Под этой луной

Unter diesem Mond

Werd' ich nicht schlafen

Die Macht die in ihm wohnt

Lässt mich nicht ruh'n

Denn in all' meinen Träumen

Verfolgt mich die Angst

Darum mach' ich meine Augen nicht zu

Unter diesem Mond

Der Mond will uns alle verführen

Die Luft in den Zimmern wird knapp

Doch halte dich fern von den Türen

Zu tief geht's da hinter hinab

Spürst du wie die Wände sich uns nähern

Und hinter den Fenstern lacht der Mond

«Oomph! — Unter diesem Mond»

— Я даже не могу сравнить нагрузку на той неделе и этой, — Леорио с облегчением выдохнул, отпивая коктейль из бокала. Гон, Курапика и Леорио этим вечером традиционно, как и всегда по пятницам, выбрались в любимый бар — уютный, не шумный, спокойный. — Мы вернулись к тому, как должно быть, — Курапика мотнул головой. — Тонпа нас откровенно подставил своим уходом. — Разумеется. Это вообще было его главной целью, — Гон фыркнул. — Разве? — удивился Курапика. Фрикс кивнул: — Он в принципе никогда доверия не вызывал, но обычно не высовывался. Однако он ушёл сразу с больничного, а перед этим намеренно пропустил в последний стабильный билд кучу сырого арта, из-за чего вся интеграция поехала. Всё пришлось откатывать и перепроверять с нуля. И это совпадало с командировкой Курапики… Выпуск этой игры всего через полтора месяца, без арт-директора и креативного директора в таких условиях всё могло пойти под откос. Должно было. — Но зачем? — удивился Леорио. — Какая ему с этого выгода? — Ему — никакая, а старикам из Совета директоров — прекрасный повод уцепиться за провал и свалить всю вину на меня, — Гон сложил руки на груди. — Один провал — ещё можно удержаться, но мог бы последовать и второй, и третий, — продолжил логическую цепочку Курапика. — А там уже можно обвинить тебя в некомпетентности и освободить кресло генерального директора для кого-то более послушного. — Верно. Они же полтора года тебя продержали на испытательном сроке, — Леорио огорчённо вздохнул. — Вот настолько ты им был поперёк горла. — Ага. А ведь в этот проект вложено очень много денег, ожидания внушительные. Если прогорит, моё положение станет шатким, — Фрикс без особого энтузиазма заглянул в стакан, на дне которого оставалось немного коньяка. — Так что поверь, Леорио, то, что ты работал так много в это время, да и все другие лиды тоже, буквально спасает мою шкуру. — Скорость Киллуа может её ещё дополнительно подстраховать, — заметил Курапика. — Тебе безумно повезло найти такого арт-директора, Гон. Я могу подключить его для полноценного завершения проекта, а сам займусь новыми концептами — там тоже дедлайны для презентации горят. — Вперёд, — Гон воинственно ухмыльнулся. — Но поскольку этим всё не закончится, я приму меры. Уже начал. — Я надеюсь, соблазнение нового арт-директора — не часть этих мер, — обеспокоился Леорио, отставив в сторону пустой бокал. — Идея — полное дерьмо. — Что? — Фрикс оторопел. — Нет! Я бываю глупым, но не настолько! Я улучшаю систему безопасности, чтобы урезать права доступа для сотрудников, оставив только самые необходимые для работы, и готовлю список на чистку. Я же не зря прошлые две недели метался между креативным и кадровым отделом. — Зачем тебе нужен был кадровый отдел? — спросил Курапика, припомнив, что Киллуа принял Гона как раз за эйчара. — Выискивал других потенциальных крыс. Мне не нужна ещё одна такая ситуация! — Я могу быть спокоен за Киллуа, — выдохнул Леорио. — Спасибо. Я не хочу лишаться только-только обретённого АД! Тем более по такой причине. — Почему сразу лишаться? Я не так плохо флиртую… — обиделся Гон. — Я не могу. Пожалуйста, скажи ему, — Леорио с возмущением посмотрел на своего парня. Курапика же пытался сдержать смех. — Я говорил, что не надо, но ему всё равно! — И что же ты говорил? — мягко спросил Курапика, обойдясь в итоге улыбкой. Леорио, как часто бывало, когда Курапика смотрел на него с такой теплотой, тут же начал таять. — А, ну… — Леорио смутился и совсем растерялся. — Гон, что я тебе говорил? Фрикс закатил глаза. Он обожал своих друзей, но иногда он реально был третьим лишним, вот как сейчас. Как бы тут пришёлся кстати Киллуа, Гон мог бы флиртовать с ним, пока эти двое флиртуют друг с другом… Эх, мечты. — Что-то про то, что я на него давлю. А между прочим, ещё решить надо, кто на кого давит. Я задал Киллуа безобидный вопрос, а он меня после этого чуть к стене не прижал! — Гон пытался изобразить оскорблённую невинность, но выходило не очень. В его глазах блестело лукавство, а губы так и растягивались в довольной ухмылке. — Бедный прижатый альфа, — проворчал Леорио. — Ни стыда, ни совести. — Какой стыд, какая совесть! Когда имеешь дело с таким мужчиной, это лишние вещи! — уверенно заявил Фрикс. — Гон, у тебя в целом отсутствует что одно, что второе. — Курапика, я бы обошёлся без твоих уточнений… Мне Менчи и Леорио уже запретили ухаживать за Киллуа, вот у кого нет совести. Сами партнёрами обзавелись, а мне не дают. Это несправедливо. — Тебе мало проблем на работе, надо ещё в личной жизни добавить? — уточнил Леорио. — Ты такой пессимист, сразу проблемы… — Проблемы. С чего ты на него обратил внимание? Ты же раньше выгуливался строго вне стаи и рабочего коллектива. Сам говорил, что не хочешь портить отношения там, где это важно. А что теперь? — Это не «выгул», Леорио, — Гон покачал головой. — Когда я сказал, что хочу его, я имел в виду не пару раз в постели, а навсегда. Это серьёзно. Леорио посмотрел на друга обеспокоено. — Ты не заболел? Температуры нет, голова не кружится? — Нет. С чего бы? — Да с того, что я от тебя подобных слов даже во сне не слышал. Ты когда из профессиональных холостяков переквалифицировался в убеждённого однолюба, а? — Киллуа особенный, — Гон отвёл взгляд. — Я таких никогда не встречал и уверен, что больше не встречу. — Я что-то ничего не понимаю, — пробормотал Леорио. — Когда он успел тебе настолько понравиться? — Думаю, меня настигла любовь с первого взгляда. — Тебя? Ну и чудеса… Я думал, она тебя за три километра обходить будет. — Мы решили подружиться, — Фрикс фыркнул. — А теперь меняй тему, если не хочешь становиться моим сообщником в нелёгком деле завоевания нашего нового АД. — Святая луна, никогда! — испугался Леорио. Курапика рассмеялся, глядя на этих двоих. — О смене темы: полнолуние через четыре дня, — напомнил он. Остальные заметно оживились и начали обсуждение планов.

***

Девятилетний Киллуа с улыбкой смотрел на сестрёнку, меняющую форму. Чёрный волчонок плавно перетёк в человеческий силуэт, являя малышку годом младше самого Киллуа. Окружавший их лес купался в уютных сумерках, дополняя мирное настроение. — Это так волнительно! — защебетала Аллука, подбегая к брату. — Мне нравится момент обращения, он очень особенный. Меняются и тело, и разум… Ах, прости! Тебе всё равно не испытать такого, — девочка смутилась. Киллуа рассмеялся: — Всё в порядке. Я не считаю это чем-то плохим, мне нравится быть собой. — Но на что это похоже? — с любопытством спросила Аллука. — Без внутреннего зверя… — Я же не могу сравнить, — Киллуа развёл руками. — Я всегда в сознании, вот и всё. Пойдём, мы уже задержались, родители итак будут недовольны. Девочка надулась, но последовала за братом. — И что такого, если мы побегаем чуть подольше? С тобой нам ничего не грозит! Ты же альфа, ты защитишь меня! Киллуа кивнул, погладив сестру по голове. На его лице расцвела мягкая улыбка. — Конечно, Аллука. Его слова эхом разлетелись по округе, вызвав звон разбитого стекла. В одно мгновение всё изменилось: и он, и Аллука были намного старше. Киллуа с широко раскрытыми от ужаса глазами наблюдал, как из огромной раны на животе девушки вытекает кровь. Аллука на его руках побледнела и перестала дышать. Шок и горе сковали Киллуа, не позволяя ему двинуться. Он мог только смотреть на труп сестры, а издалека раздавался глумливый смех. — Не можешь даже выпустить коготки? Какая жалость, — певучий, текучий как патока голос мужчины прозвучал совсем рядом. — Ты абсолютно бесполезен. Мы даже не станем тебя убивать. Холодное тело Аллуки соскользнуло с его рук. Панический крик рвался из горла, но застревал, не в силах преодолеть оковы. Бессилие сомкнуло руки на шее Киллуа и надавило, лишая возможности дышать… Киллуа подскочил на кровати, мокрый от холодного пота. Он хватал воздух ртом, как будто удушье и впрямь только-только его отпустило. Он бросил озлобленный взгляд в окно, откуда лился холодный лунный свет, из-за которого эти кошмары часто возвращались. Страдальчески простонав, он отбросил одеяло и поднялся. Уснуть он сегодня уже больше не сможет.

***

В день полнолуния Гон отметил, что настроение Киллуа было отвратительным. Волки обычно, напротив, воодушевлялись: ночью каждая стая собиралась вместе ради Лунной охоты, в ней участвовали все члены стаи, состояние которых это позволяло. Не трансформироваться сегодня — изощрённая пытка для оборотня, зов луны не оставит его в покое. Отказ от волчьей ипостаси был довольно болезненным. Но что если эта форма недоступна? Полукровки без звериной формы просто мучаются, но намного слабее, чем полноценный волк, основные их страдания берёт на себя внутренний зверь. Так что сейчас происходит с Киллуа? Альфам приходится намного тяжелее — если не поддаться волчьему инстинкту, альфа может попросту сойти с ума, и альфы редко так рисковали. Гон по себе знал это отвратительное чувство ломки, и он искренне никому такого не желал. Но влияла ли луна на Киллуа таким образом, он не может точно сказать — было бы странно считать себя человеком, испытывая зов луны. Тем не менее, независимо от причины, Золдик был просто невыносим. Он не изводил никого специально, это было бы просто непрофессионально, но его мрачный взгляд нёс в себе такое давление, что его было невероятно трудно выдержать — так сообщил Курапика, обеспокоенный подобным положением дел. Ну, себя Гон трусом не считал, так что решил рискнуть и сунуться в пасть тигра добровольно, тем более, что повод был отличный. И всё же некоторую осторожность он проявил, не врываясь в кабинет арт-директора подобно миниатюрному торнадо, как мог бы по устоявшейся привычке. Дверь тихо приоткрылась, и Фрикс заглянул внутрь. — Киллуа? Золдик дёрнулся, отвлекаясь от графического планшета, и злобно глянул в сторону бестактного генерального директора. Гон мог подтвердить, что это давление действительно выходило за рамки обычного, чересчур агрессивное, вот только на самого Фрикса оно не подействовало, точнее, подействовало не так, как на других. Для него это было не давление, а вызов, и он только приободрился. — Ты слышал, что надо стучать перед тем, как войти? Люди так обычно делают. Хотя, возможно, ты рос в лесу, это бы всё объяснило, — ядовито выплюнул Золдик. Нарушение его границ было встречено не самым приветливым образом, на что он имеет полное право. — Чего тебе? — Я был бы очень рад расти в лесу и даже остаться там жить, но к сожалению, судьба распорядилась иначе, — Гон бесстрашно улыбнулся, входя и закрывая за собой дверь. — Я посочувствую тебе в какой-то другой день. Чего ты хочешь? — Киллуа вернулся к открытому на своём планшете концепт-арту. — У нас сейчас начнётся масштабное обновление софта, так что на пару часов все свободны. И поскольку ты уже полдня как пугаешь сотрудников, я хочу тебя вытащить отсюда на это время и угостить чем-нибудь, — Гон подошёл к столу, за которым сидел Киллуа, и наклонился, упираясь в столешницу руками. Подняв взгляд, Золдик обнаружил Фрикса слишком близко — в нескольких сантиметрах друг от друга. — Я? Пугаю? — Киллуа приподнял бровь. — Я ещё ничего не сделал. — А тебе и не надо, одного твоего мрачного вида достаточно, — Гон хихикнул. — Курапика сказал, что все даже проходить мимо твоего кабинета боятся и если надо, крадутся на цыпочках. Я обязан принять меры. — Обязан… — Золдик фыркнул. Давление, которое он излучал, начало уменьшаться. — Это абсолютно добровольное обязательство, вне рамок рабочих обязанностей! — поклялся Фрикс, приложив руку к груди. — И ты не боишься? — прищурился Киллуа. — Такого слова у меня в словаре нет. — А если я откажусь? — Твоё право. Просто для того, чтобы смягчить эффект от твоего плохого настроения, я буду тебя везде сопровождать, чтобы обезвреживать твоё влияние своим, — живо ответил Гон. — Поверь мне, сегодня у меня на это время есть. Золдик закатил глаза, а потом начал сворачивать запущенные на рабочих гаджетах приложения. — Чёрт с тобой. Фрикс довольно улыбнулся и бросил взгляд на часы — обновление запустится уже через десять минут. Вообще-то под «обновлением софта» имелись в виду обновления мер безопасности, причём большую часть этих обновлений Гон подготовил лично. Но знать всем это было необязательно… При выходе из креативного отдела их настиг крик: — Мистер Фрикс! — О, нет, — тихо пробормотал Гон себе под нос и обернулся к молодой женщине, торопливо бегущей к нему. — Все рабочие вопросы — в рабочее время, Палм. — Но это личное, — Палм остановилась около него, глядя на начальника требовательно. Киллуа кинул на неё взгляд через плечо. Палм, если он не ошибается, возглавляла одну из команд разработчиков, с ней он ещё не контактировал. — Моё личное время тоже занято, если это что-то важное, расскажешь позже. — Позже я вас не застану, как и всегда, — нахмурилась Палм. — Это твои проблемы, не так ли? — резко спросил Киллуа. — Он же сказал, что занят. У тебя проблемы со слухом или с мозгами? Палм зло оскалилась на него: — А тебя никто не спрашивал. Агрессивное давление Золдика тут же накрыло всех присутствующих, даже если было направлено на Палм. Она стиснула зубы, прожигая Киллуа полным ненависти взглядом. А Гон снова ощутил вызов, не ответить на который было безумно трудно. Его смешанный инстинкт балансировал между возбуждением и агрессией, чего ещё никогда не случалось. Он украдкой облизнул губы, глядя на Киллуа. — Мне не нужно ничьё разрешение, чтобы высказаться, — холодно сказал Золдик. — А вот тебе, прежде чем лезть в чужие личные дела, — ещё как. До свидания. Гон, идём. Гон обычно не подчинялся ничьим командам — а последние слова Киллуа были именно командой, — но тут он сделал исключение. Добровольное подчинение охладило его кипящую от противоречивых эмоций кровь, и теперь он не рисковал сорваться так сильно. Правда, он бы не позволил Золдику одержать полную победу. Они ещё не отошли достаточно далеко, когда Гон обнял Киллуа за талию. Тот посмотрел на Фрикса с возмущением, но Гон улыбнулся: — Место выбираешь ты. Есть идеи?