Девять хвостов

Мицуко без особой спешки бродила по устланным алыми коврами коридорам, избегая снующих туда-сюда Теней-стражников в грузных начищенных доспехах. С птичьими головами, лошадиными и даже собачьими — рыцари бродили в патрулях. Не сказать что они были, однако, достаточно бдительны. За окном багровела луна, подëрнутая чёрными облаками. Кинутый в вазу камень тут и там, опрокинутый вовремя небольшой шкаф с книгами и спортивными трофеями — вору есть где разгуляться и навести отвлекающего шума. — Нарушители, нарушители, — шептали они. И Мицуко насторожилась, скрываясь лучше. Иногда через витражные открытые окна она проскальзывала на внешнюю сторону замка, благо, выступы вполне могли уместить одного подростка. «Они взбудоражены,» — подсказала Кицунэ, вильнув хвостом. — «Мы тут не одни. Кто-то наследил и исчез.» — Ещё гости? — уточнила Мицуко, скрывшись за тенью высоких розовых кустов, утонувших в каменной клетке стен. «Были. Больше одного. Знакомые запахи, но не могу сказать точнее,» — повела носом лисица. Уступ-другой, подтянуться за удачно выступающий сколотый камень внешней стены… И вот они уже в очередном из внутренних садов. Не смотря на помпезность и карикатурную картинность, замок Камошиды был до одури старомодным. Дело даже не в самой теме средневековья, а, скорее, в её наитипичнейшем представлении. Открываешь любой любовный роман — и вот оно. Воздух подрагивал, словно марево, вокруг блестящих вод крупного фонтана с русалками. Кусты роз и шиповника скрывали этот небольшой клочок ото всех устремлëнных в эту сторону окон. Несколько стражников выглядывали из высоких башен, ещё кучка патрулировала коридоры, — никто так и не обратил внимания на пëструю гостью. — Короткий перерыв, — объявила сама себе Мицуко, садясь на бортик фонтана. Опустила руку без перчатки в воду, радуясь приятной прохладе. В Замке Камошиды — вечная весна, тёплая и нежная. Нужно было свыкнуться с новым ощущением. Она впервые совершенно одна в чужом замке, не считая Персону-контрактера. Никто не поможет скрыть следы, не прикроет в случае засады, не вытащит, если совсем прижмëт… Мицуко подавила подступающий всхлип, больно ударив кулаком по бедру. Хлопнула себя по щекам, от чего маска из цепочек и хрусталиков неприятно впилась в кожу.

Не время раскисать!

«Запах усиливается. Мы на верном пути,» — подбодрила её Кицунэ, проявившись. — Скоро способов взбираться по стенам не останется, надо переходить во внутренние помещения, — вздохнула девушка. Выудила из обманчиво маленькой сумочки бутылку воды и небольшое онигири на перекус. Местной едой не наешься — на вкус она словно воск. Лисья морда появилась у плеча почти сразу. «Дань-дань,» — пропела она, и кусок чуть меньший половины отправился в лисью пасть. Довольное виляние хвостов ответило девушке. Сполоснув руку в фонтане, она отправилась дальше. Выждав, когда караульные разойдутся на максимальное расстояние, перемахнула через карниз, опустившись на мягкий ковёр. Несмотря на большую разницу в высоте меж этажей, покрытые обоями стены быстро уступили каменной кладке каземат. Запахло сыростью, ветхостью и застарелым потом. Ковры сменились брусчаткой, небольшие каблуки зацокали по полу. Мицуко вздохнула и приподнялась на носочках. Стража была и здесь, но они не патрулировали, а наблюдали за происходящим за высокими решетками. Слышались тихие вскрики и стоны боли, звук ударов мяча о пол и чьи-то тела. Мицуко слишком хорошо запомнила хлопок удара подачи о Мишиму. По спине прошла неприятная дрожь, заставившая передернуть плечами. — Кицунэ, ешь, — тихо скомандовала девушка. Персона облизнулась и с громким чавканьем вгрызлась стражникам глубоко в шеи. Сначала одному, а потом и второму, что так и не успел отреагировать. Выгрызла по тёмному чернильному куску и исчезла. Жертвы потрясли звериными головами, переглянулись напряжëнно и начали драться, возясь у самой решетки. «Опять чернил наелась,» — сплюнула Кицунэ. — «Но шоу занятное.» Персона с любопытством наблюдала за возней, когда как Мицуко сверялась со страдающими по ту сторону. Как минимум нескольких она видела в медкабинете. И все — только парни, ни одной девушки. — Идём, — одëрнула Мицуко, уходя вглубь каземат. Они прошли через опущенный мост через ров — статуя Короля-Камошиды с улыбкой скалилась на незваную гостью. Механизм был приведён в действие, хотя теням такие физические переправы были не нужны в силу потусторонней природы. Сами мосты, рвы и даже стены с башнями — лишь слепок восприятия Владельца Дворца. Несколько этажей ходами и лазами вели наверх, мимо новых клеток, — больше боли, больше стонов и мольб о пощаде. Тени-ученики страдали, показывая страдания своих оригиналов. И когда Мицуко уже едва могла выносить эту какофонию, она сменилась на новую. Пряную, порочную и тлетворную. Камень сменился коврами вновь, сырость перешла на тепло, раздались запахи духов и сладостей. Мицуко могла поклясться, что местные стражники были похожи на попугаев — их массивные доспехи тут и там оплетали шарфы из перьев самых разных птиц. Прежний кремовый цвет обоев уступил розово-алому кричащему бархату и порче, заменившей двери.

Здесь скрыться уже намного сложнее.

«Кажется, мы попали в крыло гарема,» — хихикнула Кицунэ. — Но ведь замок европейский… «Во Дворце творится всё так, как извращается восприятие владельца. Если все девочки — его рабыни, будет ли он довольствоваться лишь одной?» — Погоди… А я здесь есть? — неожиданно устрашилась Мицуко. «Вряд ли. Вы с ним пересекались, от силы, раза два. Он ещё не успел сформировать о тебе мнение. Вот через пару месяцев — будешь тут главной красавицей.» — Главной, как же… — вздохнула Мицуко с облегчением. «Кицунэ не довольствуются меньшим!» — хищно оскалилась Персона. — «Сокровища, мужчины, деньги, платья — всё лучшее для самой красивой и хитрой. Всё лучшее — нам.» Послышался девичий смех, какая-то возня и тихая музыка. — О, Шихо. Король Камошида приготовил для нас новые угощения. Не сам, конечно, поручил слугам… — сказал женский голос. — Как славно, — спокойно отозвался второй. И голоса эти были до боли знакомые. В самом центре крыла, куда сходились все коридоры, на горе из подушек с кисточками и пёрышками сидели многие девушки академии Сюдзин. В центре, выше всех расположилась Такамаки в купальнике, подле неё — Шихо в костюме зайки. Кто-то в школьной форме, кто-то — горничные, зайки, коровки и прочая живность. Мицуко отпрянула от угла в отвращении. Всем им было, дай бог, лет по семнадцать. В лучшем случае. — Больной ублюдок, — передёрнуло девушку. — Принцесса, принцесса! — отозвались девушки рангом явно ниже. — М? — подалась чуть вперед Такамаки. Теперь в её светлых волосах чётче виднелась тиара с блестящими камнями. — Нам нужны цветы и новые платья, попросите у короля! — Ох, не знаю. Он так занят в последнее время с рабами, — наигранно надулась девушка. — Дамы, — донеслось со стороны противоположного коридора, и Мицуко вжалась в стену. Король Камошида пришёл к своему гарему в монаршем плаще, обитом мехом. Из-под одежд виднелись лишь длинные волосатые ноги… В шлёпанцах. «Какая безвкусица,» — фыркнула Кицунэ. Восприятие Владельца Дворца очень сильно разнилось от человека к человеку, но чтобы настолько плохо… Мицуко тихо хихикнула и сразу же зажала себе рот ладонью. Её звук утонул в чужом смехе, но рисковать нельзя. Прокравшись обратно, она свернула в другую сторону, оставляя вульгарное капище далеко позади. «Оно там,» — махнула хвостом Кицунэ в сторону бездны, развëрзшейся в переходе от малой башни к самой главной. — Великолепно. Осталось научиться летать… — задумчиво протянула Мицуко. Прошлась взад-вперёд подле зева арки, ведущей в бездну. Ни рычагов, ни уступов, ни фальшивых стен. Силы потихоньку покидали девушку, потому нужно было закончить первое проникновение в Замок на какой-то логической ноте. Подле провала выбивался лишь огромный бюст Короля с улыбкой-оскалом. Двух передних зубов не хватало, словно кто-то заведомо их вынул. И этот кто-то — тени этого этажа, если не всей башни. — Детский сад какой-то… — цыкнула Мицуко и отступила вглубь башни, где вновь маревом подëрнуло одну из комнат. Граница между мирами истончилась, позволяя легко проскочить в реальность. Так девушка и поступила, оказавшись вновь в неприглядном проулке подле академии. — Как всё прошло? — уточнил появившийся рядом с ней Джозеф, раскрывая зонт. В Токио снова шёл дождь.

***

Есть в этом что-то ужасное — учиться там, где простирается проекция чужого разума за тонкой-тонкой гранью. Мицуко отправилась во внутренний двор на большой перемене, чтобы только не смотреть на лица других учеников. И именно там она вновь наткнулась на Аню с Шихо. Снова на той же лавочке рядом с автоматами с напитками — самый тихий и неприметный угол двора. — Девочки, привет… — несколько неловко поздоровалась она. — Мицуко, — кивнула Шихо. Теперь на её и без того бледном лице «красовался» синяк над левым глазом — совсем свежий, не успевший посинеть. — Ох, Мицуко… — дёрнулась Аня. — М-мне пора на тренировку, — подорвалась спортсменка и быстро убежала, иначе не сказать. Девушки какое-то время весьма неловко молчали. В чувства их привела настойчивая трель телефона Ани. — Это её на тренировках так, да? — наконец уточнила Мицуко. Аня кивнула, затем напряжённо посмотрела на неё. Трель не прекращалась. — Камошида тебя не достает? — Тренер? Аня кивнула. — Прости, странный вопрос, — наконец взяла в руки телефон она и поспешила прочь. — Надо ответить. Пока-пока. — Он ещё не успел, — в спину ей ответила Мицуко. Блондинка кивнула и исчезла за стеклянной дверью. — Кто-то что-то начинает понимать, — раскрыла веер Мицуко, задумавшись. Чаша терпения учеников, особенно самых свободолюбивых и чутких, скоро переполнится. Поднимут ли они бунт и устроят самосуд для Камошиды? Слишком мало дней прошло чтобы судить. — Кабаякаши, — робко обратились к ней. Голос она узнала весьма быстро. — Мишима, привет, — кивнула она, повернувшись и закрыв веер. — Как твоё самочувствие? Парень с новыми пластырями и бинтами смотрел на неё с долей вины и какого-то даже благоговения. — Лучше, спасибо… И вообще, спасибо. Что заступилась в медпункте, — нерешительно добавил он. Побитый и робкий вид делал его похожим на щеночка. — Я ничего не сделала, увы. Только сказала правду. — Мишима! — раздался громкий крик тренера. Вездесущая долговязая фигура появилась в открытой двери. — Т-тренер? — оцепенел парень. — Прости… Кабаякаши, верно? — просиял улыбкой мужчина. — Он тебе докучает? Мишима, тренировка. Живо. Последнее было брошено с интонацией команды псу, не иначе. — Всё в порядке, тренер. Мишима просто спросил не сильно ли напугал меня случай на площадке, — попыталась отгородить парня Мицуко, да тот сам подался к двери. С глазами мёртвой рыбы Мишима отправился на каторгу. — Нечего к девочкам клеиться, когда такая размазня… — мужчина вновь окинул её взглядом с головы до ног. — Ты, вроде, весьма занятая. Могу подвезти куда-нибудь после занятий. От этого взгляда ей катастрофически сильно захотелось помыться, а лучше — соскоблить кожу до мяса. — Спасибо за предложение, но я вынуждена отказаться. Отец очень беспокоится, поэтому меня возит личный водитель, — наигранно покорно и уважительно поклонилась она. — Понима-аю, — скривился тренер и ушёл, не попрощавшись. — Мерзость, — передёрнуло девушку. — Кабаякаши, кошку не видела здесь? — подошли к ней двое ответственных за перемены учителей. — Кошку? Нет, сэр. — Животное как-то попало в академию. Будь аккуратна и остальным в классе скажи, — отмахнулся учитель. В надежде, что больше никто её не окрикнет и не позовёт, Мицуко поспешила на урок вслед за первым звонком.

***

Весь вечер Мицуко провела в раздумьях. Написала официальное письмо юристу Янтарных волков. Конечно, изменение сердца — дело правильное и кропотливое, но простым раскаянием всё не закончится. Камошида, как и прочие злодеи, должен предстать перед судом. Остатком дела доктора Канширо занимались Джозеф с юристами, Мицуко же отстранили. Да и не особо-то было до того дело — ей требовалось прийти в себя и, хотя бы, начать осознавать положение Кейске. Под грузом мыслей девушка молча ехала в машине по сонному Токио. Академии Сюдзин приветствовала своих учеников и жертв, как и все дни до этого. Времени до первого урока было ещё достаточно, и Мицуко решила пройтись до внутреннего двора, чтобы прохлада утра окончательно её разбудила. Там, в тени деревьев наворачивал круги Сакамото. Наблюдать за его светлой головой, снующей вокруг одного из клёнов было в некоторой степени забавно. Парень заметил не скрывающуюся слежку, просиял, но разговаривать не спешил, сделав ещё несколько кругов. Каждый раз их взгляды встречались, каждый раз он смешно робел и выпрямлялся, как петух на торгах. Закончив странный полуспортивный ритуал, Сакамото поднял с земли свою сумку, выудил полотенце и направился прямиком к Мицуко, вытирая шею от пота. — Йо! — помахал он, приземлившись на лавочку впритык к девушке. — Разминаешься? — уточнила она, чуть отодвигаясь. — Типа того. Если совсем не шевелиться, то колено сводит с ума, — парень пристукнул о брусчатку кроссовком. — Часто болит? — Когда много бегаю или в дождь. А что, волнуешься за меня? Я парень крепкий, справлюсь, — выкатил грудь колесом он. Мицуко лишь слегка расправила веер, прочертив границу между ними с легким смешком. — В академии, я смотрю, полный дурдом творится, — проронила она. — Ага. Ну, ничего, скоро на Камошиду найдётся управа, — кивнул парень более серьёзно. — Он, типо… Он к тебе не приставал? — Ты уже второй человек, кто меня об этом спрашивает, — подметила Мицуко. — И нет, но явно планирует. Губа не дура. — Губа не ду… Погоди, ты что, клюнешь? — ошарашенно почти прокричал Сакамото. — Сакамото, я оглохну! — одëрнула его Мицуко, сложив веер звонким щелчком. — Сорян-сорян… Но, реально? Он старый и вообще… Он столько всякого дерьма наделал, и… — злился всё больше парень, — и вообще, зови меня Рюджи. Мы же в одном классе. — Если это поможет вывести его на чистую воду официально, я могу и клюнуть. Притворно, с обманкой и диктофоном в кармане. Рюджи, яркий и импульсивный, снова лучезарно улыбнулся. — Серьёзно? Какая ты крутая, Мицуко-о… — протянул он. — Но вообще, скоро он сам во всём сознается. Ответит за то, что делал с девочками, с ребятами и… — И с тобой? — всё же уточнила она. Сложить два и два было не так уж просто, когда все вокруг перешëптываются и распускают слухи. Рюджи лишь кивнул, ничего больше не говоря. Прозвенел первый звонок. — Надо собираться, а то классрук опять нотации читать будет, — сменив тему, заторопился парень. Мицуко согласилась, вставая вместе с ним.

***

Урок проходил весьма нудно и неспешно, пока чей-то крик не раздался в коридоре. Послышался шум если не толпы, то сразу нескольких учеников. Следом посыпались ругательства дежурных учителей и тех, чьи уроки саботировали. — Сидим-сидим! Сейчас узнаю, в чем дело, — подмахнул учитель и вышел, не закрыв дверь. — Это Сузуи! Там Шихо, Шихо! — доносились голоса учеников. На своём месте не остался никто — все поспешили слиться с взбудораженной толпой в коридорах. Впереди мелькнули светлые головы Ани и Рюджи, рядом с ними сверкнули и очки Амамии. Мицуко решила ускориться, чтобы не отставать от своей новой подруги, что бы там впереди не ждало… Ученики толпились, распихивая друг друга. Многие скопились у проходов во внутренний двор, где что-то определённо произошло. Неожиданно кто-то схватил Мицуко за локоть и вытянул из утягивающего потока людей, который уже поднял её над землей и нëс в своём ритме. — Жива? — спросил её Рюджи, — Побежали с нами. Амамия уже прокладывал им путь через другую дверь. — Она прыгнула, прыгнула! — в восторге и ужасе лепетала толпа. — Шихо? — вырвалось у Мицуко, ноги которой подкосились, но ребята подхватили её. На одной из лужаек лежала сама девушка. Двое работников скорой погрузили её на носилки, прикрыв одеялом. На дворе всё ещё апрель, а Шихо была в спортивной форме — совершенно не по погоде. Мицуко просочилась вперёд и приобняла за руку Аню, что та аж дёрнулась в испуге. Но быстро успокоилась, увидев знакомое лицо, и сжала чужую руку в ответ, ища поддержки. — Возвращайтесь в классы! — засуетились учителя, но зевакам совершенно не было до них дела. Во все глаза ученики наблюдали за происходящим, кто-то даже достал телефоны. Парочку около них Мицуко растолкала сама. — Вы совсем сдурели? Сейчас не время, — шикнула она, и те приосанились, убирая устройства. — С-спасибо, — тряслась Аня. — Нам нужен один сопровождающий. Кто из учителей отвечает за её класс? — крикнул медик. Взрослые, однако, не торопились вызываться на помощь. — Ты ей нужнее каких-то стариков. Давай, — Мицуко чуть подпихнула Аню локтем. Блондинка с готовностью кивнула и шагнула к Шихо. — Я поеду! — Тогда в машину, скорее! — пострадавшую уже погрузили. Аня поспешила внутрь. Когда машина уже скрылась за служебным выходом, появился и директор Кабаякава. — Всем разойтись по классам! Учителя, организуйте детей по классам. Все несогласные получат по выговору! — крикнул он. Ученики поспешили вернуться в основное здание, но Мицуко не смогла найти взглядом ни Амамию, ни Сакамото. Лишь пробегающий мимо Мишима её насторожил — уж больно опасливо он озирался. Девушка поспешила за ним, когда увидела и двух ранее упомянутых ребят. Они зажали бедолагу в углу. — Какого чёрта ты так побежал, а? Знаешь что-то, так выкладывай! — ударил по стоящему рядом шкафчику с инвентарём Рюджи. Звук получился громким и ожидаемо пугающим. Мишима ойкнул, а Мицуко скрылась за углом, откуда едва-едва не вышла. Она приготовилась слушать, но затем спохватилась и включила диктофон на телефоне. — Чтобы помочь спасти Сузуи и решить проблему с Камошидой, пожалуйста, расскажи нам, что знаешь, — послышался голос Амамии. — Чел, мы тебя не отмудохать хотим, а достучаться до правды, — добавил Рюджи. Мишима затравленно простонал, но затем сдался. Судя по звукам — сполз на пол. — Сузуи… Её вызвал тренер Камошида. — Зачем? — Он звал и меня… Много раз. В учительскую после занятий. И не только нас с Сузуи. Ещё многих ребят. Выбирал среди нас жертву, когда был особенно не в духе, и… И избивал… — Значит он реально вас бил, — с готовностью подхватил Рюджи. — Подожди, не наседай, — мягко одëрнул его Амамия. — Но вчера он позвал Сузуи без особого повода. Она не делала ошибок, не отсвечивала и… Мицуко слушала и шестерни в её голове неумолимо крутились. Слухи о связи Ани с Камошидой родились не просто так. Их видели вместе, он её подвозил и не раз. Если она — его новая любимица, которая, возможно, отвергла навязчивое поведение тренера, то он мог отыграться и на её подруге… — …Тренер рвал и метал. Скорее всего, Сузуи досталось сильнее прежнего… — Он же не… Сукин сын! — взъерепенился блондин и молнией промчался мимо. Следом поспешил и Амамия. Записывать дальше не было смысла — Мицуко остановила запись. — Надо догнать его. Он же наверняка пошёл в учительскую, — крикнул вслед Мишима. Бежать за ними Мицуко смысла не видела. Лучше уж подождать около спортзала и узнать о результатах, а там… Можно и раскрыть все карты относительно расследования на этой стороне реальности. И меньше чем через полчаса троица вышла, как в воду опущенная. Хотя, Рюджи скорее уж тлел от невыпущенной ярости. — Сука-сука-сука. Вот урод! Исключить нас троих… Ух! — он пнул одну из скамеек, та ворчливо заскрипела от такого отношения. — У нас есть ещё идеи как с ним справиться. Надо лишь поспешить, — более спокойно ответил Амамия. — Я пойду… И… — Вали уже, Мишима, — рыкнул Рюджи. Тот лишь трусливо кивнул и почти что побежал в здание основного корпуса академии. Ребята отошли в дальний угол внутреннего двора для разговора, но Мицуко не успела к ним подойти — мимо фурией пронеслась Аня. Определиться, за кем же пойти стало ещё сложнее. Однако выбор в итоге пал на Мишиму, как на жертву обстоятельств. Аню она спросит позже, когда той станет чуть легче. — Мишима! — позвала девушка, поднимаясь на их этаж. Уроки саботировали окончательно, потому учебный день срочно сократили на сегодня. Парень нашёлся в том же углу, где его и допрашивали. — Кабаякаши… — затравленно вздохнул он, а затем неожиданно бросился если не на Мицуко, то ей в ноги. — М-мишима? — опешила от неожиданности девушка, не в силах оторвать парня от своей же лодыжки. — Прошу тебя, нет, я умоляю. Спаси меня… нас… всех от Камошиды. Ты же собираешь доказательства, да? Я готов дать любые показания по делу, стать потерпевшим на суде, я готов на коленях умолять… Я уже… Спаси нас, — не отлипал он, словно провинившийся щенок. — Я делаю всё, что могу. Прошу, только перестань меня трогать, — дрогнул голос девушки, она спешно достала веер и старательно отпихивала парня им, будто это помогло бы. — Ты правда поможешь? — можно было поклясться, что в его тёмных мёртвых глазах засияла надежда. — Я уже работаю над этим. Расскажи, что у вас случилось после разговора здесь. — Ты слышала? Мицуко лишь кивнула. Мишима аккуратно отпустил её ногу, но с колен не встал. — Сакамото понесло к Камошиде, мы с Амамией — за ним. Все обвинения тренер отрицает. Сказал, что отчислит нас на ближайшем собрании учителей. И это не угроза была, а скорее факт. Мы пропали… — Поняла, значит нужно действовать быстро, — снова кивнула девушка. — Отправляйся домой и приведи себя в порядок. Успокойся за вечер. Если ты серьёзен в желании дать показания и выступить в суде, то давай пересечёмся в кафе. Я приведу юриста, мы запишем твои показания. Если сможешь найти ещё смельчаков, пусть даже не этого года, то будет легче засудить подлеца. Мицуко помогла ему встать, вытащила визитку по типу той, что дала медсестре. Начеркала сзади свой номер и передала парню. — Думаешь, у нас получится? — принял визитку он. — Мы должны попытаться. Напиши мне сегодня вечером или завтра. Обсудим детали, по номеру на визитке тоже позвони, я их предупрежу. — С-спасибо, — уважительно кивнул он, и Мицуко поспешила прочь. Надо было ещё успеть поймать Аню и разузнать о Шихо. Пиликнул телефон. Джозеф написал сообщение. От вас скорая выехала, жива?

Да, Шихо Сузуи спрыгнула с крыши.

Её увезли в критическом состоянии. Разузнаешь, как там она?

Которая новая подружка? Понял, организую информацию. Сама как, норм?

Пока да. Страшно, но надо шевелиться.

Возможно, попаду в Замок снова. ଲ(ⓛωⓛ)ଲ

Не переусердствуй. — Всем ученикам просьба покинуть стены академии. Повторяю, всем ученикам просьба… — заголосили динамики в коридоре.

Замечательно…

Спускаясь по главной лестнице, Мицуко заметила Аню, которая почти что кубарем выбежала из знакомого проулка. Мир вокруг вновь пошёл рябью, а голову несильно сдавило. Кто-то вошёл в Метаверс, а Аня оттуда выпала. — Аня, ты в порядке? — подскочила Мицуко. Нужно было всё разузнать и предотвратить новую трагедию.