Наблюдая за небом

      Всё будет хорошо.       Анкано более не мог придерживаться старого плана побега, не оборвав при этом отношений с Мирабеллой. Для неё Коллегия была смыслом жизни, волшебница не могла её покинуть.       Тогда следовало поступить проще — Анкано перетерпит временное нахождение Довакина в Винтерхолде, будет держаться подальше от Ока, пока его не заберут Псиджики, и тем самым не встанет на место антагониста. Убивать его будет не за что. И Мирабелле умирать не за кого.       Простой и надёжный план.       Всё будет хорошо.       Да.       …       Только вот Анкано не учёл, что весь Тамриэль — это одни большие швейцарские часы.       А злодеево место пусто не бывает.       — Это подобие оберега, но такой масштаб… кто его поддерживает? Анкано! Ты здесь? Слава богам!       А где ему ещё было быть, кода всё здание Коллегии тряхнуло с такой силой, что по началу альтмеру показалось — Азура таки решила нарушить их договор.       Пока ученики мастерски играли роль безголовых курей, бегающих по Залу Достижений с паническими криками, а Толфдир вновь перепутал метлу с посохом, Анкано отложил учебник по Разрушению, затянул на поясе ножны лунно-каменного кинжала и направился в самое очевидное для неожиданных неприятностей место.       А в холле Зала Стихий его встретила слишком знакомая по игре картина.       Сбитые с петель двери в центральную рекреацию, бесполезно сетующий Архимаг, пытающая сделать хоть что-то Мирабелла и… огромная воронка бирюзовой энергии.       Ха! Какова подстава.       Если один талморец спрыгнет со своего злодейского титула, за него с ещё большим рвением схватится другой. А талморцев много. Не переведутся.       — Я надеюсь, ты не ожидала встретить меня ТАМ? Я, что, похож на безголового дегенерата? — нарастающая от близости фатального канона нервозность дала о себе знать обвиняющей колкостью, о которой высокий эльф тут же пожалел.       — Нет. Я беспокоилась. — не став заострять внимание на его срыве, Мира невозмутимо подошла поближе и успокаивающе пожалела его по плечу.       От похлопываний Эстормо шрамы жгло холодом.       От ласковых касаний девушки, наоборот, распространялось тепло.       Совершенно разные ощущения.       Анкано ненавидел холод.       — Какая… мерзость.       А вот и достойный титула «безголовый дегенерат».       — Орторн! Что ты там забыл, глупый мальчишка?! — любая гневная реплика со стороны Арена звучала подобно безвредному старческому брюзжанию недовольного «испорченной молодёжью» пенсионера. От него не ощущалось ни необходимого его титулу авторитета, ни ауры лидера, ни чувства безопасности, ничего!       Старый дед на пенсии, читающий на досуге журналы сомнительного содержания и бродящий вокруг да около, докапываясь до молодёжи с пустозвонными советами и хвалой собственной школы, всё управление которой он скинул на подчинённых!       «Глупый мальчишка»? Что за детский сад? У них на горизонте террористический захват!       — Надо было оставить крысу в мышеловке. А то, гляди, притащила в дом себе подобных. — не было нужды церемонится в сравнениях.       — Мне безразличны оскорбительные сравнения с животными от тех, кто с ними сношается. — на лице предателя-рецидивиста расползлась кривая улыбка, обнажая забывшие о зубном порошке зубы.       — О? — судя по сжавшейся руке Миры на его предплечье, жаждой убийства от него повеяло знатно. — Тогда советую не дразнить сенч-тигра, находясь хлипкой клетке.       — Пустые слова. — усмехнулся предатель совершенно не беспокоясь о своей безопасности.       Зря.       Пальцы сами нашли рукаять кинжала и вцепились в волево попытке сдержать порыв. Ещё пока рано. Так вот, как себя чувствовал Идиот-Довакин, когда видел разъяряющих его личностей?       Как же сейчас не хватало острого лезвия Анканового кинжала под рукой. «Мирное предложение для Азуры» сейчас запросто… разрезало бы этот раздражающий магический щит и без труда отделило голову Орторна от шеи.       Или же Анкано вновь поддался эмоциям и впадает в нереалистичные выдумки.       Без посоха Магнуса до нарушителей не добраться. А первый щит разрушить можно и простым тройным ударом стихий.       Так что сейчас нужно взять себя в руки и решать проблемы по мере их поступления.       — Зачем ты полез к Оку, Орторн?!       Бывшему (в очередной раз) члену Коллегии гнев Архимага словно водой по гусиному пуху. Скатывался и не мешал. Он только ещё больше раззадоривался, да подначивал старого данмера на очередные пустозвонные крики. Всё продолжая глумливо улыбаться, обнажая свою грязную, полную в тон коже пожелтевших зубов пасть.       Доводит до прорывающегося из-под кожи бешенства.       Но Анкано ещё успеет дать ему волю. Как только спадёт щит.       Так что сейчас — спокойствие.       — Такого склада личности годны лишь подпевать да подлизывать, Арен. С ним там кто-то ещё. И я даже догадываюсь — кто.       Анкано глянул за спину предателя, но ничего, кроме аномально пылающей магией Сферы там видно не было.       — Кто бы говорил… — было видно, как альтмер за щитом еле сдержал пошлую колкость на языке, вспомнив что чуть дальше от него, поддерживая щит, скрывается его «потенциальный билет в лучшую жизнь». А перед ним выставлять себя в невыгодном свете перебежчику явно не хотелось.       Ах, какие «мы» благородные.       У Анкано сейчас начнется изжога.       Где там носит этого недостроенного двемерской сферой героя?       — Мне всё равно КТО это устроил, убрать сейчас же! Я хочу знать, что ОНИ там делают!       Спустя короткую паузу Арен отозвался тоном капризного аристократа, с упёртыми в бока кулаками всматриваясь в глубь воронки-щита взглядом голодной гончей, готовой ринуться у куску свежего мяса, как только непробиваемая клетка над ним отворится. Жажда знаний понятна, но что-то в поведении данмера кажется несколько… фанатичным. Нетерпение? Странная злость с примесью обиды?       Савос Арен, казалось, больше расстроен тем, что часть тайны артефакта раскрыли в обход его «важной» персоны, чем самим фактом нападения и захвата части территорий ЕГО организации.       Здраво расставленные приоритеты. Конечно.       Если бы только Анкано платили один септим за каждый приступ сарказма из-за глупости маго-блаженных. Но что с них взять?       — Для лидера, допустившего предательство и чужака у мощного артефакта прямо под своим креслом, ты слишком резво разбрасываешься требованиями. — возвращение распушившего бороду данмера из воображаемого пикирования бешеного скальника через столь же воображаемый молот по клюву — было долгожданным опытом, о котором Анкано лелеял мечты с того самого дня, как начал передавать Арену записки вместо вечно откладываемых аудиенций. — Я с самого начала говорил гнать Орторна в шею. А игнорирование чужих советов порой может сыграть злую шутку. Хотя о чём я? Игнорирует наш достопочтенный Архимаг только советы «советника».       — Анкано…       Да, Мирабелла. Анкано понимает, что обида взыграла неуместно и очень не вовремя. Но порой стоило выпустить накопившееся негодование, чем промолчать. Совсем скоро мог сработать канон, и Арен загадочно оказался бы у ворот замка безвозвратно мёртвым. И если Анкано не выскажет ему сейчас — навеки останется узником собственного котла неразрешившихся обид.       А Анкано больше не хотел быть «узником» канона, безысходности или эмоций. Хватит.       — Я не игнорировал твои «советы», Анкано. — лишние оправдания под звук льющегося на щит заклинания молнии. Мирабелла, как истинно преданный подчинённый, поддержала попытку Архимага своим морозным заклинанием, но, в отличие от старика, молча. — Сколь вульгарно бы порой ты не описывал своё отношение к некоторым аспектам рутины Коллегии в своих отчетах.       — Что-то не вер… В СМЫСЛЕ ТЫ ИХ ЧИТАЛ?!       Даже глумливые насмешки Орторна за щитом не отвлекли альтмера от острой потери дара речи, мышления и ориентации в пространстве на целых три секунды, после чего сработала его неизменная защитная реакция — словесное нападение.       — Почему ты их читал?! Ты не должен был их читать! Я специально стал оставлять свои коментарии на бумаге, чтобы не тратить ни своё, ни твоё время. Ты должен был их сжечь и не морочить мне голову игрой в занятого магистра!       — С чего мне было их сжигать? Это весело! — молния с хлопком растворилась в очередной слабой вспышке щита, после чего данмер, дергая бородой в слабой улыбке призвал мороз с двух рук. — И твоя идея сработала. Куда практичнее читать отчёт, одновременно занимаясь иследованиями, чем выискивать в расписании лишние полчаса на нудные беседы. Ты бы точно не высказался в слух так же ярко и доходчиво, как-то получилось пером.       Савос… Арен… ты определённо НЕ НЕУЯЗВИМЫЙ ПЕРСОНАЖ для столь наглого глумления над представителем расы с чересчур ранимым эго.       — Но я бы не отказался от твоего совета сейчас, советник. В любой лексике. — дёрнул плечами тёмный эльф, со всей серьезностью посмотрев альтмеру прямо в глаза.       Это слишком сильно смахивает на признание неразрешённых недопониманий перед самой гибелью ключевого персонажа, переставшего быть полезным сюжету. А ведь только Анкано из них троих осознаёт, насколько реальна такая перспектива. И насколько близка.       Очень жаль, Арен… но Анкано всем своим естеством — сосредоточение эгоизма. И все свои силы он отдаст во имя защиты той, которая для него важнее всей Коллегии вместе взятой.       Хотя, чего скупиться на совет, раз есть намёк, что к нему прислушаются? Тем более протагонист ужасно опаздывает! Сколько его ещё ждать?       — Нужна разнородная перегрузка от внешнего воздействия. Это же очевидно. — кивнул советник на перекрытый магией проход, из которого тут же послышался шепот проклятий на его голову от Орторна, не ожидавшего такой догадливости от противников. И куда пропала робость перед «истинным представителем Талмора» за его спиной? Или, если не слышит, значит, не было? — Щит спадёт после трёх одновременных атак разных стихий.       — Может сработать. — воспрял духом Архимаг, нахмурившись от застывшего в бездействии Анкано. — Тогда чего мы ждём?       Инструктаж по технике безопасности.       К которому в этом магическом ПТУ поголовно никто не прислушивается, но провести его ответственный за ТБ обязан.       — Когда заслон спадёт, будь разумным, Савос Арен, и не лезь впритык к Оку, как бы любопытство не подогревало твой интерес. Рядом с решившим сыграть роль злодея талморцем никогда не бывает безопасно. Особенно эльфам в твоём возрасте.       И положении в сюжете.       — За кого ты меня держишь? — настороженность Анкано всё же задела данмера за волшебничью гордость. — Я не для эстетики занимаю свой пост.       В игре казалось в точности наоборот. Как и в реальности, честно говоря.       — Как скажешь. — уступающе пожал плечами Анкано. Он не может вложить свои собственные мозги в чужую голову, лишь предупредить. — Мира?       — Анкано? — его дама отозвалась сразу же. Прекратив пустое вливание маны в ледяную стружку и ожидая от своего партнёра дальнейших слов. И в том, что она послушает его без лишних споров, альтмер был уверен. Мира не была глупа. Самоотверженна и предана Коллегии всем сердцем, но знала цену риску.       В «каноне» ей не на кого было положиться. Кучка несобранных магов, витающих в облаках, не лучшая подмога.       А сейчас рядом с ней столь же ответственный человек эльф. Есть на кого положиться и с кем встать плечом к плечу.       — Когда ворвёмся в зал — зайди за меня и бей из-за спины дальними атаками если понадобится. Мне же проще вступить в ближнее противостояние.       — Как скажешь. Но не рискуй понапрасну.       И никаких слезливых «Я не воспользуюсь тобой, как живым щитом!» или гневных «Я вполне могу защитить себя сама!»       Не в её духе морочить голову зазря.       Мира сразу же поняла смысл и полезность такой расстановки при наступлении. Маги — атакуют с далека. Воины — защищают их и бьют вблизи. Простая, но эффективная стратегия.       А то, что Орторн их подслушал — не так важно.       Анкано доберётся до него первым делом.       Руки так и чешутся.       — На счёт «три»! — Арен так и вибрировал на месте от желания поскорее пробраться к Оку. — Раз, два, ТРИ!       В щит ударили одновременно три потока разностихийной магии. Грянул треск мистического плетения.       Довакин на пороге так и не показался.       Что никак не повлияло на нахлынувшее на Анкано чувство удовлетворения, когда шипы на его внешней талморской перчатке распороли Орторну верхнюю губ, а обитые лунным камнем костяшки разбили передние зубы, отправляя в нокаут.

***

      Анкано никогда не был непобедимым «героем», не замечающим какой ценой достаётся победа его окружению. Или не считавшим важным обратить внимание.       Анкано всего лишь обычное лицо из толпы.       Очередной винтик сюжета, выбившийся со своего места и добавивший в механизм хаос.       И он встанет на пороге перемен впереди тех, кого хаос может задеть.       Закрывая собой путь к неизбежному. Становясь преградой.       Никакая опасность для Мирабеллы не пройдёт мимо него.       Он не пропустит. Защитит.       Защитит СВОЁ.       Когда под аккомпанемент злодейского хохота Эстормо, Око испустило взрывную волну губительного света, Анкано не стал медлить, полностью прикрывая своим телом сжавшуюся в клубок Мирабеллу.

***

«Вы слышали? Слышали? Анкано вновь повздорил с инструктором!»

«Так ему и надо! Так и надо! Не знает, как обязаны вести себя благородные меры его статуса! Он здесь не просто так!»

Много незнакомых грязных ртов. Много столь же грязных слухов, выливающихся из них.

«Вы слышали? Слышали? Псина инструктора…»

«А ну — цыц! Тихо! Не болтай лишнего, пока учителя не перекинулись с этого взбалмошного на тебя»

Катжит терпеть не может отвратный запах чужих сплетен, но на этот раз не может отрицать…

«Каджиту любопытно»

***

      Он всё же потерял сознание на несколько минут, которые могли плачевно закончиться, не отбрось их с Мирой одним комком тел прямо в открытые внутренние ворота Зала Стихий.       В потоке исходящего от Сферы сияния Анкано мельком увидел медленно отступающего назад Архимага, не спускающего с артефакта восхищённого взгляда. Данмер всё же поставил свою жажду знаний выше собственной безопасности. И покрыл бы его альтмер всеми возможными матами, если бы не заметил, как Арен махнул в их с Мирабеллой сторону объятой коричневатой дымкой рукой, после чего их отбросило «точно в цель».       Телекинез невероятно затратная форма магии. Выкачивает из неподготовленного мага силы почти сразу и без остатка. Колдун уровня Арена почувствовал бы потерю сил не так быстро, но и маны на оберег ему тогда бы почти не осталось.       А это означает, что Архимаг предпочёл сохранить жизнь тем, за кого ответственен, чем прикрыть собственную шкуру.       Впервые Анкано проникся к старому данмеру искренним уважением.       Всё же было в Савосе Арене то, за что он был достоин носить мантию Архимага на плечах.       Неожиданная готовность к самопожертвованию ради тех, кто ему предан.       Анкано вряд ли можно был отнести к той категории, но вот Мирабелла Архимага уважала всем сердцем, поддерживала его Коллегию в целостности и заслуживала равноценной отдачи. И Архимаг поступил именно так.       — Мне… нужно на улицу. Предупредить… остальных.       Признаков видимых повреждений на теле Арена не было. Ни пятен крови, ни ушибов.       Данмер с одним коротким кивком убедился, что с изнеможённо присевшей на пол рядом с Анкано в фойе Зала Стихий Мирабеллой всё впорядке, и волочащимся шагом медленно побрёл к выходу, держась за верхнюю часть живота трясущейся рукой.       В том месте у любых смертных магов находилось главное «сосредоточение» маны. И если Арен так судорожно хватался за свой резерв маны, то осталось у него её явно ничтожно мало.       Энергетическая волна от Ока поглощала окружающую ману? Совсем как одноимённый посох? На это как-то влияла предрасположенность цели к магии и размер её резерва? Потому что Анкано чувствовал себя скверно, но не настолько бессильно как маги рядом с ним. Савос настолько побледнел, что его тёмно-пепельная серость кожи сменилась оттенком грязного городского снега, а Мирабелла слишком часто дышала и хваталась за живот для человека, нашептывающего своему эльфу на ухо, что с ней всё в порядке.       Чем у мага больше маны, тем сильнее он страдает от атак Ока Магнуса? Тогда становится ясно, почему волшебники Винтерхолда не могли справиться с каноным Анкано, пока не пришёл их «спаситель». Магический потенциал Довакина даже по канону оставлял желать хороших тех-работ, а крики к мане отношения не имели. Тем более, линейку квестов Коллегии Винтерхолда можно было пройти налегке без большого резерва маны и знания заклинаний.       Как просто объяснялись сюжетные дыры из которых состоял почти весть кусок маасдамского сыра марки «Скайрим».       Ворота фойе жалобно заскрипели, словно отговаривая держащегося на одном дыхании старика от попыток истратить на них свои последние силы.       — Не трать силы, Архимаг. — окликнул его Анкано, пока проверял Миру на ушибы от неудачного вылета за пределы Зала Стихи. Большую часть ударов о камень принял на себя Анкано, извернувшись так, чтобы Мира упала на него, а не на пол. Но от мелких шибов и неудачных растяжений это могло не уберечь. — Ты упадешь спустя пару шагов и больше не встанешь. Лучше сядь и дождись помощи.       Арен остановился, приоткрыв одну из дверей достаточно, чтобы протиснуться сквозь проход наружу. А потом горько и хрипло раятянул ироничный смешок:       — Помощь — уже излишнее. А вот на счёт пары шагов я бы с тобой поспорил.       Дверь за старым магом захлопнулась.       А спустя три шага послышался глухой шорох упавшего тела.       …       Бретонка не проронила ни единого звука, только слабо сжав освободившуюся от перчаток руку в поиске поддержки. Анкано понимающе спрятал её пальцы под своими.       В комнате перед вновь наполнившимся магией щитом остались только двое. В молчании.       …       — Архимаг был прав. Нужно предупредить остальных.       — Сами в Зал зайдут. Не безногие. — возмутился высокий эльф, негодующе фыркнув. — Я искренне не понимаю, почему никто из них не сделал этого до сих пор. Внутри Коллегии погром, и чем они заняты в этот момент? Боятся тронуть дверь?       — Это я им сказала не входить, пока не дам разрешение самолично или через посредника. — утихомирила его пыл волшебница, мягко стукнувшись лбом о плечо.       — Тогда я пойду и скажу им готовиться к повторному штурму. И убрать тело Арена с прохода для приличия… — уверенно кивнул эльф, но не успел даже подняться с места, как его сгребли в крепкие объятия, не давая совершить задуманное.       — О-о-о нет, нет. Побудь-ка рядышком. — по затылку прошлись короткими ноготками, расплетая спутавшиеся волосы. — Будь то целительная сила любви или ощущение поддержки, но чем ты ближе, тем лучше я себя чувствую. Даже мана быстрее возвращается… какой ты у меня полезный Варлов камешек.       — Мира…       Не то что бы он был против. Но у них через стенку талморец пытается устроить… захват города? Обретение всевластия? Даже в каноне мотивы антагониста Коллегии Винтерхолда были расплывчаты до самого конца.       А теперь их ещё и двое, хотя от подпевалы злодея погода хуже, чем она есть не станет. И куда, кстати, делся Орторн с его противными комментариями… О! Теперь всё ясно.       Валяется с пробитой об каменный косяк внутреннего входа головой в луже собственной крови и зубов. Вот о чьём полёте не задумался никто, и что из этого вышло.       Весьма… подходящий итог для эпизодического персонажа-вора, вцепившегося в кормящую его руку дважды.       Банально и «за кадром».       — Не покидай меня хорошо? — по голове размеренно поглаживали кончиками пальцев, завивая кончики прядей на висках на указательный. — Будь на виду. Сейчас очень не подходящий момент чтоб разделяться. Не все понимают, что происходит. А в таких случаях порой по началу верх берут эмоции, а потом уже разум. Наши тебя послушают, поймут. Но если я буду рядом, ещё и успокоятся.       — Главное, чтобы поняли правильно. В особенности те, кто вернётся с ва-а-ажного задания. — не стал заморачиваться альтмер с намёками, чуть ли ни прямо говоря о вспыльчивом Драконождённом.       — Вот поэтому, будь рядом. — кивнула девушка, уткнувшись сухими губами в пульсирующую вену на шее.       Не целуя. А чтобы ощутить, как та бьётся полная жизни.       — И никогда меня не покидай.       — Как скажет моя дама.

***

«Какая неожиданная встреча!»

Непривычно-тёплая погода для глубокой ночи. Небеса хвастают с вышины своей ясностью и россыпью бриллиантовой крошки звезд. А луны… как прекрасны луны на безоблачном небе.

«Это крыша общаги, катжит. Ты залез сюда специально»

Катжит не станет отрицать очевидного. Какое дитя Джоуд и Джун откажет себе в празном наблюдении за своими покровителями в столь чудесную погоду?

«Катжиту свойственно лазать в неудобные места, а вот что тут делает наш большой эльфийский брат?»

Шерсть на теле, когти под пальцами, усы на щеках и клыки под ними. Да, он бетмер.

Но тогда почему ему кажется, что он находится… не на своём месте?

Почему он уверен, что должен сидеть на месте высокого желтоухого эльфа?

«Не твоё дело»

Это он должен хмуриться на хлипком карнизе старого вытянутого здания в альтмерской стилистике.

«Я слышал, что любимому бретонскому терьеру нашего чересчу-у-ур вспыльчивого и тяжелого на руку учителя самообороны кто-то… облепил колокольчики золотой паталью! А та не смывается, сколько бы пёс их не намывал языком и не елозил причинным местом по ценному ковру в учительской. Только ещё чище блестят! Не подскажешь любопытному катжиту, кто же тот затейливый шутник? Катжит был бы непрочь обменятся с ним опытом проделок…»

Альтмер на карнизе скривил лицом, словно разом проглотил недозрелый лимон.

«Не твоё дело»

Пушистый рот под усами поднимается уголками в хитрой улыбке отпетого бедокура.

«Катжит думает иначе»

Мир переворачивается с ног на голову, а потом обратно, и теперь уже он сидит на карнизе, наблюдая за беззаботно лыбящемся бетмером в свете двух лун.

***

      Анкано всегда знал, что его любовь намного сообразительнее и дальновиднее любого мага в Коллегии.       Так и в этот раз её предусмотрительность уберегла его голову от чужого необдуманно-слепого гнева.       И топора.       Эльф поверхностно задремал в объятиях бретонки, когда спустя некоторое время его грубо вышвырнуло из сна скрежетом отскачивающей от защитного заклинания Драконьей чешуи стали.       Мира была очень способной волшебницей, но разве созданное Толфдиром заклинание Изменения не накладывалось прямиком на кожу?       Отреагировать в ответ и подняться в защитную стойку ему не дали, прижав головой к груди в крепком защитном жесте.       — Внезапная агрессия на члена Коллегии не подобает ученику, носящему наш отличительный знак на капюшоне! Объяснись. Сейчас же.       Громкий тон, вызванный испугом, быстро сменился отчитывающим — учительским. Только, в отличие от привычного журения Мирой непоседливых учеников, сейчас её слова были пропитаны расчётливой яростью. Тихой и обманчиво спокойной.       — Я не хотел задеть Вас. Если бы не подставили руку…       — То тогда ты бы зарубил другого мага Коллегии! Тебе в Мзулфте отбило зрение и память?       Ага. Идиот вернулся и первым делом чуть не снёс Анкано голову топором. Некоторые вещи не меняются.       — Но ведь это ОН устроил здесь погром! — какая сладостная для ушей растерянность в голосе. Жалкие недо-крики драконьего сына, получившего выговор от самого спокойного и рассудительного человека училища. — В городе сейчас все жалуются на талморца, вынюхивающего дела магов! А теперь Архимаг… у ворот… мертв! А ОН здесь, склонился над раненой ВАМИ! Что я мог подумать?       Анкано с искренним задором выпустил с губ приглушённый смешок.       — Для начала тебе стоит научиться думать, а потом уже пытаться мочь. — пробурчал он своей даме в… мягкости её тела. — Мира, пожалуйста. Я сейчас задохнусь.       Его нехотя выпустили из объятий, и альтмер смог расправить спину, поудобней уперевшись коленями в пол и поднявшись на ноги. Головокружение от резкой смены позы после краткого сна чуть не опрокинуло его прямо в нерадушные руки Довакина, но подоспевшая Мира была быстрее, привстав и помогая ему облокотится о стену позади, встав рядом.       Быстро же она восстановилась. И в правду связь с близкими лечит. Какое счастье.       Наивно звучит, но в условиях надвигающейся локальной катастрофы — всякая позитивная мысль приободряет.       — Я не имею привычки вынюхивать дела Коллегии. Скорее уж намеренно подсовываю себе бинт в нос. А вот если бы ты придержал нос по ветру чуть дольше, то узнал, что к нам пожаловал ещё один выскочка в чёрном пока твоё-геройское-величество бродило по бесхозной двемерской собственности.       Игра в незнайку официально окончена. Если они избавятся от Эстормо, то Талмор незамедлительно пришлёт сюда комиссию с разбирательствами. Лживым речам Анкано точно уже не поверят. Но не избавься они от чужака — тот точно сдаст подковёрные дела своего бывшего «руководителя» со всеми запрятанными туда потрохами. Хотя был ли Анкано когда либо настоящим руководителем для Эстормо? Пара реплик в каноне не раскрывала почти ничего об их взаимоотношениях. А небольшой разговор перед «захватом Ока» стал поводом для куда более мрачных выводов о месте Анкано в иерархии Талмора, чем оно казалось на первый взгляд.       — Это он ранил меня И АНКАНО. — выделила бретонка последнее, с мрачной хмуростью взгляда прожигая во лбу Драконорожденного дыру. — Причина смерти Архимага — тоже его козней дело. И раз мы во всём разобрались, то сейчас же убери топор и отчитайся. Ты нашёл посох Магнуса в Мзулфте? Вижу, что нет. Тогда подсказки?       Молодой норд пуще стушевался, неловко убирая топор в ножны.       — Посох Магнуса в Лабиринтиане. Но когда я в последний раз проходил мимо — главные двери были заперты. И замочной скважины в них нет.       — Так и должно быть. — подтверждающе кивнула Мира. — После последней экспедиции в недрах Лабиринтиана, Архимаг запечатал вход, забрав ключ с собой. Что бы там не произошло, но с тех пор он не покидал стены Коллегии. Я достану для тебя ключ из сейфа в покоях Архимага. А пока иди к Толфдиру. Сообщи ему о том, что Оком завладел недавно наведавшийся талморец с подачи вновь предавшего нас Орторна. Пусть собирает магов с боевыми способностями для подготовки к штурму. Как только посох Магнуса будет у нас, с его зачарованием мы сможем снять неуязвимость с Эстормо и остановить его произвол. — закончив нагружать героя «квестом», бретонка привлекающе похлопала своего эльфа по предплечью. — Анкано? Ты идёшь со мной. В главном здании сейчас опасно бродить в одиночку. Неизвестно, что ещё взбредёт в голову дорвавшемуся до безграничной силы магу без принципов и совести.       Ха? Она имела в виду Эстормо или Довакина?       — Надо позвать с собой Урага на обратном пути.       — Бесполезно. Он не бросит свои книги, даже если Коллегия уйдёт под землю.       Показательно перестав обращать внимание на «геройского слона в комнате» мастер магии и уже бывший юстициар перекинувшись парой фраз повседневным тоном, поднялись к лестнице наверх, оставляя проштрафифшегося протоганиста наедине с собственными мыслями.       И очередным сломом ожиданий. Упс!       Анкано не чувствует стыда от своего злорадства.

***

      — Не могу поверить, что он всё это время их читал.       Пока Мира вводила код в сейф рядом с книжными стелажами, Анкано мельком прошёлся взглядом по корешкам Архимаговой литературы, задержавшись на не вписывающихся в общую тему томах: «О природе потери воспоминаний», «Одержимость: высшие даэдра» и «Виды психологических манипуляций».       Что ж, Арен не был глуп и постепенная, но всё ещё беспричинная, смена поведения его «советника» не прошла мимо его данмерских красных глаз. Какие только предположения он не строил… и к какому бы выводу ни пришёл, остаться под крышей его Коллегии позволил. На том и спасибо.       А вот ровная стопка знакомых ВСКРЫТЫХ писем прямо над томиком «Одержимости» перечеркивала всякое чувство запоздалой благодарности расшатывающим нервы раздражением.       Отчеты были без всяких церемоний подхвачены и кучкой выброшены прямо в синий огонь камина.       — И ты даже не дашь мне их почитать? — за спиной тут же появилась Мира, разматывающая из ткани дверное кольцо с примечательным амулетом в центре, поглядывающая на догорающие конверты словно женушка, бдящая за скрывающим доказательства измены мужем.       — Нет. — но Анкано не сломить укоризненым шипанием пальцами за предплечье.       — Арен каждый раз блестел, как начищенный орихальковый котёл, после прочтения твоих заметок. — безболезненный щипок возле локтя. — Насколько часто ты использовал ругательства в тексте? — ещё один щипок повыше.       Он мог бы в свою защиту сказать, что всё его бумажное сквернословие было правдивой критикой безответственного руководства, но какая уже разница, если Арен использовал его специфичный «способ выпустить пар» как увеселительный еженедельный журнал, вместо того, чтобы хоть немного вчитаться в советы меж строк?       — Часто.       Мира хочет правду? Вот ей правда.       — Очень.       …       — Аха-ха-ха! Ай-я, и что мне с тобой таким делать?       Отвлечение любимой женщины от тяжёлых дум о потерях стоило нескольких минут лексического позора.

***

      — На Винтерхолд напали и я послал Драконорождённого туда. У него так хорошо получается решать подобные неурядицы, прямо как у тебя, Анкано!       Это такой скользкий намёк пойти и помочь нордской легенде вычистить город-деревню побыстрее?       У старика аж в глазах звёзды блестят при упоминании героического идиота. Спасибо, хоть труп Арена не забыл отнести в Зал Поддержки, пока отвлекался на восхваление «легенды».       Почему он не ведёт себя также с Анкано, что разгребал косяки Коллегии в течении шести лет?       Титул героя на столько привалирует над полезностью и здравомыслием? Хотя, погодите…       А, точно. Норды.

***

      Мирабелла полностью востановилась и без споров согласилась пойти с ним в Винтерхолд. Сейчас им обоим, как потенциальным жертвам «истории», нужно держаться вместе не давая шанса трагическому финалу для обоих.       Так что сейчас они больше походили на те самые «парочки» в самом начале отношений, что не отлипали друг от друга, стовно слипшиеся в пакете подтаявшие пельмешки. Хотя оба вполне самостоятельные личности.       Но паранойя диктует свои правила. И очень часто оказывается правой.       — Меня не убить летающему камню!       Если бы Корир додумался взять в руки оружие, а не бросаться на летающие «аномалии» голыми руками, уповая на удачу фамильного шлема, то и не позорился бы подобными визгами. Северянину повезло — основную долю находчивости в семье тянула на себе его жена, подхватив с рубочной колоды топор для дров и вручив ярлу с обещанием последующего распила… его головы.       В переносном смысле. Возможно.       Но времени «любоваться» на топорный дуэт главы города с местной геройской личинкой северного оленя ни у кого не было? У Анкано — тем более. Мира с Фаральдой и воровато выглядывающим из таверны Неласаром уже уничтожили раза в три больше летающих камней душ, чем обладатели обычного оружия, а значит нужно поскорее разрубить хоть одну камне-тварь. Не выставлять же себя беспомощным мужчиной перед своей дамой!       Кинжалом прицелиться по мелким кускам камней душ будет тяжело, но…       Анкано замер.       Рука нащупала пустоту в ножнах.       …       Когда он успел потерять второй кинжал?!       Определённо — в Зале Стихий. До которого не добраться.       Было ли выбевшейся из общей шипящей кучи аномалии дело до его неудобств?       Конечно же нет.       Как и Анкано было глубоко фиалково на протесты Бирны, когда он выхватил первое, что попалось ему под руку из раскиданных по округе ящиков её недавней и полностью разорённой аномалиями поставки.       Переполненный неестественной магией камень на бычьей скорости врезался в его спонтанное оружие, разлетевшись на мелкие осколки и не восставая.       Анкано по новому взглянул на неожиданно эффективную подмогу, примеряюще покрутив ту за ручку.       Какое полезное в быту устройство… сковородка.       Порой детские мультфильмы не врут.       — Пятьдесят золотых!       В отличие от скупых торгашек.       — Грабёж! Средняя цена утвари пятнадцать золотых!       — Потрогал — плати!       — Что ты там потрогал, милый?       — Мира, ты серьёзно?!       — Аномалии! Бейте аномалии!!!       Да кому сдались твои мобы, драконий дурень? Анкано бесстыже грабят!