Lintukka

Стоило шагам Корхонена протрещать по крыльцу, в дверь ей отчаянно заколотила Лиза: - Госпожа Рац, госпожа Рац, там... там мужчина... - Сделай ему кофе, и побольше, - сказала она, появляясь на пороге. Лиза метнулась в кухню. Когда Маргитка дошла, новенькая уже возилась с кофейником у печи. На столе лежали кули. Масло, черника, немного овса, твёрдые мелкие яблоки, снова рыба - кажется, окунь, но не в крапиве, а во мху. И, в бумаге, городской гостинец - две пары чулок. На тех, что носила Маргитка, уже штопка лезла на штопку. - Откуда у вас столько денег, herra jätti? - Хозяйство большое. Когда всего хватает, то и деньжат хватать будет. Пока моих коров подоят батрачки - руки отвалятся... Немало у меня коров. Три жены, и каждая со своим приданым, подумала Рац. Как они умерли? Или - для чего? С одной такой выгоды нет, как с трёх. Хорошо, с меня взять нечего. - Я вообще уже не помню, ты улыбаться умеешь? Или только чирикать? - сердито спросил Корхонен. - Что тебе всё время не слава Богу? - Я... вы же знаете, я болею. - Доктор сказал, что нет. Только киснешь, и от этого всякая дурь происходит. Он помолчал. - Я на той неделе думаю снова бычка забить... Про анемию вспомнил, поняла Маргитка. А окуней надо в кадушку... Она постояла, отмывая запах, у рукомойника, и увидела вдруг, что Лиза уходит. Сразу после её подняло, понесло, притащило в кресло - на великанские колени. И обволокло со всех сторон жаром. Корхонен стал целоваться. - Ну, поплачь, - прошептал он, оторвавшись. Губы его горели. Её тоже. - Что? - так же, шёпотом, спросила она. - Если боишься, так пожалобь. Почему ты не делаешь ничего? - Что не делаю? - Тебя же смять можно, в порошок растереть... Ну, будь бабой... Надо же... О себе думать... Хитрить... Лицо у него было сумасшедшее. Может, они потому и пересеклись. Судьба решила сохранить нормальных людей. - Я не хочу плакать... - Тогда держись. Её снова прижало, и губы поплыли под чужими губами. - Ну? - снова оторвавшись, сказал он. - Что? - Ох, ты, птичка-невеличка... Ты же видишь, горю, как сено у дурного хозяина... Знаешь, что умная баба сразу сделает? Начнёт хвостом вертеть: сначала то обещай, это сделай. Шубу хочешь? Овчиную... нет, медвежью, хочешь? - Я... не знаю...