SNATCH

Апрель 2026 За три месяца до… Драко Малфой в надоевшей за пять лет синей робе сидел с бесстрастным лицом, пока комиссия по условно-досрочному освобождению копошилась в бумагах. Его взгляд скользил по их лицам, считывая малейшие изменения: он видел усталость у председателя, скептицизм у женщины справа, равнодушие у молодого члена комиссии. Они задавали предсказуемые вопросы, а он давал заранее идеально продуманные ответы. — Осознаёте ли вы тяжесть преступлений, за которые осуждены? — Каждый день последних пяти лет, — голос Драко был ровным, без тени пафоса. — Каждый чёртов день. — Если вас освободят, вернётесь ли вы к преступной деятельности? — То, чем я занимался, были ошибки молодого и глупого человека, — произнёс он, глядя прямо в глаза председателю. — Пять лет за решёткой… это лучший жизненный урок. Я не намерен больше терять время. Нет, сэр. Я не возьмусь за старое. Он лгал так искусно, что сам себе поверил. На следующий день, получая на выходе из тюрьмы свой личный конверт с конфискатом, Драко впервые за долгое время ощутил что-то вроде эмоции, нервный, острый спазм под рёбрами. В конверте было немного наличных, часы, ключи от давно проданной квартиры. И фотография. Карточка «полароид» с потрёпанными краями и выцветшими цветами. На ней он, с мокрыми от пота волосами, и она, Грейнджер, с дико разметавшимися кудрями. Они в постели дешёвого мотеля, залитые жёлтым светом настольной лампы. Она смеётся, запрокинув голову, а он смотрит на неё с таким выражением, от которого теперь, спустя годы, его тошнило. Это был взгляд влюблённого идиота. Он сунул фотографию во внутренний карман пиджака, прямо к сердцу, будто желая пронзить его этим бумажным лезвием. Мир за стенами тюрьмы изменился. Драко вдохнул воздух свободы полной грудью и усмехнулся.  Нет, брат, это ты изменился. Он отправился в гараж на окраине Лондона, который когда-то принадлежал отцу Блейза. Из-под старого «Ягуара» торчали чьи-то ноги в потёртых кедах. — Эй, сынок, — голос Драко гулко разнёсся под сводами. — Говорят, тут неплохо чинят разбитые сердца и обитает самый лучший гонщик в мире. Ноги дёрнулись. Из-под машины выкатился Забини. Его лицо, испачканное машинным маслом, сначала выразило полное непонимание, а затем озарилось широкой, белоснежной улыбкой. — Твою мать, Малфой! — Что, не ждал? — Драко шагнул вперёд. Они обнялись крепко, по-мужски, хлопая друг друга по спинам. — Всегда ждал, — поправил его Блейз. — Выглядишь, будто тебя через мясорубку прокрутили. — На себя посмотри.  Они сидели за угловым столиком в полутемном пабе. Драко выпивал свой первый за пять лет настоящий эль, смакуя каждый глоток, в то время как Блейз рассказывал о жизни. — Так что, теперь ты тут главный по железу? — спросил Драко, отставляя пустой бокал. — Да, наследство, хули, — Блейз хмуро улыбнулся. — Старик оставил гараж. И долги, конечно. Куда же без них. — Долги для тебя — раз плюнуть, — Драко усмехнулся, жестом попросив ещё выпивки. — С твоими-то умениями. Парочка угнанных красавцев, и долги как ветром сдуло. Лицо Блейза стало серьёзным. Он отхлебнул пива и поставил бокал с чётким, твёрдым стуком. — Я завязал, Драко. После того как тебя... после всего, что случилось, я многое переосмыслил. Это дерьмо слишком дорого обходится. Сейчас только честный заработок. Пусть медленный, зато спокойный. Долги потихоньку выплачиваю. Малфой внимательно смотрел на него, а затем кивнул, не выражая ни согласия, ни осуждения. — А Тео где? — сменил он тему. — Свалил на юг. Слышал, что-то про Брайтон, про карточные шулерские столики. Связь оборвалась. Думаю, он не хотел, чтобы его нашли. После провала… всем было нелегко. — Да уж. Нелегко. — Драко не смог сдержать ехидства. — Вот зато в тюрьме была моя лучшая жизнь. — Мне жаль, Малфой, что получилось именно так. Но ты же не считаешь, что раз ты попался, то мы все должны были явиться с повинной? — Нет. Конечно же нет. Ты же знаешь, я никого из вас не виню. Вы сделали ровно то, что и должны были. Я виню одну конкретную мелкую сучку.  Друзья заказали ещё выпивки. Пока ждали заказ, Драко перешёл к самому интересному. — А о ней что-нибудь слышал? Блейз настороженно замер.  — О Грейнджер? Серьёзно, Малфой? Ты только вышел, и первая мысль — о той, кто тебя туда и засунула? — Не первая. Вторая. Первая была о том, как сильно я хочу выпить со своим лучшим другом, — Драко постучал ногтем по бокалу, который только что принесла официантка. — Ну? — Ничего, — отрезал Блейз, делая глоток. — Пропала. Растворилась. И слава богу. Забудь её. — Забыть? — Драко тихо рассмеялся. — Она у меня украла, Блейз. Не только деньги, но и пять лет моей жизни. Но я человек добрый, поэтому заберу у неё только деньги. Блейз смотрел на него долго, а потом тяжело вздохнул. — Делай как знаешь. Ты всегда был упрямым ублюдком. Но я… я в это не полезу. У меня своя жизнь теперь. И она мне дорога. — Честный труженик, — с лёгкой насмешкой произнёс Драко, но в его тоне не было злобы. Он поднял бокал. — Тогда выпьем за твою честную жизнь. Они допили эль, и разговор перетёк на более безопасные темы. Но под слоем этой непринуждённости в Драко клокотало. Каждая шутка, каждый смех Блейза напоминали ему о том, чего он лишился: о доверии, о команде, о друзьях. Выйдя из паба, Драко зажёг первую за пять лет по-настоящему хорошую сигарету. Дым, едкий и обжигающий, заполнил лёгкие. Он посмотрел на сумеречное небо Лондона. Где бы ты не была Грейнджер, я приду за тобой… Старые связи, паутина полузабытых контактов и долгов, ещё работала, хоть и порвалась местами. Ему сообщили: Нотт действительно обжился в Брайтоне, крутится вокруг игровых столов для богатых бездельников, чьи папины деньги жгли карманы. В отличие от Блейза, Драко не сомневался ни на секунду. Тео не станет читать мораль. Тео поймёт. Тео заскучал. Брайтон встретил Драко солёным ветром, криками чаек и навязчиво яркими красками набережной. Город-праздник, город-иллюзия. Идеальное место для Теодора Нотта. Первым делом, ещё стоя на перроне, Драко набрал номер своего надзирателя по УДО. — Да, мистер Эдгарс, всё в порядке. Нет-нет, в Лондоне. Ищу работу. Скоро пришлю вам адрес нового жилья. Спасибо за заботу. Он положил дешёвый одноразовый телефон в карман, и его губы растянулись в саркастической усмешке. Клуб «Нептун» был не самым пафосным местом на набережной, но и не самым дешёвым. Идеальное место для разведения мажористых утят. Драко подошёл к бару. Бармен, молодой парень с вычурной бородкой, протирал бокал. — Виски, без льда, — бросил Драко, кладя на стойку купюру. Его глаза скользнули по залу, оценивая обстановку. — Живо тут у вас. — Да, частенько, — бармен пожал плечами, сдавая сдачу. Драко оставил её на стойке как чаевые. — А где тут… размять мозги? Покер, например? Слышал, у вас тут есть VIP-комнаты для игры. Бармен насторожился. — Это для членов клуба. Или по приглашению. Драко улыбнулся, взгляд стал добрым, как у домашнего кота, а голос звучал так, будто они знакомы с этим парнем много лет. — Дружище, я как раз ищу новые знакомства. Недавно в городе. Скучно одному. Может, подскажете, кто сегодня тут заправляет? Кому можно… сделать интересное предложение? Я в долгу не останусь. Лесть, намёк на деньги и полное отсутствие угрозы сделали своё дело. Бармен, почуяв возможность заработать, кивнул вглубь зала. — Вон та дверь с зелёной лампой. Там обычно играют сынки местных отельеров. Но предупреждаю, там крутятся большие деньги. И жёсткий фейс-контроль. — О, это то, что нужно, — Драко хлопнул бармена по плечу, оставив ещё двадцать фунтов. — Благодарю. У двери с зелёной лампой действительно стоял охранник: широкий, как шкаф, с шеей, которой позавидовал бы бык, и взглядом пустым, как у рыбы. — Извините, вход только для избранных. Драко не стал тратить время на болтовню. Пока он шёл по коридору, он «случайно» столкнулся с выходящим подвыпившим гостем, извинился, помог подняться. Теперь в его пальцах лежала тонкая платиновая карта с именем «Себастьян Вандербильт». Он молча показал её. — А я сегодня избранный.  Охранник, не выразив ни малейшего интереса, кивнул и отступил в сторону. Пространство, в которое ступил Драко, дышало деньгами: тёмное дерево стен, густой, сладковатый аромат кубинских табаков, терпкая нота элитного алкоголя. За массивным столом, покрытым зелёным сукном, расположилась компания из четырёх молодых людей. Их костюмы кричали о цене, но молчали о вкусе, а манеры выдавали привычку покупать себе любые правила. — Приветствую, джентльмены, — сказал Драко уверенным голосом. — Слышал, тут можно найти достойную игру. Место за столом свободно? Один из парней, с загорелым лицом и взглядом выпившего павлина, оценивающе оглядел его. — Ты кто такой? — Себастьян, — представился Драко. — Говорят, здесь играют в покер. — Ставки высокие, — предупредил другой, похрустывая пальцами в золотом перстне. — Единственный вид ставок, который меня интересует, — парировал Драко, вытягивая стул без приглашения. Он легко влился в их бестолковую болтовню о яхтах, женщинах и новых моделях «чего-то там». Он был хамелеоном: слегка уставший делец, соскучившийся по острым ощущениям. Они клюнули. Дверь распахнулась, и в комнату влетела, словно торнадо, энергия в человеческом обличье. — Блядь, парни, простите! Задержала одна особа, у которой… ну, вы понимаете, слишком много достоинств, чтобы быстро от них оторваться! Тео был в тёмно-синем пиджаке, наброшенном на плечи поверх простой белой футболки. Его тёмные кудри небрежно взъерошены, глаза искрились весельем и азартом. Он сыпал шутками, хлопал парней по плечам, и его энтузиазм был настолько заразителен, что даже надутые физиономии расцвели в улыбках. Потом его взгляд упал на Драко. На долю, нет, на тысячную долю, секунды время остановилось. Искры в глазах Нотта погасли, сменившись шоком. Но уже в следующее мгновение его лицо снова озарила сияющая улыбка. — А у нас новичок! — воскликнул он, протягивая руку. — Теодор Нотт. Но все зовут Тео. — Себастьян, — Драко пожал его руку, ощутив знакомое, крепкое пожатие. Игра началась. Сначала всё было легко и непринуждённо. Деньги перетекали из рук в руки. Драко играл осторожно, позволяя другим выигрывать и изучая манеру игры каждого. Тео был блестящ. Он шутил, разговаривал, и его ставки всегда казались безрассудными, но карты к нему шли. Один из парней, Маркус, быстро продул все наличные и выбыл, отправившись за очередной бутылкой. Банк рос. В игре остались трое: загорелый мажор (его звали Оливер), Тео и Драко. На столе уже лежали не только фишки и пачки купюр, но и золотой перстень одного из парней. — Иду ва-банк, — спокойно сказал Малфой, ставя все свои фишки. Он посмотрел на свои карты, там была пара дам. Неплохо. Но недостаточно. Оливер, с налитыми кровью глазами, долго смотрел на свои карты, потом на Драко. — Черт с тобой. Смотрю. Тео с театральным вздохом положил карты рубашкой вверх. — Пасс, джентльмены. Наблюдать за вашим самоубийством куда интереснее. Оливер вскрыл карты — стрит. Драко с лёгкой, разочарованной гримасой перевернул своих дам. — Поздравляю, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Кажется, я сегодня не в ударе. Теперь он мог всё внимание сосредоточить на дуэли между Оливером и Теодором. Ставки взлетели до небес. Мажор, пьяный от азарта и выигрыша, снял с запястья массивные золотые Rolex и швырнул их в банк. — Вот это! Вот что я называю ставкой! Тео свистнул. — Серьезно, Олли? Папин подарок? — Выиграешь — твои! — крикнул Оливер. Нотт сделал вид, что колеблется, почесывая подбородок. В комнате повисла тишина, прерываемая только хриплым дыханием Оливера. Все глаза были прикованы к банку, к часам, к картам. — Ну что ж… принимаю. В этот момент Драко вскочил. Стул с грохотом упал на пол. — Это пиздец! — закричал он, его голос, полный яростного негодования, оглушил комнату. — Ты, ублюдок, мухлюешь! Драко перегнулся через стол и схватил Тео за шиворот пиджака, грубо притягивая к себе. — Ты что, блядь, думаешь, мы все слепые?! — Друг, ты что, обкурился? — Тео пытался перевести всё в шутку. — Успокойся, мужик, ты просто злишься из-за проигрыша, — сказал один из парней, чьё имя Драко не запомнил. Но он уже двигался. Малфой обошёл стол, с силой рванул к себе Тео и, без всякого предупреждения, всадил кулак ему в солнечное сплетение. Удар был точным, жёстким, рассчитанным на то, чтобы вышибить воздух. Нотт согнулся пополам с булькающим стоном. В комнате поднялся крик. Дверь распахнулась, и внутрь ввалились два охранника, включая того, что был на входе. Они схватили обоих и выдворили через чёрный ход в грязный, пахнущий мусором переулок. Тео, всё ещё слегка согнувшись, вдруг рассмеялся. — Бля-я-я… — выдохнул он, вытирая глаза. — Ты мог бы и слабее двинуть, ёбаный садист. Я теперь до завтра кашлять буду. Драко хищно усмехнулся. — Тогда бы не поверили. Взял, что нужно? Кудрявый, всё ещё хихикая, засунул руку за пазуху и вытащил золотые Rolex и пачку банкнот. — Часы и… около пяти сотен наличными. Неплохо для вечера, испорченного хулиганом, — он бросил взгляд на Драко. — А ты? — Удовольствие от спектакля, — пошутил Драко, поправляя пиджак. — И возвращение старого друга. Какие у тебя были карты? — Пара пятерок.  — Ну тогда представление было как нельзя кстати. Они вновь рассмеялись. Тео прислонился к кирпичной стене, и его лицо стало сосредоточеннее. — Серьёзно, Драко. Какие планы? — Планы… — Блондин зажёг сигарету, предложил Тео, тот отказался. — Вернуть своё. Нотт понимающе кивнул.  — Грейнджер. Ты хочешь найти её. — Я найду её. — И как? Она, сука, растворилась в воздухе. Малфой сделал глубокую затяжку и выпустил струйку дыма в ночное небо. — Хорошо, что я знаю, к кому она обратилась, чтобы исчезнуть. Теодор поднял бровь. — Неужели… Расти? — Расти, — повторил Малфой. — Уверен, что он делал ей новые документы, раз она до сих пор нигде не всплыла. Так что он точно знает, где она. — Да уж, друг, — протянул Тео. — А ты злопамятный. — Я посмотрел бы на тебя, если бы тебя так кинули. Ты со мной? — Спрашиваешь? Конечно, с тобой. Но что ты будешь с ней делать, когда найдешь? Драко злобно ухмыльнулся, выпуская ещё один клуб сигаретного дыма. — То, что сделал бы любой другой на моём месте. Мстить.