you took my heart (i was sleeping..well not really)

Описание: Тоскуй, белый мальчик... тоскуй. Примечания: Ребята, это совершенно не по теме, но я начала писать эту главу в поезде по пути к лучшему другу, а закончила в каком-то молодежном хостеле, в комнате еще с семью людьми, подпитываясь только батончиками мюсли и сигаретами. Кажется, «проклятие писателя» начинает меня настигать... пожелайте мне удачи. В любом случае, мои личные сообщения по-прежнему открыты для всех, кто хочет поболтать или оставить отзыв: @/monaxia22 в инсте и @/monachopsis-22 в Tumblr :P Часть 6 На следующее утро Майк проснулся от ощущения, что его тело буквально горит, хотя кончик носа все еще пощипывало от ледяного воздуха в комнате. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, ПОЧЕМУ ему так жарко — и кто именно его согревает. Уилл лежал рядом, прижавшись к нему всем телом. Его рука безвольно покоилась на груди Майка, голова уютно устроилась в ложбине между плечом и грудью друга. Они переплелись так тесно, что казались единым целым. Уилл все еще крепко спал: веки были плотно сомкнуты, а дыхание оставалось ровным и глубоким. Несмотря на то что Майку казалось, будто он вот-вот расплавится, он не смел шелохнуться, чтобы не разбудить Уилла. Он бросил взгляд на часы на тумбочке — все еще не работают. Электричества не было. И хотя Майк понимал, что это должно вызывать беспокойство, он чувствовал лишь захлестнувшее его облегчение: всё это еще не закончилось. Еще нет. Майк долго рассматривал Уилла, запоминая каждую деталь: подрагивающие веки, пушистые ресницы, порозовевшие от тепла щеки. Губы друга были слегка обветрены, с маленькой красноватой трещинкой посередине нижней губы. При каждом выдохе в холодном воздухе комнаты образовывались едва заметные призрачные облачка пара. Майк вспомнил события прошлой ночи. Вспомнил прикосновение кожи Уилла, то, как она покрылась мурашками от его первого касания, и то тепло, которое за этим последовало. Он попытался заставить себя думать о чем угодно другом, остро осознавая, что такие мысли — ненормальные. Это было плохо и неправильно. Никто не думает так о своем лучшем друге. Его первым порывом было вернуться к комиксу — занять руки и разум, чтобы отвлечься. Он читал минут двадцать, закончив старый выпуск и на треть погрузившись в новый, когда Уилл начал шевелиться. Постепенно Уилл осознал ситуацию, как и Майк до него, и поднял глаза на друга — который, к несчастью, в этот самый момент смотрел прямо на него. Черт. — Оу. — Как только их взгляды встретились, Уилл резко отпрянул, убирая руку и распутывая их ноги. — Эй, ты проснулся. — Прости, — ответил Уилл с чувством вины в голосе, протирая глаза. — За то, что проснулся? — За то, что... так бесцеремонно влез в твое пространство. Майк почти улыбнулся, но вовремя спохватился, решив, что это будет выглядеть странно. — Всё нормально. — А свет... — Всё еще нет. При этих словах лицо Уилла внезапно расслабилось. Он снова потер глаза, явно с трудом принимая тот факт, что ночь закончилась. Возможно, Майк был не единственным, кто втайне мечтал, чтобы темнота длилась вечно. Глядя на страницы комикса, Майк придумал, как продлить это состояние... в каком-то смысле. — Слушай, — он снова посмотрел на Уилла. — Я пока не хочу вставать. Почитаешь со мной? Уилл улыбнулся: — Ладно, но давай начнем сначала десятый выпуск? — Нет, — Майк уже предвкушал свою задумку. — Нет? — Сначала я должен объяснить тебе, что произошло в выпусках с первого по восьмой. — Он уселся поудобнее напротив Уилла, и улыбка исчезла с его лица: дело было серьезным. — Лор — это важно. Ты должен понимать контекст, прежде чем мы двинемся дальше. Уголок рта Уилла дрогнул в улыбке. — Хорошо. Я весь во внимании. Майк начал увлеченно рассказывать, объясняя предысторию каждого персонажа, постоянно перескакивая с одной сюжетной линии на другую. Он сбивался раз семь, теряя нить повествования, пока вдруг не остановился на самом важном месте. — Знаешь что? Я передумал. Тебе нужно их просто прочитать. — Что? Ты мне только что заспойлерил выпусков пять! — Неважно, — настаивал Майк, уже копаясь на книжной полке. — Это слишком важно. Поверь, ты мне потом спасибо скажешь. Они провели долгое время, читая в уютной тишине комнаты. Они сидели плечом к плечу; Уилл переворачивал страницы, а Майк читал вместе с ним, иногда придерживая его руку, потому что читал чуть медленнее. Между ними не было сказано ни слова, но Майку казалось, что сейчас они понимают друг друга лучше, чем за все последние месяцы. Они никогда в жизни не были так близки, и от этой мысли в груди Майка щемило от виноватой надежды. Спустя долгое время громкий хлопок входной двери вывел их из этого гипнотического состояния тишины. — Они... ушли? — первым нарушил молчание Уилл, взглянув на запястье Майка. — Хочешь проверить? Они вылезли из постели и прокрались вниз, стараясь не шуметь. Майк заглянул в кухню, а Уилл подошел к двери. — Машины нет. — Наверное, поехали за продуктами или типа того. Майк с облегчением и восторгом воскликнул: — О боже, наконец-то. Свобода! Уилл тихо рассмеялся: — Да ладно тебе. Они не такие уж плохие. Хотя Майк знал, что Уилл никогда не позволит себе грубости, глубоко внутри тот, кажется, был согласен: семья Уилеров порой бывала невыносимой. — Да, но... мне надоело, что все постоянно дома. Уилл начал насыпать хлопья в две миски, выглядя гораздо менее напряженным, чем обычно. Майк сбегал наверх за остальными комиксами. Они оккупировали гостиную, превратив её в настоящий фестиваль комиксов. Поглощая поздний завтрак, Майк заметил, что Уилл наконец-то полностью расслабился — его тело больше не казалось неестественно скованным. Через некоторое время у Майка затекла спина, и он откинулся прямо на ковер. Уилл последовал его примеру. Теперь они лежали на полу, плечом к плечу, иногда сталкиваясь коленями. Майк позволил своей руке медленно подползти к руке Уилла. Их пальцы разделял всего дюйм; Майк чувствовал, как волоски на его коже встают дыбом от исходящего от Уилла тепла. Майк украдкой взглянул на друга и заметил, что его взгляд стал каким-то отсутствующим. — Эй, ты вообще следишь за сюжетом? — Эм, да. — Эта часть очень важна, — подразнил его Майк, не в силах сдержать ехидную ухмылку. — Да, прости. Майк пролистал страницы назад, чтобы Уилл точно ничего не упустил. — Вот здесь. — Он указал пальцем на реплику персонажа. Его собственное внимание начало рассеиваться: близость руки Уилла и общая атмосфера уюта заставляли его засыпать. Он почувствовал, как голова тяжелеет, и начал склоняться к Уиллу. На грани сна и яви Майку на мгновение показалось, что мягкие пальцы Уилла осторожно скользнули между его пальцами. Он не пошевелился, решив поверить, что это сон, и желая насладиться этим мгновением, зная, что оно мимолетно. Внезапно раздался щелчок замка и топот ног — семья Майка ввалилась в дом. Майк мгновенно проснулся. Он отпрянул от Уилла — слишком резко, слишком испуганно. Уилл посмотрел на него с растерянным, а может, даже обиженным выражением лица. Майк почувствовал, как горят щеки. Одежда казалась слишком тесной, а воздух — слишком тяжелым. Он чувствовал себя загнанным в ловушку. Пока они сидели, не смея взглянуть друг на друга, Джонатан и остальные возились с пакетами продуктов. Уилл встал, чтобы помочь, и Майк понял, что ему нужно сделать то же самое. Они надолго застряли на кухне, разбирая покупки. Затем, когда Майк уже думал, что они наконец сбегут к себе, мама попросила Уилла помочь с огромной горой стирки, а вскоре запрягла и Майка. Им раздали поручения. Майк помогал Нэнси с бельевой веревкой: он держал её, пока сестра пыталась закрепить узел. В этот момент мысли Майка были далеко. Его разум ходил кругами, пытаясь осознать всё, что он чувствовал. А чувств было много. Он думал о том, что ему приснилось, будто Уилл держит его за руку, и почему ему вообще такое снится. О странной сухости в горле, которая возникла утром, когда они были так близко. Почему рядом с Уиллом он чувствует себя таким... одурманенным? Что это за чувство? С Эл всё было иначе. Он восхищался ею, его захватывал её образ. Но он никогда не чувствовал того, что ощущает сейчас, находясь бок о бок с Уиллом. Это всё так неправильно. Майк вернулся в реальность и увидел, что Уилл смотрит на него с беспокойством. Но Майка, которого начало подташнивать от собственных мыслей, лишь покачал головой и отвел взгляд. Закончив помогать Нэнси, Майк как можно тише ускользнул в свою комнату. Он нырнул под одеяло. Это был его единственный источник комфорта в моменты внутренней паники. Запах одеяла вызывал странное бурление в животе. Запах Уилла. Почему я это чувствую? Почему я такой плохой друг? Пользуюсь его страхом и этим холодом ради себя? Почему я такой эгоист? Он попытался заплакать, но глаза оставались сухими. Не в силах ничего чувствовать, он просто лежал и смотрел в потолок целую вечность. Затем его мысли вернулись к картине. К той самой картине, на вопрос о которой он ждал ответа месяцами. Майк откинул одеяло, встал на колени и вытащил из-под кровати папку со всеми рисунками Уилла и свернутый холст. Он пролистал рисунки их детства, утопая в ностальгии. Затем он развернул картину. Она была невероятной. Уилл так вырос как художник за те полгода, что они не виделись. Неужели он действительно не хотел показывать её Эл? Он вглядывался в детали: сердце на щите, пряди волос — на холсте он выглядел гораздо лучше, чем в жизни. Это ничуть не помогало; наоборот, в голове Майка всё запуталось еще сильнее, казалось, лоб сейчас взорвется от напряжения. В разгар этого внутреннего кризиса раздался тихий стук в дверь. — Войди. — Ты спал? — Нет. — Майк тут же пожалел о правде. Сон был бы куда логичнее, чем... это. — Все пошли умываться. Спустишься? Сердце Майка забилось быстрее. — Ты уже ходил? — Еще нет. — Пойдем вместе? Лицо Уилла оставалось непроницаемым, но он не выглядел так, будто эта идея ему неприятна. — Конечно. Они пошли в ванную наверху, там было просторнее. Майк сбегал на кухню за кастрюлей горячей воды и осторожно вернулся к Уиллу. Зайдя внутрь, он запер дверь. Быстро ополоснувшись, Майк вытерся и натянул свитер. Убедившись, что Уилл тоже закончил, он обернулся. Уилл был уже одет. — Уилл? Тот повернулся и вопросительно посмотрел на него. — Да? — Поможешь мне помыть голову? — Майк сглотнул. — Эм, да. Конечно. Майк встал на колени и наклонился над ванной, а Уилл начал медленно поливать его теплой водой. — Не слишком горячо? — Нет. В самый раз. Майк выдохнул и начал энергично тереть свои спутанные кудри. Он закрыл глаза и представил, что это руки Уилла массируют его затылок, пропуская пальцы сквозь волосы. Теплая вода и мягкие движения Уилла приносили невероятное облегчение после той дистанции, которую они держали весь день. — Готов? — спросил Уилл через пару минут и вылил на него остатки воды. Затем Майк предложил помочь Уиллу. Когда оба закончили и начали вытираться полотенцами, Майк действовал осторожно, чтобы не превратиться в «мокрую собаку» со своими кудрями, а Уилл энергично тер свои прямые волосы. Уилл вытирал шею и вдруг встретился с Майком взглядом в зеркале. — Майк? — М-м? — Ты в порядке? — Да. А что? — Ты сегодня какой-то притихший. Майк подумал обо всем сразу: о своих чувствах, об их близости, о том, как колотится сердце при каждой мысли об Уилле. Но он знал, что никогда в этом не признается. — Просто устал. — Но мы же так долго спали. — Ты спал. Уилл перестал смотреть в зеркало и повернулся к нему. — Ты не спал? — Ну... спал. Немного. — Майк опустил глаза, не желая врать в лицо. — Неважно. Просто не хочется сегодня быть среди людей. — Ясно. — Уилл смотрел на него осторожно, как на бомбу с часовым механизмом. — Ты... хочешь побыть один? — Нет! — выкрикнул Майк слишком быстро. — То есть... с тобой — нормально. Щеки Уилла порозовели. Черт, опять он сделал ситуацию неловкой. — Я просто... внизу слишком много народу. — Да, я понимаю. Я... чувствую то же самое. Они снова встретились глазами. Майк невольно улыбнулся, и Уилл улыбнулся в ответ. — Слушай, я замерзаю, — сказал Майк. — Пойдем в комнату? Они вернулись к Майку, оба дрожа от сырости на головах. В комнате повисла пауза — у каждого было что сказать, но никто не знал, с чего начать. — Эм, — начал Майк. — Хочешь лечь... Его прервал треск статики. Рация. — Какого... — Это рация! — Уилл уже был у стола. Он вытянул антенну. — ...есть кто-нибудь? Уилл открыл рот, но не смог произнести ни слова. Его взгляд застыл на столе Майка. О боже. Майк забыл спрятать картину. — Алло? Уилл замер, боясь дышать. Он повернулся к Майку. Тот сначала отвел взгляд, но, почувствовав на себе тяжелый взор друга, посмотрел в ответ. Уилл выглядел так, будто случилось что-то ужасное. Рация снова зашипела: — Меня кто-нибудь слышит? Уилл очнулся. — Прости. Привет! — Это ты, Байерс? — голос Лукаса было не спутать. — Лукас? Что случилось? Ты в порядке? — Мне скучно, а вы, придурки, никогда не заходите в гости. — Ты с Макс? — Весь день, каждый день. Уилл сел на кровать Майка, не отрываясь от рации. Майк сел рядом. Он намеренно коснулся ногой ноги Уилла, отчаянно нуждаясь в этой близости. — Передадим, — сказал Уилл. — И от меня тоже, — добавил Майк. Пауза. Озадаченный голос Лукаса: — Уилер? Майк придвинулся ближе к рации. — Да, я тоже здесь. — Какого... не верю, что дожил до этого дня! — Лукас был в восторге. Уилл посмотрел на Майка и тихо хихикнул. Майк в ответ картинно закатил глаза. — Только не говорите, что вы наконец-то помирились. Вы двое меня с ума сводили! — Заткнись, Лукас! — крикнули они хором и расхохотались. — Это лучшая новость за год! Видите? Это было не так уж трудно! — Не твое дело, Лукас, — сказал Майк, всё еще широко улыбаясь. К разговору присоединился Дастин. Пока ребята обсуждали дела, Майк перестал вслушиваться. Он хотел только одного — той ночной теплоты рядом с Уиллом. Он потихоньку придвинулся ближе, закинул ногу на ноги Уилла и полностью прильнул к нему. Его голова оказалась прямо у шеи друга. Он чувствовал собственное дыхание, отражающееся от кожи Уилла. Но ему всё еще было холодно. Этого было недостаточно. Тепло Уилла было ему нужно как воздух. Майк закрыл глаза, стараясь запомнить каждую секунду. Затем, почти не осознавая своих действий, он просунул руку под одеяло и положил ладонь Уиллу на живот. Его свитер немного задрался, и Майк коснулся теплой кожи. — О боже! — Уилл вздрогнул. Руки Майка были ледяными. — Прости. Ты как обогреватель. — Но мне-то холодно! — А животу твоему — нет. Уилл перестал спорить. Майка кольнуло чувство вины. — Тебе... нормально так? — Да. Майк с облегчением выдохнул. Он уже начал засыпать, уткнувшись носом в шею Уилла. — Майк? — едва слышный шепот. — М-м? — Майк не нашел сил на слова. — Ты... хотел поговорить? Майк вмиг проснулся. — О чем? — О картине. Майк задумался. Он понял: если разговор о картине всё испортит, он лучше никогда больше о ней не спросит. — Нет. Уилл замолчал. Майк снова начал проваливаться в сон. Его пальцы скользнули чуть глубже под свитер Уилла. Это приносило странное чувство счастья. Что это было? Он что-то пробормотал, но звук вышел невнятным, так как его губы были прижаты к ткани футболки Уилла. — Что? — шепотом спросил Уилл. — Тепло. Майк начал медленно обводить контуры ребер и мышц Уилла. Его ладонь теперь казалась раскаленной. — Майк, — Уилл пытался его разбудить. — Ужин готов. — Не хочу. — Надо поесть. Майк всё же нашел в себе силы встать. Он посмотрел на Уилла — тот выглядел таким мягким, таким... притягательным. Он убрал руку из-под одежды Уилла; на холодном воздухе ладонь мгновенно остыла. Майк потер лицо. Когда они спускались вниз, знакомое бурление в животе вернулось. Это был голод, но не тот, который можно утолить супом. За ужином оба молчали, глядя в свои тарелки. Майк мечтал только о том, чтобы поскорее вернуться в комнату, в постель, к Уиллу. Это была единственная мысль, которая помогала ему пережить трапезу. Как только они закончили, Майк пулей выскочил из-за стола и поспешил наверх, надеясь, что Уилл идет следом. В ванной они молча чистили зубы. Майк поймал взгляд Уилла в зеркале. Тот быстро отвел глаза. Вернувшись в комнату, они нырнули под одеяло, которое успело остыть. Уилл отвернулся от него. Но Майк не собирался сохранять дистанцию. Он прижался к его спине, снова нашел рукой его бок и обхватил за талию, притягивая к себе еще ближе, чем раньше. Уилл замер как статуя. Майка на мгновение охватила тревога — не перешел ли он черту? Но он подавил стыд и прижался лицом к плечу друга, переплетая свои ноги с его ногами. В тишине Уилл глубоко вздохнул: — У тебя ноги холодные. Майк улыбнулся: — Тогда согрей их. И Уилл сделал именно это. Он поудобнее устроил свои ноги между ногами Майка. Кожа к коже. Уиллу было так же холодно, но ему было всё равно. — Майк? Ты спишь? — Да. — Ладно. Спокойной ночи. — Ночи. Тишина. Майк чувствовал, как засыпает, его тело гудело от переполнявшего его тепла. Он не знал, который час, но внезапно проснулся от ощущения, что его тело буквально объято пламенем. Ему стало невыносимо жарко. — Уилл. Уилл повернул голову, всё еще не разрывая их объятий. — Что случилось? — Мне слишком жарко. Майк почувствовал, как Уилл отпускает его руку. Майк выскользнул из постели, лихорадочно стянул свитер и бросил его на пол. Холодный воздух обжег кожу — и это было прекрасное чувство. Затем он начал снимать тренировочные штаны, которые прилипли к телу. — Ты что делаешь? — Уилл выглядел совершенно сбитым с толку. — Я же сказал. Мне жарко. — Майк сорвал с себя и носки. Насладившись холодом пару секунд, он нырнул обратно под одеяло и занял ту же позицию: рука на талии Уилла, ноги переплетены. Теперь он чувствовал жар торса Уилла непосредственно своей кожей. Он придвинулся к его уху и прошептал: — Тебе не хочется тоже это снять? — Его рука коснулась края свитера друга. Уилл ответил не сразу, его дыхание участилось. — Э-э... да. Майк помог Уиллу снять свитер, а затем Уилл сам стащил штаны. Когда они снова улеглись, Майк нежно потянул Уилла за руку, и они перевернулись, поменявшись ролями. Теперь Уилл обнимал его со спины. — Теперь ты весь теплый, — пробормотал Майк. Он чувствовал, как пальцы Уилла сжались в кулак, его рука на боку Майка была напряжена. — Значит, ты больше не одержим. Уилл молчал. Майк чувствовал его прерывистое дыхание на своей спине, особенно в том месте, где их футболки задрались и кожа соприкоснулась. Он понимал, что это ненормально, но ему было так тепло и спокойно. Он знал, что это временно: как только дадут свет, эта негласная сделка закончится. Уилл просто замерз и отчаялся, а Майк оказался рядом. Майк нашел сжатый кулак Уилла, осторожно разжал каждый палец и переплел их со своими, прижимая руку друга к своей груди, прямо над сердцем. Дышать стало трудно. Майк боялся даже шелохнуться, чтобы Уилл не отстранился. — Уилл? — Да? Майк ослабил хватку, давая Уиллу возможность убрать руку, если тот захочет. — Я рад, что свет отключили. — Да? — Да. Снова долгая тишина. Майк чувствовал, как Уилл колеблется. Наконец тот снова напряг руку и сдвинул ладонь ниже, коснувшись края футболки Майка. Кожа в месте касания пылала. Майк сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. — Знаешь, — голос Майка звучал хрипло. — Я думал о том, что ты сказал вчера ночью... — О чем именно? Майк выдержал паузу, отбрасывая остатки гордости. — Насчет того... что я избегал тебя в аэропорту. Уилл сглотнул. — Это не оправдание, конечно. Я знаю, что был паршивым другом. Но я хочу объяснить, что со мной происходило. — Хорошо. Майк глубоко вдохнул и повернулся к Уиллу лицом, чтобы видеть его реакцию. — Я просто не знал, как... как к тебе подойти. Мы знаем друг друга с пяти лет. А там ты был в новом городе, с новыми людьми, новой жизнью. И я не знал... Он потерял нить. Уилл терпеливо ждал. — Я не знал, есть ли мне еще место в твоей жизни. Уилл нахмурился, выглядя почти обиженным. — Ты мой лучший друг, Майк. Для тебя всегда есть место. В сердце Майка вспыхнула надежда. — Эл писала мне про тебя. — Что? Что она писала? — Что ты ведешь себя странно. — Майк решил смотреть Уиллу прямо в глаза. Сжигать мосты — так сжигать. — Она писала, что в Леноре есть девочка, которая тебе нравится. Уилл молчал, а потом... начал смеяться. — Почему ты смеешься? — Прости. Просто... нет. В Леноре не было никакой девочки. Волна облегчения накрыла Майка, но он не остановился. — Но она сказала, что ты рисовал для кого-то картину. Улыбка мгновенно исчезла с лица Уилла. — Я хотел спросить об этом в аэропорту. Но ты ушел от ответа, и я подумал, что ты просто не хочешь о ней говорить. — Майк, нет никакой девочки. — Да, но... — это был тот самый вопрос, который жег его изнутри. Возможно, это было безумием, но... — Кто-то же есть, верно? Уилл молчал, едва смея дышать. — Я не очень хочу об этом говорить, — прошептал он дрожащим голосом. Майк долго обдумывал его ответ. В конце концов он пришел к выводу: Уилл, возможно, действительно не такой, как все... но это не касается Майка. Сердце Майка заныло, оплакивая то, чего никогда не было. — Хорошо, — тихо ответил Майк. Он придвинулся ближе к Уиллу, снова уткнувшись носом в его шею, и положил руку ему на спину — так же, как Уилл держал его. — Всё хорошо, — прошептал он. И он действительно так считал. Он понимал, что никогда не сможет обладать Уиллом так, как хотел бы. Это было запрещено. Уилл был его самым близким другом. И эта близость была им позволена только сейчас, в темные часы, пока никто не видит. Майк не был уверен, снится ему это или происходит наяву, но он едва заметно коснулся губами шеи Уилла. Поцелуй был таким нежным и невесомым, что его почти не было. Но Майк знал, что он был. И этого было достаточно. Таким парням, как он, не положено большего.