроля. Под официальным предлогом. Он посмотрел на Миру. — Твой «камертон» только что стал миной. А встреча с ним - разминированием. В его глазах не было страха. Была ясная решимость сапёра, который уже видит провода. — План меняется. Вы все остаётесь здесь. Запертыми и защищёнными. Я встречу этот камень. И если за ним последует больше, чем просто курьер… мы будем готовы дать отпор. Он повернулся к уходить, но обернулся на пороге, его взгляд в последний раз скользнул по Мире. — И на этот раз, мисс ЛеФлер, речь действительно не об одежде. Речь о том, чтобы остаться свободной. Во всех смыслах. Дверь закрылась. Мира сидела, обхватив себя руками, чувствуя, как тот внутренний зов камня отозвался в ней не тягой, а леденящим страхом. И понимая, что холодный, язвительный аврор только что добровольно встал между ней и этим страхом. Не как тюремщик. Как живой щит. Игра в кошки-мышки с Гермионой только что превратилась в открытое сопротивление. И первая встреча должна была произойти завтра. У портала. Вокруг камня, который хотел привязать к себе её душу.