Часть 3 «Кровь — тоже семейная черта»
18 января 2026 г., 11:36
После школы близнецы вернулись домой.
Местом, которое ни один из них никогда не считал домом.
Они едва успели снять обувь, как из глубины квартиры донеслось недовольное бурчание:
— Какого хрена так рано припёрлись? — голос был хриплый, пропитанный раздражением. — Не могли где-нибудь погулять? Обязательно бесить меня своими рожами?
Мужчина был пьяным. Это чувствовалось сразу — не только по голосу, но и по воздуху в квартире.
Запахи стояли плотные, липкие: чужие альфы, чужие омеги, следы секса, феромоны, перемешанные в грязную, удушающую кашу. Казалось, здесь недавно была оргия — и проветривать никто даже не думал.
Эндрю ничего не ответил.
Он лишь посмотрел на отца с таким презрением и ненавистью, что того передёрнуло.
Затем молча прошёл мимо.
— И тебе привет, — бросил Аарон и тоже направился дальше.
Оба остановились одновременно, когда услышали то, что им напоминали при любом удобном случае.
— Вы падаль. Такие же, как и она, — шлюха. От вас никакого толка. Даже в бордель не запихнуть — мужикам не продать. Отец усмехнулся. — Жаль, что вы не омеги. От вас вообще пользы ноль. Бесполезные тараканы. Вы не задумывались, кстати, свести счёты с жизнью? Мне надоело вас содержать.
Эндрю медленно обернулся.
— Похороны слишком дорого обойдутся, — спокойно сказал он. — Тебе не по карману.
Он чуть склонил голову. — А вот если ты сдохнешь, я, так уж и быть, договорюсь о местечке на кладбище.
Джош усмехнулся и шагнул ближе.
Рука дёрнулась — он собирался ударить.
Эндрю даже не моргнул.
Он просто смотрел.
Тогда Джош сменил руку — и со всей силы ударил Аарона по лицу.
Глаза Эндрю расширились.
Что-то внутри щёлкнуло.
Аарон лишь качнулся. На его лице не было удивления — к побоям он привык. Это было хуже всего.
— В следующий раз держи язык за зубами, шкет, — бросил Джош.
Эндрю ударил.
Кулак вошёл в нос с хрустом. Почти сразу.
А затем в его руке оказался нож — один из тех, что он всегда носил с собой.
— Эндрю! — Аарон резко встал перед ним.
Он схватил лицо брата ладонями, удерживая, не давая смотреть на отца.
— Тише. Всё хорошо. Смотри на меня. Я в порядке.
Аарон говорил спокойно, ровно, будто не у него только что начинал наливаться синяк.
Он знал: ещё секунда — и случится непоправимое.
Пока Джош что-то орал — проклинал, матерился, — Аарон медленно увёл Эндрю в комнату.
— Нужно лёд приложить, — глухо сказал Эндрю, осторожно касаясь щеки брата.
— Всё хорошо, — ответил Аарон. — Не смертельно.
Он посмотрел прямо в глаза Эндрю. — А то, что ты хотел сделать… больше не смей. Он не стоит того, чтобы тебя потом по судам таскали.
Он вздохнул.
— Он скоро уйдёт на работу. А пока… давай закажем что-нибудь поесть. Я умираю с голода.
— Хочу пиццу, — тихо сказал Эндрю. — И мороженое.
Он всё ещё смотрел на покрасневшую щёку Аарона.
— Тогда две пиццы, мороженое и что-нибудь попить, — кивнул Аарон. — Я закажу.
И добавил мягче: — Я правда в порядке. Не надо так волноваться.
— Если он ещё раз посмеет тебя ударить, — произнёс Эндрю, не отрывая взгляда, — я его убью.
Он не шутил.
Эндрю взял полотенце и ушёл в душ.
Позже они сидели на кровати, смотрели фильм и ели пиццу.
Это было, пожалуй, самым спокойным моментом за весь день.
— Эндрю… — начал Аарон. — Не совсем моё дело, но прекрати издеваться над Нилом. Особенно побои.
Он говорил ровно, без упрёка. — Сегодня ты слишком сильно ударил. Синяк почти на полживота. Он слабее. И если он когда-нибудь решит… рожать, такие удары могут дать осложнения.
Аарон не защищал Нила.
И не оправдывал Эндрю.
Он просто не хотел, чтобы тот кого-то сломал окончательно.
— Сегодня я больше не хочу о нём говорить, — резко сказал Эндрю. — Мне плевать. Ему лучше исчезнуть. Или сдохнуть.
Он усмехнулся. — Да кто вообще захочет, чтобы его ребёнок унаследовал этот уродливый цвет волос и бесячие глаза? Я бы повесился, будь у меня ребёнок — его копия.
Он замолчал на секунду.
— Хотя… ребёнок ведь не выбирает, где родиться.
Эндрю нахмурился. — Думаю, наш мелкий был бы не таким послушным. Он бы устроил больше хаоса, чем Нил.
Наш ребёнок?..
Мысль ударила Аарона неожиданно.
Он завис.
Эндрю… фантазировал?
— Ладно, — сказал Аарон после паузы. — Никаких разговоров о Ниле.
Он знал: если сейчас продолжить, Эндрю будет говорить о нём до утра.
От ненависти — к одержимости.
И обратно.
