Самый известный гей на районе

***

Кто бы мог подумать, что Юнги вляпается в подобное. Сам он, в общем-то, не мог. Подталкиваемый бухими друзьями, парень оказался посреди пустого общажного коридора, в котором находилась комната Намджуна, а все остальные наблюдали за Мином из-за угла, словно какие-то супер шпионы на минималках. Айрин тихонько шептала, что всё получится, Хосок поддерживал девушку согласными кивками, а младшие держали за хёна кулачки. Чимин, всеми силами пытавшийся убедить друзей, что они придумали несусветную тупость, смотрел на всё это с каменным лицом, и поэтому почти каждый шаг Шуга оборачивался, пытаясь понять, что же он делает не так. Наверное, всё, с того момента как согласился на этот дебильный эксперимент. По плану Хван, старший должен был ворваться в комнату Кима в притворно-бухом состоянии и устроить истерику, требуя Намджуна объясниться. Как сказала Айрин, "Вы что, не смотрели романтические фильмы? Бухая героиня орёт на парня, который, казалось бы, её ненавидит, а он как засосёт её...". Да, только Юнги не героиня, блять. А ещё его тошнит от той мысли, что Джун попытается его поцеловать. Как-то странно, что эта история началась в попытке защитить натуральность Шуги, а в итоге появилась перспектива закончить всё откровенным гейством с его же участием. Дошло это до Мина только непосредственно на пороге у комнаты Монстра. Для верности и более правдоподобного опьянения Юнги прихватил с собой бутылку соджу, и от нервов он решил отпить немного. Парень и не заметил, как его "немного" превратилось в полбутылки, и алкоголь действительно ударил в голову. В любом случае, это не помешало Шуге резко дёрнуть за ручку двери и в один шаг пересечь порог намджуновской комнаты, застав там весьма интересную сцену: Намджун зажимал кого-то у стенки, с силой впиваясь в губы этой уж слишком высокой особы, на которой был надет медицинский халат. Расфокус в пьяных глазах Юнги даже не дал понять, что высоко постанывающее тело у стенки вообще-то мужское, поэтому Шуга вышел обратно, пока его не заметили, и громко заорал на весь коридор так, будто комната общаги имеет шикарную звукоизоляцию, и целующаяся парочка его не услышит: — Он не пидор! Расходимся, пацаны. — Ты там и секунды не пробыл! — возмутилась Айрин, но когда Юнги сказал, что он там увидел, то Хван не решилась отправлять старшего повторно. — Монстр там с тёлкой какой-то. Уверяю, так пидоры с женщинами не целуются. Слишком страстно. — А ты откуда знаешь? — усмехнулся Чонгук, за что сразу же получил под дых от Чимина, стоявшего рядом, однако это того стоило. Юнги смущённо пробурчал в ответ: — Просто знаю, — и это было слишком для Пака, у которого аж руки зачесались прижать хёна к себе. — В общем, девушка там. Пойдём обратно... Компания даже не догадывалась, как смачно профейспалмил Ким за дверью, потому что он, блин, всё слышал. И его "девушка" тоже. — Ну, нас хотя бы не спалили, — с облечением выдохнул Намджун, только вот его партнёра не очень устроил такой расклад. Он ему что, шлюшка тайная или как? Поэтому парень хмыкнул: — А ты стесняешься? Рука в помощь, если имидж тебе дороже, — и шатен вышел, проходя прямо мимо бухой компании, гордо задрав подбородок и выставляя напоказ все оставленные Джуном засосы, а также свои припухшие после поцелуев с ним губы. Ребята молча проводили парня взглядами, а потом Хосок спросил то, что его так волновало последние несколько секунд: — Юнги, скажи, что у них там был тройничок. Или это и есть та самая намджунова девушка? — Ммм, да, она, — неуверенно отозвался Мин, потому что на деле "девушка" оказалась выше на полторы головы и в плечах шире раза в два, чем любой парень из присутствующих, кроме Гука. — Но это же парень... — Отлично, что ты сам это понял, потому что я уже думал подарить тебе очки. — Да я мельком увидел, не успел рассмотреть, к тому же... — не успел Шуга закончить фразу, как голова и трезвый разум окончательно подвели его, а колени подогнулись. Благо, Чимин успел среагировать и подхватить старшего, который рефлекторно вцепился в футболку на груди Пака. — Ой, блин... не удержался. — Да, этому больше не наливать, — вздохнул парень, придерживая Мина одной рукой и бросая ключи Тэхёну другой. — Я отведу хёна в комнату и приду к вам. Окей? — Оки-доки, — согласились все, оставляя парней одних, и они в принципе без происшествий дошли до жилья Шуги и Тэхёна, где Чимин помог старшему улечься на кровать и даже снял с него почти всю одежду. Юнги пристально наблюдал за всеми манипуляциями младшего, как он аккуратно складывает одежду хёна и затем наливает в стакан воду, чтобы утром Мин не умер от сушняка. Шуга понимал, что что-то тут, чёрт побери, не так. Намджун и Чимин, казалось, были двумя крайностями в жизни старшего, потому что первый делал слишком много плохого, а второй постоянно заботился, при том, что оба едва знакомы с Юнги. Будто в прошлой жизни Мин Джуна убил, а Пака спас от смерти. — Чимин-а, — прохрипел Шуга, а младший вздрогнул, резко обернувшись. — Что такое? Тебе плохо? — Нет. Я всё думаю, почему ты? — А что я? — недоумённо отозвался парень, присаживаясь на корточки рядом с кроватью старшего. Его прожигал этот лисий прищур, так пристально рассматривающий мягкое лицо Чимина, пока сам Юнги тщательно обдумывал произошедшее. Всё чудесатее и чудесатее, странности с каждым днём растут, как снежный ком, скатывающийся с горной вершины. — Почему ты не остановил меня, когда я пошёл к Намджуну? Казалось бы, вопрос логичный, ведь Пак так старательно защищал старшего ещё пару часов назад, когда Ким пришёл к нему домой, а потом вдруг Чимин позволил отправить Шугу прямо в логово монстра. Не то чтобы Юнги это возмутило, чистый интерес. А как бы младший отреагировал, если бы безумная догадка друзей оказалась правдой? К слову, частично они не ошиблись, Намджуну, по всей видимости, ближе парни, чем девушки. Тогда к чему был тот цирк с батлом? Это Мин как-нибудь попозже обмозгует и выяснит, а сейчас, Пак Чимин, какого чёрта? — А почему я должен был? Ты взрослый, хён. У тебя должна быть своя башка на плечах. Если ты знал, что вероятно нравишься Джун-хёну, и он мог тебя поцеловать, и попёрся туда не под дулом пистолета, значит был не против. На секунду Юнги показалось, что в голосе младшего слышится не только осуждение, но ещё и злость. — Да я бы увернулся, — ответил Мин, нахмурившись, и Чимин на несколько секунд замолчал, а потом склонился над старшим, уперевшись ладонью о подушку: — Ну увернись. — Чт?!.. Мгновение, нахальная улыбка, казалось бы, от милого и безобидного Пака, а затем ощущение его мягких губ на сухих и потрескавшихся тонких губах Юнги. Младший коснулся буквально на секунду, у задержавшего дыхание Мина даже не успел кончиться кислород, как Чимин уже успел выпрямиться и рванул к выходу, напоследок бросая что-то о том, что реакция у Юнги отстой.

***

Часто так бывает, что после сильного алкогольного опьянения память просто отшибает. Ну или происходящее кажется либо сном, либо вспоминается урывками. Человек просыпается с дичайшей головной болью и ничего не помнит, а мозги сигнализируют о том, что фрагмент памяти безнадёжно утерян, его больше не вернуть. Так вот, у Юнги всего этого не случилось. Он помнил губы Чимина на своих так, будто это произошло только что. Руки Пака словно до сих пор сжимали бока Мина, чтобы тот не упал, хотя старший явно лежал на своей кровати и пытался стереть предыдущий вечер из своей памяти. Чимин вроде бы хороший парень, только теперь не ясно, как ему в глаза смотреть. Чёрт его дёрнул вытворить такое, блин. А главное — почему? Шуга здраво рассудил, что это всё по пьяни, шутки ради, и вообще, может, чтобы осадить старшего, который переоценил свои способности. Но не таким же способом! Плевать, что на деле даже с предупреждением увернуться не вышло, слишком велик был шок, и Пак сам в этом виноват. От Намджуна Мин ожидал чего угодно, а от младшего привык получать лишь заботу и обычное общение. В общем, подстава. Нормально ведь общались. Юнги даже почти проникся младшим, считая его за своего второго любимого тонсена после надоедливого Тэхёна. И если Ким в этом списке находился чисто по причине безысходности, то Пак, по сути, место заслужил. Когда Мин закончил с надумыванием причин, в голове словно гром среди ясного неба прогремело осознание: отвращения от всего произошедшего не было. Мысль о поцелуе с Джуном вызывала рвотный рефлекс, хотя вчера от прикосновения к губам Чимина никого не стошнило, так что аналогичная ситуация с Монстром уже была под вопросом. А вдруг понравится? "Бля-я-я-ять?" — взвыл Шуга мысленно, издав в реальности что-то похожее на вымученный стон. Парень ещё и повернулся на бок, совсем не ожидая, что в комнате будет кто-то другой. А если точнее, то его сосед. Казалось бы, что он забыл в своей же комнате? Мог бы и на месте пьянки остаться. — Хён? — обеспокоенно спросил Ким, наклоняя голову в сторону старшего. — Тебе плохо? У меня таблеточки есть. — Откуда это? — прохрипел Юнги, высовываясь из-под одеяла. Сколько они жили вместе и сталкивались с чем-нибудь, требующим лекарств, у Тэ и его бабки всегда находилось 100500 народных средств для этого. Потому Ким не держал у себя лекарств от слова "совсем". И старшему периодически не позволял употреблять их. А тут вдруг таблетки... — Чимин дал, когда я уходил. Он сказал, что тебе... — Да-да, дай сюда, башка раскалывается, — перебил резко своего младшего Шуга, протягивая руку. Упоминание Пака разблокировало в мозгу повтор воспоминаний, и парень снова страдальчески простонал. На самом деле с головой Мина всё было нормально, за исключением того, что мозг кипел, а крыша рисковала съехать. — Ну ты вчера, конечно, бахнул. Полбутылки соджу одним махом, даже мой дед не такой жёсткий, а он, если что, всю жизнь почти бухает. Естественно у тебя всё теперь болит, — Тэ протянул старшему таблетки, а тот проглотил их махом, надеясь, что они бонусом отшибают память. Или хотя бы успокаивают нервы. А то что-то пиздец. — Помнишь что-нибудь после похода к Намджуну? А что, подумал Юнги, отличная возможность сделать вид, что ничего не было — просто притвориться беспамятным. Парень отрицательно покачал головой. — Не помню. И как оказался тут, тоже не помню. — Тебя Чимин принёс, а мы были в этот момент у него. Ты пропустил такое веселье. "Такое веселье"... Шуга на секунду представил, что там за веселье могло твориться с одной девушкой и четырьмя парнями. Первое, что приходит на ум — оргия, но Айрин вроде бы не совсем больная, Хосок вообще не проявляет интереса к отношениям, Тэхён ещё ребёнок в душе, а Чимин... А он вообще, выходит, по парням или всё же по девушкам? Чисто в теории натуралы не лезут целоваться к своим хёнам. "Я запутался", — заключает мысленно Мин, а потом решает, что ломать голову себе дороже. Он просто забудет это и поверит в свою нелепую ложь про потерю памяти. Никто ведь не знает о поцелуе, кроме Пака, а он не будет напоминать. Не станет ведь? Почему-то Шуга был уверен, что младшему стыдно за свой поступок, пока тот не забежал, чтобы поинтересоваться состоянием Юнги. Правда, тут же ушёл, обнаружив хёна живым и довольно бодреньким, на прощание мило улыбнувшись. А Мин потом весь день гадал, куда же так быстро смылся младший. На работу? На свиданку? В библиотеку? (Боже, Юнги, ну какая библиотека?) — Тэ, — ближе к вечеру у Мина закончились предположения, и он решил напрямую спросить. Только не у Чимина, а у его ближайшего друга. — А у Чимина есть кто-то? Потому что если кто и знает, то это точно Ким. — У Чимина? — младший задумчиво промычал и пожал плечами. — Вчера, когда мы играли, на вопрос, есть ли кто-то, кто ему нравится, он ответил положительно, но я пока не слышал о конкретном человеке. Надо будет всё выяснить... Я сбегаю вечерком в гости к нему. Юнги коротко кивнул, удивившись, что Тэ не задавал ему лишних вопросов. Что-то типа "А тебе зачем?", потому что после фразы "мне понравился Хосок", Тэхён мастерски сделал не те выводы, и это в итоге вылилось в катастрофу масштаба всего универа, а тут тишина. Через несколько часов младший и правда убежал. Перед этим он списался с Паком и убедился, что тот вернулся домой, а это как минимум значило одно: Чимин не ездил ни к кому на ночёвку. Может даже ни с кем не спал. "Откуда у меня вообще такие мысли?" — Шуге хотелось удариться головой о стол, чтобы всё это выпало нахуй и никогда не возвращалось, но вдруг в дверь постучались. Парень обернулся, наблюдая, как из прохода робко показался Ким Намджун, так и не дождавшийся разрешения войти. Старший помялся, переступая с ноги на ногу, и аккуратно прошёл вглубь, присаживаясь на стул в паре метров от кровати, на которой валялся Юнги. Он привстал, заинтересованно наблюдая за гостем, но догадывался, что хочет обсудить Джун. Впервые Ким выглядел так кротко при Шуге. — Эм... — начал неуверенно старший. — Ты мог бы не говорить о том, что видел вчера? Юнги усмехнулся: — То есть, ты меня на весь универ опозорил, когда услышал полную ересь от Тэхёна, а теперь просишь меня промолчать? Тебе не кажется, что ты немного прихуел, а? — Прости, — выдохнул Намджун. И это прозвучало довольно искренне на фоне его прежних высказываний. — Я хотел победить в батле и... думал, что ты такой же, как я. — Не понял. — Ну, мне нравятся парни. — Это я уже заметил, — с небольшой усмешкой сказал Шуга. — И это сугубо твоё дело, блять, я даже не собирался говорить никому, потому что для таких важных вещей люди делают каминг-аут сами, если хотят. — Мне жаль. Я тоже стесняюсь этого, поэтому... — Оу, стопэ, — прервал собеседника Мин, активно замахав руками. — Не "тоже". Я не гей, окей? В отличие от тебя, я с парнями не сосусь. Так что не думай, что ты был прав. Сознание ехидно напомнило Шуге о вчерашнем, но он послал голос в своей голове подальше. Это совсем другое. — Погоди, но Чимин... — Намджун вспомнил о том, как Пак пригрозил старшему моргало выколоть, только, кажется, мог делать это чисто из дружеских соображений. Вполне возможно, что Юнги вообще не в курсе. — Я понял, правда, прости. Не думал, что так всё кончится. Мин кивнул. Ещё бы. Хотя в принципе подобный исход был вполне ожидаем, потому что на батл ходят многие студенты, и они распространяют инфу оттуда довольно быстро. Не то чтобы Джун совсем не виноват, но Шуга уже не злился. К тому же, над Кимом и так природа издевнулась, добивать лежачего было как-то стыдно. — Слушай, а тот парень?.. Он согласен с тем, что вы скрываетесь? Просто интересно. Была как-то у друга Мина девушка, про которую тот не хотел рассказывать своим друзьям. В итоге они расстались из-за этого, потому что девушка не чувствовала себя важной, и её очень злили эти игры в шпионов, поцелуи по тёмным углам. Будто открытых отношений она просто недостойна. С двумя парнями ситуация немного другая, тут уже общество осудит, но Юнги своими глазами видел, как по универу периодически прогуливаются такие парочки. Значит, их как минимум не сжигают на костре и не закидывают тухлыми помидорами. Выходит, шанс на нормальные отношения есть, мешать может лишь образ брутального рэпера, которым обладают и Юнги, и Намджун. — Он не согласен. Мы... поссорились, если честно. Вообще-то, Шуга в чужие отношения лезть не привык, но он не мог не задать вопрос, который его теперь беспокоил: — Будешь мириться? — Не буду, — пробурчал Ким обиженно. — Он сам меня послал. — Но если ты его обидел, то разве не должен извиниться? Или вы просто так, поебались — разбежались? Намджун задумался и понял, что Юнги прав. Только Джун был против открытых отношений, но он явно не считал это мимолётным увлечением. Если человек дорог, то шаг навстречу делать придётся рано или поздно, как и признаться. — Не думал, что ты такой романтик, — усмехнулся беззлобно старший. — Говоришь так, будто у тебя уже есть любовь всей жизни. — Мои родители очень любят друг друга, когда я думаю об идеальных отношениях, я вспоминаю, как они обычно поступают. Ничего идеального нет, но они пытаются. Всё-таки, любовь — она везде одинаковая. Мужские жопы, конечно, это не для меня, но если ты определился, то вперёд. — Спасибо, я думал, ты совсем мудак, и не поймёшь меня. — По себе людей не судят, Монстр, — скривился Шуга, уже думая о том, что на самом деле и Намджун не самый плохой человек. Просто дебил немножко. Ну а кто этим не грешит? Тэхён, например... — Какого хуя у тебя с лицом?! — при виде Тэ, что забежал в комнату с разбитым носом, воскликнул Юнги, однако младший проигнорировал это, закричав: — Там Чимин!.. Ему нужна помощь! Видимо, с целым ебальником никто сегодня вечером не останется.