Она была так прекрасна (Made of stars)

Скелеты в шкафу       «Дорогие тётя и дядя».       Все слова как назло вылетели из головы. Стелла не знала, как начать своё письмо, её перо застыло в воздухе, написав всего четыре слова. В последнее время в жизни девочки не происходило ничего интересного, чем можно было бы поделиться с родственниками. Писать про учёбу ей уже надоело – тётя с дядей и так знали, что она лучшая на курсе. И, как оказалось, рассказать ей было больше не о чем…       «У меня всё хорошо.»       Следующая фраза с трудом была выведена на пергаменте аккуратным почерком. Стелла с удовольствием закончила бы письмо на этом моменте, но нужно было сочинить что-нибудь ещё, иначе родственники начнут беспокоиться.       «Вчера я заработала пятнадцать баллов для своего факультета за ответы на уроках.»       Снова про учёбу… Стелла вздохнула и откинула перо в сторону. Ещё никогда ей не было настолько сложно написать письмо. «Так не пойдёт, нужно развеяться,» – решила девочка и, надев тёплый свитер под мантию, выскользнула из спальни.       В гостиной Гриффиндора царила суматоха: кто-то делал домашние задания, кто-то играл с друзьями, а кто-то по фамилии Уизли звонко смеялся в компании друзей. Взгляд Стеллы остановился именно на них.       Ли Джордан, друг близнецов, очень оживлённо рассказывал какую-то историю. Он копировал манеру поведения то одного персонажа, то другого, от чего друзья заливались смехом, держась за животы. По его мимике и жестам нетрудно было догадаться, что копирует он кого-то из учеников и профессора Снегга.       Мальчишка заметил Стеллу и приветливо махнул ей рукой, приглашая присоединиться. В ответ ему гриффиндорка лишь улыбнулась и покачала головой – сейчас ей хотелось побыть одной и собраться с мыслями.       Стелла пару минут наблюдала за друзьями, продолжая улыбаться, а потом её голову внезапно озарила очень важная мысль – девочка совсем забыла, что сегодня нужно было забрать зелье у Снегга.       Она поспешила покинуть шумную гостиную и направилась в подземелья. По пути Стелла продолжала думать о письме тёте с дядей, поэтому совсем не заметила, как наступила на что-то мокрое и скользкое на лестнице. Чуть не потеряв равновесие, девочка схватилась за перила и выровняла баланс. Под ногами у неё было разлито нечто наподобие масла. Услышав на верхнем этаже довольный хохот, Стелла решила, что это проделка Пивза, и стала аккуратно спускаться вниз.       В этот момент лестница начала менять направление, от чего первокурснице пришлось ещё крепче вцепиться в перила, чтобы не упасть. «Какого гиппогрифа?! Вот же гадёныш Пивз, всё из-за него,» – подумала она, оказавшись совсем в другом месте.       В подземелья пришлось идти самым длинным путём, то поднимаясь, то спускаясь по лестницам и пересекая тёмные жуткие коридоры, где не горели факелы. В одном из таких коридоров Стелла услышала чьи-то тихие голоса и замерла на месте, не решаясь приблизиться к говорившим. Прошло несколько минут, прежде чем она сделала пару шагов в сторону звуков. – Люмос! – тихо прошептала девочка, освещая пространство перед собой с помощью магии.       К её удивлению в коридоре никого не оказалось. Голоса стали громче, но они звучали приглушённо, как будто из другой комнаты. Девочка прошла по коридору, прислушиваясь к звукам за дверями кабинетов. – Тише! Нас могут услышать! – раздалось совсем рядом с ней, и Стелла остановилась. – Я бы говорил тише, если бы ты не спорил со мной! – возмутился другой собеседник, – Гриффиндор выиграет в матче, у них слишком сильная команда в этом году. Мы должны что-то предпринять, чтобы этого не случилось. – Плевать, выиграют они или нет. Если им удастся пройти в финал, мы дадим им достойный отпор в конце года.       Стелла догадалась, что речь шла о квиддиче. Кто-то с другого факультета хотел помешать команде Гриффиндора выиграть в матче против Когтеврана, который должен был состояться через неделю. – Я не сомневаюсь в своей команде, но всё же лучше перестраховаться. Помнишь наш план? – голос говорившего стал тише и вкрадчивее, поэтому девочке пришлось сильно напрячь слух, чтобы разобрать его слова. – Я не буду в этом участвовать. – От тебя ничего не требуется, просто дай мне ключ.       Ответом на эту фразу была тишине. «Скорее всего он согласился и прямо сейчас передал ключ своему дружку,» – подумала Стелла.       Девочка судорожно размышляла, что же ей делать с полученной информацией. Предупредить команду своего факультета? Но ведь она даже не знала план злоумышленников, поэтому этот вариант сразу оказался невыгодным. Помешать им осуществить этот план? Но как?       Времени было мало, голоса приближались к двери, и первокурснице пришлось спрятаться за каменную статую, что стояла неподалёку. – Нокс! – Стелла успела погасить свет как раз вовремя, ведь в следующую секунду дверь кабинета отворилась, выпуская в коридор двух парней. – Ну и темнота! Видимо, в Хогвартсе стали экономить на освещении! – недовольно пробубнил один из них. – Так даже лучше, нас никто не заметит вместе, – ответил ему другой, – Смотри не потеряй ключ!       Вторая фраза была сказана шёпотом, но девочка смогла её расслышать, и в её голове тут же возник идеальный план. Она не была уверена, что сможет подчинить себе магию такого сложного уровня, однако стоило хотя бы попробовать, чтобы убедиться в этом.       Когда парни начали удаляться, Стелла осторожно вышла из своего укрытия и направила на них волшебную палочку. – Акцио ключ!       Как она и ожидала, ничего не произошло. Повторив заклинание несколько раз, девочка разочаровано вздохнула и уже собралась продолжить свой путь в подземелья, как вдруг в воздухе что-то просвистело, и прямо ей в плечо прилетел железный ключ. Издав громкий стук, он упал на пол, привлекая к себе совсем ненужное внимание двух парней. Отойдя на приличное расстояние, в темноте они не смогли разглядеть маленькую девочку, которая в спешке пыталась нащупать на полу ключ. – Что это было? – спросил один из них, делая шаг в сторону Стеллы.       В этот момент гриффиндорка нашла ключ и замерла на месте, боясь производить лишние движения. «Только бы они не догадались включить свет,» – мысленно взмолилась она. – Полтергейст, может быть? – предположил второй голос.       Парни пожали плечами и обменялись недоуменными взглядами, но не стали проверять свою догадку и молча направились туда, куда изначально шли.       Стелла тихо выдохнула и поднялась с пола. Она положила находку в карман мантии, опасаясь разглядывать её при свете, и, выждав пару минут, пошла вслед за парнями в подземелья.       К счастью, оставшийся путь она проделала без происшествий. В подземельях замка было тихо, мрачно и неуютно. Неудивительно, что угрюмый профессор Снегг выбрал это место для своего кабинета. Дойдя до заветной двери, девочка пару раз ударила по ней кулаком и, не дождавшись ответа, решила зайти в кабинет.       В помещении было очень холодно, сыро и даже жутко, казалось, что камин здесь никогда не топился. Повсюду стояли банки с неприятными на вид веществами, в некоторых мариновались фрагменты животных. В отличие от светлого кабинета директора здесь царил полумрак. За столом сидела фигура в чёрной мантии, склонившись над древним фолиантом в переплёте, напоминавшим шкуру какого-то зверя. Увидев девочку в дверном проёме, профессор подал знак, чтобы она подошла ближе, и через секунду одним лишь движением руки захлопнул за ней дверь.       Стелла вздрогнула от громкого звука, но, собрав всю волю в кулак, приблизилась к столу профессора. Снегг окинул её пренебрежительным взглядом и наконец сказал нечто наподобие приветствия: – Через несколько минут начнётся торжественный пир. Почему же вы решили явиться ко мне в столь неподходящее время, мисс Тонкс?       Он сделал особое ударение на фамилии гриффиндорки, словно намекая на её истинное происхождение.       «Он знает». – Добрый вечер, профессор, – ответила ему в той же манере Стелла, принимая правила игры, – К сожалению, я не нашла времени, чтобы зайти к вам раньше. И я думаю, что вам известна цель моего визита.       Снегг коротко кивнул и направился к одному из шкафов в кабинете. Применив какое-то неизвестное Стелле заклинание, он открыл дверцу и вытащил оттуда старинную деревянную шкатулку с узорами. Вернувшись на своё место, профессор поставил шкатулку на стол и придвинул ближе к девочке, чтобы она смогла её как следует разглядеть. – Вам знакома эта шкатулка, мисс Тонкс? – холодно поинтересовался он. – Нет, профессор. Не думаю, что могла видеть её где-то раньше. – Разумеется, вы не могли видеть шкатулку до этого момента, ведь она всё это время находилась здесь, в замке. Но ваша тётя должна была рассказать вам о ней.       Стелла почувствовала внезапную головную боль, которая исчезла так же быстро, как и появилась. Профессор смотрел смотрел ей в глаза, пытаясь найти в них ответ. Но девочка правда ничего не знала о том предмете, что видела сейчас перед собой. – Я впервые вижу эту шкатулку и слышу о ней, профессор. Может быть, вы расскажете мне, что в ней такого особенного? – нетерпеливо спросила Стелла. – Она принадлежала вашей матери и её сёстрам, – следующие слова профессора заставили её сердце пропустить удар и забиться с удвоенной скоростью.       Больше всего на свете Стелла боялась, что кто-нибудь в Хогвартсе может узнать о её родителях. О том, что она дочь Пожирателей смерти, пытавших и убивших десятки, а то и сотни людей. О том, что она Лестрейндж. Она мечтала забыть об этой части себя и никогда не вспоминать, но правда вылилась наружу. – Откуда… – только и смогла выговорить потрясённая девочка. – Я знал ваших родителей лично, мисс Тонкс. Во времена моей молодости они были великими, подающими большие надежды чистокровными волшебниками, – с нескрываемой неприязнью сказал профессор. – И вот что с ними стало… – закончила его мысль девочка, – Мне их не жаль. Они заслужили наказание. – Безусловно. Но от этого вы не перестанете быть их дочерью, быть Лестрейндж, – с усмешкой в голосе ответил Снегг, словно прочитав мысли гриффиндорки.       Внезапно Стелла разозлилась, но не на него, а на саму себя. Какая разница, кем были её родителей? Она не повторит их судьбу, никогда. – Меня зовут Стелла Тонкс, – решительно возразила девочка, – Давайте закроем эту тему, профессор.       Снегг окинул Стеллу внимательным взглядом, будто читая её, как открытую книгу. И без всякого сомнения, эта книга была интересна ему, иначе он не обратил бы на неё внимания. – Мы не можем изменить своё прошлое, мисс. Но в наших силах сделать так, чтобы оно не повторилось в будущем, – ответил профессор, – Если вам неприятна эта тема, то мы отложим её… на неопределённый срок. Что же касается шкатулки, я думаю, вы найдёте ключ к разгадке.       С этими словами Снегг протянул девочке взявшийся из неоткуда пузырек с зельем и кивнул в сторону таинственной шкатулки, позволяя забрать её. Стелла, недолго думая, забрала и зелье, и шкатулку и направилась в выходу, посчитав, что аудиенция закончена. – Мисс Тонкс, если вы не хотите, чтобы другие узнали о ваших скелетах в шкафу, то не стоит совать свой любопытный нос в чужие тайны, – напоследок сказал Снегг с едва заметной угрозой в голосе. – Что вы имеете в виду, профессор? – Лишь то, что я сказал. До свидания, мисс Тонкс, – профессор не стал ничего объяснять ученице и вернулся к чтению книги, перестав обращать на неё внимание.       Стелла вышла из кабинета в полной растерянности. Этот профессор вызывал у неё странную смесь эмоций, начиная от страха и заканчивая любопытством. Он знал больше, чем показывал, и это пугало девочку. Но в то же время ей было интересно, как это ему удавалось. Какая-то магия? Или просто природное чутьё?       Но времени на размышления о профессоре Снегге у гриффиндорки не было – вот-вот должен начаться праздничный пир, а ей предстояло ещё вернуться в гостиную, чтобы оставить там шкатулку.       К слову, о шкатулке… Девочка не удержалась от того, чтобы попробовать открыть её. – Алохомора!       Следовало ожидать, что она не поддастся столь простому заклинанию. Пообещав себе поискать что-нибудь более действенное в библиотеке, Стелла побежала в башню Гриффиндора, боясь опоздать на пир. По пути ей встречались студенты, которые уже спускались вниз, они удивлённо смотрели на девочку, бегущую по лестницам в противоположном направлении.       Оставив шкатулку в спальне, Стелла поспешила в Большой зал, но, как она и думала, пир уже начался. Пропустив речь директора, девочка пристроилась на краю стола своего факультета и начала накладывать в тарелку различные лакомства, но даже они не смогли отвлечь первокурсницу от мыслей о шкатулке, родителях и профессоре зельеварения. Слишком уж много у неё было вопросов, ответы на которое ей предстояло найти самостоятельно.       Через несколько минут в зал вбежали запыхавшиеся близнецы Уизли и сели на свободные места напротив Стеллы. У одного из них была разбита губа, а второй ощупывал покраснение на подбородке, которое грозило перерасти в синяк. – Что с вами случилось? – обеспокоено спросила девочка, заметив их потрёпанное состояние. – Да так, с Гремучей Ивой территорию не поделили, – отшутился Фред, слизывая кровь с губы. – Ну хоть сейчас вы можете быть серьёзными? – Стелла перевела сердитый взгляд с одного брата на другого в надежде, что хоть тот сможет дать более вразумительный ответ. – Всё в порядке, просто не нашли общий язык со Слизерином, – успокоил её Джордж. – И обязательно нужно было махать кулаками? Неужели нельзя решить вопрос мирно? – Они сами напросились, – начал закипать Фред, – Сказали, что Чарли незаслуженно выбрал нас загонщиками и вообще… – Это была провокация! Они же специально сказали так, чтобы вывести вас из строя перед матчем, – перебила его Стелла, – И вы на неё повелись, как дети малые.       Близнецы задумчиво переглянулись между собой. Джордж почесал затылок и спросил: – Неужели они настолько боятся увидеть нас в деле, что решили так низко и подло убрать конкурентов? – Видимо, вы ещё легко отделались, – покачала головой девочка, – Но это не значит, что вам не нужно показаться мадам Помфри. – Ещё чего! Сами разберёмся! – гордо вскинул голову Фред, довольный тем, что Слизерин видит в них серьёзных соперников.       Стелла устала с ними спорить и просто махнула рукой, смирившись с неисправимым упрямством братьев. Её волновали мысли посерьёзнее Уизли и квиддича.       Внезапно девочка вспомнила о подслушанном разговоре по пути в подземелья. «Наверняка это тоже дело рук слизеринцев,» – подумала она, успокаивая себя тем, что помешала им осуществить свой план.       Остаток пира Стелла провела, витая в мыслях и время от времени возвращаясь в реальность, когда близнецы рассказывали ей какие-то смешные истории или им просто становилось скучно. Вернувшись в спальню, она заметила на тумбочке недописанное письмо и, почувствовав прилив вдохновения, решила всё-таки закончить его.       «Сегодня состоялся пир в честь Хэллоуина. Весь Большой зал был украшен тыквами, которые парили под потолком, привидения пугали первокурсников, а Пивз даже пролил на лестнице масло, чтобы подшутить над учениками. Через неделю состоится матч Гриффиндор-Когтевран. Я, конечно, не люблю квиддич, но планирую сходить посмотреть первый матч сезона.       Очень скучаю по вам и с нетерпением жду Рождество, которое мы отпразднуем все вместе. Как у вас дела? Дора сказала, что вы завели кошку. Какого она цвета? И как вы решили её назвать?       С любовью, Ваша племянница Стелла.»       Довольная тем, что у неё получилось сочинить, Стелла сложила письмо в конверт, чтобы отправить его на следующий день с совой Доры. Сняв мантию и переодевшись в пижаму, она уже собиралась лечь спать, но вспомнила про ключ, который всё это время лежал у неё в кармане. Девочка стала искать его, однако ни в одном из карманов ключа не оказалось. Проверив всю мантию и в особенности карманы на наличие дыр, удивлённая девочка опустилась на кровать.       Она не могла потерять или выронить его. Ключ словно испарился.