Психопат из Мурима

Туп. Туп. Туп. Туп! Грохот двадцати тысяч копыт сотрясал землю, а пар, поднимающийся от лошадей и всадников, стелился над равниной густым туманом. Он… улыбается? Узкие глаза Тимур Хана едва заметно дрогнули, когда он наблюдал, как армия уходит в степь. Рядом с ним стоял настоящий гигант. Даже по самым скромным меркам он был выше Тимур Хана на целую голову. Его рост превышал девять футов. Когда конница пересекла равнину и окончательно скрылась за горизонтом, гигант повернулся к Тимур Хану. – Старший брат. Одних их хватит, чтобы спасти крепость Ян и гору Маньхань? Гигант назвал Тимур Хана старшим братом. Хотя Великая степь и Великая пустыня были столь огромны, что их края терялись за горизонтом, на этой земле существовал лишь один человек, который мог обращаться к Тимур Хану так. Боевой великан Маморота. Тигр Тимур Хана. Генерал, который десятилетиями странствовал по северу и собственноручно обезглавил десятки тысяч людей. Совсем недавно он вёл ожесточённую войну против уйгурского племени, вторгшегося с северо-запада. Получив срочное послание, он прибыл сюда сразу после той битвы. Тимур Хан некоторое время молчал, не отвечая на вопрос. Затем тихо произнёс: – Они не идут ни к крепости Ян, ни к горе Маньхань. – …Что? На самом деле Тимур Хан переживал сейчас самый тяжёлый кризис за всю свою жизнь. Со всех сторон на него давили враги. С запада – уйгуры, разбогатевшие на торговле между Западом и Центральными равнинами. С севера – восстание великого вождя татарского племени Джаярки. Но ещё серьёзнее было другое. Силы Центральных равнин медленно, но неуклонно продвигались на север. Так же, как и сейчас. В такой ситуации одна ошибка могла стоить всего. Это было всё равно что идти по краю тысячефутового обрыва. Благодаря подвигу Мамороты им едва удалось отбить огромный набег уйгуров. Но на Великой северной степи всё ещё свирепствовали мятежные силы. А равнина Хэтао оказалась под угрозой из-за наступления армии Центральных равнин. К тому же никто не знал, когда уйгуры вновь соберут силы и снова перейдут границу. Поэтому Маморота был уверен, что Тимур Хан сначала подавит угрозу здесь, а затем отправится на север, чтобы наказать Джаярку. Это казалось самым разумным решением. Для начала необходимо было спасти крепость Ян и гору Маньхань. Обе позиции находились прямо перед Призрачной Ладонью. Потерять их означало отдать врагу собственный двор. Если Призрачная Ладонь окажется в осаде, крепость будет полностью отрезана. А в худшем случае татарское племя сможет захватить весь север. Если Джаярка подчинит Северные равнины, подкреплений больше не будет. И тогда Тимур Хан потеряет всё. Поэтому слова Тимур Хана были для Мамороты совершенно непонятны. Если он собирался оставить крепость Ян и гору Маньхань и дать решающую битву у Призрачной Ладони, он не стал бы отправлять двадцать тысяч элитной конницы. Судьбу нужно было решать здесь, на равнине Хэтао. Так думал Маморота. Тимур Хан, словно прочитав его мысли, спокойно посмотрел на него и сказал: – Салакат сделает вид, что идёт к крепости Ян и горе Маньхань. Затем он обойдёт их и перейдёт через Великую стену. После этого ударит по Датуну. Салакат. Командир тумена и главнокомандующий одной из конных армий, только что выступивших из крепости. Перейти через Великую стену? Сейчас? Для Мамороты этот приказ был совершенно непостижим. Единственное, к чему это могло привести – изоляция Призрачной Ладони. – …Похоже, я старею. Слух уже не тот. Повтори. – Ты всё правильно услышал. Пойдём со мной. Оставив озадаченного Мамороту, Тимур Хан спрыгнул прямо со стены крепости. Никто не удивился. Если бы хан северных равнин не обладал таким уровнем боевых искусств, он давно лишился бы своего трона. Маморота всё ещё сомневался. Но он доверял Тимур Хану. Иного выбора у него не было. За все годы они пережили множество кризисов. И каждый раз победителем выходил Тимур Хан. Маморота лишь следовал за ним. И ни разу это не оказалось ошибкой. Тимур Хан был человеком, который находил путь к победе прямо в центре кризиса. И на этот раз будет так же. Маморота без колебаний спрыгнул со стены и последовал за ним. Они покинули Призрачную Ладонь и направились на равнину. Телохранители попытались пойти следом, но Тимур Хан одним жестом остановил их. Дальше они пошли вдвоём. Используя искусство лёгкости, Тимур Хан и Маморота стремительно двигались по равнине Хэтао. Несмотря на их огромный рост и вес, трава под ногами даже не пригибалась. Их мастерство было столь высоким, что они буквально летели по траве. Через некоторое время Тимур Хан остановился. Свист ветра. Перед ними раскинулась безжизненная равнина, где холодный ветер гонял песок и сухую траву. Обычная степь. Ничего примечательного. Кроме одного. В земле зияла огромная яма. Маморота молча подошёл ближе. Вероятно, именно ради этого Тимур Хан и привёл его сюда. Он наклонился и заглянул вниз. Яма оказалась гораздо глубже, чем он ожидал – не меньше пятидесяти или шестидесяти футов. А на дне… – …! Там были навалены тела. Разлагаясь, они источали тяжёлую, гнилостную вонь. Маморота втянул воздух и поморщился. – Трупы. И что в них такого? Хотя запах действительно сильный. Тимур Хан подошёл ближе и положил руку ему на плечо. Он тоже посмотрел вниз. Уголки его глаз слегка дрогнули. А губы чуть изогнулись. Он улыбался. – Тебе это кажется просто трупами? – А если нет – то чем? Монстрами? Слово «монстр» заставило глаза Тимур Хана широко распахнуться. Его зрачки стали видны. Странные глаза. Разного цвета. Один – голубой. Другой – чёрный. В Центральных равнинах такие глаза считались проклятием. Но на севере верили иначе. Говорили, что человек с такими глазами рождён обнять мир. По легенде, Великий хан тоже имел такие глаза. – Монстр… значит… Маморота повернул голову и посмотрел на него. Прошло очень много времени с тех пор, как он видел Голубой глаз Тимур Хана. – Да. Ты прав. Это монстр. Чёрный монстр. Его нельзя легко убить. И он не исчезает сам по себе. – О чём ты говоришь? Я ничего не понимаю. Объясни нормально. Тимур Хан тихо произнёс: – Дубу Туаг. Его Голубой глаз вспыхнул тёмно-синим светом. – Дубу… Туаг? – Этот монстр сделал то, чего не смогли сделать сотни тысяч всадников Великого хана. – Что?! То, чего не смогла армия Великого хана? Ты… сейчас говоришь о том самом? Тимур Хан молча кивнул. Маморота резко отступил от ямы. Тимур Хан же продолжал смотреть вниз. – Один из них пришёл из крепости Ян. Я убил всех, кто хоть немного соприкасался с этим ублюдком. … – Другой пришёл с горы Маньхань. Поэтому снова – я убил всех, кто хоть немного соприкасался с этим ублюдком. … – А те, кто выкопал эту яму… теперь тоже гниют здесь. Он говорил спокойно. Но Голубой глаз Тимур Хана горел безумным светом. Маморота тихо сказал: – …Значит Салакат действительно… – Сейчас Датун защищают двадцать тысяч необученных щенков. Если Салакат соберёт катапульты и ударит напрямую, он сможет захватить город. – Старший брат. Но если войска из крепости Ян и горы Маньхань вернутся к Датуну… – Думаешь, они доберутся туда? Враг – в основном пехота. Пока они дойдут до Датуна, монстр разорвёт их на куски. – Но тогда Салакат и наши люди тоже могут погибнуть. – Да. Если всё пойдёт плохо, монстр уничтожит и их. Но их жертва даст нам шанс вновь покорить север. А пока мы усмиряем Северные равнины, богатые Центральные равнины станут добычей чёрного монстра. Ветер усилился. Он на мгновение разогнал смрад. Но вскоре из ямы поднялась ещё более тяжёлая вонь. – Маморота. – Слушаю. – На этой степи больше негде спрятаться от монстра. Поэтому нам остаётся лишь использовать его. У монстра нет глаз. Иногда и нам приходится закрывать глаза и взмахивать мечом. … – Монстр уже пожрал крепость Ян и гору Маньхань. Нам остаётся только отказаться от них. И это приведёт нас к победе. Тимур Хан продолжал смотреть в яму. Его Голубой глаз всё ещё сиял странным светом. Маморота молча наблюдал за ним…