Идущий К Победе

Второго января 25-го года, ранним утром, к дому Сарима подкатила служебная машина. Матово-чёрная, без опознавательных знаков, она выглядела как катафалк. Водитель, молчаливый мужчина в форме без нашивок, помог Сариму устроиться на заднем сиденье, аккуратно сложив пустые штанины. Его лицо было каменной маской вежливости. Но как только он отвернулся, чтобы завести двигатель, на его лице на мгновение проступила единственная искренняя эмоция — отвращение. Отвращение от присутствия этого калеки в его безупречно чистой машине. Ближе к обеду Сарим был доставлен в главный ангарный комплекс. Воздух гудел от голосов пилотов, рёва тестовых систем и ударов тяжёлого инструмента. Водитель с тем же церемонным безразличием выгрузил коляску, помог пересадиться и уже взялся за ручки, чтобы везти. — Я сам, — резко, почти как удар хлыстом, отрезал Сарим и шлёпнул по его руке. Водитель отшатнулся, в его глазах мелькнуло то самое недоумение, которое Сарим уже тысячу раз видел у здоровых людей: «Как этот обрубок посмел?» Не глядя на него, Сарим с силой ухватился за ободы колёс и, напрягая плечи и спину, рванул коляску вперёд, к зияющему входу в ангар. У ворот уже ждали. Кирилл в строгом кителе, с лицом человека, который съел лимон, но должен улыбаться. И рядом — Джи Хо. Ученик. Лучший из тех, кто не сломался под его прессом. Парень, родившийся в России, но с тёмными, как смоль, волосами и скулами, выточенными где-то далеко на востоке. Он стоял чуть позади, руки в карманах, глаза прищурены, будто оценивал не человека, а новую, проблемную деталь. — Ну, привет, салага, — Кирилл попытался ввернуть в голос старую, насмешливую нотку, но она сорвалась, выдав лишь нервозность. — И тебе не хворать, чертила, — хрипло бросил Сарим, проезжая мимо, даже не взглянув на протянутую для рукопожатия ладонь. Кирилл медленно опустил руку. Его губы сложились в беззвучное «ц». Джи Хо просто закрыл глаза ладонью и медленно провёл ею вниз по лицу, словно стирая эту сцену. — Не стойте столбом! — рявкнул Сарим, и его голос, грубый и не терпящий возражений, эхом раскатился под сводами. — Давайте уже показывайте мне нового ИКП! И ноги мои, чёртовы костыли, дайте! Вы что, думали, я на этой шарманке до него доеду? Рабочие, таскавшие кабели и панели для ремонта соседних гигантов, застыли на месте, как зайцы в свете фар. Они смотрели на кричащего инвалида с немым ужасом и непониманием. Кто этот сумасшедший? — Слышь, а это что за шишка такая важная? — прошептал один из них, молодой парень с разводным ключом в руках. — Шишка? — его напарник, мужчина постарше, с лицом, обветренным металлической пылью, фыркнул, не скрывая презрения. — Это идиот, каких поискать. Псих на лицо. Не представляю, зачем его сюда опять приволокли. Сдохнуть не мог, как все нормальные люди? — Псих? — не понял молодой. — Ага. Возомнил себя тут самым крутым два года назад. Всеми командовал, всех строил. А сам — пёс безхребетный. И вся его «гениальность» — лишь на словах. Не лучше обычных пилотов, а напыщенный, как петух на насесте. Только гадил всем. Тем временем Кирилл, Джи и Сарим двигались по ангару. Вернее, двое шли, а третий, с сухим шуршанием резины, ехал. — Все ИКП здесь — четвёртого поколения, — Кирилл сделал широкий жест. — Вот эти уже прошли через несколько боёв. Он указал на правый ряд. Четыре гиганта, стоящие плечом к плечу. Их броня была покрыта свежими шрамами от сварки, кое-где виднелись пятна копоти и вмятины от ударов. — А вот эти — новые. Только что с конвейера, прошли тестовые симуляции. Мы возлагаем на них большие надежды. Их пилоты — можно сказать, асы среди новичков. — Я могу ехать обратно домой? — вдруг, дерзко перебив, спросил Сарим, глядя куда-то мимо Кирилла. Тот сглотнул. — Нет. Что ты… Ты — легенда. Без тебя не справимся. Его слова прозвучали неуверенно, как плохо выученная роль. — Ну, вот и пришли, — Кирилл махнул рукой вперёд. Перед ними возвышался гигант. Пятьдесят пять метров холодной, тёмно-синей стали. Броня отполирована до зеркального блеска, каждый шарнир, каждый гидравлический цилиндр выглядел идеально отлаженным механизмом, почти живым суставом. Прожектора выхватывали из полумрака его мощные контуры. — Хм… — Сарим запрокинул голову, медленно водя взглядом от массивных ступней к узкой, «плечистой» верхней части торса. — Неплохо. Конструкция… любопытная. Но я бы сделал лучше. — «Странник», — тихо произнёс Джи Хо, впервые за всё время нарушив молчание. Сарим медленно повернул к нему голову. — А давно молодёжь научилась влезать в разговоры старших? — спросил он ледяным тоном, в котором не было вопроса, только укор. Джи Хо не ответил. Он лишь снова закатил глаза, повернулся на каблуке и отошёл в сторону, к стойке с планшетами, демонстративно погрузившись в данные. За всей этой сценой из темноты и из-за конструкций наблюдали десятки глаз. Инженеры, замершие с планшетами в руках. Пилоты, прервавшие беседу. Техники. У всех на лицах было одно и то же: отвращение, смешанное со страхом и неприязнью. Они ненавидели его. Ненавидели этого циничного, сломанного человека, его ядовитый рот, его наглость, его прошлую славу, которая теперь казалась лишь плодом чьего-то недоразумения. Ведь он был абсолютным психом. А в этом мире, стоящем на краю, у психов не должно было быть второго шанса. --- --- ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: Эволюция классификации ИКП и стадий осознания войны С момента появления Врат человечество прошло путь от панического реагирования к системному ведению межмировой войны. Проект «Идущий к Победе» стал не просто инженерной программой, но отражением того, как менялось понимание самой природы конфликта. Именно поэтому классификация ИКП строится не только на технических характеристиках, но и на стадиях осознания войны, через которые прошло человечество. \\\ Поколение I стало ответом на главный вопрос первых месяцев войны: Может ли человечество вообще драться с тем, что выходит из Врат? Эти машины были грубыми, тяжёлыми, зачастую смертельно опасными для собственных экипажей. Они не давали преимущества — лишь снимали абсолютное превосходство врага. Победа одного ИКП над двумя крупными монстрами подряд уже считалась тактическим чудом. Ключевые особенности мышления эпохи: — Реактивные, сиюминутные решения; — Ставка на массу, броню и грубую физическую мощь; — Отсутствие единой доктрины применения. Поколение I доказало главное: монстров можно убивать. \\\ Поколение II стало переломным. Человечество осознало, что Врата — это не череда случайных инцидентов, а организованная, многоуровневая война. Впервые появилось понимание ролей, взаимодействия и необходимости тактических групп, а не одиночных гигантов. Именно поэтому поколение II было впервые жёстко разделено на типы. Тип «Пробой» Машины этого типа создавались с единственной целью — дойти до Врат и закрыть их. Характерные особенности: усиленные сервоприводы, высокая манёвренность, низкое бронирование, ограниченная универсальность. «Пробой» не должен побеждать врагов — он должен выжить достаточно долго, чтобы выполнить задачу. В одной боевой группе должно находиться не менее трёх машин типа «Пробой», чтобы компенсировать неизбежные потери. Тип «Охотник» «Охотники» стали ответом на уязвимость «Пробоев». Их задачи: уничтожение приоритетных целей, отвлечение крупных противников, защита и сопровождение машин типа «Пробой». «Охотники» получили адаптивные модули, широкий спектр вооружения и большую тактическую свободу. Минимальный состав группы — пять единиц, так как одиночная защита считалась недостаточной. Поколение II стало первым, где ИКП перестали быть «гигантами» и стали военными единицами. \\\ Поколение III родилось из осознания новой уязвимости: Океаны перестали быть барьером. Часть Врат открывалась в морях и на больших глубинах, где ни ИКП I, ни ИКП II не могли эффективно действовать. Поколение III стало попыткой перенести войну в среду, где человечество традиционно доминировало. Ключевые задачи поколения: — Уничтожение подводных и амфибийных форм; — Контроль морских Врат; — Защита глобальных логистических путей. Это поколение не отменяло предыдущие, а закрывало стратегическую брешь. \\\ Если поколение I научило давать отпор, II — эффективно защищаться, а III вернуло человечеству океан, то поколение IV задалось вопросом: Почему мы вообще ждём удара? Это поколение впервые проектировалось для войны по ту сторону Врат. Как и поколение II, оно имело чёткое функциональное разделение. Тип «Авангард» Создан для: принятия основного урона, удержания плацдармов, срыва первых линий обороны противника. Это были машины, которые выживали там, где не должно было выживать ничего. Тип «Арьергард» Назначение: нанесение максимального урона, уничтожение ключевых целей, поддержка наступающих сил. Если «Авангард» открывал дорогу, то «Арьергард» делал её безопасной. Тип «Логистик» Самый недооценённый и одновременно самый важный тип. Его функции: создание баз и узлов снабжения, развёртывание ремонтных комплексов, удержание территорий в долгосрочной перспективе. Поколение IV окончательно закрепило переход от обороны к межмировой войне. \\\ Поколение V не имеет чётко зафиксированной роли. В официальных документах отсутствует: — Единая доктрина применения; — Явная «стадия осознания»; — Даже общепринятое описание задач. Известно лишь одно: Поколение V создаётся не для войны, а для её завершения. Большинство аналитиков сходится во мнении, что само существование поколения V означает, что: — Противник будет лишён стратегической инициативы; — Врата перестанут быть угрозой; — Понятие «фронт» утратит смысл. Официально информация о поколении V засекречена. Неофициально — его боятся даже те, кто его проектирует.