Инерция поломки. Том 2.

— Иногда мне кажется, что я всё еще в том подвале Паркмана, а это галлюцинация, — проговорил Габриэль, обводя их всех рассеянным взглядом. — Просто Мэтт подкинул мне очередной сюжет. Очередную проверку. Ты смотрела сериал «Хорошее место», Клэр? Клэр молчала, сжимая челюсти так, что на щеках заиграли желваки. — Там герои сразу думают, что попали в рай, — продолжал он, и в его голосе прорезался холодный, вибрирующий тон Сайлара. — Я изначально знал, что этот дом — не рай. Я сам вместе с тобой называл это адом. Но в какой-то момент... вещи стали почти терпимыми. Мы начали пить чай, обсуждать метанойю, чинить часы. И вот теперь я думаю: а что, если это и есть настоящий ад? Самый изощренный вид пытки? Он снова посмотрел на Эмму. Та читала по его губам каждое слово, и её лицо постепенно становилось каменным. — Дать мне надежду на работу в больнице. Позволить женщине, которую я спас, смотреть на меня как на коллегу. Окружить меня людьми, которые знают правду и всё же сидят со мной за одним столом... — Габриэль коротко и зло рассмеялся. — Это гениально. Заставить меня поверить, что я могу быть Габриэлем Греем, а потом напомнить, что под белым халатом всё тот же убийца. Паркман бы до такого не додумался. Эмма медленно подняла руки. Она больше не выглядела восхищенной. Она выглядела так, будто увидела пациента, который намеренно разрывает свои швы. Её жесты были резкими и сухими. «Если ты в аду, то ты сам его построил», — Питер даже не успел перевести, Габриэль понял её сам. Эмма встала из-за стола. Она посмотрела на Габриэля с горечью. Как врач, она видела перед собой не монстра, а нечто более тяжелое — человека, который так влюбился в свое проклятие, что любая рука, протянутая для помощи, кажется ему раскаленным железом. — Перестань, — жестко сказала Клэр, поднимаясь вслед за ней. — Хватит прятаться за сериалами и Паркманом. Тебе предложили шанс на ту самую «деятельность», о которой мы спорили, а ты просто испугался. Тебе проще сидеть в «аду», чем выйти в мир и попробовать быть полезным. Эмма бросила последний взгляд на Габриэля, в котором читалось ясное: «Я не это ожидала увидеть», и вышла из столовой. Ужин был окончательно испорчен. Атмосфера метанойи рассыпалась, оставив их в тишине дома, который снова стал казаться тюрьмой.