Дураку понятно, что она не сверчок

— Я думал, ты сдох в прошлый раз.       Энджел грациозно уселся на барный стул, но чуть не упал, прокрутившись. Захар сдержанно хмыкнул. — Ты думал обо мне? Соскучился таки, котик? – Он подмигнул и, стараясь выйти из неловкого положения, устроил голову на облокоченных на барную стойку руках. — Думал, конечно. Сразу всплыла мысль об увольнении. – Захар закатил глаза и по привычке начал протирать стаканы. — Кокетничать пришел, или будешь заказывать?       Энджел прищурился, ища подвох. Когда он говорил Варе, что по идее ему должны тут продавать, он сказал наотмашь, не подумав. Учитывая их прошлую перепалку с барменом, скорее всего, он ожидал, что сейчас снова подойдет Валентин и великодушно покажет паспорт, но сегодня Энджел был один. Он и зашел сюда чисто потому, что, ну, "попытка не пытка", авось прокатит, но не ожидал, что действительно что-то получится. — Ну, если никакого ворчливого бармена не смутит, что растяпа-Энджел вновь забыл свой паспорт, то-о-о… — А ебарек твой не подойдет? – Захар вопросительно выгнул бровь.       Энджел нахмурился от такого прозвища, но постарался быстро скрыть возмущение за привычной игривой улыбкой. — Он мне не ебарек. Скорее, начальник. Не мой типаж, знаешь-ли… – Он хитро прищурился, перегибаясь через барную стойку, чтобы оказаться всего в паре сантиметров от бармена. — А вот ты подходишь.       Захар сделал искренне напуганное лицо и отскочил в сторону, будто парень и впрямь собрался его нагнуть прямо здесь. Такая реакция позабавила Энджела. Все-таки странный он. — Хер с тобой, господи, заказывай, только не лезь! – Его волосы чуть ли не дыбом встали, как у кошки. Щас зашипит.       Антон ошарашенно раскрыл рот, широко распахнув глаза. Он неверяще глядел на бармена, а затем просиял, демонстрируя задорные ямочки на напудренных щеках. — Реально? — Реально. Заказывай уже.       Он поправил розовый топ, натягивая его повыше, и призадумался. В коктейлях он не особо разбирался, обычно перебивался пивом, соджу и прочим ассортиментом всратого ларька на окраине, где продавали без паспорта. Валентин, конечно, поил его периодически, но там особо возможности подумать не было. В этот раз же он решил подойти к заказу основательно, перебивая в голове все напитки, о которых когда-то слышал. — Клубничный дайкири сделай мне! – Улыбка мечтательно расползлась до ушей. — Хуево ты совершеннолетнего играешь. Радуйся, что мне скорее всего навтыкает твое начальство, если я тебя обслуживать не буду. — Захар усмехнулся и спрятался за барной стойкой, наклоняясь за клубничным сиропом.       Энджел нахмурился и хотел было честно ответить, что думает про свое начальство, но осекся. К счастью, от раздумий о своем публичном поведении его отвлек коктейль, вдруг оказавшийся перед ним. — А ты во всем такой быстрый? Как тебя… — Захар. Кончай уже.       Энджел вдруг расплылся в улыбке так, что щеки заболели. Он просто не мог упустить такой прекрасный момент, чтобы вставить очередное заигрывание. Захар мгновенно смутился, поняв, что сейчас сморозит его собеседник, поэтому решил исправиться. — Со своими шуточками кончай. – Он уставше потер переносицу. — Ты, блять, семиклассник? — А что, настолько юно выгляжу? – Энджел кокетливо заправил прядь волос за ухо.       Захар тактично промолчал, дабы не обидеть ненароком. Нет, ребячливо распахнутые глаза и мягкие черты лица, конечно, выдавали в нем малолетку, но какие-то черты напротив указывали на возраст, которого Энджел, вероятно, еще даже не достиг. Впалые глаза и острые скулы буквально кричали о переработках и недоедании, что, к сожалению порноактера, никакая косметика не скроет. В уголках глаз начали залегать морщины, а скатавшаяся пудра в перемешку с тоналкой выдавала типичное наркоманское раздражение под носом. Заметив эти детали, Захар лишь сочувственно хмыкнул. — А я, так понимаю, подписал сделку с дьяволом, налив тебе коктейль, так что буду наблюдать твою рожу на постоянной основе. Как тебя, говоришь, зовут? — Энджел. — Это я и загуглить мог. Зовут тебя как?       Краешек улыбки Энджела нервно дернулся. — А другого имени у меня нет. – Усмехнувшись, он попытался скрыть внезапное недовольство.       Захар вновь закатил глаза и, подняв брови, недоуменно уставился на Энджела. — Как знаешь. Но ты сейчас похож на виртовскую тринадцатилетнюю лесбиянку. – Он пожал плечами и отвлекся на другого подошедшего клиента.       Энджел лишь хмыкнул, мысленно соглашаясь со своей странной ролью, и приступил к коктейлю.       И Захар был чертовски прав, когда сказал, что отныне будет видеть его чаще. Энджел не мог упустить такую возможность совершенно безнаказанно пить алкоголь после тяжелых рабочих дней. Зная его профессию, тяжелых дней было большинство, так что наведывался он туда почти каждый день. К его счастью оказалось, что Захар был там единственным барменом. Нехотя, закатывая глаза, он каждый раз наливал Энджелу.       Смотря на этих ребят со стороны, можно было подумать, что Захар Энджела откровенно ненавидит. Ну, в целом, это не так далеко от истины, пацан его скорее раздражал. Доставуче-прилипчивый, весь какой-то вычурный и манерный, а еще сделал свой идеей-фикс выебать Захара. Хуй знает, возможно его удручала мысль, что не все на свете мечтают об отсосе от белобрысого твинка.       Почти каждый вечер проходил по одному и тому же сценарию: Энджел приходит, вальяжно виляя бедрами и игриво махая бармену ручкой, Захар закатывает глаза. Энджел делает заказ (обычно это сопровождается фразой из серии: "намешай чего-нибудь сладенького, как ты!", на что в ответ прилетает фраза про рюмку чистого спирта), Захар ворча и говнясь его выполняет. Энджел отвлекает Захара от работы, приставая и домогаясь, Захар активно возмущается и шлет его куда подальше. В общем-то, к этому можно привыкнуть.       Сегодня Захару, к его сожалению, пришлось прийти на работу пораньше. С утра пришла поставка, и он знал, что эти не разбирающиеся в алкоголе дегенераты обязательно все перепутают, наведут полный беспорядок на стеллажах, поставят качественный коньяк в самый дальний угол, а херню, которую в коктейли замешивать стыдно, на верхние полки. И кому потом это все расставлять как надо? Захару, конечно. Лучше уж сразу придет и по-человечески сделает.       Он в целом не понимал, на кой черт они открываются так рано. Основной поток посетителей всегда подтягивался вечером, а то и ближе к ночи. В итоге весь день зал пустовал, а Захар активно пытался побить мировой рекорд по раскладыванию косынки. Тоже вполне себе досуг, причем намного более интересный, чем общение с клиентами. Он, кстати, минуту добил.       Проведя утро в обнимку с бутылками, он, честно говоря, еще до начала смены заебался. Зато прикарманил какой-то коньяк под шумок, везде свои плюсы! Если спросят, скажет, что на доставке затерялось. Хотя, учитывая какие шишки периодически сюда захаживают, у их клуба проблем с деньгами не было, так что пропажа одной бутылки коньяка — сущая мелочь.       Была б его воля, он бы до вечера домой свалил и проспался от души, один клиент раз в пару часов — это не дело. Но, в целом, полулежа проперживать штаны в баре, параллельно попивая что-то и залипая в покофон — тоже неплохо. Сладенько покумарить дома было бы, конечно, приятней, но это уже что-то. Захару особенно нравилось работать в будни. Почти никто не приходит, сидишь себе, ебланишь, а деньги платят. Красота.       Когда к вечеру клиенты начали подтягиваться, он устало вздохнул. Э-э-эх, на работе надо выполнять свою работу, незадача. Запах пота и кальянного дыма, бесконечно громкая музыка и гул разговоров удручали. Одно радует — розовой прилипалы пока не видно. Возможно, сегодняшняя смена пройдет спокойно. Хотя, вряд-ли, сегодня пятница. Можно смело ждать уставших работяг, студентов и школяров. Ну, и всяких сомнительных личностей, но такие обычно приходили вне зависимости от дня недели.       Сегодня случилась запара, клиентов неожиданно много, даже для окончания рабочей недели. Захару повезло — он свое дело знал и замешивал напитки быстро, почти не глядя. От этого шумная толпа не становилась менее раздражительной, но, по крайней мере, быстрее рассасывалась. Пара доебавшихся алкашей без денег и примерно десяток школьников, поголовно забывших паспорт, рутину особо не скрасили, скорее лишний раз истрепали нервы и без того уставшего бармена.       Ближе к ночи в дверях все же показалась звезда вечера. Пацан явно чуть ли не валился от усталости, чему, кстати, способствовали еще и на вид не особо удобные ботфорты, но все же натянул свою вымученную улыбку, вальяжно виляя бедрами. Проблема Захара — вранье он считывал за километр, талант не пропьешь, как говорится, а вранье его ужасно раздражало. Энджел, только что севший за стойку, приглаживая и без того идеальную шевелюру, был пропитан этим с головы до ног, что, безусловно, бесило намного больше развязности и пошлых заигрываний. — О-ой, котик, ты бы знал, как я страшно заебался! – Энджел потянулся, хрустнув спиной. — Буквально причем. Намешай покрепче чего-нибудь.       Захар попытался разглядеть ширину зрачков парня — тщетно. Давно догадался, что на нем линзы, но попытка не пытка. Окинув Энджела скептичным взглядом, он строго спросил: — Ты употреблял? — А что, волнуешься? – Он подпер ладонью щеку, улыбнувшись шире. — Нет. Заебался в прошлый раз убирать за тобой. – Захар закатил глаза. — А еще мне тут трупы не нужны.       Энджел нахмурился и посмотрел в потолок, подбирая слова. — Я уже не новичок в этом деле, знаешь ли. Умею держать себя в узде. Но вот в других вещах сдерживаться сложнее, особенно когда перед тобой тако-о-ой красивый бармен! – Он подмигнул и привычно потянулся рукой к Захару.       Бармена спас подошедший с другой стороны клиент. Он кинул на Энджела сердитый взгляд и отошел принимать заказ, параллельно мешая коктейль для порноактера.       Когда Захар отвернулся, Антон позволил себе просто смотреть. Завороженно, как на фокусника. Ему всегда было жутко интересно, как можно так искусно замешивать коктейли. Если бы Захар в какой-то момент начал замешивать четыре коктейля разом, одновременно с этим ворча что-то Энджелу про личные границы и закидывая оппонентов в дурак онлайн злорадствующим смайликом с букетом цветов, он бы не особо удивился.       Захар вернулся, окинув Энджела раздраженным и до ужаса уставшим взглядом. — Слушай, я кажется ясно дал понять, что мне это все неинтересно. — Ты импотент? – Ахнул Энджел с искренним удивлением. Захар закатил глаза. — Нет, не импотент. И вообще, ты даже на секунду не задумался, что мне, например, парни не нравятся? Или, что, чисто в теории, знаешь, мне ты не нравишься? Нет?       Перед Энджелом появилась, удивительно, порнозвезда. Он тихо хмыкнул от такого выбора напитка и сделал глоток. — Я нравлюсь всем. Могу в девочку переодеться — ты разницы и не заметишь! – Он подмигнул, но в глазах что-то промелькнуло.       Раздраженный такой навязчивостью, Захар решил тактично проигнорировать, чтобы ненароком не послать Энджела далеко и надолго. Сделал глубокий вдох и принялся готовить заказ другого клиента. Параллельно к стойке подошел кто-то еще и, оценив взглядом ножки Энджела, спросил что-то про май-тай. — Да брось, ты же хочешь. По глазам вижу, хочешь, не прибедняйся! Не отказывайся от возможностей, которые дает тебе жизнь. — Блять, Энджел, съеби нахуй, будь другом. Нет, я не могу приготовить ебучий май-тай! То, что я терплю твои приставания в свободное время — еще не значит, что я не рявкну на тебя, когда очевидно занят. Потом поговорим.       Захар вдруг заметил резкую перемену в настроении Энджела. Пацан весь стушевался, сгорбился и нахмурился, явно о чем-то размышляя. Он решил не обращать на это особого внимания, отвлекаясь на подошедшего клиента.       Слова повисли в воздухе. У Антона перед глазами поплыли краски, вырисовываясь в роковой день, когда все пошло по пизде, напоминая о том, что он сам в этом виноват. В голове будто что-то хлопнуло. Тупица. Вообще, фраза "съеби нахуй" казалась ему ужасно странной. Он слышал ее как минимум дважды, но Энджелу такое говорили впервые. К горлу подступила тошнота. Он мерзкий, мерзкий и жалкий. Естественно, Захар видит всю эту грязь, не желая иметь с ним никакого контакта. А Энджел лишь усугубляет свое положение, вызывая отвращение, потому что, ну, "он смешно бесится". Просто позорище.       Он хмуро посмотрел на Захара, который, кажется, наконец распрощался с клиентами. — Много ты, блять, понимаешь. – Пробурчал Энджел себе под нос и встал из за стойки, не допив коктейль.       Сглотнув подступающую дрожь, он резко вскочил пошатнулся. Проморгавшись, еще раз злобно зыркнул на бармена, торопливо завернулся в шубу и, цокая каблуками ботфортов, направился к выходу. Захар же остался стоять в недоумении, ведь, по сути, ничего сильно отличающегося от их привычного стиля общения не сказал. Послал какого-то клиента и, коротко предупредив админа, вышел на служебку покурить.       Зажигалка, как назло, не хотела гореть. Надо давно уже новую купить, скоро дыру в пальце протрет. Наконец получив искру, он закурил, присев на холодную ступеньку. Сигарета вдруг показалась удивительно горькой, хотя обычно ему такое нравилось.       Неужели обидел? Хотя, стоило сразу догадаться, что он какой-то мутный типок с ебнутым бэкграундом. Удивляться тому, что все было нормально, а потом он внезапно зацепился за непонятно какую фразу и загрустил, было бы странно. На душе образовалась какая-то непривычная тяжесть. Наверное, надо понять, в чем собственно причина и извиниться. Все таки, пацан хоть и доставучим и излишне прилипчивым был, но явно неплохой человек. Возможно, даже приятный, просто успешно скрывает это за маской шлюхи с космическим либидо.       А еще, возможно, Захар думает об этом слишком много. Стоило бы забить хер и радоваться, если после этого случая его перестанут бесстыже домогаться прямо на рабочем месте. В груди засело что-то липкое, не отпускало.       Сигарета дотлела до фильтра, начиная неприятно обжигать пальцы. Захар затушил бычок и, не глядя, откинул куда-то в сторону. Постоял еще минуту, глядя в никуда, и развернулся, возвращаясь на рабочее место. Надо разобраться все же. Этот Энджел тот еще киндер сюрприз.