Белый Пульс в крови Томана

Вечер следующего дня был пропитан запахом надвигающегося шторма. Коки настоял на том, чтобы Такемичи возвращался домой один, через торговые кварталы Сибуи. Это было необходимо для «калибровки враждебности»: им нужно было выманить тех, кто следил за советником по приказу Кисаки. — — Зафиксировано шесть тепловых сигнатур. Двое впереди, четверо заходят со спины. У троих металлические предметы — вероятно, арматура или ножи. Дистанция сокращается, — голос Коки в голове Такемичи звучал пугающе монотонно. — Шесть человек? Коки, это слишком много для меня, — Такемичи ускорил шаг, сворачивая в узкий проулок между высотками. — — Не для тебя. Для меня. Биологическая оболочка в опасности. В случае критического повреждения наша миссия будет аннулирована. Внимание: засада! Из тени вышли двое крупных парней в куртках без знаков отличия. Сзади путь преградили еще четверо. Один из них, с вытатуированной слезой под глазом, лениво ударял арматурой по ладони. — Так это ты тот самый «умник» Майки? — ухмыльнулся лидер. — Кисаки-сан сказал, что ты слишком много о себе возомнил. Нам приказано оставить тебя живым, но сделать так, чтобы ты больше не смог держать карандаш. Или даже ложку. — — Такемичи, отдай мне контроль. Полный нейронный овердрайв. Твоя психика не выдержит того, что я сейчас сделаю, — приказал Коки. — Делай что должен... — выдохнул Такемичи, чувствуя, как сознание внезапно проваливается в холодную, бесконечную темноту. В ту же секунду взгляд Такемичи изменился. Лицо разгладилось, став абсолютно беспристрастным, как у фарфоровой куклы. Зрачки сузились до точек. Тело Ханагаки, раньше немного сутулое, выпрямилось с пугающей грацией. Первый нападавший замахнулся арматурой. Такемичи (под управлением Коки) не уклонился — он сделал микродвижение вперед, сокращая дистанцию. Его рука, как жало скорпиона, вонзилась в горло противника, точно в щитовидный хрящ. Парень захлебнулся воздухом и рухнул на колени. — — Анализ: противник номер один нейтрализован. Удар в сонную артерию номер два... сейчас, — промелькнуло в вычислительном центре Коки. Такемичи двигался не как человек, а как отлаженный механизм. Он не тратил силы на широкие замахи. Его удары были короткими, сухими и смертельно точными. Перелом локтя, удар в глазницу, разрыв связок на колене. В узком переулке раздавались только глухие удары и хруст костей. Противники даже не успевали закричать — Коки первым делом выбивал им дыхание. Через тридцать секунд пятеро нападавших лежали на асфальте. Трое были без сознания, двое корчились, не в силах пошевелиться из-за болевого шока. Последний, тот самый лидер со «слезой», стоял, дрожа всем телом. Он выхватил нож, но его рука ходила ходуном. — Ты... ты что за черт такой?! — взвизгнул он. Такемичи медленно повернул голову. В его глазах не было ни гнева, ни торжества — только бесконечный холод пустоты. Он сделал шаг вперед, и в этот момент из конца переулка донесся рев мотора. Баджи Кейске влетел в проулок, спрыгивая с байка еще до того, как тот остановился. Он увидел лежащие тела и Такемичи, стоящего над последним выжившим. — Такемичи! — закричал Баджи, бросаясь к нему. Но «Такемичи» не обернулся. Он перехватил руку нападавшего с ножом, и воздух огласил резкий звук ломающейся кости. Нож упал в лужу. Коки уже заносил руку для удара в висок, который гарантированно стал бы последним для бандита. — Ханагаки, стой! — Баджи схватил Такемичи за плечи, с силой дергая на себя. В этот момент Коки вернул контроль. Такемичи моргнул, его ноги подкосились, и он едва не упал, если бы Баджи не подхватил его. Сознание Ханагаки вернулось в реальность, и первое, что он увидел — это кровавое месиво из людей вокруг. — Коки... что ты наделал... — прошептал Такемичи, закрывая рот рукой от подступившей тошноты. — — Я сохранил твою жизнь. Эффективность сто процентов, — холодно отозвался голос в голове. Баджи оглядел побоище. Его лицо, обычно выражающее дикую радость боя, теперь было бледным. Он видел, что это не была драка — это была экзекуция. Профессиональная и безжалостная. — Ты... ты это сам сделал? — голос Баджи дрожал. — Я... я не знаю... я просто защищался... — Такемичи затрясся. Баджи посмотрел на лидера бандитов, который выл от боли, держась за сломанную руку. В этот момент гнев Кейске, который он копил весь день, вырвался наружу. Но это был не гнев на Такемичи. Это была первобытная ярость на тех, кто заставил его «советника» превратиться в это ледяное чудовище. — Вы... мусор... — прорычал Баджи. Он подошел к лидеру, схватил его за волосы и с силой впечатал лицом в кирпичную стену. Раз. Еще раз. — Кто вас прислал?! Кисаки?! Говори, ублюдок, пока я не вырвал тебе язык! — К-кисаки... — прохрипел парень, отплевываясь зубами. — Он сказал... просто напугать... мы не знали, что он... он такой... Баджи швырнул его на землю и начал методично избивать. Это было страшно. Кейске бил ногами, вкладывая в каждый удар всю свою ненависть к Кисаки, к ситуации, к собственной неспособности защитить Такемичи. Он ломал то, что еще не было сломано Коки. — Баджи-сан, хватит! — Такемичи бросился к нему, обхватывая со спины. — Пожалуйста, вы убьете его! Остановитесь! Баджи замер с занесенным кулаком. Его грудь тяжело вздымалась, волосы рассыпались по плечам, а глаза были красными от лопнувших сосудов. Он медленно опустил руки и развернулся к Такемичи. В следующую секунду он сгреб Ханагаки в охапку, прижимая к себе так сильно, что у того хрустнули ребра. Баджи дрожал всем телом. — Не смей... — глухо произнес Баджи в плечо Такемичи. — Никогда больше не смей ходить один. Слышишь? Если я потеряю тебя... если ты станешь таким, как они... я сожгу этот чертов город до основания. — — Его эмоциональный фон перегружен, — заметил Коки. — — Он напуган твоей силой не меньше, чем враги. Но его преданность теперь абсолютна. Он больше не сомневается, на чьей он стороне. — Я здесь, Кейске. Я здесь, — Такемичи гладил его по волосам, стараясь не смотреть на искалеченных людей на асфальте. Баджи отстранился, взял лицо Такемичи в свои ладони. Его пальцы были в крови тех парней, но он этого не замечал. — Мы идем в «Вальгаллу», — твердо сказал Баджи. — Прямо сейчас. Нам не нужно ждать неделю. Кисаки перешел черту. Мы сыграем твой спектакль с «предательством», но запомни: я буду рядом каждую секунду. И если кто-то в той банде хоть пальцем тебя тронет... я сделаю с ними то же самое, что ты сделал здесь. Только медленнее. Такемичи кивнул. Он понимал, что точка невозврата пройдена. Коки показал свою истинную мощь, Баджи показал свою истинную тьму. Теперь они были связаны не только поцелуем, но и общей тайной насилия, которое они совершили, чтобы защитить друг друга. — Едем, — сказал Такемичи. Они сели на байк Баджи и рванули прочь из кровавого переулка. Впереди была «Вальгалла», Кисаки и Казутора. Но теперь Ханагаки знал: внутри него живет монстр по имени Коки, а за его спиной стоит дьявол по имени Баджи Кейске. И это была сила, способная сокрушить любое будущее.