457: Ребенок фронтмена

«Тем, кто не желает участвовать, просьба сообщить об этом сейчас. Мы всегда даем возможность отказаться от участия в играх. Но если вы хотите продолжить, пожалуйста, встаньте в очередь и подпишите форму согласия игрока». Все огляделись, ожидая, что кто-нибудь выйдет вперед, но никто не осмелился заговорить. После долгого молчания стало ясно, что все готовы продолжить. Медленно игроки начали выстраиваться в шеренгу — в том числе и Ги-хун. Но по мере продвижения очереди пожилая женщина внезапно протиснулась вперед, обогнав остальных. «Идиот!» — закричала старушка, ударив стоявшего рядом с ней мужчину. Между ними тут же разгорелся громкий спор. Ги-хун, стоя в конце очереди, услышал их повышенные голоса и понял, что это мать и сын. Старушка настаивала, что пришла помочь расплатиться с игорными долгами сына, в то время как мужчина сердито возражал, что ей не место в таком месте. Он даже повернулся к охраннику в квадратной маске и потребовал: «Почему вы позволили такой старушке участвовать в этой игре?!» «А вдруг моя мама упадет в обморок?!» Охранник полностью игнорировал его, застыв неподвижно, как статуя, пока двое продолжали препираться. Раздраженные, остальные игроки начали обгонять спорящую пару, подписывали форму согласия и без промедления переходили к следующему этапу. Большинство даже не удосужились прочитать ее, отнесясь к ней как к обычному листу посещаемости. Вскоре толпа разошлась. Ги-хун, оказавшись впереди, не спеша внимательно изучал анкету. Форма согласия игрока 1. Игрок не имеет права добровольно покидать команду. 2. Игрок, отказавшийся от участия, будет исключен из игры. 3. Игры могут быть прекращены большинством голосов. В случае ничьей игроки проведут повторное голосование. 4. В случае прекращения игр игроки разделят приз поровну. Подпись: __________ «Те, кто не желает участвовать, пожалуйста, выскажитесь сейчас», — повторил охранник, давая им последний шанс перед началом первой игры. И все же никто не возражал. Ги-хун приложил руку к шишке на животе и глубоко вздохнул. Его охватывало тяжелое чувство тревоги перед этой игрой, но призовые деньги были слишком заманчивы. Не обращая внимания на беспокойство, он подписал бланк и вернулся на свою двухъярусную кровать. На девятом месяце беременности, когда предполагаемая дата родов была в конце месяца, его не покидало беспокойство, что роды могут начаться раньше срока — и он не успеет закончить игру, тем более что им предстояло остаться здесь на шесть дней. [Из колонок играет песня «Голубой Дунай»] «Первая игра начнётся через мгновение», — раздался женский голос из динамика. Игроки начали выстраиваться в шеренги, по одному подходя к месту, где их фотографировали. Затем настала очередь Ги-хуна. «Пожалуйста, посмотрите в камеру. Улыбнитесь», — скомандовал автоматический голос. Ги-хун стоял перед объективом, под которым светился небольшой экран. Он смотрел прямо в камеру и слегка улыбался. «После того, как вас сфотографируют, следуйте инструкциям персонала и пройдите к месту проведения игры». Вернувшись в очередь, Ги-хун почувствовал, как накатывает усталость. Постоянные подъемы и бесконечные лестницы начали его изматывать. Он положил руку на поясницу, пытаясь немного снять напряжение. Из-за тяжести живота ему было трудно идти в ногу, поэтому он отошел в сторону и пропустил остальных, пока сам немного отдохнул. Охранники, похоже, не возражали и позволили ему немного расслабиться. "Ги-хун!" — раздался знакомый голос. Он обернулся в сторону источника звука и столкнулся прямо со своим лучшим другом — Чон-бэ. Глаза Ги-хуна расширились от удивления и облегчения. По крайней мере, теперь он не совсем один в игре. Чон-бэ улыбнулся и похлопал его по плечу. «Рад тебя видеть! Ну как дела?» Ги-хун улыбнулся в ответ и сказал другу, что с ним все в порядке. Они немного пообщались, хотя Ги-хун намеренно умолчал о своей беременности. Он не хотел, чтобы кто-либо — даже Чон-бэ — знал об этом. Он не хотел показаться слабым или, что еще хуже, оказаться в невыгодном положении. Из короткого разговора Ги-хун узнал, что Чон-бэ развелся — это стало для него шоком, поскольку он думал, что у его друга всё хорошо в жизни. Чон-бэ не стал вдаваться в подробности, лишь предложив выпить после окончания игр. После долгих очередей и изнурительного подъема по лестнице Ги-хун, Чон-бэ и остальные игроки наконец добрались до места проведения первой игры. Ги-хун огляделся. Пространство было огромным, небо над головой чистое и голубое. В дальнем конце стояла гигантская кукла, а по бокам — охранники в розовых униформах с винтовками на груди. «Пересеките финишную черту, не будучи пойманным, за пять минут. Если попадёте в цель, вы проходите дальше», — объявил женский голос из динамика. Ги-хун почувствовал беспокойство. Почему охранники носят оружие ради детской игры? Внезапно он почувствовал резкую боль в животе. Он положил руку на свой живот. Чон-бэ заметил это и спросил, всё ли с ним в порядке. Ги-хун пренебрежительно махнул другой рукой и заверил его, что всё хорошо. Он взглянул на свой живот. Ребенок много шевелился — больше обычного — словно пытаясь что-то ему сказать. Он невольно подумал: «Может быть, что-то действительно не так».