Тени плетущие тишину

Кай шёл чуть впереди, периодически останавливаясь, чтобы прислушаться или посветить фонариком. Вдруг он остановился так резко, что Лу чуть не натолкнулась на него. Он обернулся, посмотрел ей прямо в глаза и аккуратно спросил: — Слушай, тебе когда‑нибудь приходилось убивать…людей? — Говоришь, как маньяк. Нет. Она сделала шаг вперёд и ткнула пальцем ему в грудь, подчёркивая каждое слово: — Ты никого не убиваешь. Надеюсь, понял? — Я помню, капитан. Просто спросил. Лу смерила его долгим взглядом, затем слегка расслабилась и опустила руку: — Хорошо. Коридор то сужался, то расширялся, а освещение становилось всё более неравномерным. Вскоре они вышли к воротам. На панели мигал красный индикатор. Рядом, виднелся слот для карты‑ключа. — И где мы её достанем? — пробормотал Кай, постучав пальцем по панели. — Давай всё осмотрим. Они начали проверять помещения по обе стороны. В первой - пустые стеллажи. Во второй - сломанное оборудование. В третьей - ничего, кроме пыли и паутины. — Безрезультатно, — вздохнул Кай, выходя из очередной комнаты. Девушка хотела ответить, но в этот момент позади них раздался протяжный скрип, будто петли не смазывали десятилетиями. Кай схватил Лу за руку и увлёк в ближайшую комнату. Они прижались к стене рядом с дверью - так, что открытая дверь скрывала их от входа в помещение. Шаги. Чёткие, уверенные. Кто-то зашел и сел за стол у противоположной стены. Послышалось, как пальцы гуляют по клавиатуре. Лу осторожно повернула голову, насколько позволяло положение. Она была прижата телом напарника, упираясь в грудь. Его локти опирались о стену по обе стороны от неё, создавая своего рода защитный купол. Ее слух уловил его дыхание, немного учащенное из‑за напряжения, и она чувствовала, как его грудь поднимается и опускается в такт дыханию. Тепло его тела окутывало. Кай вдруг осознал, насколько они близки. Настолько интимной эта близость казалась, что сердце вдруг забилось чуть быстрее. Запах её волос - нежный, сладкий, едва уловимый аромат мёда. Он невольно втянул воздух глубже. В голове промелькнула мысль: как странно, среди тревог и опасности, нависающей над ними, можно ощутить что‑то настолько…мирное. Мышцы напряглись, но не от угрозы. Пальцы сжались чуть сильнее. Лу затаила дыхание, когда Кай приблизился, и он едва коснулся ее лба кончиками волос. Она немного приподняла подбородок, встречаясь с ним взглядом. Он приложил палец к губам, а затем медленно перевёл взгляд на человека за столом, потом, на свой пистолет, беззвучно спрашивая: «Действуем?» «Нет», — Лу мотнула головой чётко и решительно. Он слегка приподнял брови и склонил голову набок: «И что тогда предлагаешь?» В этот момент громко хлопнула крышка ноутбука и послышался ответ в рацию: — Принял. Шаги отдалялись. Ворота закрылись.  Они ещё несколько секунд оставались в прежней позе - прижатые друг к другу. Затем он отстранился, слегка откашлявшись, чтобы скрыть неловкость. Лу направилась к столу. Кай ненадолго засмотрелся, а потом отвёл взгляд. Ноутбук оказался заблокированным. — Чёрт, — тихо выругалась Лу, выпрямляясь. — Давай попробуем ту дверь. Откуда он вышел. — Да, ты прав, — она обернулась к нему. Кай стоял к ней боком, прикрывая лицо рукой. Лу нахмурилась, уловив странное поведение: — Всё в порядке? — Да-да, — поспешно ответил он, отдёрнув руку и делая вид, что потирает переносицу. — Просто…задумался. Они осторожно открыли дверь и шагнули в тёмное пространство. Когда дверь за ними закрылась, их окружила абсолютная, кромешная тьма-настолько плотная, что, казалось, её можно было потрогать. Кай щёлкнул переключателем, и луч фонаря прорезал тьму, выхватив из мрака неровные каменные стены и ступени ведущие вниз. По обеим сторонам потянулись решётки-ржавые, с толстыми прутьями, явно напоминающие клетки. За ними зияла пустота: ни мебели, ни предметов, ни следов пребывания кого‑либо. Только холодный камень и сырость. Лу замедлила шаг, вглядываясь в пол перед очередной клеткой. При мерцающем свете стали заметны тёмные неровные пятна, впитавшиеся в пористую поверхность. — Кай… Он остановился рядом, провёл рукой по ржавому пруту, оставив на пальцах тёмный след. — У тебя есть хоть какое-нибудь предположение? — тихо спросила Лу. Он указал на пол у входа в одну из клеток-там виднелись глубокие царапины. Не случайные отметины, а длинные, параллельные борозды. — Может для… Договорить он не успел. С потолка, со скрежетом, сорвалось нечто длинное, с выпученными глазами, похожими на два мутных шара. Длинный липкий язык хлестнул в воздухе. Существо врезалось в прутья, заскребло когтями по металлу и вытянуло конечности в их сторону. Лу инстинктивно схватила Кая за предплечье,  чтобы утянуть следом за собой, подальше от решётки. Их руки сцепились и они быстрым шагом направились к выходу.  — Слева! — резко выкрикнул Кай. Из‑за решётки соседней клетки высонулась скрюченная лапа с тремя изогнутыми когтями, которые пытались нащупать жертву. Взмах катаны, и лезвие отсекло её. Тварь взвизгнула. Отрубленная лапа упала на пол, когти ещё несколько секунд судорожно царапали камень, прежде чем затихнуть. Существо отпрянуло вглубь клетки. Кай схватил Лу за руку и потащил за собой. Позади слышалось шипение и скрежет. Он резко остановился, озираясь. В боковой стене, почти незаметная в тени, арка прохода. Луч скользнул внутрь - за ней угадывался узкий коридор, уходящий вглубь.  Через несколько шагов Кай и Лу остановились перед дверью. Кай приложил ухо к металлу - из‑за двери доносились приглушённые голоса и гудение какого‑то оборудования. Он осторожно надавил на ручку, приоткрывая щель. По залу торопливо перемещались несколько человек в белых халатах - они переговаривались, сверялись с экранами, вносили данные в компьютеры. Всё это напоминало лабораторию, где все судорожно что‑то делали, будто работали на пределе времени. Массивные аппараты, толстые кабели, тянущиеся от пола к полукруглым пультам вдоль стен. Лу подалась вперёд, пытаясь разглядеть. — Что там? — едва слышно спросила она. По периметру зала шли проходы между стойками с техникой-там можно было укрыться. — Пригнись и держись рядом. Лу кивнула и они метнулись к ближайшему укрытию. — Что это, чёрт возьми, за место? — прошептала Лу. Кай осторожно выглянул, наблюдая за учёными. — Самому интересно. Давай туда. Они двинулись в узкий проход, пролегавший между высокими стеллажами, уставленными мигающими огнями. Здесь освещение было слабее, и тени ложились неровными пятнами на пол. Шум работающего оборудования заглушал их шаги: где-то щелкали реле, горели светодиоды, изредка раздавался писк. Они миновали пересечение с тремя ответвлениями. В одном из проходов мелькнула тень, но, похоже, это был лишь отсвет от мерцающего индикатора. Кай поднял руку, сигнал остановки, и прижался к стене. Осторожно заглянув за угол, он увидел, что коридор впереди расширяется, перетекая в новый отсек. Лу подошла следом, стараясь ступать бесшумно. В дальнем конце противоположного прохода, за изгибом, она заметила массивное сооружение из стекла. Перед ними возвышалась огромная камера - от пола до самого потолка, с массивными металлическими рамами и прочными стыками. Стекло было прозрачным, но с лёгким голубоватым оттенком, будто пропускало сквозь себя какой‑то особый свет. Внутри на полу сидела девочка. У неё были длинные волнистые волосы цвета осеннего клёна - медные, с проблесками золота. Она была полностью поглощена созданием сложной фигуры из разноцветных кубиков, сосредоточенно складывая их. Лу приблизилась к стеклу и прикоснулась ладонью к прохладной поверхности. Ее глаза расширились от недоумения: как ребёнок мог оказаться здесь, для чего? Кай подошёл следом, и его лицо выражало явную тревогу. Вдруг из соседней камеры раздался голос: — Что, опять? Очередные анализы? Вы же сказали, что на сегодня закончили. Они резко обернулись. У стекла стоял подросток лет шестнадцати. Его лицо было отмечено старыми шрамами: один протянулся от переносицы к скуле, другой пересекал бровь, еще один, небольшой, – подбородок. Он смотрел на них настороженно, с прищуром Кай и Лу переглянулись. Он сделал шаг вперёд, стараясь говорить как можно спокойнее: — Почему вы здесь? — Это какая-то проверка? Я на такое не куплюсь. Проваливайте, я спать хочу. — Нет, мы случайно сюда попали. Расскажи нам, что здесь происходит. Пожалуйста, — возразила Лу. — Над чем здесь работают? Парень чуть расслабился, поняв, что парочка не из числа персонала. Но в его взгляде всё ещё читалось недоверие. — Вы точно не отсюда, — констатировал он. — Иначе знали бы ответ. — Как тебя зовут? — взгляд Лу скользнул по его волосам. — Это твоя сестра? Мальчишка только кивнул. Его плечи опустились, будто он вдруг почувствовал всю тяжесть ситуации. — Мы поможем, — твёрдо сказала Лу. Подросток горько усмехнулся: — Ха. С чего вы взяли, что мы вообще пойдём с вами? —  он скрестил руки на груди. — А если вы такие же, как они? Только притворяетесь добрыми? — Посмотри на нас, — Лу сделала шаг ближе к стеклу. — Мы напуганы не меньше твоего. Мы хотим выбраться и хотим, чтобы вы пошли с нами. Никто не должен сидеть взаперти, как подопытный кролик. Он помолчал, изучающе глядя на них. Затем тихо спросил: — Если я поверю… что дальше?  — Доверься нам. Где‑то вдалеке послышались шаги. Он вздрогнул, его глаза метнулись в сторону звука. Он снова посмотрел на Лу. — Хорошо, — прошептал он. — Но если это ловушка… — Её нет, — перебил Кай и положил руку на плечо Лу, давая понять, что они едины в решении. «КОМАНДНЫЙ ПУНКТ» - именно туда нужно было попасть. Но как только они приблизились, дверь распахнулась, и оттуда начали выходить солдаты в чёрной униформе. Кай рванул вперёд и с силой затолкал всех обратно в помещение. Он схватился с самым крупным. Тот потянулся к кобуре, но он не дал ему завершить движение: резким махом ноги ударил по руке снизу вверх и пистолет отлетел в угол. Дальше последовал выпад, солдат мгновенно сместился в сторону, уходя от атаки, и тут же ответил размашистым ударом кулака-Кай едва успел отклонить голову, и кулак просвистел в сантиметре от виска. Они закружились по комнате, нанося и отражая удары. Враг действовал мощно и расчётливо: его руки мелькали в воздухе, то целясь в корпус, то пытаясь достать голову. Кай парировал, уворачивался, отступал и снова сближался, выискивая брешь в обороне противника. В какой‑то момент враг провёл быструю серию: прямой удар в грудь, затем резкий замах в голову. Кай отпрянул, но недостаточно быстро и кулак скользнул по его плечу, заставив пошатнуться. Однако именно этот момент стал переломным: нападавший, увлёкшись атакой, слегка потерял равновесие, чуть выдвинув вперёд ногу. Кай мгновенно воспользовался ошибкой и резко ушёл в сторону, почти распластавшись вдоль стены, и в тот же миг сделал подсечку. Противник не успел среагировать: нога подкосилась, центр тяжести сместился, и он начал заваливаться вперёд. Не давая восстановить баланс, Кай подхватил его за локоть и, добавив рывок корпусом, бросил через бедро. Тот с глухим стуком рухнул на пол, ударившись плечом о край стола. Тем временем Лу оказалась лицом к лицу с двумя противниками. Один из них, с насмешливой ухмылкой, бросил: — И что тут забыла такая милая девушка? Не меняя сосредоточенного выражения лица, ответила с издевательски‑вежливой интонацией: — Прошу прощения за вторжение. Сейчас я вас немного потренирую. Не дожидаясь реакции, она резко шагнула вперёд. Первый солдат, опешив от её наглости, машинально поднял руки в защитном жесте, но Лу уже сменила направление: скользнула влево, уклонилась от неуклюжего замаха и нанесла точный удар ногой в бок. Противник охнул и отшатнулся, врезавшись в стену. Лу, развернувшись и перехватив руку второго, резко вывернула и толкнула вперёд - он потерял равновесие и едва не рухнул на своего товарища. Прежде чем оба успели сориентироваться, она сделала быстрый шаг назад, а затем вперёд: короткий удар коленом в живот первому, молниеносный тычок в плечо второму. Она отступила, сохраняя дистанцию, и окинула противников холодным взглядом. Они явно не ожидали такой выучки от «милой девушки». Лу быстрым движением расстегнула куртку, перехватила ткань у плеч и резким рывком сняла её, отбросив в сторону вместе с катаной. Движения стали свободнее, плечи и руки - более подвижными. Она приняла боевую стойку: ноги на ширине плеч, кулаки подняты у лица, локти слегка согнуты, корпус чуть наклонён вперёд. — Ну что, продолжим? Первый бросился вперёд пытаясь схватить за плечи. Она легко уклонилась, чуть развернув корпус, и нанесла короткий резкий удар ребром ладони в основание шеи - противник захрипел и отшатнулся, потирая больное место. Следующий, учтя ошибку товарища, атаковал иначе: сделал ложный выпад влево, а затем резко сменил направление, целясь кулаком в живот. Но Лу уже предугадала этот манёвр: в последний момент отступила в сторону, подставила подножку и, когда солдат начал терять равновесие, добавила точный толчок в спину. Он рухнул на колени. Оправившись, снова пошёл в атаку-на этот раз с большей осторожностью. Он двигался короткими шагами, постоянно меняя ритм, пытаясь запутать. Она же оставалась неподвижной, лишь слегка покачиваясь на носках, отслеживая каждое его движение. В какой‑то момент он сделал широкий замах правой рукой. Лу шагнула вперёд, чтобы блокировать удар предплечьем… но его напарник, незаметно подобравшийся сбоку, нанёс резкий удар кулаком в лицо. Лу дёрнулась, отступила на шаг, прижав ладонь к горящему от боли месту. Он ухмыльнулся и вытащил из‑за пояса нож. — А теперь, давай серьёзно, — прошипел он. Боль в скуле пульсировала, но адреналин гнал кровь быстрее, обостряя чувства. Она медленно опустила руку, сжала кулаки и чуть шире расставила ноги. — Думаешь, нож всё меняет? Ты просто боишься драться по‑честному. Лезвие сверкнуло в опасной близости. Лу резко отклонилась назад, уворачиваясь от выпада. Он лишь слегка зацепил её футболку. Не дожидаясь следующего удара, она бросилась вперёд, парировала атаку: предплечье жёстко встретило руку противника, сбивая траекторию удара и отводя лезвие в сторону. Она резко ушла вниз - почти упала на одно колено, одновременно разворачивая корпус. Прежде чем он успел отреагировать, её нога с силой ударила в подколенный сгиб, резко и точно, выбивая опору. Солдат вскрикнул от боли и выругался сквозь зубы. Он нелепо взмахнул руками, пытаясь удержаться, но инерция уже несла его вперёд-он рухнул лицом на стол, едва не перевернув его. Удар лбом о деревянную поверхность заставил его застонать. Нож вылетел из его руки и заскользил по столешнице, остановившись у самого края. Лу вскочила на ноги и подхватила нож. Перехватила лезвие поудобнее и с резким движением вонзила его в правую ладонь противника, пригвоздив её к столешнице. Солдат заорал от боли, его тело дёрнулось, но он не мог вырваться. — А теперь, серьёзно. Ты же сам сказал, — холодно произнесла Лу, нависая над ним. Взгляд его метнулся к ножу, вонзенному в ладонь, затем к Лу. Багровые капли заструились из раны, очерчивая клинок. Внезапно он с силой выдернул оружие. Лицо его исказилось мукой, но глаза вспыхнули свирепым гневом. Лу мгновенно отступила назад, ловко уходя с линии атаки. Её движения были плавными и расчётливыми - отступала шаг за шагом, внимательно отслеживая каждое движение противника. Когда он сделал очередной выпад, она развернулась всем корпусом, перенося вес на опорную ногу, и нанесла резкий удар ногой с разворота-точно в висок. Солдат издал глухой стон, его глаза закатились, и тело, потеряв всякую  устойчивость. Он врезался в стену, сполз по ней и остался лежать без движения, раскинув руки. Лу повернулась к другому, намереваясь дать ему такой же чёткий приказ сдаться… Но в это самое мгновение в него врезался Кай, отброшенный ударом. Солдат отлетел в сторону, ударившись о стену, а Кай, едва удержавшись на ногах, выпрямился и встал плечом к плечу с Лу. Она окинула его быстрым взглядом: волосы растрепаны, губа была рассечена, а глаза горели решимостью. Он коротко кивнул ей: «Я в норме». Осталось двое. Один из них кинулся, занося кулак. Лу, вместо того чтобы просто блокировать, сделала короткий скользящий шаг в сторону, одновременно разворачивая корпус. Её рука метнулась вперёд для активной контратаки: жёсткий встречный удар ребром ладони в предплечье сбил траекторию его атаки, заставив руку отклониться в сторону. Не дожидаясь его реакции, она продолжила. Удар в нос, затем левая рука, словно плеть, нанесла хлесткий удар тыльной стороной кисти в область ключицы - защита ослабла. Лу не давала ему времени опомниться. Она сделала стремительный шаг вперёд, сокращая дистанцию, и нанесла ещё два быстрых удара: правый - в солнечное сплетение, а следом резкий апперкот в подбородок. Его голова резко откинулась назад, он потерял равновесие и начал заваливаться. Следом Кай с силой ударил его коленом в грудь. Тот окончательно рухнул на пол и остался лежать без движения. Лу отступила, встряхнула руками, приводя их в порядок, и посмотрела на напарника. Он выдержал её взгляд: — Капитан… Я бы хотел пригласить вас на свидание. После миссии. Если вы позволите. Она почувствовала, как щёки мгновенно вспыхнули, жар разлился по лицу, добрался до ушей. Она поспешно опустила взгляд, пытаясь взять себя вруки и скрыть смущение. «Он это серьёзно? Сейчас?» Тепло в груди стало сильнее, смешавшись с непривычным волнением. Лу вдруг осознала, что улыбается. Смущение никуда не делось, но к нему добавилось что‑то новое-предвкушение. — Позволяю, — тихо ответила она. Кай заметно расслабился. Остался последний противник. Это был крупный, мускулистый мужчина с жёстким взглядом. Он ухмыльнулся, оценивающе оглядев обоих: — Закончили? Предлагаю продолжить. Он сделал резкий выпад в сторону. Лу попыталась уклониться, но не успела полностью уйти от удара - кулак с силой врезался в живот. Девушка отступила на шаг, согнулась, хватая ртом воздух. Боль обожгла внутренности. В тот же миг Кай нанёс мощный удар слева-прямо в голову противника. Он пошатнулся, но устоял на ногах. Резко мотнул головой, приходя в себя, и оскалился: — И это всё? Не дожидаясь ответа, он выбросил руку назад - неожиданный апперкот попал Каю прямо в нос. Лу стиснула зубы и, собравшись с силами, нанесла удар прямо в челюсть. Раздался хруст, тот дёрнулся, его голова откинулась назад. Не давая ему опомниться, Кай тут же добавил: мощный удар ногой в живот. Противник согнулся пополам, тяжело дыша, теряя равновесие. Лу не упустила момента - подсечный удар ногой. Он отлетел назад, с глухим стуком ударился спиной остену и осел. Кай быстрым движением достал пистолет и направил его на противника: — Сиди смирно. Это интервью и у нас пара вопросов.                                          *** — Назови имя. — Я не знаю кто он. Все приказы идут через его правую руку. — Говори, — Акио сделал шаг вперёд, взгляд не отрывался от лица. Тору медленно провёл пальцем по лезвию катаны. Пауза длилась мгновение, а затем всё взорвалось движением. Он отступил на полшага в сторону, и рядом с ним возникли его копии. Двойники двигались синхронно, но с небольшими различиями в ритме, создавая иллюзию хаоса. Акио шагнул назад, сохраняя дистанцию, и ждал, выискивая настоящего среди мерцающих силуэтов. Тору двинулся на него. Акио выстрелил и пуля пробила грудь, иллюзия рассыпалась дымкой. Ещё один - и тот исчез. Третий сделал шаг вбок, пытаясь обойти с фланга - и он тоже растворился. Но на месте каждого уничтоженного двойника тут же возникали новые. Они появлялись с разных сторон, окружая, заставляя постоянно поворачиваться, перераспределять внимание. Пули находили цель, но противники всё равно множились. Акио нырнул под удар первого, уходя в низкий уклон, и в тот же миг врезал прикладом второму в висок. Руки горели от напряжения: каждый блок, каждый уклон отнимал силы. Он не мог позволить себе ошибиться - настоящий где‑то среди них, ждёт момента. Акио готовился к отражению стремительной атаки, когда клинок опасно приблизился к его груди. Прицел был наведен, но в траектории движения оружия что-то показалось чужеродным: незначительная задержка, словно момент удара прокручивался с крошечным опозданием. Он замер, переводя взгляд на других. Внезапно он заметил фигуру, стоявшую чуть позади. В отличие от остальных, вокруг него не было легкого мерцания, а поза выражала спокойную, но настороженную готовность, присущую хищнику, выжидающему свою добычу. Инстинкт опередил мысль: Акио резко изменил направление прицела, стабилизировал дыхание и зафиксировал цель в перекрестье. Пальцы напряглись. Пуля попала точно в бедро, чуть выше колена, повредив мышцу. Впервые за весь бой на его лице отразилась боль – не просто гримаса, а острая, животная реакция. Остальные фигуры, словно связанные невидимой нитью, одновременно изогнулись пополам, испытав такое же ранение. Они начали мерцать и искажаться, напоминая помехи на экране. — Попался, – прохрипел Акио, не опуская пистолет. Тору сдвинулся с места, будто тень метнувшаяся в сторону. Акио нажал на курок, но противник уже изменил свою траекторию - пуля лишь выбила искры из стены. В следующий миг острый раздирающий удар в живот: катана прочертила линию ниже ребер. Акио отшатнулся, рука прикрыла рану, сквозь ткань уже проступала кровь. Он заставил себя выпрямиться. Дыхание стало прерывистым, виски пульсировали, но пистолет оставался в руке, палец вновь лег на спусковой крючок. Любая проявленная слабость сейчас же станет для него смертельной. Сзади послышался шорох. Он едва успел повернуть голову, как сильный удар ногой в спину отбросил его вперед. Потеряв равновесие, он ощутил, как лезвие катаны скользит по его лицу. Он зажмурился, левый глаз был залит кровью. Силуэты растворились и остался только один, наблюдавший за всем со стороны. Он медленно приблизился. В его глазах читалось что‑то среднее между удовлетворением и любопытством - будто он оценивал, сколько ещё выдержит противник. Кровь струилась по лицу, капала с подбородка. Он вытер глаз, пытаясь убрать кровь, и с трудом сфокусировал взгляд на Тору. Воздух вокруг задрожал. Глаза не выражали ничего - пустые, холодные копии.  Акио открыл огонь. Он стрелял снова и снова, поворачиваясь, выискивая цель. Ритм выстрелов сливался с биением сердца- быстрый, отчаянный, почти безумный. Наконец, остался один. Он стоял в нескольких шагах, слегка покачиваясь, с катаной наготове. Его лицо выражало усталость: — Сдаюсь… сдаюсь, — он поднял руки, шагнул вперёд.  Акио едва стоял на ногах. Каждое дыхание давалось с трудом - в груди жгло, будто туда насыпали раскалённых углей. Пистолет в ладони ходил ходуном в ушах стоял гул, перекрывавший все остальные звуки. Он сжал зубы, пытаясь сосредоточиться, но мир вокруг то расплывался, то вновь обретал чёткость. Тот сделал ещё шаг ближе, почти вплотную и криво улыбнулся: — Вот и всё, Акио. В горле пересохло, язык прилип к нёбу. Свист рассекаемого воздуха, и острая, пронзительная боль взорвалась в правой руке, отдаваясь эхом в каждом нерве.  Пистолет с глухим стуком упал на пол. Акио закричал. Крик вырвался из груди сам собой, полный боли и ярости. Боль была немыслимой, разрывающей сознание на части.  Он инстинктивно дёрнулся, пытаясь схватиться за руку… но под пальцами оказалась лишь горячая, липкая рана там, где только что было предплечье и поток горячей крови, заливающий всё. Мир на мгновение почернел по краям, дыхание перехватило. Волна тошноты и головокружения накрыла его. Противник стряхнул с лезвия кровь. Акио зажмурился, сделал глубокий прерывистый вдох, и тут же закашлялся. «Спокойно, — мысленно приказал он себе. — Дыши. Раз… два… три…» Он сосредоточился, стараясь отделить себя от агонии хотя бы на несколько секунд.  Он вспомнил жёсткие команды, повторяемые раз за разом: «Ремень, жгут, фиксация.  В критической ситуации это может спасти жизнь». Пошарив левой рукой по поясу, он нащупал ремень. С трудом вытащил его: каждое движение отдавалось вспышкой боли. Пропустил конец через пряжку и начал затягивать выше локтя. Каждый поворот давался с трудом - пальцы дрожали, скользили по кожаной поверхности, окровавленные края ремня выскальзывали из ослабевших пальцев. Он собрал остатки воли и потянул изо всех сил. Наконец, удалось затянуть до предела: ткань чуть заскрипела, а давление на сосуды стало ощутимым. Но не успел он перевести дух, как Тору резко ударил ногой в живот и боль вспыхнула с новой силой, нарушая хрупкое ощущение контроля. Следующий толчок сбил его с ног. Акио упал на спину, ударившись затылком о пол. Тору навис сверху, поставив ботинок на грудь, прижимая к полу. Остриё замерло в опасной близости. — Было весело. Ты оказался крепче, чем я думал.  Он замахнулся, готовясь нанести последний удар.                                          *** Лу потёрла живот, где пульсировала боль от пропущенного удара. — Ты как? — коротко бросил Кай. — Всё хорошо, — выдохнула она, выпрямляясь. — Просто дыхание сбилось. Она присела на корточки напротив пленника и посмотрела ему прямо в глаза: — Зачем вам дети? Солдат расхохотался. — Дети? — переспросил он, смахнув слезу смеха. — Биоматериал. Мы их используем, пока они полезны. А потом…всегда найдутся новые. Лу прищурилась, в глазах вспыхнула ярость: — Биоматериал? Вы так их называете? — А что не так? — солдат пожал плечами. — Наука требует жертв. Эти…малыши - просто расходный материал. Сломались-выбросили. Он наклонился чуть вперёд, понизив голос до шёпота: — Думаешь, кто‑то вспомнит их имена через год? У них даже имён нет - только номера на бирках. Они - ресурсы, которые мы грамотно распределяем ради высшей цели. Лу с трудом сдержала порыв броситься на солдата. В голове всё смешалось: гнев,отвращение, боль - они накатывали волнами, грозя разорвать её изнутри. Вдруг из‑за стола начала медленно высовываться фигура. Это был мужчина в белом халате и круглых очках - его руки дрожали, а лицо покрывал пот. Он поднял ладони вверх, умоляюще, и торопливо заговорил: — Не стреляйте, только не стреляйте! Я хочу помочь! Кай прищурился: — Ты еще кто? Всё это время там сидел? Солдат, до этого сохранявший насмешливое спокойствие, вдруг побагровел и рявкнул: — Серьёзно? Только, попробуй что‑то выкинуть - я тебя… Кай снял пистолет с предохранителя. Тот замолчал на полуслове, сглотнул и откинулся к стене, бросив на учёного испепеляющий взгляд. Мужчина в халате вздрогнул, но продолжил, чуть заикаясь: — Я… я вам помогу! Я знаю всё про проект. Лу с осторожностью и явным недоверием смотрела на него. Её взгляд скользил по лицу. По дрожащим губам, по глазам за стёклами очков, в которых читался неподдельный страх. — Говори, — коротко бросила она. — Что за проект? Он сделал шаг вперёд, нервно поправил очки и выдохнул: — Это проект «Эрабу». Мы все эти годы пытались создать ‘проводника’ - человека, который сможет передавать способности другому. Не просто изучать, а буквально-передавать силу, навыки, даже… — Для чего? Кому это вообще нужно? — перебил его Кай. Мужчина глубоко вздохнул, оглянулся на солдата, затем снова посмотрел на Лу и Кая: — Тем, кто хочет контролировать будущее. Детей отбирали не случайно - у них особая структура мозга, повышенная пластичность. Но… — он запнулся, — но не всё идёт так как надо. Эксперименты выходят из‑под контроля. Солдат внезапно заорал, брызжа слюной: — Замолчи! Закрой рот! Только блять попробуй ещё что‑то сказать этим ублюдкам - ты труп! — Сиди тихо! — рявкнул Кай. Учёный, не обращая внимания на его крики, продолжил: — Я вам помогу. Скоро здесь будет охрана. Я могу разблокировать камеры, а потом вам надо успеть к выходу. Дверь заблокируется автоматически, как только вы выйдете. — Предатель! Ты сдохнешь первым! Я сам тебя при… Выстрел.  Кай не успел ничего осмыслить. Только почувствовал, как чья‑то рука накрыла его на рукояти пистолета, как чужое усилие добавилось к его собственному нажатию на курок. Солдат замолчал на полуслове. Его крик оборвался внезапно, будто кто‑то дёрнул рубильник. Глаза расширились от шока, рот остался приоткрытым. Взгляд остекленел, уставившись в одну точку - в пустоту, куда уже не было возврата.  Кай повернул голову к Лу. Она изобразила невинное выражение лица, похлопала ресницами и развела руками. — Что? Я же не сказала, что я не буду. Поторопимся. — Ты… — начал Кай. Он шумно выдохнул через нос и, откинув голову назад, провёл рукой по затылку. — …Беспощадна, — наконец закончил он тихо, и в этом голосе прозвучало больше, чем простое определение. Лу, уловив перемену в его тоне, чуть склонила голову, изучая лицо, то, как напряглись скулы, как он старается выглядеть невозмутимым, но не совсем справляется. Она тряхнула головой, отгоняя наваждение, и подняла свое оружие: — Так что дальше, доктор? — Я разблокирую камеры на 10 секунд. Вам надо успеть забрать их и бежать к выходу. — Почему вы нам помогаете? Он поднял на Кая глаза. В них читалась глубокая усталость и что‑то похожее на стыд. — Не могу больше этого терпеть, — тихо ответил он. — Я создавал технологию для помощи, а они превратили её в оружие. Он дрожащими пальцами набрал команду на клавиатуре. По помещению прогремела сирена. Вспыхнули красные огни, система оповещения затараторила механическим голосом. — Спасибо, — уходя, поблагодарила Лу. Учёный остался и его пальцы забегали по клавиатуре с лихорадочной скоростью: он перенаправлял сигналы, блокировал камеры наблюдения, выигрывая для беглецов драгоценные секунды. Дети были в проходе у камер. Парень сидел, обхватив руками младшую сестрёнку - она дрожала, прижавшись к нему, а он что‑то шептал ей на ухо, стараясь успокоить. Заметив приближающихся, подросток вскочили на ноги. Кай не стал терять ни секунды. Он подхватил девочку на руки: — Бежим, быстрее! Держись за меня крепко, хорошо? Девочка растерялась. Она кивнула и обхватила его за шею. Продолжала выть сирена, мигали тревожные огни, отбрасывая мрачные блики на стены. Они достигли запасной лестницы, и дверь за ними с грохотом захлопнулась. В тот момент, когда в конце коридора появились первые солдаты, они уже были вне досягаемости. С каждым шагом по лестнице, отдававшимся глухим эхом, они поднимались всё выше. Кай ощущал, как дрожит в его руках девочка, но она стойко держалась. Остановившись, как им казалось, на уровне второго этажа, Кай замер. Из наушника послышался знакомый, слегка раздражающий голос: — Приё-ё-ём, кто‑нибудь…! Кай ответил: — Акио? Лу прикоснулась к уху. Наушник был на месте, но, очевидно, повреждён во время схватки. — Акио? — переспросила она. — С ним всё хорошо? Дай мне с ним поговорить. Резким жестом Кай остановил её. — С Лу всё в порядке? — голос звучал глухо. — Если она не отвечает… — Да. Наушник поврежден, она со мной. Что у тебя? — Кай бросил быстрый взгляд на Лу. Та напряжённо вглядывалась в его лицо, пытаясь понять по мимике, что происходит. Акио издал глубокий вздох, в наушнике послышался тихий шорох, будто он оперся спиной о стену. — Я на четвёртом, — произнёс он изможденно, почти безжизненно. — Дверь открывается с другой стороны. И… я не думаю, что выберусь отсюда. Просто…— пауза, хриплый выдох, — Присмотри за ней. Лу не слышала слов Акио, но видела, как меняется лицо Кая: оно стало суровее, скулы напряглись, а в глазах мелькнула тревога, граничащая с отчаянием. Она шагнула ближе, схватила его за рукав: — Что он сказал? — тихо, но настойчиво спросила она. — Кай, что с Акио? Кай колебался. Он понимал, что если она сейчас бросится ему на помощь, то потом будет мучиться чувством вины за то, что не успела, что бросила его одного, что не смогла спасти. Эта вина могла уничтожить ее, сломать. Он не мог этого допустить. Он взял её за плечи: — Послушай, — произнёс он тихо. — Потом всё выскажешь мне за то, что я командую, но так надо. Выбирайся с детьми, остальные скорее всего уже снаружи и ждут. Я выведу Акио и мы придём следом. Лу резко втянула воздух, в ее глазах вспыхнула смесь паники и протеста. — Что с Акио? — повторила она, голос дрогнул. — Кай,скажи правду! Он отвел взгляд, а затем снова посмотрел на нее. Жгучая боль сжала грудь - он видел, как она бледна, как дрожат её руки, как в глазах плещется неподдельный страх. «Сейчас лучше соврать. Хоть на пару минут, но дать ей опору».  — С ним всё в порядке, — Кай даже выдавил короткую, неуверенную улыбку, пытаясь казаться убедительным. Лу прищурилась, всматриваясь в его лицо - искала следы лжи, пыталась поймать взгляд, который бы выдал правду. — Точно? — тихо спросила она, и в этом вопросе было столько надежды и страха одновременно, что у Кая защемило сердце. — Точно. Она закусила губу. В глазах всё ещё читалась борьба - инстинкт рвануться на помощь боролся с логикой и заботой о других. Наконец Лу кивнула, глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки. Она осторожно взяла девочку на руки, поправила прядь волос у неё на лбу. Кай развернулся и почти скатился по лестнице вниз, перепрыгивая через две ступени. Пальцы сжали край наушника: — Держись., засранец.                                      *** Капитан с детьми наконец выбрались из душного бункера на холодный ночной воздух. Резкий контраст после спертого воздуха и мигающих аварийных огней ударил в голову-она зажмурилась и глубоко вдохнула, но тут же закашлялась. У машин их уже ждали остальные. Мива первой заметила их - она бросилась навстречу: — Лу? Что случилось? — Долго рассказывать. Помоги. Она осторожно передала девочку Хару. Тот сразу подхватил малышку, прижал к себе, стараясь согреть: — Пойдём, маленькая, — тихо сказал он. — Сейчас посажу тебя в машину, там тепло, ладно? Подросток остановился, растерянно озираясь: — Эй, ты куда? — окликнул он Хару. — Не хочешь замёрзнуть - иди за мной. Лу мягко положила руку на плечо. — Теперь всё будет хорошо, не переживай. В тот момент Тэтсу бросился к Лу, мгновенно приблизившись к ней. Их объятия были настолько сильными, словно каждый опасался быть снова разделённым с другим. Отстранившись, Лу внимательно оглядела его с ног до головы:  — Ты в порядке? Ничего не болит? Он молча прижался к её плечу, крепко обняв руками. Лу, глядя поверх его плеча, заметила Мики. Та стояла поодаль, неуверенно теребя пальцами манжету куртки, стараясь не смотреть в их сторону. Лу задержала на ней взгляд лишь на мгновение, прежде чем перевести его на Шиничи. Подойдя к нему, она легонько толкнула его в плечо и, стараясь придать голосу строгость, спросила: — Ты серьёзно не умеешь драться? Шиничи удивлённо поднял брови, потом рассмеялся: — Что, теперь все будут шутить? Лу улыбнулась - впервые за долгое время она почувствовала облегчение. Тёплая волна накрыла её, будто после долгой метели наконец выглянуло солнце. Тэтсу, всё это время молча стоявший рядом, спросил: — Где Кай и Акио? — Они скоро выйдут. Краем глаза заметила движение у бункера. Земля ушла из‑под ног. В груди что‑то оборвалось, перехватило дыхание - она не могла пошевелиться, не могла вдохнуть. Из тёмного проёма, пошатываясь, появились двое. В этот момент всё вокруг перестало существовать. Картина, представшая перед ее глазами, была невыносимой. Акио, её Акио, идущий к ней, словно призрак из кошмара. Его тело, измученное, казалось, вот-вот рассыплется. Кровь, алая, на его лице, одежде, везде. Отчаянный, молящий голос Кая: «Только не отключайся» Лу бросилась к нему, игнорируя всё. Расстояние между ними сокращалось с бешеной скоростью, и каждый шаг отдавался болью в груди. Она видела, как его глаза, полные тщетной попытки остаться в сознании, искали её. Его искаженное, почти потерянное лицо, когда он, собрав последние силы, шагнул к ней и рухнул в её объятия. Они упали вместе и его голова легла на её колени. Паника захлестнула её. Она склонилась над ним, дрожащими пальцами пытаясь убрать с его лица слипшиеся от крови волосы. Каждое прикосновение приносило новую волну ужаса. Он был так бледен. Её глаза, затуманенные слезами, скользили по его изувеченному телу. Она видела рану, где должна была быть рука, и её собственная душа, казалось, разрывалась от боли. Слёзы, горячие и горькие, начали капать на его щеки. Она гладила его, шептала его имя, молитвы, обещания, которые не могла выполнить. Она пыталась вдохнуть в него жизнь, свою жизнь, свою любовь. —Лулу…не плачь…— едва слышно произнес он. Его глаза, уже мутные, с трудом сфокусировались на ее лице. — Я не могу смотреть на твои слёзы…— Он слабо улыбнулся, но эта улыбка была скорее гримасой боли. — Я здесь. Я с тобой, — шептала Лу, прижимая его еще крепче, пытаясь защитить от самой смерти. Она чувствовала, как его сердцебиение становится все слабее, как жизнь ускользает из его тела. — Ты будешь жить. Ты должен жить. Ради меня,  — она продолжала гладить его, пытаясь согреть своим теплом, передать ему всю свою силу. —Всё хорошо…— снова прошептал он, его дыхание становилось прерывистым. —Не оставляй меня, — молила она. — Прошу…я не смогу без тебя. Ты же обещал мне. Ты обещал. Его ладонь легла ей на щеку. Он слегка погладил и в этом жесте было столько нежности и тепла. Лу накрыла его ладонь своей, сжала, боясь отпустить хоть на секунду. — Тише… Она смотрела в его глаза, пытаясь удержать в них отражение своей души, запомнить каждую черточку его лица. Взгляд его был спокоен, но в глубине таилась бездонная печаль. Все застыли. Их лица были бледны, а в глазах читался немой вопрос, страх и боль. Никто не смел пошевелиться, ни один звук не нарушал хрупкое равновесие момента. Казалось, даже само время остановилось.  Их сердца разрывались от бессилия.