Help Me Forget You

Бум сжал кулаки, а дыхание сбилось. – Смарт, ты думаешь, я не хочу этого? Думаешь, мне легко? Думаешь, я сейчас не умираю от желания поцеловать тебя… провести ночь в твоих объятиях...? Сердце Смарта билось так сильно, что казалось, будет причинять боль. Каждое произнесенное слово становилось взрывом, каждое признание – чудом. Он все еще хотел его. Он все еще желал его. Надежда все еще не угасала. И Смарт ухватился за это. Ухватился, не раздумывая ни секунды. С уверенностью он обхватил лицо Бума своими ладонями – этими широкими ладонями, которые полностью покрывали его лицо – и притянул его к себе с отчаянной настойчивостью. А затем поцеловал его. Поцеловал его так, словно наступил конец света. Словно этот поцелуй был последним, единственным и решающим. Страстный, жадный, дрожащий – тот самый поцелуй, который он сдерживал месяцами. В котором их губы столкнулись со смесью гнева, желания, боли и любви. Бум ответил без промедления. Его пальцы вцепились в рубашку Смарта, словно он хотел раствориться в нем. Их тела прижались друг к другу, дыхание смешалось в нечто единое. Сердцебиение обоих было настолько громким, что казалось почти слышимым. Губы Смарта двигались с отчаянной преданностью, решительно изучая рот Бума, надавливая, ища и вспоминая. Тот раскрыл свои губы, дрожа и впуская его полностью. Поцелуй углублялся, в нем росло тепло. Становился более искренним. Пугающе живым. И на мгновение – всего единственное мгновение – они забыли обо всем: компаниях, контрактах, расстоянии, печали. Существовали только они. Только их губы. Только их любовь. Любовь, которая все еще горела. Любовь, которая отказывалась умирать. Любовь, которая возродилась в этом поцелуе.