Братское соперничество

Ночью все разошлись по спальням, но Десмонд остался в гостиной. В комнату к брату ему идти не хотелось — южный принц никогда не был трусом, но после того инцидента не желал спать в одних покоях с Орионом. Вместо этого он всю ночь возился с письмом для матушки. Пытался грамотно изложить свои мысли, но получалось паршиво — в ту ночь он скомкал не меньше десяти листов бумаги. Десмонд хотел предстать перед Осмией грамотным наследником, который знает, что делает. Но была одна загородка — принц таковым совершенно не являлся. Все ждут от него разумных решений, и это… пугало. Да, кажется, Десмонд и правда был напуган. Ему предстояло со многим разобраться, но что, если он совершит ошибку? Выдвинет ложное обвинение? Посадит за решетку невиновного? Ведь, несмотря на внешнюю состоятельность, южный принц всё ещё был простым девятнадцатилетним мальчишкой. Десмонду хотелось купаться в море и рыбачить. Гулять ночами напролёт, а потом на цыпочках прокрадываться в собственную комнату, чтобы мама его не услышала. Ему хотелось завести друга. Настоящего, а не того, что будет душить в карете. Казалось бы, это такие мелочи, но принцу они никогда не будут доступны. Ни-ког-да. Долг зовет. Что делать с обманщиком Ферандом? Как заключить союз между влиятельными семьями, если невеста сбежала и никогда не вернётся? Принц размышлял над этим битый час, и сам не заметил, как его настиг сон. *** Обычно принц спал как убитый, но в этот раз проснулся от звона разбившейся вазы. — Чёрт! — тихо выругался Суавис. Десмонд притворился спящим, но был начеку. За окном едва светало, а Виллар младший уже куда-то собрался. Он пытался действовать тихо, но явно нервничал — не хотел быть увиденным. Стоило ему исчезнуть за дверью, как Десмонд тотчас же подскочил с дивана. Он быстрым шагом направился в спальню и начал трясти спящего Ориона. — Бегом вставай! — приказал принц. — Что тебе надо? — протянул с раздражением Орион. — Суавис куда-то намылился. Нужно за ним проследить! — А, он, наверное, опять на рынок пойти. — Рынок?! Какой ещё рынок? — Откуда мне знать?! — сонный парень сел на кровать и потёр глаза. — Ему вечно не спится, вот старуха и просит его рыбу к завтраку принести. — То есть он уже сбегал раньше? И ты мне ничего не сказал?! — А ты и не спрашивать! — Кретин! — выругался Десмонд. — Нужно догнать его, пока далеко не ушёл. Стоило принцам выскочить на улицу, как Суавис растворился в предрассветной мгле. Десмонд поёжился от утренней прохлады и посмотрел по сторонам — никого. — Есть идеи, куда он мог пойти? — спросил Десмонд. — На рынок, я же уже сказать! — ответил Орион без раздумий. — Да врал он тебе, дурень! Какой дворянин пойдёт за рыбой, да ещё и на заре? Иногда мне кажется, что твои мозги остались мерзнуть в Спарке. — А мне кажется, что Его Высочество совсем потерять страх! — надулся Орион. — Будишь меня в такую рань, и ради чего? Чтобы в очередной раз доказать своё исключительное превосходство! Но знаешь, братец… — Помолчи… — отмахнулся Десмонд и сел на корточки. Он заметил на песке следы от босой ноги, к тому же совсем свежие. Суавис в спешке навряд ли стал бы обуваться. Неужто следы принадлежали ему? — Затыкаешь меня, значит?! — продолжил негодовать Орион. — Может, мне стоит снова… — Я сказал: закрой рот и иди за мной. Желательно молча. Орион был очень недоволен дерзостью брата, но решил не продолжать ссору. Следы привели их к заднему двору особняка. У самой воды расположилась пляжная беседка — шатёр на дубовом каркасе, плотно укутанный со всех сторон занавесями. За тяжёлыми шторами виднелось два силуэта. Трудно сказать, кто это был, но Десмонд и так обо всём догадался. Его теорию подтвердили мужские голоса. Первый голос — более тихий и надрывный, принадлежал Суавису Виллару. Второй — звонкий и мелодичный, заставил принца вспомнить вчерашнее пение Эскила Бризара. — Им всё известно! — обречённо воскликнул Суавис. — Про папу, про исчезновение Рифелии! Скоро и о нас прознают! — И… что с нами будет? — робко спросил Эскил. — Нас бросят в темницу? Или… или убьют? Повисло молчание. — Я не знаю. Не знаю, — безнадёжно вдохнул он. — Я потерял лучшую подругу и сестру, не могу лишиться и тебя! Эта ложь долго не протянет. Когда всё вскроется, головы нам точно не сносить. Отец будет в ярости, бабуля и смотреть не захочет. Принцы устроят публичную казнь, и мы расплатимся за свой грех сполна. А знаешь, это не самый худший исход. По крайней мере, мы будем вместе. Вместе до последнего вдоха. — Суавис… зачем ты так? — Эскил положил руку на щеку парня. — Ведь всегда найдётся другой выход! А давай сбежим? Просто исчезнем и никому не скажем! Суавис горько усмехнулся. — Сбежим? Да новость об этом распространится быстрее, чем мы отправимся в путь! Принцы не дадут этому случиться. — И что ты предлагаешь?! Будем просто сидеть здесь и ждать своей погибели?! Ирена отдала свою жизнь ради нашего благополучия! Неужели ты не хочешь хотя бы попытаться?! — Зачем пытаться, Эскил? — Суавис убрал его руку со своего лица. — Почему ты так отчаянно борешься за то, что уже не спасти?! Какой в этом прок?! — Потому что я люблю тебя! — горячо воскликнул Эскил, и его голос сорвался на шёпот, полный боли. — Так сильно люблю, что готов бороться. Вчера я хотел покончить с собой, лишь бы принцы о нас не узнали, но сейчас… я понял, что смерть — далеко не выход. Мир огромен! Быть может, в нём найдётся местечко и для нас — неправильных, грешных и порочных? — Разве что в аду, — безэмоционально усмехнулся Суавис. «Мы не враги, но и не друзья». Теперь Десмонд полностью осознал значение этих слов. Стоило догадаться об этом раньше, да только вот принц и в жизни бы не подумал, что за его спиной занимаются содомским грехом! Он стоял в ступоре и не знал, как на это реагировать: просто убежать или устроить скандал? Пока Десмонд размышлял над этим, Орион уже начал действовать. Он отодвинул занавесь и вошёл в беседку, заставив двух голубков ахнуть от неожиданности. Десмонд хотел было его остановить, но был слишком ошарашен. — Занимательный рассказ получился, — сказал северный принц. — Драма, интриги, не хватать только самопожертвования во имя любви! — В…ваше Высочество! — отреагировал первым Эскил. — Это не то, что вы… Вы всё не так поняли! — Разве? — вскинул брови Орион. — Пусть некоторые и считают меня глупцом, очевидные вещи мне понять по силам. И что нам с вами делать? Десмонд нерешительно зашёл в беседку и сел рядом с братом. Он чувствовал себя так неловко и отвратительно, будто это его только что застукали за совершением страшного греха. — Можете делать с нами что угодно, — сказал обезоруживающе Суавис. — Мы уже достаточно настрадались. — Бедные! — с издевкой воскликнул Орион. — Должно быть, вам и правда очень плохо! Сидят тут и жалеют себя, но сказать мне одно: вы правда готовы просто сдаться? — Да, — твёрдо ответил Суавис. — Если иначе нельзя… — «Если иначе нельзя», — передразнил Орион со своим фирменным акцентом. — Слабаки! В Спарке тоже такие есть. Их не сжигают, просто… не дают умереть с голоду. Потому что любые рабочие руки — на вес золота. И потому что родне стыдно. Прячут, как прокажённых. Иногда я думать, что лучше бы их сожгли — чище было бы. Десмонд недоумённо посмотрел на сводного брата, не понимая, к чему тот клонит. — Ради вас Рифелия покинуть Телассу, — продолжил Орион. — Она не захотела быть разменной монетой. Нашла в себе силы противостоять отцу, рискуя собственной жизнью. Эта девушка бороться за свои интересы, не взирая на последствия! А Ирена… Ирена погибла, чтобы вы могли сидеть тут и распускать слюни! Орион откинулся на спинку скамьи и почти скучающим тоном произнёс: — Так что решайте. Либо вы продолжать быть слабаками, за которых всё решают отцы, либо вы станете сильными, как ваши подруги. — И… как нам стать сильными? — тихо спросил Эскил, и в его зелёных глазах промелькнула надежда. — Вы должны рассказать миру о вашей… особенной связи. Мы женим вас друг на друге. *** Десмонд был в ярости. Глухой и всепоглощающей. Едва они с братом оказались в покоях, как южный принц дал Ориону звонкую пощёчину. — Что ты себе позволяешь, дикарь?! — вопросил Десмонд. — Как смеешь раздавать приказы в одиночку?! Женить двух мужчин — сам хоть понимаешь, как это звучит?! В Спарке, может, такое и дозволено, но Одрия ни за что не даст заключить столь греховный союз! — А что не так с этим союзом? — искренне не понимал Орион. — Нашей целью было объединение двух семей, дабы возобновить торговлю вином и тканями. Мы женить двух наследников, как это и планировалось с самого начала. Погуляем на свадьбе, покажем всем свою братскую любовь и вернёмся во дворец. Что тебя не устраивает? У Десмонда задёргался глаз. Он обессиленно рухнул на кровать и закрыл лицо ладонями. — Что меня не устраивает? — переспросил тот и залился истеричным смехом. — Скажем, то, что мы собираемся венчать двух мужчин! Ты хоть представляешь, как люди на это отреагируют? И, что самое важное, как на это отреагирует королева! — А что она сделает? Ваши законы, безусловно, свирепы, но я никогда не слышать, чтобы в Одрии был запрещён обряд побратимства. — Но это… это… это против природы! — продолжал упираться Десмонд. — Как они будут делать наследников? Кто продолжит вести бизнес?! — А это, братец, нас уже не касаться. Мы выполним свою задачу, и неважно как именно. Если вернёмся ни с чем, Осмия разозлится ещё больше. Лучше сделать хоть что-то, чем сидеть сложа руки. Десмонд глубоко задумался. Его пожирала злость, отвращение и страх, но вместе с тем… план Ориона мог сработать. Не потому что Десмонд вдруг поменял своё мнение о порочных связях, а потому что другого выхода попросту не было. — Сегодня вечером всем быть дома, — сказал принц на завтраке. — Приедут Бризары. Есть несколько новостей, которые мы с братом должны озвучить. — Вы выглядите озадаченно, господин, — заметила Табита. — Неужели новости плохие? — Для кого как, — расплывчато ответил Десмонд, посмотрев сначала на Феранда, а потом и на его сынишку. *** Вечером принц решил прогуляться вдоль берега. Ему хотелось побыть в тишине перед тем, как разразится настоящий скандал. Холодный ветер, шум прибоя и истошные крики чаек — идеально. Он нащупал в кармане забытый мешочек с пылью забвения. Бризары торгуют этой дрянью параллельно с шёлком. По-хорошему, стоило бы бросить их за это в темницу, но у Десмонда возник план куда лучше… Когда Десмонд зашёл в гостиную, все уже были в сборе. Феранд по обыкновению расположился рядом с матушкой, напротив них сидел Каэль с женой, а также Эскил и Суавис. Орион сидел поодаль от остальных и без особого интереса пялился в потолок. Появление Десмонда не осталось незамеченным — присутствующие заметно напряглись. — Рад, что все в сборе, — сказал блондин, впрочем, даже не пытаясь изобразить подобие счастья. — Не буду вас задерживать и скажу всё как есть. Ваша Рифелия жива. Она сбежала. Табита облегчённо выдохнула, но лица остальных остались неизменными. — Причин для её побега оказалось несколько. Во-первых, девушка была опечалена смертью своей подруги. Они намеревались сбежать вместе, но этого так и не случилось. Во-вторых, надёжный источник сказал нам, что Рифелия подвергалась насилию со стороны своего отца. Феранд, вам есть что сказать по этому поводу? Худощавый мужчина был застигнут врасплох. Он кашлянул в кулак и под недобрым взглядом Табиты произнёс: — Я уже говорил вам, господа. Моя доченька воспитывалась в любви и заботе. Ваш «надёжный источник», как видно, ошибается. — Что ж, твоё право, — пожал плечами Орион и продолжил за брата: — Но есть и третья причина, по которой Рифелия покинула Телассу. — Она связана со мной, — подал голос Суавис. — И со мной, — кивнул Эскил. — Вы меня пугаете, мальчики! — усмехнулась Феннель. — К чему такая загадочность? Меня ждёт полно работы в мастерской, так что не затягивайте! Суавис опустил взгляд, готовясь взять инициативу в рассказе в свои руки. Парень впустил пальцы в волосы и затопал ногой, но рука Эскила бережно накрыла его колено в знак поддержки. — Я… я… Дело в том, что я… Он нервно сглотнул, выпрямился и произнёс чуть более уверенно: — Я влюблён в Эскила. Расширенные зрачки Каэля вмиг стали ещё больше от удивления. Он взглянул на супругу, желая увидеть её реакцию, но разум Феннель был слишком затуманен пылью, чтобы отреагировать на признание должным образом. Табита накрыла дрожащей ладонью рот, но ничего не сказала, а Феранд неспешно поднялся со своего места и направился к очагу. — Мы скрывали нашу связь за враждой, чтобы никто не узнал правду, — продолжил Суавис. — Каждый день я просыпался с мыслью, что не достоин жизни. Винил себя… за всё! Я винил Эскила за то, что он сломал меня! Думал, что он сделал меня… неправильным! Но, знаете, даже если это так, я не хочу ничего менять. Повисла угнетающая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров. — Подождите-ка… — сказала задумчиво Феннель. — Выходит, тем «таинственным художником», которого Эскил нанял для росписи на стенах, был Суавис Виллар? Вот дела-а-а-а… Неуместный комментарий женщины остался без внимания. — Рифелия сбежала, чтобы мы с Суависом были счастливы, — подытожил Эскил, взглянув с улыбкой на юношу. — И… впервые за долгое время у нас появилась надежда. — А ещё мы их поженим, — бросил небрежно Орион, накалив обстановку до предела. Феранд, стоявший до этого момента у очага, схватил раскалённую кочергу и набросился с ней на Суависа. — Ах ты, мужеложец чёртов! — рассвирепел он, но Суавис вовремя вскочил со своего места. — Отец, что на тебя нашло?! — Беги, грешник! Я всё равно тебя убью! Не нужен мне такой сын! Я сего позора не вынесу, уж лучше повесьте! Феранд выскочил на улицу за испуганным парнем, Десмонд и остальные — за ним. Надо сказать, южный принц ожидал нечто подобное. Цирк уродов, не иначе! Суавис отчаянно пытался убежать от обезумевшего отца. Песок был зыбким и засасывал ступни, не давая бежать ровно. Орион без труда нагнал Феранда — выхватил из его рук кочергу, грубо толкнул мужчину на землю и сказал: — Очень хорошо, Феранд. Ты только что дать нам очередной повод посадить тебя в тюрьму!