Заблудшие души

Воздух с трудом пробивался в легкие Гарри. Он чувствовал, как пальцы окончательно немеют, готовые в любой миг выпустить древко, а колени предательски подгибаются — еще секунда, и собственное тело швырнет его на окровавленный снег. Поттер упрямо заставлял себя смотреть прямо на Заблудшую душу, чтобы успеть отпрянуть в сторону. Но левый глаз, заплывший кровью и слезами, видел лишь смазанное, дрожащее марево, в котором стволы деревьев сливались со всполохами наступающей тьмы. Правым глазом он судорожно ловил малейшие колебания воздуха. Но Гарри понимал: стоит твари вильнуть чуть левее, в его «слепую зону», и он даже не поймет, откуда пришел удар. ​Магическое ядро внутри него словно выгорело дотла. Гарри до сих пор не понимал природу того яростного выброса. Да, он ненавидел Волан-де-Морта всегда. Но почему именно сейчас эта ненависть обрела такую чудовищную, потустороннюю плоть? В прошлый раз его гнев просто повалил деревья. А в этот...Он до конца не осознавал, что за черту переступил. Но разве это имело значение, когда смерть стояла в пяти шагах? ​Запаса сил не хватило бы даже на простейший «Риктусемпра», не говоря уже об изгнании чудовища. Наполовину слепой, сокрушённый дрожью, с головой, готовой расколоться от пульсирующей боли в шраме, он превратился в идеальную мишень. Гарри сомневался, что у него найдутся силы просто прыгнуть в сугроб. О контратаке не шло и речи. Сцепив зубы до крошева, Поттер перехватил Косу обеими руками. Пальцы скользили по холодному дереву. Если он не может напитать артефакт магией, он будет драться так, как дрался бы обычный магл. Будет крутить тяжёлое древко, орудовать им как палкой, стараясь хотя бы оглушить, сбить с ног, выиграть пару секунд. Это было глупо, почти самоубийственно, но сдаваться без боя он не умел. ​— Чёрт... я надеюсь, ты сможешь хоть что-то сделать, — прошептал мальчик, обращаясь к безмолвному металлу в своих руках. — Не подведи меня. Пожалуйста. Коса в руках Гарри внезапно коротко завибрировала, словно проснувшись от предвкушения крови. Поттер сжал древко так, что побелели костяшки, перехватывая его, как дубинку. Он был готов бить, колоть, молотить — лишь бы выжить. ​И тут тишину разорвал низкий, утробный рёв. Он не был слышен ушами — он вибрировал где-то в костях, ледяным шёпотом приказывая: «Беги!». ​Заблудшая душа сорвалась с места. Она превратилась в размытую чёрную кляксу, стремительно сокращая расстояние. Костлявые пальцы-серпы тянулись прямо к его лицу, намереваясь вырвать и второй глаз, погружая Гарри в абсолютную, вечную тьму. ​Время замедлилось до вязкого киселя. Гарри смотрел, как острые как бритва когти приближаются, и... застыл. Мозг, измученный магическим откатом и невыносимой болью, отказался отдавать приказы телу. Ноги словно вросли в заледеневшую землю, превратившись в гранитные столбы. ​Лишь в последнее мгновение, когда запах гнили и смерти уже ударил в ноздри, инстинкты сработали вопреки воле.Гарри дёрнулся, вжимаясь в снег. Холодный поток воздуха пронёсся прямо над его макушкой, срезав прядь волос. Ещё миллиметр — и череп был бы вскрыт как консервная банка. ​Мысль о том, можно ли умереть дважды, промелькнула и тут же погасла под ударом в живот. ​Удар был такой силы, что Поттер сложился пополам. Воздух с сиплым хрипом покинул лёгкие, а в горло подкатила желчь — горькая, с привкусом собственной крови. Гарри сплюнул в сторону, чувствуя, как внутри всё переворачивается от боли, но тут же заставил себя выпрямиться. Не смей падать. Не смей терять сознание. ​Монстр развернулся. Он снова рванул к нему, тяжёлой поступью дробя наст. Гарри дождался момента, когда тварь оказалась в двух шагах, и с отчаянным рыком прыгнул вправо. Пока тень пролетала мимо, он со всей оставшейся дури рубанул косой в пустоту, надеясь снести голову монстру. ​Сталь рассекла воздух, прошла сквозь полупрозрачное тело души, как сквозь дым... и ударилась о пустоту. ​Гарри пошатнулся по инерции.Никакого сопротивления. Никакого всплеска магической отдачи. Лишь лёгкое замедление существа — оно даже не вздрогнуло от его удара, просто качнулось, словно от ветра. Тварь развернулась с пугающей, неестественной плавностью, и в её пустых провалах глаз Гарри впервые увидел что-то похожее на предвкушение. ​Она играла с ним. И у него не осталось ничего, кроме дрожащих рук и бесполезного куска холодного металла. Последние крупицы надежды Гарри таяли быстрее, чем мартовский снег. Он судорожно пытался нащупать внутри себя хотя бы каплю магии, но ядро было абсолютно сухим. Та крошечная доля силы, что успевала накопиться в венах, тут же без остатка уходила на поддержание жизни: магия буквально за уши вытаскивала его тело из пучины шока и полного истощения, заставляя мышцы сокращаться, а ноги — двигаться. ​План оставался один, отчаянный и глупый: оглушить тварь, отвлечь её тяжелым древком и бежать, ныряя в глухую темноту чащи, в надежде, что чудовище потеряет его след. ​Но очередная попытка обдумать тактику стоила ему слишком дорого. Заблудшая душа не собиралась давать ему время на размышления. Тяжелый удар костлявой лапы пришелся прямо в левый бок. Гарри отлетел на несколько шагов, пропахав спиной наст. Внутри будто вспыхнул пожар — ребра отозвались острой, ломающей болью, а к горлу подкатила новая, обжигающая порция желчи. ​— Черт... — прохрипел Поттер, сплевывая на снег вязкую слюну, густо перемешанную с кровью. ​Тварь взвилась в воздух, прыжком преодолевая расстояние между ними. На одних инстинктах Гарри успел откатиться влево. Оказавшись на коленях, он снова со всей дури крутанул Косу, целясь в призрачную шею. Сталь опять беззвучно разрезала туманное тело насквозь. Существо не получило урона, но это вещественное прохождение лезвия на секунду сковало его движения, даруя Гарри те самые драгоценные пару секунд, чтобы разорвать дистанцию. ​Тяжело дыша, Поттер замер за спиной Заблудшей души, поудобнее перехватывая Косу и ожидая нового выпада, чтобы успеть увернуться. Но тварь почему-то не развернулась к нему. Её неестественно вытянутая фигура замерла, а пустые провалы глаз уставились прямо перед собой. ​Гарри проследил за её взглядом, и его сердце пропустило удар. В нескольких шагах от монстра неподвижно стоял Волан-де-Морт. Тварь медленно припадала к земле, готовясь к смертоносному прыжку на Лорда. ​— Ты чего стоишь?! — надрывно крикнул Гарри. Его голос сорвался на хриплый, булькающий клекот: горло по-прежнему заливало кровью и желчью. ​Волан-де-Морт действительно всё это время стоял на месте, словно со стороны наблюдая за чужой казнью. Разум Тёмного Лорда до сих пор лихорадочно переваривал то, что устроил Поттер. Нарциссизм и гордыня Тома Реддла не позволяли ему признать очевидное, но внутри него бушевал ураган из зависти и ярости. Он никак не мог понять, почему эти проклятые тени Запретного леса так беспрекословно подчинялись жалкому мальчишке. Почему деревья сами сплетались в тюремную решетку, отрезая ему, Великому Тёмному Лорду, любой путь к отступлению? Даже когда этот морок рассеялся так же внезапно, как и начался, Реддл не мог прийти в себя. В его голове теснились ядовитые мысли. ​Сначала им овладел бешеный гнев. Он — волшебник, обманувший саму Смерть, ускользнувший из её лап однажды, а значит, способный сделать это снова! Он разгадал величайшие тайны магии, раскрыл потенциал Бузиновой палочки! И что он получил взамен? Его заперли в этом проклятом лесу, лишили палочки, лишили его законного величия и оставили наедине со щенком Поттером, который в мире живых не умел ничего, кроме своего дурацкого разоружающего заклинания. ​Затем гнев сменился чистокровным садистским удовольствием. Реддл наблюдал, как Гарри корчился на коленях от невыносимой боли в глазу, как в безумии сдирал ногтями кожу с собственного лица, теряя контроль над силой. Волан-де-Морт не стал бы отрицать: это зрелище ласкало его эго. Это было высшее правосудие. Жалкий выскочка посмел прикоснуться к силе Жнеца — и магия самого леса карала его за эту дерзость. ​А потом из тьмы вырвалась Заблудшая душа. Лорд с наслаждением смотрел, как чудовище методично избивает Поттера, превращая его в окровавленную тряпку. Он видел, как дрожат колени мальчика, как тот своим единственным зрячим глазом пытается уловить смертоносные взмахи когтей и уворачивается буквально в последний миг. ​Тому безумно нравилось это шоу. Нравилось до тех пор, пока тварь внезапно не замерла. ​Словно потеряв интерес к полуживому Поттеру, Заблудшая душа медленно повернула голову. Её жуткий, полный игловидных зубов рот приоткрылся, а взгляд пустых глазниц намертво пригвоздил Волан-де-Морта к месту. Тварь сделала шаг к нему, подминая под себя снег. Поттер резко рванул вперед, превозмогая ломоту в ребрах, и со всего размаха опустил тяжелое древко на спину твари. Он знал, что этот маневр не причинит ей вреда, но цель была достигнута: Заблудшая душа замерла. Она медленно повернула голову к Гарри и издала оглушительный, вибрирующий рев. Звук буквально закладывал уши, прошивал кости ледяными иглами и парализовал волю, требуя замереть и не двигаться. ​Но Гарри выжал из своего израненного тела всё до последней капли. Он прыгнул назад в ту самую секунду, когда монстр резко развернулся, полосуя когтями воздух там, где только что была голова мальчика. Заблудшая душа оскалила пасть, и в полумраке леса Гарри разглядел её «зубы» — это были не кости, а черные, гниющие, рваные куски призрачной плоти. Менее жуткими они от этого не становились. Не раздумывая ни мгновения, Поттер наотмашь вогнал торец Косы прямо в эту зияющую бездну. ​Тварь взвыла с новой силой — безумно, яростно — и коршуном кинулась на него. ​Гарри даже не успел вскинуть оружие для блока. В следующее мгновение его с размаху впечатало в наст. Существо навалилось сверху, намертво придавив его руки своими тяжелыми, холодными конечностями к замороженной земле. Из груди Поттера вырвался глухой, болезненный выдох. Воздуха катастрофически не хватало, но он упрямо скосил свой единственный зрячий глаз за спину монстра — туда, где всё еще неподвижной статуей замер Тёмный Лорд. ​— Ты чего стоишь?! — бешено, по-звериному прорычал мальчик, пока Заблудшая душа миллиметр за миллиметром вдавливала его в грязь под снегом. ​— Я Тёмный Лорд, я не стану беж... ​— Да ты никто здесь! — сорвался на крик Гарри, захлебываясь собственной кровью. — Я сказал: беги! Взял и побеж... аргх! ​Договорить он не смог. Монстр навалился сильнее, едва не раздробив ему ключицы, и раскрыл пасть прямо над его лицом. Гарри зажмурился от тошнотворного, удушливого запаха: изо рта твари несло разлагающимися трупами и резким, едким озоном, а из глубины глотки вырывался могильный холод. Ощущения были невыносимыми, но раскисать времени не было. ​Руки были намертво прижаты к земле, перехватить Косу и нанести удар сверху было невозможно. Оставался единственный шанс. Ноги. ​Сгруппировавшись, Гарри подтянул колени к груди и со всей дури, какую только мог собрать, ударил обоими стопами тварь в живот. Ощущение было омерзительным: его ноги увязли в теле монстра, словно он провалился в ледяной, густой ил, сопротивляющийся каждому движению. Физического урона этот удар не нанес, но Заблудшая душа от неожиданности на долю секунды ослабила хватку. ​Этого мига Гарри хватило. Он резко выдернул онемевшие руки, перекатился и, вскочив на ноги, тяжело отпрыгнул назад. ​Заблудшая душа медленно выпрямилась во весь свой жуткий рост. Она была в ярости. Её пустые глазницы теперь полыхали ядерным, ядовито-зеленым пламенем, выжигая полумрак леса. ​Гарри снова метнул быстрый взгляд на Волан-де-Морта. Тот стоял точно так же, как и минуту назад, оцепенело глядя на происходящее своей мертвенно-бледной маской вместо лица. ​— Беги, черт тебя дери! — из последних сил, срывая горло, закричал Поттер, покрепче перехватывая Косу и пригибаясь к земле . Заблудшая душа рухнула сверху, словно черная грозовая туча, но Гарри, распластавшись по насту, чудом успел проскользнуть под её костлявым брюхом. Оказавшись позади твари, он не терял ни мгновения. Вскочив на подкашивающиеся ноги, Поттер рванул к Волан-де-Морту, который всё так же тупо застыл посреди поляны, завороженный приближением собственной гибели. ​Гарри мертвой хваткой вцепился в шиворот его мантии и со всей дури, вкладывая весь свой вес, толкнул Лорда вперед, вглубь чащи. ​— Ты что творишь, паршивец?! — взвизгнул Волан-де-Морт, едва удержав равновесие, и обернулся, оскалив свои змеиные зубы. ​— Беги, я сказал! Ты что, оглох?! — яростно огрызнулся Гарри, тяжело дыша ему в лицо. ​— Я не стану слушать ничтожного мальчишку! — вскинулся Реддл, чья гордость трещала по швам под напором паники. — Я сам решу, когда мне... ​— Да ты не понимаешь?! Она сожрет нас заживо! Бе... ​Договорить Гарри не успел. В его спину сокрушительным тараном врезалась Заблудшая душа. Удар вышиб Поттера из ног, он пролетел пару метров и лицом пропахал ледяную корку. Из груди вырвался сухой, раздирающий кашель, а на снег брызнула новая порция темной, вязкой крови. ​Но чудовище потеряло интерес к мальчику. Тварь перешагнула через него, устремив свой полыхающий ядерной зеленью взгляд на замершего Тёмного Лорда. Её пасть раскрылась, готовая сомкнуться на его серой шее. Реддл в ужасе попятился, судорожно перебирая ногами, но монстр был втрое быстрее. ​В последний момент Гарри выкинул руки вперед и мертвой хваткой вцепился в призрачную, покрытую корой лодыжку существа. Пальцы мгновенно обожгло потусторонним холодом, словно он схватился за сухой лед. Он знал, что это даст лишь жалкие секунды форы, но это был единственный шанс. ​— БЕГИ! — срывая связки, истошно заорал Гарри. ​На этот раз высокомерие Тёмного Лорда окончательно капитулировало перед первобытным страхом. Волан-де-Морт не произнес ни слова. Он резко развернулся и со всех ног припустил в темноту, позорно увязая в сугробах и ломая кусты. ​Заблудшая душа, разъяренная тем, что её добыча ускользает, перевела гнев на Гарри. Тяжелая костлявая лапа с размаху обрушилась Поттеру прямо в лицо. От резкого удара в голове парня будто что-то взорвалось. Сквозь болезненный стон он услышал отчетливый, хрустальный хруст. ​Монстр на секунду замедлился, разворачивая свое громоздкое тело, чтобы добить наглеца, но Гарри, ведомый чистым адреналином, рванулся вверх. Вслепую, наотмашь, он крутанул Косу и вогнал острое лезвие твари прямо в хребет. Черный туман брызнул из раны, и существо оглушительно взвыло. ​Этих пары секунд ему хватило. Гарри развернулся и бросился следом за Волан-де-Мортом, ныряя в непроглядную чащу леса. ​Вокруг царила кромешная тьма, но страшнее всего было то, что мир для Гарри окончательно сломался. Последний удар монстра вдребезги расколол его очки. Левый глаз по-прежнему заливала кровь, а правый теперь видел реальность сквозь безумную паутину трещин на разбитых линзах. Всё двоилось, расплывалось и превращалось в уродливые серые пятна. Единственным ориентиром для него была бледная, призрачная фигура Реддла, которая мелькала далеко впереди, неуклюже перепрыгивая через препятствия. ​Гарри бежал на ощупь, едва успевая выносить ноги. Он почти не видел узловатые корни деревьев, вздымающиеся из-под снега капканами — он замечал их в самый последний момент и прыгал наугад, рискуя сломать шею при каждом шаге. ​А сзади накатывал кошмар. Торжествующий, голодный рев Заблудшей души эхом разносился по лесу, заставляя панику тисками сжимать сердце. Гарри отчетливо слышал, как тварь несется за ним: с пугающим треском ломались вековые ветви, с корнем выворачивались молодые деревья, вставшие на её пути. Затылком он уже чувствовал дыхание этого преследователя — ледяной, могильный сквозняк, который становился всё ближе. С каждым шагом. ​Монстр стремительно набирал ход, неумолимо сокращая дистанцию и не оставляя раненому, полуслепому мальчику ни единого шанса на спасение. Гарри понимал: его тело разваливается. Каждое движение стоило колоссальных, нечеловеческих усилий. Ноги налились свинцом и с трудом отрывались от земли, грозя окончательно отказать. Легкие горели адским пламенем — пускай в этом посмертии воздух не был вопросом выживания, но паника и загнанный, звериный ритм погони требовали кислорода. С каждым рваным вдохом поврежденные ребра отзывались такой мукой, что перед глазами все окончательно темнело. Мир сквозь паутину треснувших линз превратился в безумный калейдоскоп из серых пятен и черных стволов. Он бежал вслепую. Бежал наугад, пока тяжелое, морозное дыхание Заблудшей души уже опаляло ему затылок. ​Паника, затопившая разум, сделала свое дело. Гарри не заметил вылезший из-под снега узловатый корень. ​Нога зацепилась, и мальчик с размаху рухнул ничком, проехав грудью по жесткому насту. Тяжелое древко Косы со звуком выскользнуло из онемевших пальцев и отлетело куда-то вперед, в темноту. Из горла вырвался задушенный хрип — тварь была уже сверху. ​Едва Поттер успел перевернуться на спину, как колоссальный вес монстра впечатал его в землю. Заблудшая душа навалилась сверху, намертво придавив его бедра своими костлявыми коленями. Проверенный трюк с ударом ног больше не работал. Тварь зависла прямо над ним, раскрыв пасть. В лицо Гарри ударил концентрированный могильный холод, удушливая вонь разложения и едкий запах озона. Существо словно упивалось моментом, безмолвно объявляя, что это его конец. ​Но Поттер не умел сдаваться. Не в этой жизни. И точно не в этой смерти. ​Понимая, что оружия нет, ноги скованы, а помощи ждать неоткуда, он рванул руки вверх и мертвой хваткой вцепился в шею монстра, пытаясь задушить то, у чего давно не было дыхания. Пальцы мгновенно увязли в призрачной плоти, похожей на ледяной, гнилой ил. Омерзительное, тошнотворное ощущение. Тварь даже не вздрогнула — лишь яростно зарычала от такой дерзости и навалилась еще сильнее, ломая Гарри грудную клетку. ​— Ф-ф... нет... я... не сдамся! — прохрипел мальчик, чувствуя, как сознание уплывает от боли. ​Он был в капкане. Самая невыгодная, смертельная позиция. Он не мог дотянуться до уязвимых мест. Но когда единственный зрячий глаз встретился с полыхающими провалами глазниц монстра, внутри Гарри вспыхнуло безумие. Раз они лишили его зрения, он сделает то же самое. ​Перехватив руки, Гарри вонзил пальцы прямо в ядерно-зеленые огоньки, бурлящие в глазницах души. ​Лес содрогнулся от пронзительного, оглушительного рева. Тварь забилась в конвульсиях, пытаясь раздавить наглеца своим весом, смять его, заставить отпустить. Но Гарри держал мертвой хваткой, уходя пальцами всё глубже в этот призрачный свет. ​Потустороннее пламя обжигало ладони космическим холодом. Этот мороз до боли напоминал его собственную магию — ту самую, ядовитую и непокорную, которая бросила его после всплеска. ​— Исчезни!.. — прорычал Гарри, вдавливая пальцы до предела. ​И вдруг что-то изменилось. Ледяные огоньки в пасти и глазах твари странно запульсировали. Вместо холода Гарри почувствовал противоестественное, обжигающее тепло, которое резкими толчками потекло по его собственным пальцам, поднимаясь к запястьям. Словно эта дикая сила признала его. Нашла свой дом. ​Кожа на руках Гарри за сияла ядовитым изумрудом. Зеленые искры сорвались с ладоней, превращаясь в ломаные, шипящие молнии. Магия Жнеца возвращалась, впитывая в себя чужой гнев. Молнии поползли выше, окутывая его плечи, и в ту же секунду вся Заблудшая душа изнутри налилась яростным, ослепительным зеленым светом. Её призрачная плоть пошла трещинами, сквозь которые вырывалось сияние. ​Короткая, оглушительная вспышка — и колоссальная тварь беззвучно рассыпалась, превратившись в облако серого, безжизненного пепла. Уничтожена. Изнутри. ​Гарри тяжело рухнул затылком на снег, глядя на пустую поляну перед собой. Грудь судорожно вздымалась. Руки всё еще покрывали затухающие изумрудные искры. Разум не справлялся с пережитым ужасом, и плотину окончательно прорвало. ​— Хах... Ха-ха-ха-ха! Я... я выжил! — Его смех, сорванный, истерический и дикий, эхом покатился по притихшему лесу