Behind every gay there is another bigger more protective gay

Старшая школа всегда казалась Уиллу ужасающей. В его представлении это было место, куда попадали все крутые ребята — громкие, уверенные в себе, те, кто никогда не колебался, не заикался и не смотрел себе под ноги, когда говорил. Подростки казались ему совсем другими, словно принадлежали к другому виду. Крупнее. Острее. Злее. Они всегда выглядели так, будто осуждают тебя, будто уже знают все твои самые страшные секреты и считают их постыдными. Может быть, они действительно лучше, думал иногда Уилл. Старше, сильнее, увереннее в себе. Даже сейчас, когда летние каникулы были в самом разгаре, здание школы возвышалось над ним, словно живое существо. Парковка была почти пуста, сорняки пробивались сквозь трещины в асфальте, но тишина не улучшала самочувствие Уилла. Наоборот, она только ухудшала ситуацию. Тишина затянулась слишком надолго, давая его мыслям слишком много места для развития. Эдди сказал, что он может прийти. Эдди сказал, что его будут рады видеть. И все же сомнения терзали Уилла. А что, если Эдди сказал это только из вежливости? Что, если его знаний по ДнД уже недостаточно — они заржавели, устарели, стали ребяческими? Что, если другие подростки будут смеяться над ним? Над его голосом, его ростом, над тем, как он колебался, прежде чем заговорить? Было бы ужасно — быть униженным ещё до официального начала учёбы в старшей школе. Уилл стоял перед комнатой Клуба Адского Пламени, уставившись на дверь так, словно она вот-вот его укусит. Нарисованная вывеска теперь казалась зловещей, название вдруг стало слишком точным. Это действительно было похоже на портал в ад — портал, ведущий прямо в вечный позор. Он представил, как входит, говорит что-то глупое, и ему говорят, что ему здесь не место. Его рука зависла в нескольких сантиметрах от двери. «Ты ещё можешь уйти», — прошептал голос в его голове. Грудь сжалась. Но потом он вспомнил улыбку Эдди. То, как тот сказал «Добро пожаловать в партию», словно он правда был рад этому. Как безопасно он чувствовал себя в фургоне, окутанный теплом и музыкой. Уилл постучал. Звук был тихим, но окончательным. Прежде чем он успел подумать о побеге, он толкнул дверь. Внутри уже сидело несколько парней, сгруппировавшихся вокруг столов, заваленных книгами, игральными костями и листами персонажей. Все они выглядели… большими. Широкие плечи, длинные конечности, голоса глубже, чем у Уилла. Почти взрослые. Уилл внезапно с болью осознал, насколько маленьким он, должно быть, выглядит по сравнению с ними, насколько юным он всегда выглядит, независимо от своего возраста. Один из них поднял взгляд.  — Что тебе нужно, малыш? Уилл замер. У него перехватило дыхание, паника быстро нахлынула. Он открыл рот, готовый извиниться, готовый сказать «ошибся комнатой», готовый развернуться и убежать… Вдруг показался Эдди. — Не могу поверить, — сказал парень, шагнув перед Уиллом, словно это было совершенно естественно. Его лицо озарилось искренностью и сиянием, — Ты действительно пришёл.— Он положил руку на плечо Уилла, тёплую и твёрдую, мгновенно успокаивая того. Уилл невольно улыбнулся. — Привет, ребята, — продолжил Эдди громким и уверенным голосом, — Это Уилл Примудрый. Он будет нашим волшебником. Если кто-то и подумал о том, чтобы прокомментировать возраст Уилла — или его рост — то не осмелился. Эдди стоял, защищая Уилла держа за плечо. Его поза была расслабленной, но выражение лица достаточно острым, чтобы подчеркнуть его точку зрения. Никто не стал спорить. — Хорошо, — весело сказал Эдди, хлопая в ладоши, — Теперь можем начать. И каким-то образом… это было хорошо. На самом деле, даже лучше, чем хорошо. Уилл не думал, что сможет наслаждаться игрой без своей старой команды. Он был так уверен, что это только напомнит ему о том, что он потерял. Но по мере развития игры что-то изменилось. Большую часть времени они проводили, узнавая персонажей друг друга, задавая вопросы, смеясь над предысториями и ужасными бросками кубиков. Остальные поначалу казались пугающими, но они были терпеливы — ждали, пока Уилл обдумает свои ответы, подбадривали его, когда он колебался, никогда не торопили его и не заставляли чувствовать себя глупым. Когда Уилл задавал вопрос, они отвечали серьезно, как будто это имело значение. Это было уютно. Как те вечера в подвале Майка, до того, как всё изменилось. К тому времени, как они закончили, солнце уже низко опустилось, отбрасывая длинные тени сквозь окна. Уилл помог Эдди упаковать книги и миниатюры, аккуратно складывая кубики обратно в контейнеры. — Ты молодец, Уилл, — небрежно сказал Эдди. — Я мало что сделал. Да и настоящая кампания начнётся на следующем собрании— покраснел Уилл. Эдди фыркнул — Да, и что? — Он посмотрел на Уилла с искренним выражением лица. — Ребятам ты понравился. И ты хорош — лучше, чем я ожидал. Я очень рад, что ты у нас есть. Что-то тёплое расцвело в груди Уилла, медленно и нежно распространяясь. Чувство, которого ему так не хватало. Чувство нужности. Он опустил голову, улыбаясь, и на этот раз будущее не казалось таким уж страшным.