Братское соперничество

Орион любил выпивку и движение. Эти вещи не давали ему замерзнуть в Спарке, а сейчас просто превратились в привычку. Принц обожал свое королевство. Ему нравился холод, но он ненавидел, когда от него погибали люди. Он любил таверны и бардели, ведь эти места были одними из немногих, в которых ему становилось жарко. Спарк расположился на трех величественных горах, усыпанных снегом. Первая гора — Мерида, самая низкая из всех. На её вершине был построен огромный дворец Хладовей. Грубые каменные стены, покрытые инеем, неплохо согревали короля и его семью. Много людей отдали свои жизни, чтобы Хладовей был достроен и пугал своим могуществом. На Мериде редко встретишь бедняков: лишь людей из знати и господ, приближенных к королю. Вторая гора — Мезон. Средняя по высоте, но на её вершине расположились крупные города. Из-за тесного соседства с дворцом жителей Мезона обеспечивают всем необходимым для жизни. Горожане имеют высокооплачиваемую работу, хорошее жилье и, даже несмотря на страшный холод, ни в чем себе не отказывают. Эделия — самая высокая гора во всём королевстве. На ней строятся деревеньки, которые зачастую заметает вьюга и пронизывающий до мозга костей ветер. Здешние жители уже давно осознали плачевность своего положения, но им остается лишь одно — пытаться выжить. Они строят невысокие лачуги из камня, чтобы противостоять снежным бурям и лавинам. Когда запас дров кончается, пытаются согреться волчьими шкурами, а когда не удается убить животных — согреваются объятиями. Короля гложет судьба людей, которым не повезло оказаться в Эделии. Он пытался проложить дорогу, чтобы иметь возможность отправлять своих подчиненных на помощь беднякам. Попытки же, однако, оказались тщетными. Дороги заметало, посыльные умирали, так и не добравшись до пунктов назначения. Поначалу Орион любил разгульную жизнь. Ему нравилось чувство свободы, которое оказалось ложным. По мере взросления он начал понимать истину: люди умирают, пока он пьянствует и купается в роскоши. Но он ничего не может с этим поделать, и эта мысль уничтожала его не меньше, чем отца. Женитьба Оуэна с южной королевой, красавицей Осмией, добила его окончательно. Его угнетал не новый брак папы, а чувство, будто они предают собственный народ. Теперь Оуэн со своей свитой, который нужен северянам как никогда, переезжает в самое жаркое королевство на свете — Одрию. Орион будет купаться в лучах солнца, а спарковцы — леденеть от мороза. Принц кричал от несправедливости, но отец лишь сказал: — Таково условие Осмии. Чтобы наш народ не умирал, нам необходимо пойти на уступки. Мы не предаем Спарк, а спасаем. Спасение ли это? Время покажет. А до сей поры придётся уживаться с новой семейкой — повернутой на власти Осмией Де Вер и ее прихвостнем Десмондом. Орион слышал когда-то, что однажды им с южным принцем придется сразиться, чтобы заполучить трон. Битва, говорите? В таком случае Орион уверен в своей победе. Драки стали для него смыслом жизни. Он никогда не проигрывал даже самым суровым воинам, а что касается его нового братишки… Ему хватит и одного удара в голову.  Парнишка хоть и не выглядит как осиная веточка, но драки явно не входят в его обычный распорядок дня. Он, как видно, больше предпочитает читать заумные книжки, а потом хвастаться всем своим великим умом. Его самомнение, должно быть, очень велико, ведь ни единый человек в Одрии не осмелится покачнуть и без того хрупкое эго принца. А теперь он распорядился, чтобы Ориону наняли учителя по одрийскому языку. Северный принц наверняка должен был расценить этот жест как унижение, но таковым его не считал. На следующий день после прибытия во дворец к нему заявилась молодая дамочка — его новый учитель. Пышная, миловидная. У неё были смешные кудряшки, достающие до самой поясницы, а кожа смуглая, как шоколад. — Что ж, начнем урок? — с воодушевлением спросила она, разложив толстые книги на столе. — Начнем-начнем, — кивнул Орион, оперев подбородок на свою ладонь. Молодая учительница без конца что-то вещала. Голос у неё был писклявый, совсем не сексуальный. Успокаивали лишь пышные груди, покачивающиеся под шелковой рубашкой. Стоило девушке отвернуться, как глаза Ориона волшебным образом соскальзывали вниз, прямо на них. Лори (так её, кажется, звали) делала заметки ярким красным пером. Наверняка его выдернули из какой-то птички, живущей в здешних краях. Хотелось бы Ориону увидеть её вживую! — Эта буква читается как «крю». А эта — как «ря». Они похожи в написании, так что постарайся их не путать, ладно? — Ох, это так сложно! — выдохнул Орион. — Почему ваш язык такой трудный?! — Это совсем не так! — возразила Лори, и её груди подпрыгнули вместе с ней. — Уверяю вас, принц, при должном обучении вы освоите этот язык меньше чем за год. Вы уже неплохо говорите, вам просто нужно потренироваться в произношении некоторых глаголов и научиться читать. — Думаю, с таким учителем я заговорить на одрийском уже завтра, — улыбнулся Орион, положив голову на стол. — Ну что вы, принц! Я обычная учительница и не в силах вам помочь, если вы сами того не захотите. — Не такая уж вы и обычная, раз сам Десмонд Де Вер поручил вас простофилю вроде меня, — сказал он, подняв глаза на смущенную девушку. — Эм… ну я… да… я… Рука Ориона потянулась к красному перу. Он нацарапал что-то рядом с записями учительницы, а затем произнес: — Не могли бы вы проверить, правильно ли я написать? «Я хочу тебя». — Ох… да, вы даже правильно написали форму глагола, принц! Делаете заметные успехи. — Не напишите ли вы что-то в ответ? Я думаю, что таким способом выучу одрийский гораздо быстрее. Орион передал девушке перо. Несколько секунд она не решалась воспользоваться им, но вскоре написала: «Я тоже». Орион лениво поднял голову с гладкой поверхности стола и поцеловал пухлые губы учительницы. Сначала она не ответила на поцелуй, но когда принц отпрянул, сама поцеловала его. Они быстро покинули «учебную зону» и перебрались на кровать. Принц спал в ней всего лишь раз, а уже на второй день привел девушку. Лори села на него и овила руками лицо. От такой нападки принцу пришлось опереться руками о кровать. Девушка не разрывала поцелуй, то и дело пытаясь засунуть свой язык в рот принца. Таких ненасытных дам Орион уже давно не встречал. Кажется, одрийский язык он выучит только в следующей жизни. *** Северный принц проснулся вечером, когда учительница уже покинула его спальню. Она забрала с собой все учебные принадлежности, и её присутствие выдавала только смятая простыня и красные царапины на спине Ориона. Пришла служанка. Начала нести чепуху о каком-то там бале, но едва проснувшийся принц ничего толком не разобрал. Понял лишь одно — через час ему нужно явиться в зал на первом этаже. Ещё через десять минут к нему ворвалась целая орава служанок. Они силой подняли Ориона с кровати и начали приводить того в порядок. Уложили волнистые волосы, опрыскали его благовониями, пахнущими как отрава, а потом начался сущий ад. — Это ещё что такое? — спросил Орион, разглядывая нелепые наряды, которые предназначались ему. — Ваша одежда на сегодняшний вечер, — объяснила служанка. — Я этими тряпками даже грязь от сапог оттирать не стану. — фыркнул Орион. — Но почему, Ваше Высочество? Эта ткань очень лёгкая, сделана из натурального шёлка. В ней вам не будет жарко. — Конечно не будет! Она ведь полупрозрачная! И что за уродливые камни вы к ней пришили? — Это аметисты, — пожала плечами девушка, искренне не понимая недовольства принца. — Если вы пожелаете, я принесу для вас другой… — Не желаю! — воспротивился тот. — Я пойти в свой одежде. А это недоразумение… сжечь! Сжечь и стереть из моей памяти! — Но принц… — Я. Пойти. В своей. Шубе. — Но вам будет жарко, господин! — Лучше сдохнуть от жары, чем от стыда! — Но так не положено… — Но, но, но, но! Даже я знаю больше слов, чем ты. Лучше сделай как я сказал, а иначе я сожгу эти тряпки вместе с человеком, который их выбирал. — Поняла… Служанки поспешили убраться, оставив принца в гордом одиночестве. Может быть, Спарк и подчиняется законам Одрии, но Орион плясать под их дудку не собирался. Все его одеяния были сшиты из натуральной кожи и меха. Охота на животных занимает много времени и усилий. Люди рисковали жизнью, чтобы принц смог ходить в этой одежде. Орион поклялся себе, что будет носить животный мех, даже если он будет весить как туша медведя, а эти прозрачные простыни отлично подойдут для сосунка вроде принца Десмонда. Он наверняка не носил на себе ничего тяжелее короны. *** Бальный зал представлял из себя просторное помещение. Светло, даже слишком. Мраморный пол в непонятных узорах блестел от чистоты, на стенах были изображены голые ангелы. Белоснежные стены, окна в пол… Ничего необычного. Где-то сбоку стоял роскошный белый рояль, посреди зала висела не менее шикарная люстра. Орион всю жизнь провёл в роскоши, но нисколько в ней не разбирался. Выглядит богато — всё, что он мог сказать. В конце зала сидела Осмия, а рядом с ней отец. Они не разговаривали. Королева выглядела счастливой или, по крайней мере, пыталась такой казаться, а король даже не прикрывал рот рукой, когда зевал. Осмия была облачена в голубое платье, украшенное белыми драгоценностями, а Оуэн не изменял традициям, как и его сын. Этот вечер они оба решили провести в шубах, чем не могли не выделяться из разноцветной толпы. — Брат! — крикнула Астрея на родном языке, но поняла, что сказала это слишком громко, и продолжила чуть тише: — А я думала, что ты не придёшь! — То же самое могу сказать и о тебе, — ответил он, бросив скептичный взгляд на её бальное платье. — Ты что на себя напялила? — Платье, как видишь! Оно очаровательное, да?! — Нисколько, — не разделил восторга брат. — Раз уж явилась на сие шоу, могла бы хоть надеть что-то поприличнее. — Чем тебя моё платье не устроило?! — нахмурилась Астрея. — Тут ведь так жарко. Уж извини, что мне не захотелось мокнуть в шубе, как вам с папой. — Необязательно надевать шубу. У тебя есть множество платьев из Спарка, почему бы не носить их? — Нет, ну ты издеваешься? Больше нет нужды носить тёплую одежду, мы не на севере! Мне нравятся мои старые вещи, но согласись, что это платье смотрится куда лучше, чем обрубки из волчьих шкур. — Не соглашусь. Этим действием ты предаёшь наше королевство, понимаешь?! Мы из Спарка и должны выглядеть соответствующим образом, а ты вырядилась прямо как они! — Прямо как кто?! Не забывай, что одрийцы и спарковцы теперь единый народ. Нам не нужно никому ничего доказывать, потому что наши королевства теперь союзники! — Какие они тебе союзники? Ты ещё слишком мала, чтобы понять очевидные вещи. Этот брак выгоден обеим сторонам по разным причинам. Мы лишь создаём видимость крепкого союза, но ты не можешь знать наверняка, когда стрела пронзит твоё сердце. Не стоит доверять этим людям. — Ты говоришь прямо как отец! — воскликнула девочка, закатив глаза. — Почему бы не дать им шанс? Они позволили жить в их королевстве и править им. Королева Осмия — очень мудрая женщина, в отличие от тебя, глупого мужика! И, между прочим, это она выбрала для меня платье. — Замечательно! — нервно усмехнулся брат. — Раз так, то она, должно быть, и правда отличная. Только скажу тебе кое-что, чего не увидели твои глупые глазки. Вчера святая королева весь вечер закатывала глаза и сдерживала раздражение, стоило тебе обмолвиться одним словечком. Она тебя не жалует, а лишь притворяется заботливой мачехой! — У тебя все плохие, а один всегда ты хороший, Орион! Уж не знаю, что ты сумел разглядеть во взгляде королевы, но вот тебе совет от мелкой сестры: будь добрее к людям, и тогда, возможно, тебе удастся стать кем-то более значимым, чем просто принцем-выпивохой. Астрея показала брату язык и растворилась в толпе. Принц стоял в замешательстве ещё какое-то время, пока королева не встала со своего трона, дабы обратиться к гостям. — Мне приятно видеть ваши улыбки! Вы радуетесь не понапрасну, ведь этот вечерний бал войдёт в историю! Сегодняшний праздник будет посвящён нашей женитьбе с Оуэном дель Ауном, королём Спарка и, отныне, королём Одрии. С этой поры наши семьи будут жить в одрийском дворце. Прошу с глубоким почтением отнестись к новому правителю. Да будет наш союз крепким, а любовь в этом дворце не угаснет никогда! Ура! Гости в зале хором закричали «Ура!». Орион пробубнил нечто похожее и проследовал к своему месту рядом с отцом и сестрой. По другую сторону от них сидела королева со своим сынишкой. Гад нацепил на себя притворную улыбочку, хотя что-то Ориону подсказывало, что Десмонд рад быть здесь не больше, чем он сам. Всё это мероприятие ощущалось как последний праздник перед падением в глубокую яму. Гости напивались, танцевали и смеялись, не подозревая, что через месяцок-другой в их южном королевстве наступит разруха. Сейчас они радуются из-за женитьбы, но вскоре начнут боготворить те дни, когда всё было по-старому. Начался поток светских бесед, который Орион не в состоянии поддержать даже на родном языке, что уж говорить об одрийском. К счастью, ему говорить почти не пришлось — об этом позаботился отец и остальные. Он изредка кивал, но вслушиваться даже не пытался. Просто знал, что стоит рядом с уважаемыми людьми, которые каким-то образом могут принести пользу королю и королеве. — А как вы ладите со своим новым братом, принц? — поинтересовался пузатый мужчина, которого Орион даже не заметил бы, не обратись он к нему напрямую. — Новым братом? — не понял поначалу он. — Ах, новый брат! Я только вчера приехать во дворец, поэтому не успел должным образом с ним познакомиться. В любом случае, мы поладим. — Вы так в этом уверены? — лукаво спросил пузатый. — Не обижайтесь, но вы кажетесь мне такими разными! Небо и земля. Холод и жар. Чёрное и белое! — Противоположности притягиваются, так ведь говорят? — посмеялся Десмонд, кинув многозначительный взгляд на Ориона. — Я много слышал о своём брате. В народе его прозвали Железный Ора. Будущий воин, превосходный боец, самоотверженный юноша. Амбициозный парень, да ещё и весёлый! Он очень любит повеселиться, да, Орион? — Ты преувеличивать, братец, но спасибо за такую характеристику, — сказал Орион, сжав плечо стоящего рядом принца до лёгкой боли. — Но я тоже немало слышал о тебе. Да что там, ты ведь настоящая знаменитость! С юных лет помогает матери в управлении королевством, умен не по годам, да ещё и ценитель искусства. Мне как-то удавалось лицезреть его картину вживую, настоящий шедевр! Девушки только и мечтают о том, чтобы стать его избранницей, но принц Раметеи остаётся непреклонным. Видимо, ищет ту самую, что заберёт его сердце. — Вижу, вы и правда неплохо знаете друг друга, — посмеялся толстяк. — Ох, Ваши Величества, не позволите ли познакомить вас с моим хорошим товарищем?… Мужчина увёл за собой супругу, оставив закадычных братьев наедине.