3. Предложение
12 января 2026 г., 02:11
Утро началось с Блу.
Инк ещё даже не успел нормально осесть за партой, когда рядом с грохотом опустился рюкзак, а знакомый голос врезался в пространство, как удар по струне.
— Доброе утро, солнце моей академической жизни!
— Уйди, — буркнул Инк, не поднимая головы.
Блу, разумеется, не ушёл.
— Напоминаю, — продолжил он бодро, листая что-то в телефоне, — конкурс талантов через две недели. Репетиции уже скоро. Я записался.
Пауза.
— И тебя я тоже вписал. Предварительно.
Инк медленно поднял на него взгляд.
— Ты что сделал?
— Спокойно, — Блу поднял руки. — Не официально. Просто чтобы имя было. На всякий случай.
— Вычеркни.
— Инк, — Блу вдруг стал серьёзнее, — ты же актёр. Ты вообще понимаешь, насколько это странно звучит — «я не хочу на сцену»?
Инк сжал челюсть.
— Я не хочу этого, — отрезал он. — Конкурсов. Суеты. Цирка.
— Это не цирк, — возразил Блу, но тут же глянул на часы и резко выдохнул. — Ладно, мы ещё поговорим. Меня ждут.
Он уже вскочил, закинул рюкзак на плечо и, уходя, бросил:
— Просто подумай. Ты слишком хорош, чтобы делать вид, что тебя здесь нет.
И исчез — как всегда, оставив после себя шум и ощущение, будто кто-то слишком точно попал в больное место.
Инк отвернулся к окну.
— Отлично, — пробормотал он. — Просто отлично.
Он не злился на Блу.
Он злился на его слова, что так зацепили.
Они пересеклись позже, между корпусами.
***
Инк выходил из актёрского — Эррор шёл навстречу, держа под мышкой папку с нотами. Сегодня без перчаток — ладони были спрятаны в рукавах толстовки. Очки на месте. Взгляд спокойный. — Привет, — кивнул он. — Привет, — ответил Инк. Они прошли бы мимо, если бы Эррор не остановился. — Можно спросить? — сказал он без нажима. Инк пожал плечами. — Валяй. Эррор немного помолчал, подбирая слова. — Почему ты так не хочешь участвовать в конкурсе? Вот так. Прямо. Инк усмехнулся — коротко, без веселья. — А ты что, тоже туда собрался? — Да, — кивнул Эррор. — Думаю попробовать. — Зачем? — почти автоматически вырвалось у Инка. — Потому что могу, — спокойно ответил тот. — И потому что мне интересно, что из этого выйдет. Инк фыркнул. — Даже если облажаешься? — Даже если облажаюсь, — кивнув, подтвердил Эррор. Они стояли посреди пути (на улице между корпусами), и поток студентов аккуратно огибал их, будто чувствуя, что здесь — что-то важное, пусть и незаметное. — Мне это не нужно, — сказал Инк после паузы. — Конкурсы ничего не решают. Он знал эти слова. Слишком хорошо знал. Они звучали не как его собственные — слишком знакомо, слишком правильно. — Хорошо, — ответил Эррор. Без спора. Без «ты ошибаешься». Без попытки переубедить. И это почему-то выбило почву из-под ног сильнее, чем если бы он начал доказывать. — Я просто спросил, — добавил Эррор. — Не больше. Он сделал шаг, собираясь уходить, но всё же сказал напоследок: — Если ты передумаешь… — он на секунду замялся. — Я мог бы тебе подыграть. Не для конкурса. Просто так. И ушёл. Инк остался стоять, глядя ему вслед.***
Позже, уже под вечер, Инк шёл по главному корпусу и услышал музыку. Фортепиано. Звук был чистый, уверенный. Без попытки впечатлить — просто работа. Он остановился у приоткрытой двери актового зала. За инструментом сидел Эррор. Плечи расслаблены, спина прямая, пальцы двигались точно и спокойно. Никакой сцены. Никаких зрителей. Только он и музыка. Инк смотрел недолго. Ровно столько, чтобы понять: Эррор не играл «на конкурс». Он играл для себя. Инк отвернулся и пошёл дальше. Если он не пойдёт — это ничего не изменит. Так ему всегда говорили. Он стиснул зубы, ускорил шаг и поймал себя на том, что внутри поднимается знакомое раздражение — не к Эррору, не к Блу, а к самому этому чувству, будто он снова стоит перед выбором, который якобы не имеет значения. И всё же почему-то именно от этой мысли становилось тесно в груди.
