Счет до двенадцати

Дастин Хендерсон. После того как Майк смог его распознать, наблюдать стало чуть проще. Он спешно что-то ковырял у земли, то приседая, то подскакивая, перебегая с места на место, и постоянно оглядывался на Рог. Видимо, профи находились внутри — солнце уже взошло и начинало припекать. Уилл всё пытался понять, что им движет; что это за цель, смерть от которой отделяют десять шагов профи из выхода налево? Поляна в диаметре была метров сто — не меньше. Вариант «докричаться» отмели до того, как он был озвучен; ни одна стрела самого мощного оружия дальнего боя не осилила бы такое расстояние. Думать и действовать нужно было быстро — Дастин стремительно перемещался по краю, а будучи «гениальным мальчиком», он наверняка осознавал, что каждая лишняя секунда в песочнице — риск. Под боком у Уилла сидела на коленках Кейтлин, тихо то ли всхлипывая, то ли пытаясь выровнять дыхание. Спина вздымалась и резко проседала — легкие сжимало отдышкой и слезами. Он положил руку ей на лопатки, а следом на неё приземлилась ладонь Майка. Парни переглянулись, и в глазах каждого читалась борьба между жалостью к маленькой девочке, у которой только что погиб — пусть и только недавно появившийся — друг, смерть которого наложила кровавый отпечаток на всех них (и, если кто-то из них выживет, это пятно обязательно будет расползаться вглубь сознания по ночам и догонять в каждом сне), и необходимостью что-то предпринять прямо сейчас. И еще — нечто неуловимое, мягкое, скользящее в уголках и ресницах, как спасительный якорь, за который можно было ухватиться после всего, что они успели пережить за какие-то жалкие сутки. В масштабе целого мира Арена была крошечной, но в мире их новой реальности — огромной. Этот шанс упускать было нельзя. — Если мы будем огибать через лес, то потеряем кучу времени, — Уилл задумчиво пробежался глазами по всей поляне. — Да, но ломиться по прямой — самоубийство, — возразил Майк. — К тому же… — он покосился на Кейтлин. — Я в порядке, — ответ вышел тихий, как бы себе под нос, но твердый. — Если надо бежать, я готова. Всё, что здесь не убивало, — делало сильнее. Уилл решил для себя, что вещи, которые не могут потенциально привести его к смерти в ближайшие пару часов, — порезы, не испускающие артериальную кровь, синяки, ушибы, да даже вывихи и растяжения — пустяки, зацикливаться на которых он сам себе не позволял; с его точки зрения это было бы слабостью. Так что он предложил ей снова использовать его спину, пусть и чувствовал невероятную усталость в руках и пару поднывающих от приземления на плечи ссадин. Кейтлин вытерла глаза пыльными рукавами, приподнялась и решительно ответила, что пойдет сама. В довесок она постучала по луку за спиной Майка — требование отдать его назад. Когда все уже, вроде бы, были готовы, Уилл окинул всё подножие Рога, которое было в зоне видимости. Какие-то мелкие ножи, стрелы, в том числе поломанные, высохшие на песке багровые лужи — но ничего, похожего на приличный меч или мачете. Либо всё разобрали на моменте старта, либо профи утащили всё в свое логово. Но рано или поздно они должны были уйти оттуда, верно? Ему очень хотелось на это надеяться. — Не нужно бежать сломя голову. Передвигайтесь быстро, но аккуратно. Через камни лучше не прыгать, а перешагивать, на песке обязательно ловить баланс, — он повернулся на Кейтлин с её длинным луком, с которым она не была намерена расставаться, и тяжело вздохнул. — Ну, в целом, всё. Я побегу справа — если вдруг что, не ждите. Майк вскинул брови: не в удивлении, а от недовольства с горчинкой недоумения. По ощущениям, Уилл только и делал, что разочаровывал его. — Если вдруг что, прости? — можно было без проблем распознать эти колкие нотки в голосе Майка. — У тебя какие-то особые планы? — Нет. Просто если что — всё на мне. Возражения не принимаются. Уилл вдавливал ногти со всей силы в свои ладони каждый раз, когда отвечал так Майку — это последние слова, которые он бы хотел ему сказать. Но иначе он просто не мог — и ненавидел себя за это каждой слезой на сердце. Кейтлин витала где-то в мирах своих собственных грез, лишь коротко кивнув в согласии с правилами. Их глупые стычки уже переставали её веселить, и она не особо старалась это скрыть. — Идём! Казалось, что песок скрипит под ногами с громкостью умирающих в агонии птиц, а бьющаяся о камни подошва ботинок ревела мелом по школьной доске. Но, судя по тому, что Рог молчал, — всё это лишь игры перевозбужденного разума. Они старались бежать по траектории поодаль от него, пусть это и оттягивало момент прибытия на другую сторону, — но всё еще не так сильно, как самый первый план дугообразного маршрута через лес. Дастин был повернут к ним спиной, и нужно было иметь тугоухость третьей степени или носить лошадиные шоры, чтобы не заметить надвигающихся трибутов. Но, видимо, Дастин был именно таким. Добежав до задней части Рога, они притормозили и продолжили движение чуть ли не на цыпочках. Это была зона повышенной опасности. На ходу Уилл пытался придумать, как привлечь внимание Дастина, прежде чем налететь. Эффект неожиданности мог вызвать любую реакцию — крик, удар, а если у него было оружие — случайное ранение. Из-за пояса он достал последний нож, оставшийся от Кристиана, и запустил его в сторону Дастина. Не в спину, конечно, не рядом, а так, чтобы он упал недалеко и заставил его обернуться. Бросок был как нельзя удачным — нож приземлился в нескольких метрах от него. Кажется, ощущение опасности прибавило Уиллу плюс десять к ловкости; чтобы не сойти с ума, он периодически представлял, что всё это — лишь особо сложная кампания в «Подземельях», и это точно была бы критическая удача. Дастин содрогнулся и медленно посмотрел через плечо назад, на место падения. Через секунду — чуть ли не в прыжке — развернулся полностью, заметив фигуры вдалеке, и уже было отшатнулся на несколько шагов в сторону леса, но остановился. Рука взмыла вверх в дружественном жесте. До воссоединения оставалось каких-то секунд десять, как к северу от Рога раздался крик. Слишком близко, чтобы профи закрыли на это глаза. Им уже была видна обратная сторона убежища, и ещё лучше — как отточенная за годы реакция заставила выбежать на улицу Лилит, обоих братьев Кейн и Анджелу. Все трое застыли. Это не входило в их план. Оставалось надеяться, что никто не повернет голову влево. Разумеется, Провал. Лилит, как самый настоящий хищник, прицелилась прямо на них. Всё внутри упало вниз от того, насколько зловеще она рассмеялась, привлекая внимание всех остальных. Лилит ткнула на них пальцем, потом покрутила им в сторону крика, обращаясь к кому-то из оставшихся. Протез засверкал на солнце. Следом за ней рванул Бен. Анджела со Скоттом скрылись в гуще леса прямо напротив входа в Рог. — Черт! Черт! — Дастин спешно запихал какие-то коробки, валявшиеся вокруг, в сильно потрепанный рюкзак. — Бежим! В Уилле вспыхнула новая волна энергии, и он вырвался вперед, снова ухватывая за собой роль того, кто прорубает путь. Только вот куда бежать — он не знал. Сначала ломился вперед, направо, налево, но не мог в размазывающихся картинках перед лицом найти ничего, похожего на безопасное место. — Байерс! Уилл! Здесь налево! — прохрипел Дастин у него за спиной. Уилл оглянулся всего на секунду, чтобы утвердительно кивнуть, и с ужасом обнаружил, что позади Майка и Кейтлин, бежавших почти вплотную, вдаль уплывал парнишка в кепке. За деревьями неподалеку мелькали скалящиеся рожи профи. Дерьмо. В резком торможении он чуть не припечатал к себе Майка, но вовремя отскочил в сторону, пропуская тех вперед. Майк остановился, вопросительно посмотрев на Уилла. — Бегите! Майк и Кейтлин лишь хлопали ресницами. — Майк, черт возьми, бегите! Времени на споры не было. Майк, испуганный таким тоном, кивнул, подтолкнул за спину Кейтлин и уже чуть медленнее двинулся дальше. А Уилл устремился обратно — к Дастину, к центру Арены, к нагоняющим профи. Он без лишних слов опустился на колено спиной к приближающемуся союзнику. — Что ты делаешь? — на ходу, запыхавшись, кричал Дастин. — Быстро залезай на спину! Уилл не знал, откуда в нем столько силы, куда пропали вся боль и усталость. Дастин весил, наверное, как самые увесистые пшеничные мешки, которые он таскал. Это прилично замедляло, но всё ещё было быстрее, чем лёгкая пробежка Хендерсона. Где-то позади шелестела трава под четырьмя — нет, тремя ногами и одной смертоносной голенью. Бедро едва не проткнуло пролетевшим копьем; хорошо, что Уилл уже привык бегать легкой змейкой. — Здесь налево! Здесь прямо! — раздавались прямо в ухо указания. К счастью, долетавшие и до впереди бежавших. — Здесь резко по диагонали влево! Приготовьтесь, будет больно! По диагонали влево были кусты. Уилл выставил перед лицом руку, насколько позволяло тело Дастина за плечами, но это не особо помогло — заросли — колючие и высокие — полоскали шипами щеки, лоб и кожу сквозь одежду. Только перед глазами начал проясняться лес — земля пропала из-под ног. Удар. Темно.

—

Голова гудела. Нет, даже разрывалась. По телу расходилась завывающая боль. Открыть глаза было неимоверно тяжело. Первое, что Уилл увидел, — полосы деревьев. Всё плавало в тумане и мутной глади. Он почувствовал перед лицом свои колени, скрюченную спину, согнутый таз. Они сидели внутри огромного пустого ствола дерева. Тело начинало возвращаться, и он почувствовал на руке, поверх саднящих костяшек, чужую ладонь. Светлое в темной рамочке пятно со временем прояснилось и превратилось в обеспокоенное лицо Майка. — Уилл! Ты в порядке? — на его тело приземлились две длинных руки, а к плечу прижалась голова. Уилл в ответ только тихо взвыл от отзывающейся во всех конечностях ломоты. — Прости, прости… — Майк аккуратно отодвинулся. — Всё нормально, — соврал Уилл, потирая затылок. Вся резь расползалась оттуда. — Майк мне плешь проел, думал, ты умер, — раздраженно откликнулся Дастин. — Я же тебе говорил: от такого удара вкупе с эпинефрином не умирают. Уилл ещё раз посмотрел по сторонам и, обнаружив с двух сторон выходы из ствола, озадачился. Дастин протянул ему флягу; судя по весу и бульканьям, она была заполнена всего на треть. — А почему мы в дереве? Где Лилит и Бен? — Просто какой-то пустой огромный ствол внутри оврага. Ты ударился об него головой и отключился, а мы затащили тебя внутрь, — Дастина повеселил такой наивный вопрос. — А про этих двоих — понятия не имею. Они кое-как через эти кусты пролезли и не стали спускаться. Идиоты. Уилл счел это забавным, учитывая, что спуск профи сюда означал бы быстрое обнаружение и верную смерть. Но для Дастина было важнее, что он и здесь всех переиграл. — Ладно, выбираемся. Меня уже Синклер потерял, наверное. — Лукас? Вы вместе? — Майк мгновенно посветлел. — Да. И знаешь, что я тебе скажу? У нас прекрасный союз. С нами еще… — Мне нужно вернуться туда, — перебил его Уилл, как только сознание прояснилось. Он не унимался, стоял на своем, убиваясь своей бесполезностью. К тому же профи сейчас разбрелись по всей Арене. Майк снова поник. Уилл хотел думать, что он искренне переживает за него, как за близкого друга, а не просто как за союзника. Если пока что он кое-как помогал руками и головой, рано или поздно начнется настоящая бойня. Распорядители обязательно придумают, как их стравить. Уилл ощущал себя до боли бесполезным, жалким и слабым, стыдился своих панических приступов и даже того, что только что потерял сознание, заставляя всех напрячься и подставиться под удар. Они могли оставить его на видном месте — и профи утолили бы какую-то часть своего кровопролитного голода, посчитав, что союзники его бросили, давно скрывшись в недрах леса. Даже тогда от него было бы больше толку. Кейтлин всё еще мысленно находилась на другой стороне леса, у того ствола, всё еще гладила маленькое плечо. Точно. Из-за него ещё и погиб Дэниель. В этой точке Уилл был бы счастлив умереть сам. — Нет. — Майк, можешь говорить всё что хочешь, но ты меня не переубедишь. Сожаление и просьба в глазах Майка заставляли сжиматься что-то внутри. Сжиматься, разрываться, ныть. Он бы ни за что туда не пошел, ни за что бы его не бросил, просто бесконечно обнимал и заботливо целовал в макушку, если бы всё это не было ради него. — Отлично. Тогда я иду с тобой. Делало это всё проще? Усложняло? — Иди с Дастином и Кейтлин, я быстро возьму меч и вернусь. Рог сейчас пуст, — Уилл задумчиво посмотрел в запускающее солнечный свет отверстие в стволе прямо над ним. — Разве что… Карла. Но не знаю. Если что — я справлюсь. — Нет, ты не понял. Я иду с тобой. Иногда Майк был так упрям, что Уиллу хотелось махнуть рукой и уйти. Он боялся власти, которую имели над ним эти глаза и темные волны на щеках, как завлекали и пленили оранжевые паутинки на носу. С глубокого детства эта твердолобость переплелась с основой его личности, подавляя любую неуверенность Уилла. Его это нисколько не угнетало — конечно, нет. Кто-то из их дуэта должен быть таким. Но как только на чём-то (пусть и изредка) настаивал Уилл — вся напористость исчезала. Когда в самых первых партиях Майк пытался убедить еще не определившегося Уилла, почему ему нужно стать друидом, а он в ответ заявил, что хочет быть волшебником и даже придумал себе псевдоним Уилла Премудрого, Майк мгновенно отступил. — Думаю, ты будешь замечательным волшебником, Уилл Премудрый. Видимо, не в этот раз. Путей отхода и побега не было.

—

Передвигаться быстро, но тихо, было не так уж легко: земля была укрыта шелестящей травой и трещавшими ветками, а все кости ломило от пребывания в неудобном положении и бесконечных нагрузок. К тому же постоянно нужно было осматриваться со всех углов — они не знали, как далеко могли уйти Лилит и Бен, и каждого немного трусило от этой неизвестности. Дастин дал им указания идти обратно до обрыва, потом искать это поваленное дерево и от него еще полкилометра на запад. Сам он забрал с собой Кейтлин и принялся рассказывать ей случайные заумные факты и подшучивать — и уже через две минуты после того, как они разошлись, листва донесла до них легкий девичий смех. Уилл хотел залезть на дерево, чтобы проверить расстояние до Рога, но обессиленные руки повалили его после первого же подтягивания. Весь заряд бодрости ушел на покатушки с Дастином, и теперь ему требовалось время на восстановление. Майк даже не стал пробовать это повторить — в каждой попытке сбежать с уроков в школе через окна второго этажа именно он выдавал их, приземляясь везде, где только можно, со всего размаха и всегда неудачно. По пути Майк подстрелил птицу, которую они оба раньше не видели, и, замотав в ткань, убрали в рюкзак Уилла в качестве запасов на ужин. Оба понадеялись, что сегодня обойдется без лишнего личиночного белка. В остальном путь выдался слишком простым — никаких намеков на других людей. Кроме одного случая, когда ситуация, в которую попал Уилл возле водоёма, повторилась практически один в один. Что-то замешкалось сначала слева, потом сзади, справа — и бесследно исчезло, мелькнув белым пятнышком где-то вдалеке. — То же самое было возле пруда. Пугающая закономерность. — Молись, чтобы это были кролики, а не галлюцинации, — шутки у Майка получались неестественными и вымученными. Когда песочница, наконец, раскинулась перед глазами, она была похожа на мертвый перевал. Тихо и абсолютно пусто. — Поверить не могу, что мы реально добровольно сюда вернулись, — сокрушался Майк. — Я пойду, а ты держись на расстоянии. Будешь прикрывать. Договорились? — Ради тебя, Уилл, хоть в жерло вулкана, — рассмеялся Майк, но как-то отчаянно. Уилл, заглянув ему в глаза, улыбнулся и обнаружил там лишь нервные огоньки, какие бывали у Майка, когда его на чем-то подлавливали. Уилл помотал головой, стараясь разогнать нежные мысли и тревожных бабочек в животе, и, не позволяя дальше мешкаться, заступил ногой на порог центра Арены. Когда он отошел на десяток шагов, Майк двинулся следом, вращая прицелом арбалета из стороны в сторону. Иногда всё шло настолько хорошо, что это не радовало, а нервировало. Никто из профи еще не успел вернуться, и всё изобилие оружия и припасов осталось в Роге совершенно бесхозным. — Хендерсон был прав, — чуть прикрикнул Майк, стоя на стреме в нескольких метрах от входа. — Они и правда идиоты. — Оно и к лучшему. Уилла порядком напрягло, что Карлы не было ни в Роге, ни в компании Анджелы и Скотта, когда они скрылись в лесу. Не давая себе раствориться в мнимой безопасности этого момента, он схватил меч с гравировкой на дугообразной рукоятке, заостренным со всех сторон и немного изогнутым лезвием и гигантскими зазубринами на конце, заткнул за пазуху несколько метательных ножей разных размеров и прихватил какие-то странные стрелы для арбалета, пару галет и консервов. Выбирать больше он не осмелился — рюкзак уже весил прилично, а время поджимало. — Черт, мы же не знаем, есть ли у ребят оружие, — он бросил фразу, не разворачиваясь. — Ты не спрашивал? Ответа не было. — Майк? Желудок сжался пустотой. Перед входом никого не было; тишина съедала пространство. Его схватили профи? Он сбежал, оставив Уилла? Унесли какие-нибудь чудища Арены? Он одним движением вылетел из Рога и, в панике оглядывая поляну, увидел Майка, склонившегося над землей у одного из дисков в двух шагах от входа, но не вписывающегося в обзор изнутри убежища. Его толкал вперед то ли испуг, то ли гнев, и через секунду рука с силой подтянула Майка за одежду, чуть не сбив его с ног. — Ты совсем больной? Зачем ты ушел? — Уилл практически бился в истерике, на глаза наворачивались слезы, а сердце бешено колотилось. Он тормошил Майка за плечи. — Я подумал, что тебя… убили или утащили, Майк! — он срывался на крик. Майк стоял в недоумении, метался по лицу Уилла зрачками, пытаясь понять, из-за чего тот так паникует, при этом выглядя не менее взволнованным. — Я лишь хотел… — неуверенно начал он. Майк протянул руку, и перед лицом Уилла вспыхнул сине-желтый букет. — Тут… были какие-то цветы. Я подумал, что этот синий похож на тот, который ты мне рисовал, а недалеко как раз были одуванчики, — выпалил он на одном дыхании, выступая на щеках розовыми кругами; и в этом всем он выглядел так беззащитно и невинно, что Уилл мгновенно остыл. Нет, — замерз. Он был готов провалиться сквозь землю, разорваться на части или, может, где-то в глубине души — влепить Майку пощёчину. Но сейчас его приковало к этому букету. Бурлящие противоречивые чувства расползлись по телу и привели к тотальному оцепенению. Он нарвал их для него? — Зачем? — он не хотел задавать вопрос в лоб, боясь разочароваться. — Ну, я их увидел… и подумал, что тебе… понравится, — Майк запинался, а его тело дрожало под разгоряченными ладонями Уилла. — И что это тебя порадует. Уилл растерялся окончательно. Для него никогда не делали ничего подобного. Майк, конечно, часто старался его радовать — но совсем по-другому, даря на дни рождения карандаши, про которые тот когда-то вскользь рассказал, кассеты и пластинки с любимыми исполнителями, в которых он никогда не ошибался, но… цветы? Это выходило за рамки мужской дружбы в привычном понимании не так сильно, как в обнимку делить кровать, но это было нечто большее, чем всё, что случилось в том номере, и Уилл не мог понять, что именно. Уилл часто плакал от переизбытка чувств, когда они не находили другого — прямого — выхода. И здесь злость, растерянность, тревога и любовь подкрались к глазам и начали вытекать горькими слезами. Он убрал руки с плеч Майка и закрыл ими лицо. — Эй! Ты чего? — Майк опешил, замахал руками, пытаясь придумать, куда их деть. — Прости, я не хотел тебя пугать, прости… — Нет, Майк, спасибо, — Уилл издал пару всхлипов, прежде чем успокоиться. — Он прекрасен. Извини. Всё напряжение свалилось с бровей и губ Майка. Он мягко улыбнулся. Так, как умел только он. Неожиданная и еле осязаемая — но ужасно значимая — крупинка человеческого тепла умостилась в колчан с новыми стрелами для Майка, торча с верхушки подобно облаку из дымоходной трубы: маленький дом внутри него, вмещающий туда безграничную любовь, и дверь, в которую в начале этой недели безудержно начал ломиться — так внезапно и противоречиво, учитывая, что он всегда там был, но тенью и воображением, — Майк. Уилл привык к безответности своих чувств и всю жизнь убеждал себя, что все необычные касания, взгляды и слова — случайность, его собственная фантазия и розовые очки по ту сторону мира снов. А теперь нес цветы, всё еще чувствовал телом и руками всё, что случилось в Центре Подготовки, обжигающую желанием закинутую ногу и ладонь в ладони. Это всё сбивало его с толку, шрамами выцарапывало изнутри одно имя снова и снова — поверх старых и однозначных. А еще — теперь рядом кровоточил болезненный знак вопроса. Только они зашли в лес, не успев пройтись и пару минут, прозвучала пушка. Парни переглянулись и, не раздумывая и не обсуждая этого вслух, переключились на бег. В голове и висках клокотали по кругу имена и мысли: Лукас, Дастин, Кейтлин; пожалуйста, пусть это будет не кто-то из них. Три лица, маячившие перед глазами, придавали сил. На обратном пути они практически столкнулись с возвращающимися Лилит и Беном, но те, чувствуя свою власть и неприкосновенность, бесцеремонно ругались на весь лес, выясняя, кто виноват в упущенной добыче. — Ты просто идиот, Кейн! Такой же, как твой брат, — паясничала Лилит. — Завались, дефективная, — еле слышно доносил до парней ветер. Их наглость дала парням фору услышать их раньше, чем увидеть, чтобы юркнуть за ближайший камень. Было страшно даже дышать. — Почему бы мне не всадить сейчас свою дефективную ногу тебе в живот, м? Этот разговор они распознали гораздо лучше — профи как раз проходили недалеко от укрытия. Потом парни обсудят, что, видимо, им даже не придется вступать с отважными воинами в драки — они сами друг друга перебьют. Добежав до оврага, Уилл протестировал свой новый меч. Он, как будто это была кислота или выжигающий луч, рассекал листья и колючки как бумажки. Склоны с обеих сторон были крутыми, а проулок — узким, но они уверенно шагали влево, куда их без конца гнал Дастин час назад; так было безопаснее, чем идти поверху вдоль кустов — здесь они хотя бы были скрыты от остального уровня Арены. Сейчас, дойдя до поваленного полого ствола, он и правда казался не особо приметным, но в целом это не было удивительно — они все сидели там, скрюченные в позу ракушки. — Полкилометра на запад, да? — Вроде да, — осматривая местность, буркнул Майк. На случай, если за ними был неприметный хвост, они отправились к лагерю, рисуя маршрутные петли по Арене. Но никто так и не накинулся со спины, а где-то недалеко прозвучал залп смеха Лукаса. — Случись с ними что — он бы так не гоготал, — выдохнул Майк. По мере того как они приближались к слишком веселым для этого места разговорам, Уилл обдумывал, как бы их кольнуть за непростительный шум. Но вместо этого укололо его. В самую макушку, в живот, в солнечное сплетение — везде. Майк вскинул арбалет и мгновенно закрепил стрелу на натянутой тетиве. Уилл достал из-за спины меч, а из-за поясницы нож, когда вместо троих человек, сидящих между деревьев, они увидели четверых. По спине растекались выбившиеся из хвоста светлые волосы, а руки перебирали косички Кейтлин, заботливо переплетенные на новый лад. Дастин и Лукас, сидевшие лицом к стороне, откуда подошли Уилл с Майком, мгновенно замолкли, обнаружив приведенное в действие оружие. Не поднимаясь с колен, на них развернулась Карла Райт. Из-за ее спины высунулась светящаяся Кейтлин. — Вы вернулись! — обрадовалась было девчонка, но скривила рот, увидев арбалет и новую игрушку Уилла. — Кэти! Отойди от неё сейчас же! — скомандовал Майк. Уилл про себя отметил повышение их уровня взаимоотношений. Кэти? — Уберите оружие, придурки, — в медленном подъеме сказал Дастин. — Я хотел вас предупредить еще там, но вы решили погеройствовать. Она теперь с нами.