Неловкая ситуация

Дома, само собой, Сакуру ждал разнос, допрос и абсолютный хаос. Однако прикопаться было не к чему. Ни единого намёка на измену в её действиях не было. И даже шиноби из клана Яманака не нашёл ничего подозрительного. Наоборот, по её воспоминаниям отредактировали базы нукенинов Кири и чуть поправили актуальную карту вулканических островов архипелагов Воды. Учитель, встретив её, выглядел странно. Но не сказал ни одного дурного слова. Лишь шутил, что она заставила его поседеть ещё больше, чем было. Наруто завалил безумными вопросами, один другого абсурднее. С искренним интересом выслушивая рассказ про древние кандалы с вязью Узумаки. Саске, что было вдвойне удивительно, извинился. – Я стоял рядом, – сказал он тогда. – И не успел тебя схватить. Девушка лишь фыркнула на это, ответив лишь: – А я смылась, не успев схватиться. Значит нам обоим нужно больше тренироваться. Ответом ей послужила тонкая улыбка. Со временем дела вернулись в привычное русло. Харуно всё так же читала и учила огромное количество информации. Как оказалось, она может пригодиться в самые неожиданные моменты жизни. Тренировалась с Седьмой командой, которую Хатаке, что удивительно, начал гонять с особым рвением. Даже допускал спарринги с другими ребятами! Что было крайне увлекательно. А также, с невероятной радостью, попала в ученичество к Сенджу Цунаде. «Никакой постоянной работы под прикрытием,» – ликовала про себя девушка. – «Только наука и интеллектуальные вызовы!» На самом деле, она могла бы сказать, что жизнь её постепенно налаживалась и становилась лучше. Та ситуация в океане забывалась как страшный сон, лишь изредка напоминая себе особенной напряжённостью при любом, даже косом, сальном взгляде. Сакура становилась сильнее. Получила звание чунина. Выпустилась как ирьёнин, без конца повышая свои навыки в больнице. Постепенно шла к званию джонина. Ходила с друзьями пить чай, гулять и весело проводила время. Думала о том, что здорово было бы влюбиться. Однако, у неё появилась странная привычка. Каждое утро Харуно начинала со свежей газеты. Читала каждую статью в поиске новостей из Кири. Выискивала одну единственную фамилию — Хошигаки. Иногда этот клан встречался. Иногда даже с именами. Кисаме — звучало чаще. Глава клана, бесхвостый биджу, опаснейший мечник Кири. Но пару раз мелькал и Чоу. «Чоуджуро,» – повторила тогда про себя имя Куноичи. – «Его зовут Хошигаки Чоуджуро.» Новый помощник, назначенный лично Теруми Мей. Мизукаге, которая смогла взять в свои руки горящий огнём гражданской войны Кири, удержать и собрать воедино. В эти моменты она со странным чувством вспоминала ямочки на бледных щеках. И сама, невольно, начинала улыбаться.

* * *

– Цунаде-сама, – звонко воскликнула Харуно Сакура, заходя в кабинет к главному врачу. Та ответила ей каким-то особенно страдальческим стоном. – Да едешь ты, едешь! – кареглазая женщина бросила в свою вторую личную ученицу ручкой. Розоволосая куноичи успешно уклонилась, расплываясь в по-настоящему безумной улыбке. – Правда? – девушка буквально светилась изнутри. – Получилось? Последняя Сенджу прикрыла лицо руками. В углу кабинета тихо рассмеялась Шизуне. Та была свидетелем бесконечных попыток Сакуры добиться личного присутствия на подписании мирного договора с Кири. К ужасу административного аппарата Конохи, девушку в этом поддерживали её сокомандники и, что ещё страшнее, друзья. У Огня не было шансов выехать без розоволосой куноичи. А что ещё более пугающее в этой ситуации, часть делегации так же вызвалась поехать исключительно из любопытства. Куда же она так рвётся. Шисуи, по ощущениям, единственный имеющий более-менее полную картину, загадочно ухмылялся и молчал. Но первый вписал свой отряд АНБУ в сопровождение этого мероприятия. – Да получилось! – голос женщины звучал с надрывом. – Чтобы ты так в будущем бюджет нашей больнице выбивала, беспредельщица бесстыжая! Не веря в своё счастье, Харуно рассмеялась. Захлопала в ладоши. А потом подбежала к старшей и крепко её обняла. – Спасибо, – прошептала она, слушая беззлобное бурчание Наставницы. – Спасибо, спасибо, спасибо. Та, совсем не больно, щипнула её за щёку. На лице Цунаде была улыбка. Взгляд, обычно искрящийся эмоциями, смотрел спокойно и как-то немного меланхолично. – Расскажи только потом, – подтрунили над ней немного, – стоило ли оно того? Сама не зная почему, Харуно смутилась. Сейчас ей казалось немного странным рассказывать про то, почему и кого она так хотела увидеть. Было твёрдое убеждение, что люди придумают миллион неверных и каких-то дурацких трактовок. Разнесут по Селению слухами её стремления и надежду увидеть… друга? Человека, который когда-то спас ей жизнь? Невольного боевого товарища, что крепко-крепко держал её за руку? – Угу, – только и пробормотала она в ответ. Сама не замечая, как покраснели её скулы и кончики ушей. Это раздражающее смущение начало преследовать её. Абсолютно непрошенное, оно возникало после каждого вопроса «а зачем ей на переговоры?». Она злилась на себя, морщилась и старалась делать вид, что ничего такого не происходит. Но хватило простого комментария от Шисуи, что кратко бросил: – Снова хочешь подержаться за руки? И Сакура раскраснелась с новой силой. Никто не понял его отсылку, но ей было достаточно смешливого взгляда старшего товарища, чтобы почти провалиться под землю. Потому в дорогу Харуно направилась окружённая волнением. А вдруг, только она хотела встречи? Делегация двигалась степенно и не так торопливо, как ей хотелось бы. Но это вполне объясняется тем, что с ними шли гражданские чиновники и даймё. Хокаге вежливо болтал с мужчинами в дорогих кимоно и участливо улыбался. Сакура постепенно успокаивалась. «Это всё подначки,» – уверила она себя к моменту, когда они наконец-то подошли к прибрежному городу, выбранному для этого исторического события. «Это всё от того, что я выдумала себе очень много контекста,» – твердила себе куноичи, надевая чистую отглаженную форму. «Он наверно вообще про меня забыл,» – решительно кивала она, вставая в назначенное делегацией место. А потом она увидела голубую макушку, что располагалась совсем рядом с Мизукаге. Он заметил её раньше. Потому что в ту секунду, когда Сакура нашла его лицо, то всё внимание Чоу уже было на ней. Он смотрел на неё, мягко улыбаясь. Словно действительно был очень рад. Сакура и не заметила растянула губы в улыбке. Сколько они так пялились друг на друга? Кажется, не очень долго. Чоу кто-то окликнул и он, покраснев, видимо, попросил повторить вопрос. Девушка сглотнула, явно ощущая, как у неё взмокли ладони, а сердце как-то по-дурацки колотилось. Официальная часть перемирия запомнилась ей только этими взглядами, нежным голубым цветом и ямочками на бледных щеках.

* * *

– Сакура, – кто-то её окликнул, – ты куда? Она лишь отмахнулась, кинув какое-то подходящее объяснение. Харуно спешила к побережью. Именно там разместили гостей. «Я должна…» – мечется в её голове пространно и неоформленно. – «Должна!» Пятки стучат по брусчатке. Девушка даже не смотрит на дорогу, лавируя между прохожими просто по следу их чакры. И, как это было годы назад, по-дурацки в кого-то врезается. Её придерживают за плечи, не давая потерять равновесие. Харуно поднимает взгляд, застывает. Чоу действительно вымахал. Сейчас перед ней был не неловкий долговязый парень. Он больше походил на своего рослого дядю. Но взгляд и мягкая улыбка остались теми же. – Привет, – шепчет Сакура и к ужасу своему понимает, что краснеет. Хорошо, что её собеседник не отстаёт. – П-привет, – шепчет Хошигаки. Скулы его покрываются алыми пятнами. И куноичи готова поспорить, что уши, сейчас спрятанные под наушниками, вовсе горят от смущения. Они стоят так какое-то время, молчат. А потом Сакура решается. Она сглатывает, находит своей ладонью его грубые, ставшие ещё более жёсткими, пальцы, и сжимает их. – Что ты любишь есть? – вырывается у неё на пару октав выше, чуть хрипло. Но всё-таки вырывается. Под серой водолазкой Чоуджуро скачет кадык. Он краснеет ещё больше. – Это я д-должен был тебя позвать, – произносит он растерянно и, словно, обиженно. На это Харуно не может сдержать смеха. С какой-то особенной радостью она чувствует, как её руку сжимают в ответ. Мягко, чуть поглаживая большим пальцем тыльную сторону. – Ты кормил меня в прошлый раз, – шутит она, не способная побороться с улыбкой. – В этот раз я угощаю. Чоу смотрит на неё внимательно-внимательно. Настолько, что у куноичи поджимаются пальцы на ногах. Но это ощущается так хорошо, что ей снова хочется смеяться. – Тогда что-то острое, – наконец выдыхает мечник. А потом послушно идёт за ней, когда девушка сворачивает в ближайшее кафе. – Но в следующий раз угощаю я, – говорит он неожиданно упрямо. Они оба идут алые, щёки горят, пальцы рук переплетены. Ужасно неловкая ситуация. Сакура лишь угукает в ответ. Его ладонь, к радости девушки, тоже взмокла.