heard from your mother (she don't recognize you)

С неизвестного номера Кас иногда получает наводки на очередную охоту. Он знает, что должен перепроверять их и по другим признакам — блогам или газетам, но в итоге он всё равно отправляется в указанные места. Все они действительно оказываются реальными случаями, вот только ни одна из этих охот так и не дала ему ответов насчёт его собственной жизни и личности. Стая оборотней оказалась трудной целью. Чтобы выследить их, ему пришлось попросить помощи у нескольких охотников неподалёку. Оба говорили, что сейчас поздно, слишком близко к пику их силы, но Кас упёрся. Место он нашёл только когда один из них напал на него и бросил умирать. — Он тебя укусил? Эти двое были парой. Они притащили Каса в совершенно обычный на вид дом в нескольких городках отсюда и занялись его ранами, заявив, что у них было предчувствие насчёт его тупости и упрямства — вряд ли он их послушается и скорее всего ему понадобится «спасательная операция». Кас подозревает, что жжение где-то в области рëбер у него появляется скорее от стыда, чем от травм. — С виду нормально. Повезло тебе, — женщина, Тамара, внимательно осматривает его, выискивая следы укусов. — Не знаю, как ты умудрился, но… Она переглядывается с мужем — мужчиной по имени Айзек. — Мне нужно вернуться туда. Я должен успеть до того, как они обратятся и покалечат ещё людей. — У тебя может быть сотрясение, — вмешивается Айзек. — Слушай, мы понимаем. Но единственное, чего ты добьёшься, если полезешь к ним сейчас — это смерть. Или и того хуже. Оба охотника смотрят так, что Кас не сомневается.- если он всё же решит уйти, они вполне способны его удержать. Он уступает. Тамара заваривает ему чай и спрашивает, какой сорт он любит. — Я не знаю, — неловко отвечает Кас. Он никогда не пил чай. Или не помнит об этом, что в целом одно и то же. Она закатывает глаза. — Американцы, — цокает она и ставит перед ним чашку чая сорта «английский завтрак» с небольшим количеством молока и чайной ложкой сахара. Нормально — думает Кас. За ужином Айзек даёт ему пиво и оно нравится ему гораздо больше чая. После ужина Кас неловко сидит за столом, пока Тамара не просит его помочь помыть посуду. Ему нравится приносить пользу, а мытье тарелок и столовых приборов, в отличие от охоты — это ритмичное и обыденное занятие. Ему показывают комнату — белую, пустую, без единой детали, которая могла бы как-то намекнуть на характер предыдущих жильцов или владельцев. Когда он открывает ящик комода, то находит там несколько фотографий в рамках, на которых он видит Айзека, Тамару и девочку, которая могла бы быть их дочерью. Дверь спальни открывается и Кас резко захлопывает ящик. — Я просто хотел спросить, не нужно ли тебе полотенце, — говорит Айзек, кладёт упомянутое на кровать и переводит взгляд с Каса на комод. — Простите… Я просто… простите. Я не должен был. Мне не стоило смотреть. Айзек просто тяжело вздыхает. — Мы даже не заметили их приближения, понимаешь? Понятия не имели, что такое вообще бывает. А когда поняли… — он не плачет, но лицо у него искажается. Он всё ещё смотрит на ящик. — Мы думали уехать, но… После этого мы с Тамарой решили либо дальше делать вид, что всё нормально, либо сделать так, чтобы это больше никогда ни с кем не случилось. Он наконец смотрит на Каса. — Поэтому ты здесь пытаешься выследить оборотней в одиночку? Кас думает, есть ли где-то семья, которая его ищет, но если и есть — он понятия об этом не имеет. Каждый раз, когда он садится и пытается сосредоточиться на прошлом, он не может вспомнить ничего более. Предположительно, если кто-то его знает и еще жив, он его ищет. Может, они тоже охотники. Если когда-нибудь они найдут его, у него, возможно, будут ответы. Но вслух он говорит совсем другое. — Я знаю, что выполняя свою работу, я могу спасать жизни людей. Пока что это главное. — Ты тоже должен жить, понимаешь? — тихо говорит Айзек. — Чтобы найти смысл того, ради чего ты рискуешь собой. Кас кивает, но больше ничего не говорит. Айзек уходит и закрывает дверь. Кас ждёт, пока шаги не затихнут в коридоре и принимает душ, надевает старую футболку и свежие боксёры и забирается в постель. Пытается представить, как выглядела бы его комната. Если бы у него вообще была такая. Он засыпает. — Выглядишь уже гораздо лучше, — говорит Тамара утром, когда он появляется на кухне. Кас спрашивает, можно ли сегодня попробовать другой чай, и она улыбается и заваривает ему нечто, что нужно настаивать. Ему нравится запах. Она говорит, что это «эрл грей» с лавандой. Без молока и сахара. Этот ему нравится больше, чем вчерашний. Даже больше, чем пиво, которое дал Айзек. Они оба говорят, что он быстро восстанавливается, и предлагают остаться, всё спланировать и прийти с ними через неделю, когда они атакуют стаю. Кас говорит, что подумает. Они дают ему свои номера и отвозят туда, где он оставил машину. Остаток дня он ищет настоящее серебро по антикварным лавкам вокруг. Затачивает нож для писем настолько, чтобы хоть как-то имитировать остриё кинжала. Оружие так себе, но запасной вариант лишним не бывает. К ночи он готов. Их логово — грязный заброшенный склад, когда-то, возможно, бывшее небольшое производство. В стае всего пять особей. Эффект неожиданности помогает быстро ликвидировать двоих, но после этого его замечают и крепко прижимают к земле. — Я думал, ты его убил, — рычит один оборотень другому. Когти уже вылезли поверх ногтей, сила тоже возросла, но до полного превращения им всё равно ещё далеко. — А на мой взгляд он вполне цел и по большей части даже невредим. Кас и правда чувствовал себя нормально, но у него есть неприятное ощущение, что правое плечо сейчас вырвано из сустава. Он дёргается, пинается и тут когти проходят по животу, разрывая футболку. — Хотя, если убить его не выходит, можно ведь обратить. Охотники это ненавидят. Луна выглядывает сквозь облака и разбитые окна склада, и люди завершают процесс превращения в массивных зверей, глаза которых ярко светятся в полумраке. Кас выскальзывает из немного ослабевшей хватки и мгновенно бросается к оружию. Он успевает выстрелить ещё раз и зацепить ещё одну особь, но тут же его сносит ударом, от силы которого он болезненно ударяется о кирпичную стену. Клыки рвут одежду, оголяя кожу, которую сейчас, кажется, начнут рвать уже по-настоящему. Горячая слюна капает ему на лицо, грубое дыхание обжигает щёку, зверь нависает вплотную. Тело Каса в панике — он пытается вдохнуть, пытается не быть раздавленным под этой массой меха и мышц. Пытается не умереть. А разум отмечает всё это откуда-то со стороны, словно он всего лишь сторонний наблюдатель. Может, он уже мёртв и душа просто наблюдает за пустой телесной оболочкой. Он опирается на собственный вес, благодаря чему его физическое тело позволяет ему с усилием поднять руку вверх, ладонью вперёд, словно он собирается погладить оборотня по голове. Закрой глаза, думает он. Или думает кто-то другой. Он закрывает. Что-то поднимается внутри, жар обжигает так сильно, что от него мороз по коже. Будто его разрывает изнутри и остановить это он не может. Белый свет непрерывно усиливается и становится всё ярче, пока он не начинает видеть тонкие капилляры на внутренней стороне век. Отпечатки вспышки горят на сетчатке даже тогда, когда всё гаснет. Он открывает глаза. Оборотни, которые на него нападали, лежат на земле мёртвым грузом. Все особи мертвы. Кас выползает из-под того, кто ранее прижимал его к земле. Светящихся глаз в этой массе шерсти больше нет. Он вообще не видит глаз. Он уезжает, не позвонив Тамаре и Айзеку. Он садится в машину и бесцельно едет вперёд. Едет, пока топливо у машины не начинает заканчиваться и пока он не находит круглосуточную заправку у трассы. В раннем утреннем свете он заходит в туалет и стягивает с себя окровавленные остатки футболки. Плечо чувствует себя нормально и в грязном зеркале он не видит царапин, которые точно получил прошлой ночью. Они говорили, что его раны быстро заживают, но он смотрит на разорванную, в крови, ткань и вспоминает мирных людей, которых он спасал. У них раны держались долго, днями и неделями. Он сминает футболку в ком и засовывает в огромный промышленный мусорный бак. Мочит бумажные полотенца и кидает сверху, пока не перестаёт видеть ткань. Он надевает новую футболку и едет дальше. Любые попытки повторить то, что произошло, заставляют его чувствовать себя идиотом. Он пытается найти ответы в любой библиотеке, которая выглядит достаточно большой, чтобы там было хоть что-то полезное. Читает про ведьм, но это тоже не то. Магия обычно требует конкретного заклинания, какого-то ритуала. А у него просто… само получается. Он натыкается на несколько подозрительных сайтов про экстрасенсов и это ближе, но он пока не видел ни одного доказательства того что экстрасенс может повторить подобное. Проходит ещё месяц, и он получает новое сообщение. лодж у Кратерного озера Он добирается до Орегона и упрямо не думает о том, что сделал — о том, что может выжечь глаза ликантропам.