Этот вкус любви золотого владыки, пьянит.

      Скиталец стояла перед каменным столом старым, потрескавшимся, покрытым мхом. На нём лежали голографические дисплеи, мерцающие слабым голубоватым светом, древние книги с орокинскими письменами. Она склонилась над ними, пальцы медленно водили по строкам, глаза бегали от символа к символу, от схемы к схеме. Когда-то она бы даже подумать не могла, что с головой окунётся в это всё - в планы по переписыванию истории, в нарушение законов времени, в грех, который мог стереть её саму из реальности, то чем занимался Альбрехт. Но сейчас отступать казалось уже поздно. Она согласилась тонуть в этих грехах и теперь тонула до потери кислорода, до последнего вздоха, до самого дна.       Роут двигался бесшумно - или почти бесшумно. Хвост покачивался из стороны в сторону, как у довольного кота, который увидел мышь, загнанную в угол. Утробное рычание, вырывавшееся из его груди, больше походило на низкое, довольное мурлыканье - хищное, вибрирующее, обещающее одновременно ласку и смерть. Он приблизился вплотную - так близко, что она почувствовала тепло его тела даже сквозь холодный воздух пещеры.       Резко обнял её за талию - металлическая рука легла на живот, плотно прижимая к себе, вторая обхватила грудь снизу, пальцы сжали ткань. Подбородок опустился ей на плечо. Он смотрел туда же, куда и она - на дисплеи, на древние письмена. Эйви даже не дрогнула. Только дыхание чуть сбилось.       — Ты покормил Ророли, как я просила? — спросила она спокойно, имея в виду своего гельминтового инфестроида - большого, и прожорливого зараженного кубрау, который жил в её орбитере и требовал регулярного «кормления».       Роут тихо хмыкнул - прямо ей в ухо, отчего по коже пробежали мурашки.       — Ты правда думаешь, что когда мы перепишем историю, этот заражённый кубрау будет верно ждать нас в будущем? — ответил он с злорадной ухмылкой, голос низкий, вибрирующий. — Он просто сдохнет в той реальности, где нас никогда не было. Или сожрёт сам себя от голода.       Эйви тяжело вздохнула. Подняла руку медленно, почти нежно и погладила его по голове, пальцы запутались в чёрных прядях, скользнули бисеру в них. Роут замер.       Улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись искренним удивлением. Хвост до этого лениво качавшийся — вдруг дёрнулся, потом начал радостно метаться из стороны в сторону, как у верного кубрау, которого неожиданно почесали за ухом.       — Так… какой у нас план? — хмыкнул он, стараясь скрыть, как сильно его это взбудоражило, но голос всё равно выдал лёгкую хрипотцу. Эйви убрала руку с его головы, снова ткнула пальцем в книгу - туда, где были начертаны древние орокинские письмена, сложные, как паутина времени.       — Я изучаю информацию, — ответила она тихо. — Думаю, как лучше переместиться. Через гельминта - слишком рискованно, не ясно где появимся. Через бездну - тоже опасно, она может поглотить нас целиком. — Она провела пальцем по странице, потом приложила ладонь к обложке и закрыла книгу с тихим хлопком. — И надо будет что-то решить с тобой… и с моим молодым воплощением. Роут прищурился.       — Убить? — спросил он улыбнувшись.       — Ага, и тогда мы просто исчезнем. Отличный план, — она пожала плечами, но в голосе не было радости, только усталость. — Хотя с тобой будет проще. А вот со мной… придётся повозиться. Этот парадокс я могу решить только на Заримане.       — Ты же понимаешь, что во времена Старой Войны Зариман полностью вернулс из бездны? — цокнул Роут. — Он уже не был между мирами.       Эйви кивнула - медленно, задумчиво.       — Тогда всё сложнее, — согласилась она. — И надо успеть до казни Маргулис. Перенестись во время, когда она ещё жива, чтобы предотвратить неизбежный шторм…       — Ты отправишься первым, мой Дьявол Тау, — произнесла Эйви тихо, с тяжестью в голосе. Она тяжело вздохнула, грудь поднялась и опустилась, а взгляд на миг стал отстранённым - будто она уже видела то прошлое, которое её тревожило. — Бездной я как пеленой укрою твоё тело. Никто даже не поймёт, что ты - прото-фрейм. В эру Орокин их попросту не существовало в таком виде, ты будешь выглядеть как обычно. Но будь всё равно аккуратен. Любой неверный шаг - и наш план рухнет. Мы не можем всё усугубить. Я отправлю тебя во время, когда ты принял сыворотку от       Альбрехта и ушёл с ним… а я приду позже, как только разберусь с парадоксом.       Роут погладил её по талие, хвост медленно покачивался за спиной, как метроном. Он хмыкнул коротко, с лёгкой насмешкой, но в глазах мелькнуло что-то другое: не злость, не презрение, а… предвкушение.       — Оставишь меня одного? — спросил он        — Не боишься, что сбегу? Эйви закатила глаза - устало, почти по-детски.       — Кому-то хуже будет? — ответила она с лёгкой усмешкой. — Ты умрёшь во время резни, которую устроят Тэнно во время праздника победы над Владеющими Разумом. Тебя просто разорвут на части, прежде чем ты успеешь понять, что произошло. Так что… беги, если хочешь. Посмотрим, сколько продержишься.       Роут улыбнулся медленно, широко, обнажив острые зубы, он просто расплылся в улыбке, ему нравился её нрав сейчас.       Он вспомнил весь их разговор в это самое время - те самые слова, те же взгляды, ту же угрозу смерти, которая тогда казалась неизбежной. А теперь… теперь он стоял посреди золотых коридоров Орокинской Империи — живой, настоящий, в своём привычном теле. Броня Карнуса - тяжёлая, украшенная рунами и золотыми вставками плотно облегала его, словно и не было никогда ни прото-фрейма, ни переноса. Всё казалось сном. Плодом больного разума.       Он медленно поднял руки - посмотрел на них, сжал кулаки, разжал. Всё настоящее. Всё на месте.       Он провёл пальцами по броне на груди, ощущая холод и тяжесть, потом поднял взгляд вперёд - длинный коридор уходил в золотую перспективу, стены сияли, отражая свет ламп и далёких звёзд за панорамными окнами. Пустынно. Ни стражи, ни слуг, ни звуков шагов. --- МЕГА мелкая глава. Почему? А потому что мне надо углубится в тему Орокин максимально сильно прососать полисосом всем англ вики, мб перепроходить квесты, убиться головой в процессе и вывернуть что то адекватное и сильно не уходящее от канона. Хотя и это альт-история. 🗿