Сводные братья

Прошло три года. Лондон встретил Перта холодным дождем и бесконечной учебой, которая стала для него единственным спасением. Он закончил престижный университет экстерном, став одним из самых молодых и перспективных аналитиков в крупной инвестиционной компании.  Внешне Перт изменился: его взгляд стал жестким, манеры — безупречно холодными, а на лице редко появлялась улыбка. В свои двадцать с небольшим он уже считался восходящей звездой в Сити.  Его жизнь была расписана по минутам: графики, котировки, сухие отчеты. Он научился не чувствовать. Он похоронил воспоминания о жарком Бангкоке, родителях и мальчике с искрящимися глазами под слоями дорогих шерстяных костюмов и британской сдержанности. С семьей за последние два года он не общался ни разу, оборвав с ней все связи. Он лишь пару раз в полгода открывал социальные сети Санты.  Тот, в Бангкоке, совершил невозможное. Он не просто проживал спокойную и счастливую жизнь — он стал идеальным сыном, которого всегда хотел его отец. Красный диплом, статус капитана национальной сборной по баскетболу, лицо на спортивных плакатах по всей стране.  Но три года разлуки не стерли из памяти Перта образ того самого мальчика, которого он оставил на пороге их дома. Хотя на самом деле у того самого мальчика было все совсем по другому, не так как думал Перт. _____________________________________ Два года назад. Это был день, который должен был стать триумфом. Санта стоял на сцене актового зала, сжимая в руках диплом с отличием. Директор произносил торжественную речь, родители в первом ряду сияли от гордости, а одноклассники аплодировали лучшему ученику выпуска и превосходному баскетболисту. Но внутри у Санты была выжженная пустыня. Каждый раз, когда он слышал похвалу в свой адрес, он думал только об одном: *«Я сделал это, Перт. Как ты и хотел. Я исправился. Теперь ты можешь гордиться мной»*. Вечером того же дня, запершись в своей комнате, Санта достал лист бумаги. Несколько месяцев тишины и притворства истощили его. Он больше не мог нести этот груз в одиночку. *«Перт, я солгал тебе»*, — начал он, и рука его дрогнула. — *«В ту ночь всё, что я наговорил — это была ложь. Мне не было скучно. Ты никогда не был для меня игрой. Я просто видел, как ты разрывался между мной и своим будущим. Я знал, что если я не разобью тебе сердце, ты останешься здесь, в этой тени, и погубишь свой талант. Я сделал это, чтобы ты был свободен. Но я люблю тебя. Я всегда тебя любил. Пожалуйста, ответь мне»*. Он отправил это письмо авиапочтой. Потом второе. Через месяц — третье. Он писал на адрес квартиры Перта, писал в мессенджеры, которые оставались с одной серой галочкой «не доставлено». Он караулил почтальона каждое утро, надеясь увидеть конверт с британским штампом, но почтовый ящик был пуст. Прошло еще два месяца. Тишина со стороны Лондона стала оглушительной. Однажды за ужином Санта, стараясь придать голосу будничный тон, спросил родителей: — А от Перта были новости? Он... он звонил вам? Скоро его день рождения, я думал, может, он приедет? Винай опустил газету, а Сумали тяжело вздохнула, откладывая приборы. Между родителями промелькнул странный, болезненный взгляд. — Мы не хотели тебе говорить, милый, — тихо произнесла женщина, и у Санты похолодело внутри. — Еще полгода назад Перт прислал короткое письмо. Он сказал, что меняет номер телефона и переезжает на другую квартиру. Он просил больше не искать с ним связи. Санта замер с поднятой ложкой.  — Что значит «не искать связи»? Он же ваш сын... мой брат... — последние слова он произнес с тяжестью в голосе. — Он сказал, что воспоминания о доме слишком мешают ему двигаться вперед, — глухо добавил отец. — Что здесь его больше ничего не держит, кроме боли. Он перевел крупную сумму на наш счет и попросил считать это его последним долгом перед семьей. Он оборвал всё, Санта. Совсем всё. Мир вокруг Санты в ту секунду не просто покачнулся — он рухнул, рассыпаясь мелкой стеклянной крошкой.  Он поднялся из-за стола, не чувствуя собственных ног, и на негнущихся конечностях дошел до своей комнаты. Он закрыл дверь и прислонился к ней лбом.  Его план сработал. Он хотел, чтобы Перт уехал и не оглядывался. Он хотел, чтобы Перт стал успешным и независимым. Он добился своего: он выжег в его сердце  всё живое, что связывало его с родиной. Но Санта не учел одного — что Перт окажется достаточно сильным, чтобы вырвать эту любовь с корнем и выбросить вместе со всей своей прошлой жизнью. Санта сполз по двери на пол. В ящике его стола лежали еще несколько десятков неотправленных писем, полных раскаяния и мольбы о прощении. Теперь они были просто грудой бесполезной бумаги.  Он понял, что совершил самую страшную ошибку в своей жизни. Пытаясь спасти Перта, он стер себя из его реальности. Он действительно заставил поверить Перта в то, что тот был «просто игрой». И теперь Перт решил забыть о нем навсегда. Санта закрыл лицо руками, и в тишине комнаты раздался всхлип. Он победил, но эта победа была горче любого поражения. _____________________________________  Год назад Жизнь Санты превратилась в бесконечный цикл изнурительных тренировок, скрипа кроссовок по паркету и глухого стука мяча. На баскетбольной площадке он был другим человеком — агрессивным, быстрым, беспощадным. Вся та боль и отчаяние, которые он копил внутри, выплескивались в каждом броске сверху, в каждом жестком блоке. Его триумф был неоспорим. Когда Санту официально пригласили в национальную сборную страны, заголовки спортивных газет называли его «новым золотым мальчиком баскетбола». Но дома, за закрытыми дверями, этот успех не стоил и цента. — Национальная сборная? И это всё? — Винай бросил газету с фотографией Санты на стол, даже не взглянув на нее. — Ты тратишь свои лучшие годы на то, чтобы бегать за мячом, пока Перт ведет идеальный бизнес за границей. Баскетбол — это хобби, Санта. Нам нужен наследник в бизнесе, а не спортсмен в шортах. Эти слова били больнее, чем любой фол на площадке. Отец до сих пор постоянно ставил Перта в пример, не зная, что именно «успех» Перта стал для Санты личным адом. Каждую ночь, когда дом погружался в тишину, Санта сидел на краю кровати. В его руках был тот самый серебристый браслет. Он уже потерся, но всё еще хранил едва уловимый запах парфюма Перта или, может быть, это было лишь воображение Санты. Слезы капали на ладони, горячие и горькие.  В эти минуты он по-настоящему ненавидел Перта. Яростная, удушающая ненависть кипела в груди. Он ненавидел его за то, что тот оказался слишком сильным. Слишком решительным. Перт не просто уехал строить карьеру на пару лет, чтобы потом вернуться героем — он вычеркнул их всех. Он не оставил ни единой лазейки, ни одного шанса на случайную встречу. Он ушел навсегда, заперев дверь в свое сердце и выбросив ключ в океан. *«Как ты мог так легко поверить мне?»* — кричал Санта в пустоту комнаты, сжимая браслет так сильно, что метал впивался в кожу. — *«Неужели ты не видел, что я умирал, когда говорил те слова? Как ты мог оборвать связи с родителями? Как ты мог лишить меня даже надежды просто увидеть твое лицо издалека?»* Но следом за ненавистью всегда приходило ледяное осознание. Санта закрывал глаза и видел тот вечер, свои холодные глаза и свой фальшивый смех. Он понимал: Перт не виноват. Перт лишь поверил человеку, которому доверял больше всего на свете. Он просто принял правила игры, которые Санта сам же и установил. Это была его вина. Каждое неотправленное письмо, каждый безответный звонок, каждое холодное слово отца — всё это было делом рук самого Санты. Он сам построил эту клетку, и теперь, став звездой национального масштаба, он понимал, что для единственного человека, чьего признания он по-настоящему хотел, он больше не существует.  Санта ложился в постель, прижимая браслет к губам, и засыпал с одной и той же мыслью: он готов отдать все свои медали и кубки, всю свою славу и будущее в спорте, просто за одну секунду, чтобы Перт посмотрел на него и узнал в нем того маленького мальчика, который никогда не хотел его отпускать. _____________________________________ Хочу поблагодарить всех тех, кто читает этот фанфик, мне безумно приятно читать ваши отзывы, вы даете мне мотивацию даже после тяжелого дня сидеть и творить. Спасибо вам большое ❤️