The arrangement | Соглашение

Рука Нетейама сама собой потянулась к переговорнику на горле, пальцы были непослушными и дрожали. Крошечная ракушка щелкнула, и его голос хрипло прозвучал сквозь шум ветра и плеск воды. ​— Папа... — его дыхание сбилось, слова вырывались слишком быстро, в панике, — папа, они забрали их. Забрали Тук, Кири, Цирею... Ло'ак с ними! Из канала связи донеслось резкое ругательство, затем раздался голос отца. Тихий и яростный: ​— Отступайте. Слышишь меня? Браконьеры появились раньше времени. Мы с твоей матерью идем вместе с воинами Тоновари. Скоро будем. Отступайте и держите позицию. ​А затем связь оборвалась. ​Тело Нетейама била крупная дрожь. Она была из тех, что зарождается глубоко в груди и расходится по всем конечностям. ​Именно эта дрожь вывела Ао'нунга из оцепенения, в которое он впал при виде своей сестры — связанной, отбивающейся, оказавшейся в руках tawtute. Альфа, не раздумывая, потянулся назад, и его ладонь крепко, успокаивающе сжала ногу Нетейама. ​— Эй, — его низкий голос прорезался сквозь рев волн,— эй, эй, Нетейам. Все будет хорошо. ​Но эти слова его не успокоили. Кажется, дрожь Нетейама стала только сильнее. ​— М-мы должны вытащить их, — запинаясь, произнес он, резко втягивая воздух, — я должен их вытащить. ​Он перенес вес влево, готовый соскользнуть в воду, но Ао'нунг жестко перехватил его. ​— Нетейам, соберись! Мы их вернем. Клянусь. Но мы должны дождаться наших отцов, дождаться подкрепления... ​Справа от них по воде пошла рябь. На поверхность вынырнул илу Циреи; его пустое седло блестело от морской воды, а большие темные глаза зверя в беспокойном смятении уставились на Ао'нунга. Он потерял свою наездницу и, как любое ездовое животное, искал ближайшего знакомого На'ви. ​Нетейам не колебался ни секунды. Одним плавным, безрассудным рывком он соскользнул с илу Ао'нунга и запрыгнул в пустое седло животного сестры еще до того, как альфа успел толком осознать происходящее. ​— Нетейам!.. ​Но омега уже гнал зверя вперед, направляясь прямо к надвигающемуся стальному корпусу. Вдалеке, высоко на палубе, виднелись смутные силуэты, борющиеся с веревками. Мелькнули волосы Кири, хрупкая фигурка Тук и Ло'ак, рвущийся из своих пут. ​— НЕТЕЙАМ! — крик Ао'нунга разнесся над водой, но тот даже не обернулся. ​Выругавшись сквозь зубы, Ао'нунг резко развернул своего илу, изо всех сил ударив пятками. Илу рванул вперед, вспенивая носом воду. Альфа бросился в погоню.

***

​Воины рифа сбавили ход, когда в поле зрения показался корабль, чей уродливый металлический корпус разрезал горизонт, словно шрам. Гул его двигателей доносился даже сюда, звуча низко и зловеще под крики морских птиц. ​Джейк натянул поводья своего скимвинга и вскинул к плечу длинную винтовку. Через оптический прицел хаос на палубе приобрел пугающую четкость: блеск металла, залитая водой сталь и его дети. ​Ло'ак, Кири, Цирея... и Тук. Привязанные к поручням, руки заломлены за спину, веревки впиваются в кожу. Голова Ло'ака была опущена, влажные волосы спадали на лицо, но Джейк видел, как напряжены его скулы. Его мальчик держался из последних сил. ​Звук в наушнике Джейка изменился, связь зашипела, и сквозь помехи просочился голос, которого он не слышал уже много лет. ​— Джейк, — протянул Куоритч, и в его тоне сквозила густая насмешка, — скажи своим друзьям отступить. Хочешь вернуть своих детишек? Выходи один. ​Джейк промолчал, наблюдая в прицел, как Куоритч выходит вперед. Этот ублюдок протянул руку, сорвал коммуникатор с шеи Ло'ака и позволил ему болтаться в руке, словно трофею. Затем, медленно, будто смакуя момент, он вытащил пистолет и наставил его прямо в голову Ло'ака. ​— Ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы испытывать мою решимость. ​Джейк стиснул зубы. Картинка в прицеле на секунду расплылась от полыхнувшей в груди ярости. Он опустил винтовку, плотно сжав челюсти. ​Голос Куоритча раздался снова, теперь уже холоднее: — Я взял тебя под свое крыло, а ты предал меня, Джейк. Убил своих же. Хороших парней. Хороших женщин. Я без колебаний пущу твоему щенку пулю в лоб. ​Джейк поднес руку к переговорнику и ответил коротко и глухо: — Просто... подожди. ​Он опустил винтовку на седло, обводя взглядом Меткайина, выстроившихся на волнах вокруг него. Воины замерли в готовности, Тоновари во главе, Ронал чуть позади. Каждый из них был готов к бою. И он точно знал, что это будет означать. ​Сколько из них погибнет, если все пойдет не так? Скольких он обречет на смерть, если не пойдет сам? ​Внутри все сжалось, но выбор был уже сделан. Он повернулся к Тоновари, стараясь говорить ровно, несмотря на бушующую в груди бурю: — Ждите здесь. ​Джейк направил скимвинга вперед, но копье Тоновари преградило ему путь. ​— Они — убийцы тулкунов, — произнес Оло'эйктан, и голос его был тверд, как камень, — они должны умереть. Здесь. Сегодня. ​— Им нужен я, — твердо ответил Джейк, — они остановятся, если я сдамся. Я должен это сделать. ​Тоновари хмуро сдвинул брови, в каждой глубокой морщинке на его лице читалась тяжесть бремени вождя. ​Какое-то долгое, тягучее мгновение никто из них не двигался, затем плечи Тоновари опустились. Медленный жест на'ви, уступающего в споре, который ему не по душе. ​Он убрал копье, уступая Джейку дорогу пусть и не давая на то своего одобрения. ​Рация снова затрещала, голос Куоритча прорезался с острым нетерпением: — Срок действия предложения истекает. Что скажешь? ​Джейк поднес руку к гарнитуре. — Не стрелять, — произнес он тихо и напряженно, — я выхожу, — он закинул винтовку за спину на ремне и направил скимвинга вперед. ​Высоко в небе над волнами скользнула тень Нейтири. Ее икран резко заложил вираж, когда она увидела, как муж отделяется от строя. Гарнитура в ухе Джейка ожила от ее голоса, тревожного и напряженного: — Ма Джейк, что происходит? ​Он не ответил. Не смог. Он стиснул челюсти, не сводя глаз со стальной палубы впереди. ​Через оптический прицел на корабле один из солдат взял его на мушку. — Отличная мишень, сэр. ​Рука Куоритча опустила ствол винтовки, но сам он не сводил глаз с Джейка. — Подстрелишь его сейчас, и они нападут. Жди, пока он не поднимется на борт. ​Ло'ак рванулся в путах, отчаянно оскалив зубы. Единственное, что ему оставалось это свирепо смотреть в направленный на него ствол. ​Расстояние между Джейком и кораблем сокращалось мучительно медленно. В любую секунду Джейк ожидал, что вода вокруг него взорвется от выстрелов. Его хватка на поводьях усилилась. ​А затем произошло то, чего никто не ожидал. ​Океан вздыбился. Пошла рябь, разрастаясь и темнея. ​Из глубины поднялась гигантская тень, настолько огромная, что она заслонила собой свет. Даже лицо Тоновари дрогнуло сначала от шока, а затем от чего-то куда более свирепого. ​Паякан вырвался на поверхность с силой урагана, обрушив весь свой вес на швартовочный док корабля. Сталь заскрежетала, раскололась и рухнула под ним, отправляя солдат в воду. ​Грохот от его удара прокатился по морю, сотрясая кости и будоража кровь. ​На мгновение мир замер. Вид тулкуна-изгоя, сокрушающего их врагов, отпечатался в каждом взгляде. ​А затем раздались голоса. Крики воинов. Взметнувшиеся вверх копья. ​Потому что теперь это была не просто битва Паякана они увидели в этом знак того, что сама Эйва действует через него. ​Скимвинг Джейка рванул вперед, разрезая воду каскадом брызг. Позади него, как один, бросились в атаку Меткайина, и их боевые кличи зазвучали как барабаны войны. ​Ход битвы переломился.

***

​Битва кипела вокруг них: крики воинов Меткайина над головой, глухой стук тел, падающих на сталь, шипение воды на раскаленном металле. Массивная туша Паякана скрылась под волнами, устремившись к более мелкому судну охотников на тулкунов вдалеке. Корабль стонал под натиском, солдаты разлетались в стороны на своих ганшипах или исчезали под палубой, пытаясь удержать судно на плаву. ​Нетейам увидел свой шанс. ​Он направил илу вперед, и изящное создание вынырнуло прямо у накренившегося борта. В последнюю секунду он оттолкнулся, выпрыгнув из седла, и с лязгом приземлился на металлическую палубу. ​— Тейам! — окликнули его голоса, высокие от облегчения и отчаяния. ​Он бросился к ним, разрезая веревки сначала на Цирее, затем на Кири. ​Следом на палубу стремительно выскочил Ао'нунг, его босые ноги глухо стучали по металлу, когда он в несколько широких шагов преодолел разделявшее их расстояние. Нетейам толкнул к нему освобожденных девочек. ​— Уведи их отсюда! Живо! ​— Я тебя не брошу, — огрызнулся Ао'нунг, упрямо сжав челюсти. ​— Бросишь, — резко и уверенно ответил Нетейам, — я буду прямо за вами. Жди меня в воде. ​Ао'нунг помедлил лишь долю секунды, затем схватил Кири и Цирею за руки, полуволоком потащив их к поручням. Они вместе нырнули за борт, растворившись в бурлящей внизу пене. ​Нетейам повернулся к Ло'аку, разрезая последние путы брата. — Где Тук? ​— Когда началась заварушка, они забрали ее внутрь, — без заминки выпалил Ло'ак, потирая запястья. ​Большего Нетейаму знать было не нужно. Они рванули к ближайшему люку. На бегу Ло'ак выхватил оружие у павшего солдата и они проскользнули в темное нутро корабля. ​Внутри воздух был спертым, вибрирующим от воя сирен, который перекрывал скрип гнущейся стали. Братья вскарабкались наверх и стали пробираться по потолочным балкам, оставаясь незамеченными над головами мечущихся внизу людей. ​Наконец они заметили Тук: пятеро человек тащили ее по узкому коридору в сторону палубы со спасательными шлюпками. ​Но далеко им было не уйти. ​Нетейам рухнул с потолка, словно хищник, всем весом обрушившись на человека, который держал Тук за руку. Вспыхнуло лезвие ножа, чистым и смертельным движением перерезав горло тавтута, прежде чем Нетеям бросился на второго солдата. Украденная Ло'аком винтовка гавкнула дважды, скосив еще двоих. ​Последний человек застыл в шоке ровно на столько, чтобы Тук успела сорвать с его лица кислородную маску и швырнуть ее за перила. Он захватал ртом воздух, попятился и перевалился через борт на нижнюю палубу. ​Нетейам присел, заключая Тук в объятия. Девочка хныкала, прижавшись к его груди и крепко вцепившись в него. — Все хорошо, Тук. Все хорошо. Идем, нам нужно уходить. ​Они быстро двигались вдоль стен к шлюпочной палубе. Плоской платформе, открытой морю. — Как только окажемся в воде, — негромко, но твердо сказал им Нетейам, — Ао'нунг будет рядом. Доберемся до него и уходим. ​Голос Ло'ака прозвучал тихо и напряженно: — Нетейам... Я должен тебе кое-что сказать. ​Омега прижимался к стене, заглядывая за угол, чтобы проверить спуск впереди, прежде чем бросить взгляд через плечо. — Что? ​Ло'ак с трудом сглотнул. — Ао'нунг не терял меня в тот день. Я сам спрятался, как идиот... Хотел, чтобы ему влетело. Я попал в течение, когда пытался от него спрятаться. Вот почему я потерялся. ​Шаги Нетейама замедлились, он в недоверии резко повернул к нему голову. ​— Это было глупо. Я знаю. И мне так... так жаль, Нетейам. Я не думал, что все зайдет так далеко. Он... он хороший парень, и он правда заботится о тебе. Теперь я это вижу. ​Нетейам нахмурился, а затем толкнул его. Сильно. Ло'ак пошатнулся, падая на палубу сгруппировавшись в ожидании удара, который, как он думал, сейчас последует. ​Но удара не последовало. ​Вместо этого он услышал, как позади него упало что-то тяжелое. Обернувшись, он увидел человека, распластавшегося на стали; нож Нетейама глубоко вонзился в его грудь. ​Ло'ак снова посмотрел на брата. Как раз вовремя, чтобы увидеть шок в его глазах и то, как сбилось его дыхание. Медленно взгляд Нетейама опустился на собственную грудь... на темное пятно крови, расползающееся по синей коже там, где прошла пуля. ​Пуля, предназначавшаяся Ло'аку. ​На долю секунды никто не пошевелился. Единственным звуком был вой сирен и далекий рев битвы снаружи. ​Затем голос Ло'ака дрогнул: — Нетейам? ​Его брат покачнулся на месте; его рука в замешательстве медленно поднялась, коснувшись крови, прежде чем он инстинктивно прижал ее к ране, словно пытаясь удержать кровь внутри. ​— Нетейам! — Ло'ак рванулся вперед, подхватывая его под мышки, когда у того подогнулись колени. От удара из горла Нетейама вырвался влажный хрип, и Ло'ак почувствовал, как по его телу пробежала дрожь. ​Тук мгновенно оказалась рядом, ее руки беспомощно трепетали, а глаза были широко распахнуты и полны слез. — Что случилось? Что случилось? ​— Не... — попытался сказать Нетейам, судорожно втягивая воздух, — не останавливайтесь. Нам нужно идти. ​Но корабль под ними резко накренился, металл застонал. Что-то тяжелое ударило в корпус. Колени Ло'ака ударились о палубу, он продолжал держать Нетейама прямо, прижимая к себе. Где-то в глубине корабля затрещали выстрелы, резкие и близкие. ​— Нам нужно быстрее вытащить тебя отсюда, — пробормотал Ло'ак, осматривая открытую платформу впереди, — Ао'нунг должен быть где-то поблизости с илу, так? ​Нетейам едва заметно кивнул, его челюсти были сжаты так сильно, будто были высечены из камня. Теплая кровь скользила между пальцами Ло'ака. ​— Тук, — позвал Ло'ак достаточно резко, чтобы вывести ее из паники, — ты идешь первой. Ныряй прямо вниз и плыви не останавливаясь, пока не увидишь его. ​Она покачала головой, слезы катились по ее щекам: — Я не уйду... ​— Живо, Тук! ​Ее хрупкое тельце задрожало, но она послушалась, подбежав к краю платформы. Вздох, и она исчезла, по идеальной дуге уйдя в темную воду внизу. ​Ло'ак крепче перехватил Нетейама. — Готов? ​Нетейам одарил его призрачной улыбкой. Той самой упрямой усмешкой, что была у него с самого детства, и вместе они, пошатываясь, двинулись к открытой платформе. ​Еще одна очередь прорезала воздух, со звоном ударившись о перила прямо перед ними. ​Они не стали ждать, чтобы выяснить, откуда стреляли. ​Они прыгнули. ​Холод поглотил их целиком, сомкнувшись над головами сокрушительной тяжестью. Соль обожгла рану Нетейама еще до того, как он смог заставить свое тело вспомнить, что нужно шевелить ногами. Хватка Ло'ака была железной, он тащил его вверх, борясь с сопротивлением обмякшего тела брата. ​Они вырвались на поверхность с криком, от которого у Ло'ака засаднило горло. Голова Нетейама откинулась ему на плечо, из дыры в груди струилась кровь, расцветая в воде темным пятном. ​— Ао'нунг! — голос Ло'ака сорвался над волнами. Наполовину крик, наполовину мольба. ​Ответ пришел почти мгновенно. Бурление воды, мелькнувшая бирюзовая шкура, и вот илу Ао'нунга уже мчится к ним. Альфа оказался в воде еще до того, как его животное полностью остановилось, рассекая волны длинными, отчаянными гребками. ​Он добрался до них за считанные секунды, его руки первым делом легли на плечи Нетейама, поддерживая его на плаву. Его дыхание сбилось, когда он увидел, сколько крови было в воде. — Эйва... ​Глаза Нетейама приоткрылись; тусклое золото его радужки впилось в альфу с отчаянной, непоколебимой концентрацией. Как только Ао'нунг оказался достаточно близко, он подался вперед, ловя губы альфы в коротком, неуклюжем поцелуе со вкусом соли и крови. Он прервался почти так же быстро, как и начался. Силы стремительно покидали его, но потребность сделать это, хотя бы еще один раз, отозвалась щемящей болью в груди. ​Дрожащая рука Нетейама поднялась, кончики пальцев коснулись челюсти альфы, а глаза изучали лицо Ао'нунга, словно пытаясь выжечь в памяти каждую его черточку. — Прости, — его голос превратился в слабый хрип, который почти растворился в шуме моря. ​Затем его губы задрожали, словно он был готов расплакаться. Он потратил эти последние недели впустую, злясь на него, отталкивая от себя, хотя должен был держаться за него. Он должен был цепляться за каждую секунду и брать максимум от того небольшого времени, что у них оставалось. ​Хватка Ао'нунга усилилась, в его груди вспыхнула смесь страха и ярости. Не на извинения, а от вида Нетейама в таком состоянии. — Нет. Не смей так делать. Ты не... ты не... — его голос сорвался, резанув чем-то слишком болезненным, чтобы дать этому имя, — побереги силы. Скажешь мне, когда будешь на берегу. ​Лицо Нетейама исказилось, контроль наконец покинул его. Его губы задрожали. Вся способность сопротивляться иссякла, оставив лишь ноющую боль. — Я... — слово застряло в горле, дыхание стало прерывистым. Тише, едва слышно, словно признание, предназначенное только для него самого, он прошептал: — Я хочу домой. ​Слова едва слетели с его губ, когда то, что удерживало его в сознании, окончательно сдалось. Его лицо расслабилось, глаза на долю секунды закатились, потеряв фокус, а затем закрылись. Тело резко обвисло, вмиг став мертвым грузом, дыхание сбилось, а затем истончилось до едва уловимого. ​Ао'нунг почувствовал это моментально. Ужасный, ни с чем не сравнимый переход от объятий живого тела к его потере. ​А затем Нетейам безвольно обмяк в их руках. ​Ло'ак выругался, паника резанула его, как нож. Ао'нунг отреагировал мгновенно, подхватив омегу под руку и подталкивая его к спине илу. — Залезай, — рявкнул он Ло'аку тоном, не терпящим возражений, — держи его прямо. Держи его голову над водой. ​Илу взвизгнул, чувствуя спешку, когда Ао'нунг запрыгнул позади них, одной рукой обняв обоих братьев, и хлестнул поводьями. Животное рвануло вперед, скользя по волнам к далеким огням деревни. ​Позади них горел и стонал корабль, но океан уже поглощал это расстояние, забирая их домой...