Свет во тьме

When you put your arms around me

Когда ты обнимаешь меня,

I get a fever that's a-hard to bear

У меня поднимается жар, который трудно вынести.

The Cramps – Fever

С того особенного ливня Уилл и Эдди виделись почти каждый день: во время перемен и после школы, а по воскресеньям вся их компания играла в ДНД. Уилл показывал Эдди всё новые рисунки персонажей ДНД и обычные архивные рисунки тоже, и тот неизменно восхищался. Никто и никогда не хвалил Уилла так, как это делал Эдди Мансон: с горящими глазами, улыбкой во всё лицо, десятками красочных эпитетов, и даже временами хватаясь за сердце. Эдди тоже рисовал. В основном это были какие-то демоны и монстры, чёрные, кривые, яростные. Уилл как никто понимал – всё это отражение боли и злости, сублимация тяжёлых переживаний автора. И поэтому относился к работам с особым трепетом, хоть сам Эдди и предпочитал отшучиваться. Были среди рисунков и более простые: черепа и драконы, скорее похожие на эскизы татуировок. За две недели ребята сблизились ещё. Эдди часто караулил Уилла возле класса, приносил шоколадные батончики и задавал множество вопросов обо всём. «Как ты думаешь, можно ли победить капитализм?», «Если общество развивается и становится лучше, то как объяснить ядерное оружие?», «Если бы до конца жизни ты мог есть только что-то одно, что это бы это было?». Уиллу нравилось отвечать, размышлять и удивляться с того, что там ещё пришло в голову Эдди Мансону. А в минувший понедельник, проводив Уилла до дома, Эдди сказал, что с Уиллом ему по-настоящему интересно, и тот воспринял это как величайший в мире комплимент! Вообще-то, Уилл совсем не заметил, как пролетели эти две недели, потому что засыпал и просыпался с атомным реактором внутри. Уилл был чем-то вроде заводной игрушки, ключик в которой повернули триллиард раз, и теперь он неутомимо нёсся по временной шкале, разделяя жизнь на отрезки от встречи до встречи с Эдди. В пятницу Эдди принёс в школу гитару – свою «возлюбленную крошку», и после занятий они с Уиллом просидели на лавочке в школьном дворе несколько часов. Эдди бил по струнам, пел, Уилл в основном слушал и ел крендельки и только иногда подпевал. В целом, Уилл был очень удивлён, что никто из школьников не стянулся на импровизированный концерт. Только Эшлби со своими подпевалами запустил в Эдди банкой из-под газировки. Уилл вскипел как чайник, без лишних раздумий подобрал банку и со всей дури швырнул обратно в Эшлби. А потом они с Эдди удирали от агрессивной банды по школьной территории и дальше вдоль проезжей части с гитарой без чехла и с расстёгнутыми рюкзаками. - И ты ещё говоришь, что стремаешься бабке ответить? – спросил Эдди, отдыхиваясь и упираясь ладонями в колени. - За других – как-то проще, чем за себя… - ответил Уилл с шокированной от себя самого улыбкой. Вообще-то он и впрямь стал смелей. Утром воскресенья, перед своей третьей игрой в компании Эдди, Уилл испытывал свойственное себе нетерпение. Он вскочил на ноги, едва прозвенел будильник, оставил кровать в подвале Майка незаправленной и бережно собрал в папку для ДНД три новых рисунка. На всех трёх был новый персонаж Эдди, который провёл с ними всю прошлую сессию, - Феникс. Тот являл собой высокого и стройного мятежного мага с демонической красотой и подкупающей естественностью. Феникс годами был заперт в родовом поместье, всю жизнь ему внушали, что его магия – зараза, которую необходимо усмирить, а сам он – позор семьи. Лишь к двадцати четырём годам волшебник впервые осознал, что его магия – великий дар, доставшийся ему от матери, и сила вызывает у членов семьи парализующий страх. В итоге, оковы породили ярость, а ярость нашла выход в огненном шторме, который, сбегая из дома, Феникс на него обрушил. Кроме того, Феникс был чистым рок-н-ролом и воплощением крамолы. Он красил губы в чёрный цвет и вёл себя провокационно, совершенно не заботясь о моральном облике. А ещё он был воплощением хаоса: при первой же встрече маг запустил во врагов огненные кольца, устроив настоящий пылающий апокалипсис: под раздачу попали даже мирные голуби. Вместе с тем Феникс был невероятно искренним: весело – хохочет, бесится – поджигает всё и вся (а бесило его много чего). Уилл, ясное дело, потерял голову. Уилл умылся, почистил зубы, убедился, в том, что волосы лежат как надо, и закинул папку с рисунками в рюкзак. На кухню он ворвался как маленькое торнадо, уже готовый хоть сейчас выдвигаться в сторону клуба. Воскресное небо хмурилось, пряча солнечные лучи, и в кухне был включен свет ламп. Вся семья уже сидела за столом, стоял приятный гомон бурлящей жизни. Джонатан и Нэнси подносили тарелки, о чём-то споря, – сегодня была их очередь готовить для всех. Тэд Уилер по обыкновению ознакомлялся с утренней прессой; Холли, миссис Уилер и Джойс ели сэндвичи и над чем-то смеялись. - Уилл! – едва он показался на горизонте, Майк восторженно вскинул в воздух комикс «Люди Х». Уилл пригляделся и… - Новый выпуск! – он ракетой занял место рядом с лучшим другом. Уилл совсем забыл, что они ждали выхода новой серии – настолько события последних дней всё изменили. - «Резня мутантов»! – Майк тряс комиксом как погремушкой, - прикинь, тут новый злодей – Апокалипсис. У него такой дурацкий рот… - Это ведь новая история, не продолжение? – Уилл кинул рюкзак на пол и выхватил комикс у Майка из рук. Раздался протяжный тяжёлый вздох. - «Доброе утро» в этом доме уже никто не говорит… - тряхнул газетой Тэд Уилер. Уилл не смог сдержать улыбки. Мистер Уилер часто бывал тем ещё занудой. - Пап, не начинай, - призвал Майк. - Доброе утро, мистер Уилер, доброе утро, все! – громко поприветствовал Уилл. - Доброе утро! – дружно отозвались Байерсы и Уилеры. Нэнси и Джонатан тоже уселись за стол, и теперь накладывали себе яичницу с салатом. Мистер Уилер вздохнул ещё раз. Уилл быстро пролистал комикс, встретил на страницах Джин Грэй – она была жива! – и пришёл в ужас: - Чёрт, Майк, я узнал потрясающий спойлер! - Не говори! – Майк тут же вскинул руки в упреждающем жесте. - Боюсь, я не в состоянии сдержаться! – Уилл зажал себе ладонями рот и задёргался, делая вид, что спойлер прорывается наружу, и он вот-вот сдастся. Майк кинулся навстречу и тоже зажал ему рот, сверкая глазами от озорства. - Молчи!!! - Приятно видеть, что мальчики в последнее время пребывают в отличном настроении, - нежно отметила Карен, помахивая вилкой в их с Майком сторону. Она, как всегда, выглядела чудесно в новом платье и при полном макияже. - Ага, особенно Уилл, - отозвался Майк, едва сдерживая смех и продолжая затыкать ему рот. - Кстати да, - кивнул Джонатан, - случилось что-то хорошее, о чём мы не знаем? – он хитро стрельнул глазами в Майка. Все присутствующие навострили уши. И чего они ждали? Уилл вцепился ногтями в запястье лучшего друга, и тот с громким восклицанием наконец-то его отпустил. Комикс от возни упал на пол. - Ничего особенного, - заверил Уилл, наклоняясь за выпуском «Людей Х». - Ты весь светишься, постоянно улыбаешься и витаешь в мечтах чаще обычного… - с загадочной улыбкой настаивал Джонатан. Уиллу становилось по-настоящему неловко. - Влюбился! – как гром среди ясного неба, внезапно, с широченной улыбкой заявил Майк и увесисто хлопнул Уилла по спине. Воздух выбило из лёгких, и на несколько секунд Уилл потерял способность дышать. Не от удара – от произнесённого слова. Джойс прикрыла рот рукой. Уилл медленно обернулся к лучшему другу, неконтролируемо отвесив челюсть. - В ДНД, я имею ввиду, его персонаж влюбился, - переобулся Майк с видом полного прохиндея и провокатора. - Что за ДНД? – спросил Тэд Уилер, высовываясь из-за заголовка «Ответные санкции США против Ливии». - Оу, - Джойс выглядела растеряно, а миссис Уилер прищурила глаза. - Да, вообще-то ему жуть как нравится персонаж Эдди Мансона, - продолжил Майк, и получил жёсткий тычок под рёбра. - Мансона? – Тэд Уилер опустил газету, - Мансоны – неблагонадёжные люди. - Они лучше, чем ты думаешь, пап, и у персонажа Уилла есть непрозрачный интерес к персонажу Эдди… – продолжил распаляться Майк. Уилл вскочил из-за стола, пока так называемый «лучший друг» не слил всему миру информацию про пол обоих ДНД-персонажей. - Зачем им знать про ДНД, Майк? – он схватил сэндвич со стола и засунул в рот «предателю». Майк начал хохотать, а миссис Уилер покачала головой, и вернулась к завтраку, Нэнси закатила глаза. Джонатан продолжал смотреть на брата с громкими раздумьями. - Ладно, - Уилл взял рюкзак, взял Майка за шиворот и прихватил ещё один бутерброд со стола, - по дороге позавтракаем, а то опоздаем! Майк издал звук протеста, хватая собственные вещи, и они вылетели с кухни под вялый вопрос Тэда Уилера: - Так что такое ДНД? Погода была так себе. С неба падала какая-то морось, а Уилл горел изнутри, как раскалённые в огне камни, и, казалось, мог сжигать своим жаром эту мокрую пыль в воздухе. - Чего ты устроил? – всплеснул он руками, стоило им отойти от подъездной дорожки. - Ну а что? Ты и правда слюни развесил на Феникса! – Майк выглядел довольным и совершенно глупым. Это совсем не было похоже на гомофобию. Уилл выдохнул, взял небольшую паузу и мягко улыбнулся. - А если он мне и правда понравился?.. – спросил он, не уточняя, о ком идёт речь, о персонаже или о самом Мастере. Майк на секунду задумался, поднимая взгляд к серому небу, и сделался серьёзным. - Значит, надеемся на взаимность? - легко ответил он и несильно хлопнул Уилла по плечу. Тёплое чувство благодарности разлилось по груди Уилла, и он ошарашенно прошептал на выдохе: - Спасибо… Они смотрели друг на друга с безмолвным единением ещё несколько секунд, как вдруг Уилл вспомнил: - Чёрт, дайсы! Пришлось возвращаться, после чего к месту встречи с Лукасом и Дастином они успели только на велосипедах. «Адский клуб» встретил приключенцев заводной фолк-музыкой и накрытым столом. Чипсы, лимонад, луковые кольца и прочие закуски были свалены в центр, рядом с фигурками и картами. Едва запыхавшиеся игроки с вьющимися от влаги волосами ввалились внутрь, Эдди поднялся из-за стола – он был одет в красный женский халат поверх лонгслива – и радостно распахнул объятия. - Славные путники, добро пожаловать в трактир «Чайка-прорицательница»! Еда, питьё и ночлег – всё это вы найдёте здесь! Делайте свой заказ у Хозяйки и будьте щедры на чаевые! – он вышел из-за стола, сел на его край и игриво выставил колено меж раскрытых полов халата. «Это могло быть соблазнительно, если бы не джинсы», - отметил Уилл с улыбкой. Сегодня они играли с чернокожим гиком – Джеффом. Он сдержанно поприветствовал Уилла и во время подготовки к игре вступил в занудный спор на тему зелий с Дастином. Игра началась с застолья. В конце прошлой сессии команда добралась до перевалочного пункта, где можно было отдохнуть, пополнить запасы и узнать новости. Потому-то Эдди и позаботился о провианте. Такая проработка и вовлеченность не могла не поражать и не вызывать уважения. А ещё музыка и еда создавали ощущение, будто мир игры и реальность начинают сливаться в одно целое. И это было идеально! Сегодня Уилл сел по правую руку от Эдди, и мог следить за его мимикой вблизи: как в уголках его глаз рождаются лучики, а в задумчивости поджимаются пухлые губы. Когда с подслушиванием разговоров и выспрашиванием подробностей было покончено, случилось то, чего Уилл жадно ждал. - Пока вы болтаете, в трактир входит человек, который вам уже хорошо знаком – это Феникс, - Эдди сделал паузу, обводя взглядом игроков – те многозначительно переглянулись, Уилл выпрямился на стуле. – Его губы снова выкрашены в крамольный чёрный цвет, длинные гладкие волосы ниспадают по широким плечам, а на шее пульсируют огненные прожилки, которые, впрочем, тут же стихают, едва он видит среди вас Уилла Мудрого. Он решительно проделывает путь через зал, оставляя за собой лёгкий запах озона и подпаленные половицы, и теперь стоит перед тобой, Уилл, отбрасывая дрожащее от жара сияние. Голосом, низким, как гул подземного пожара, он говорит: «Три дня мы не виделись, и снова ты… Кислород, который питает моё пламя… Пустишь за свой стол, и огонь так разгорится, что мы сожжём эту забегаловку. Я предупредил». Он смотрит на тебя взглядом, полным голода и тоски. Эдди произнёс это так чувственно и игриво, так решительно и откровенно, глядя прямо в глаза, что чувства обрушились на Уилла шквалом. Между ними возник густой, почти осязаемый интим, от чего Уилл пришёл в новое, незнакомое ему ранее состояние. Он буквально открыл рот и потерял способность управлять своим телом. Сердце забилось как пойманное в клетку ладоней насекомое. Руки прилипли к бёдрам, и он был не в силах даже взять стакан с водой, даже оторвать взгляд он довольного лица Эдди. С ним. Ещё никогда. Раньше не флиртовали. И он был повергнут! Обжигающий огонь промчался по его телу жаркой волной. В мозгу пульсировало: нужно срочно что-то ответить. Пристальный провоцирующий взгляд Эдди добивал Уилла до состояния, при котором внутренний крик вот-вот должен был вырваться наружу. Ситуацию спас Дастин. Он воскликнул, забирая все взгляды на себя: - Феникс, мать твою! Не приближайся – я два золотых потратил на лечение ожога головы и еще пять золотых на восстановление волос! Сначала поучись самоконтролю, а потом подходи к людям живым! Уилл выдохнул. Начался конфликт, все зашумели и принялись выяснять, кто был не прав в прошлой боёвке. А у Уилла появилось время, чтобы совладать с чувствами и выпить воды. Он уткнулся в лист для записей, притворяясь, будто ищет какую-то информацию. Но на деле он не видел ничего, только прокручивал в голове слова Эдди снова и снова. Когда все успокоились, и Феникс снова вспомнил про Уилла, тот был уже готов. Он имеет самообладание, он знает, чего ждать, у него всё получится! - Вообще-то, я искал тебя. – произнёс Эдди-Феникс, едва выпал подходящий момент. - Я три дня пытался придумать нормальную причину, чтобы снова тебя увидеть. Но все они – хуйня. Лукас присвистнул то ли от флирта, то ли от грубого лексикона. Уилл взял под контроль собственный голос и ответил: - И что тебя влекло? – голос не дрогнул. Победа. Эдди-Феникс загадочно улыбнулся и опалил его голодным взглядом из-под ресниц. - «Я пытался вспомнить хоть какое-нибудь не боевое заклинание. Что-то изящное, чтобы поразить того, чья магия пахнет не серой и пеплом, а лунным светом и засохшими травами. Но не смог. В моём арсенале - только ярость и хаос. Но, кажется, я начинаю понимать, что такое концентрация... Когда есть на ком сосредоточиться, - Эдди говорил, а Уилл вдруг потерял ощущение реальности, остался только этот чарующий мягкий голос, который окутывал его и увлекал в неизведанный доселе мир, - Я наблюдал за тобой в той схватке. И ты не крушил. Ты разговаривал с силами, которые я только призываю или подавляю. И это сводило меня с ума, - губы Эдди. Мягкие. Какие же они, наверное, мягкие. - Моя стихия хочет поглотить твою, - сердце перестаёт биться, нет воздуха. - Она жаждет обвить твои тихие ручьи магии и вскипятить их до небес. – Уилл уже не может сопротивляться этому влечению. - Я могу с этим бороться... а могу этого не делать. Всё зависит от тебя». Эдди договорил так же внезапно, как начал. К этому моменту Уилл был тотально соблазнён. Сейчас они склонялись над столом навстречу друг другу, словно обсуждали секрет. Щёки Уилла пылали, внутренний импульс кричал: «Приблизься, прижмись к нему губами, срочно!». Лишь когда Эдди чуть отстранился, кривя улыбку на бок, Уилл понял, с какой, должно быть, жадностью смотрит на него. Он осознал, что участники клуба затаили дыхание, и в закулисье стояла гробовая тишина. Они ждали. Ждали, что ответит Уилл. И он в панике попытался спасти положение – подскочил со стула и, бормоча извинения, вылетел за ткань занавеса, будто его стегали плетью. Не помня как, Уилл оказался в туалете, жадно умыл лицо холодной водой, и вдруг осознание происходящего обрушилось на него со всей кристальной ясностью: Эдди с ним флиртовал! Не сам Эдди, конечно, через персонажа, но суть менялась мало: это был откровенный флирт парня с парнем. Без девушек. Ни одной девушки! Для Эдди такое было нормой. Он чётко дал понять, что ему это даже нравится! Он такой же, как и Уилл??? Уилл оперся копчиком о раковину и закрыл лицо, безмолвно крича от восторга. В животе оживали и подпрыгивали медузы, всё тело горело, будто магия Феникса разливалась по его жилам, и внезапное счастье всецело затопило его расплавленным золотом, напрочь вытесняя тревогу и панику. Он поднялся к потолку, нет, к небу! Слёзы выступили на глазах, и он в голос засмеялся. Ему понадобилась ещё пара минут, чтобы взять себя в руки и вернуться к ребятам. Он едва сдерживал шальную улыбку, чувства рвались наружу, но Уилл сделал всё возможное, чтобы вернуться в роль и не сорвать игру. Счастье счастьем, а ДНД – святое. С этого самого момента Уилл кардинально изменился и по-настоящему готов был флиртовать. Он извинился, что прервал игру – ребята отреагировали с пониманием, но до странного тихо – и окликнул Феникса. - Прошу прощения, что испарился, - он установил зрительный контакт с Эдди и игриво улыбнулся. – Возвращаясь к твоим словам, не думаю, что имеет смысл бороться с собой. Мои ручьи ещё никто никогда не кипятил, так что я с удовольствием узнал бы, каково это. Эдди вскинул брови и открыл рот в полном ошеломлении. Парни закричали и заулюлюкали, кто-то ударил руками по столу. Уилл засмеялся, чувствуя себя невероятно крутым после такого ответа, которого явно никто от него не ожидал. Он смеялся, пребывая в центре внимания и на самой вершине мира. - Что-то становится жарковато! – воскликнул Дастин, показушно обмахиваясь перс-листом. - Ни фига себе, Уилл! – выдохнул Майк, - сейчас и наши ручьи вскипят! - Да ладно, блин, они же оба парни! – возник Джефф, взмахивая руками. - Давайте сосредоточимся на игре, а не на флирте, - предложил Лукас, ширкая карандашом по листу. - Завались, тебе никто не мешал кадрить эльфийку! – возмутился Майк. Парни продолжали гомон и споры, а Уилл тем временем встретился с заинтересованным и взбудораженным выражением лица Эдди. Согласие и обещание продолжения явно захватили его. Уилл смущённо потёр шею и открыто улыбнулся. История продолжилась внезапным экшеном. Игровые персонажи и Феникс вместе с ними получили ценную зацепку по главному сюжету и отправились на поиски необходимого им артефакта в Ледяные Гробницы Молчания. Гробницы оказались древними руинами, где время застыло в вечной мерзлоте. Главной угрозой стал Тихий Хрусталь - магический лёд, который поглощал звук, тепло и магическую энергию, парализуя заклинания и замораживая душу. Феникс стал незаменимым источником тепла, без которого вся пати мгновенно превратилась бы в ледяные статуи. Огонь Феникса имел свойство растапливать лёд и поддерживать жизнь, но одно неверное движение, и пламя грозилось расплавить хрупкие ледяные мосты и обрушить своды пещер. Контролировать хаотичную энергию пришлось Уиллу Мудрому. - Вы идёте по тонкому ледяному мосту над бездной. Мост хрустит. Феникс и Уилл идут впереди группы. Остальные, вы понимаете, что должны оставаться внутри создаваемого ими купола, чтобы не превратиться в снеговиков. - Я смотрю в бездну – глубоко там? – спросил Дастин и взял чипсы из пачки. - Эй, мы уже не в трактире, положи на место! – остановил его Лукас, который от напряжения едва ли не залез на стол. - Бездна являет собой чёрную пропасть, падать в которую вы будете несколько дней, пока не разобьётесь насмерть. Чипсы брать можно, - пояснил Эдди, передвигая фигурки персонажей с горного перевала в пещеру. Локации моста у них не было, поэтому Эдди положил вместо него линейку. - Да? – Лукас удивился и тоже взял чипсы. - Уилл, прокинься на внимательность, - обратился к нему Эдди. Уилл незамедлительно с привычным для броска волнением взял свой двадцатигранник, потряс его в ладонях и бросил на стол. Все проследили за тем, как кубик, грохоча гранями, прокатился по столу. - Пятнадцать! – обрадовался Уилл. Эдди сосредоточенно кивнул. - Ты понимаешь, что на таком расстоянии тебе тяжело контролировать Феникса. Нужно подойти вплотную, нужно касаться его. Уилл заметил, что в глазах Эдди появились знакомые бесята. Он сдержал улыбку и серьёзно произнёс: - Я накрываю ладонь Феникса своей и говорю: «Перестань топить лёд, и он будет надёжнее. Твоё пламя должно греть, а не жечь. Сосредоточься». Эдди расплылся в широкой улыбке. - «Ага, пытаюсь», отвечает он. «Но моё пламя отвлекается. На того, кто сейчас так старательно меня сдерживает». Кидай на контроль снова! Уилл откинулся на спинку стула. - Да какой контроль после таких слов? – он всплеснул руками, - ясное дело, он слабнет! Эдди довольно ударил ладонями по столу и громко заявил: - Ну что ребята, мост под всеми вами вздрагивает! - Нет! Уилл, ты можешь сосредоточиться, пожалуйста? Ваши заигрывания нас сгубят! – возмутился Джефф. – Чёрт побери, никаких девчонок в пати, а драмы как в ромкоме! - Ты что-то имеешь против? – Майк сверкнул глазами в сторону Джеффа, и тот вжал голову в плечи. - Ладно, я отдаю Уиллу последнее зелье концентрации, - сдался Дастин. Чуть позже, когда они преодолели мост, Уилл Мудрый вынужден был взять часть магии Феникса в себя, чтобы подавление того не убило. - Феникс с облегчением выдыхает, передавая тебе часть своего огня, - Эдди бережно положил свою руку на руку Уилла, и желудок парня сделал кульбит. Горячо. Почему их ладони такие горячие? - «Осторожно, моё пламя по тебе скучало», шепчет Феникс. Ты чувствуешь, как жар течёт по твоим венам. - Горячо, - выдохнул Уилл, понимая, что Эдди наверняка видит прямо сейчас мурашки, поднявшиеся на его предплечье. На губах Эдди-Феникса появилась опасная усмешка: - Это ещё цветочки. Дождись, когда мы выберемся отсюда. Уилла всего прошило от этого короткого обещания, и он бесконтрольно сжал ладонь Эдди в своей руке, глядя в его глаза с неосознанной мольбой. Эдди выпал из роли и сглотнул, не расцепляя взглядов. - Ну блин, играть-то будем? – вспылил Джефф. - Мда… - протянул Дастин, - я чайник поставлю. - Я не понял, мы выбрались или нет? – спросил Лукас. Вскоре после короткого перерыва команда вышла в безопасную зону, где можно было разжигать огонь, и в палатках они имели все шансы пережить ночёвку, не став частью местного ледяного ландшафта. - Я ведь правильно понимаю, что палаток три штуки, и нам нужно разбиться по парам? – спросил Дастин. - Ага-а, - протянул Эдди, он сплёл пальцы между собой и прислонил их ко рту, наблюдая за игроками с озорством. Затем глянул на Уилла и подмигнул, отчего того насквозь прошило током, и он в очередной раз зарделся. – В общем-то, Феникс подходит к Уиллу… - НЕТ! – взвыл Джефф, вскакивая из-за стола. - Кажется, ночью спать не будет весь лагерь, - Майк взбудоражено раскачивался на стуле. Уилл спрятал лицо в ладони, не справляясь с накалом страстей. И как это он стал центром истории? - Фениск подходит к Уиллу… - Эдди в действительности поднялся из-за стола подошёл вплотную к Уиллу, чуть присел и обвил его талию рукой, увлекая за собой вверх. Уилл встал из-за стола и почувствовал, как Эдди с горячностью прижимает его к себе бок к боку. Жар их тел усилился в разы. Уилл затаил дыхание, чувствуя, что плавится и стекает на пол. А Эдди, словно ему всё было мало, смело приблизил губы к уху Уилла и низко медовым голосом прошептал: - Ночь обещает быть холодной, Уилл Мудрый. Не желаешь согреться в объятиях мужчины? Уилл распадался на части от происходящего, терял голову и совершенно не контролировал себя. Может у него глупое лицо? Плевать. Он прижимался к Эдди, и это единственное, что он знал и понимал. - Только не это, - запротестовал Лукас, - мы и глаза не сомкнём из-за вас двоих! Уилл ляжет со мной, а Феникс с Джеффом, окей? Эдди крепче обхватил талию Уилла – обвил как сильный удав. Это было волшебное, совершенно неземное ощущение. Как же сильно Уилл был нужен ему… как был желанен. - Я заночую отдельно от этого красавчика, только если вы меня свяжете! – выпалил Феникс, и Уилл окончательно превратился в розовую трепещущую жижу. Несколько удачных прокидок, криков и яростного смеха спустя, Феникс был связан. Все улеглись для ночлега, и игровая сессия подошла к концу. - Боже, это было ужасно, - выдавил Джефф. - Не нравится – не играй, балбес, - отшутился Эдди, собирая кубики в мешочек. - Это было потрясающе! – заявил Майк, - идея с тем, что нам нельзя отходить от Феникса – просто вау! Если мы и правда найдём артефакт здесь, то успеем еще в Темнолесье вернуться! - Сделаю ещё зелий концентрации, как проснёмся, - пробубнил Дастин, складывая записи в рюкзак. Уилл чувствовал, что пламя Феникса, которое тот передал ему, всё еще находится внутри, и больше всего ему хотелось, чтобы все поскорее собрались и ушли, и они с Эдди уже остались бы наедине. Но Эдди вдруг понуро сообщил: - Ну, ребят, я пораньше побежал, выключите тут всё, когда будете уходить – я ещё дяде должен помочь сегодня. Уилл перевёл ошарашенный взгляд на Эдди, который забирал со стола свой магнитофон. Внутри него всё оборвалось, и разочарованный выдох сорвался с губ. Он даже рисунки не успел показать! Эдди встретился с Уиллом глазами, и на лице его отразилось неподдельное страдание. Он жестом головы позвал его в сторону. - Чёрт, да, прости, пожалуйста, - прошептал он, когда они приблизились головами, - дядя устроил ремонт, он хотел ещё утром меня запрячь, но я пообещал, что вернусь не позже восьми. - Уилл понимающе закивал, глядя ему в лицо, пока Эдди неловко объяснялся. – Я знаю, что у нас уже традиция обсуждать игру после сессии… - Он совершенно поник. Уилл сжал свободную от магнитофона ладонь Эдди в своей. - Мы обсудим, - заверил он, - не переживай. Эдди поднял на него взгляд. - Я должен был раньше предупредить, просто вообще не хотелось думать о том, что всё закончится. Да и перед игрой я нервничал. Лицо Уилла растянулось в улыбке. Значит Эдди тоже волнуется перед играми. - Всё хорошо, правда, - Уилл погладил ладонь Эдди большим пальцем, и тот крепче сжал её в ответ, - к тому же и в школу завтра. Хоть высплюсь. Эдди тоже улыбнулся, глядя Уиллу в глаза. Затем приблизился и мягко поцеловал его в щёку. Уилл схватил воздух ртом, его ресницы затрепетали, и пламя вспыхнуло с новой силой, на мгновение заглушая слух и лишая зрения. Их взгляды держались друг за друга ещё секунду, потом Эдди отпустил его руку и с криками: «Всем спасибо за игру! Всем пока!», - выбежал из клуба «Адского пламени». Щека Уилла горела и ныла всю дорогу до дома. С невидящим взором он ворвался в душевую дома Уилеров, закрыл дверь и встал под тёплые струи. Волнение билось в его груди птицей, он прокручивал в мыслях слова Феникса, вновь ощущал жар их с Эдди сжатых ладоней. Представляя лицо Эдди в нескольких сантиметрах перед своим, Уилл опустил руку вниз, касаясь себя, и едва слышный стон вырвался наружу, словно освободился наконец от дневного контроля. Эдди держит его за талию, тесно, крепко, прижимает к себе, к горячему боку. Эдди пахнет восхитительно. Эдди смотрит на него с откровенным соблазном в голосе и глазах. Эдди пульсировал в нём пламенем Феникса. Эдди был в его крови. Уилл ускорил движения, упираясь лбом в твёрдую влажную стену. Ощущение боли на щеке, там, где его поцеловал Эдди, спустилось вниз, усилилось, возросло и разлилось по телу приятной ломотой. Этот поцелуй охватил всё его тело. Свободной рукой Уилл прикоснулся к губам, страстно желая почувствовать этот поцелуй именно там. - Эдди… - жадно простонал Уилл, - Эдди, - повторил он, задыхаясь, и мысленно находясь в его тесных объятиях. Мягкие губы, крепкие руки, горячие ладони, тёмные глаза, запах, смех. Тело пронзало острым удовольствием, ещё и ещё. Когда затмение отступило и накатило приятное расслабление, Уилл не устоял на ногах и опустился на пол вдоль стены с довольной улыбкой, затуманенным взглядом и полуприкрытыми веками. Уилл таял в своих грёзах наяву. Сердце пело сладкую песню, мысли были бесповоротно захвачены Эдди Мансоном. Закинув голову вверх, Уилл улыбнулся шире, подставляя лицо душевой воде. Как же всё это здорово!