Behind every gay there is another bigger more protective gay

Эдди взглянул на Уилла — все еще свернувшегося калачиком на диване в слишком большой футболке, волосы небрежно падали ему на глаза — и его ухмылка стала опасной. — О, — медленно произнес он, — абсолютно нет. — Что? — Уилл моргнул. — Если ты идешь со мной на концерт, — продолжил Эдди, уже вставая и хрустя пальцами, как безумный ученый, готовый начать эксперимент, — то мы не будем делать это в стандартных условиях. — Эдди… — Уилл занервничал. — Расслабься, — сказал Эдди, указывая на него, — это преображение, а не ритуал жертвоприношения. По большей части. Он исчез в задней части фургона, с преувеличенным энтузиазмом роясь в ящиках и шкафах. Уилл слышал, как тот бормочет что-то вроде «почему это все еще здесь», «определенно нет» и «черт возьми, да». Когда Эдди появился снова, он нес кучу одежды. — Так, ладно, — объявил он, сваливая все на диван, — поверь мне. Уилл нервно оглядел кучу вещей. Черные джинсы, потертые до колен. Темно-красная фланелевая рубашка. Футболка с изображением черепа, которая выглядела немного устрашающе. Ремень с заклепками. — Я не знаю, я… — начал Уилл. — Эй. Тебе не нужно надевать то, что тебе не нравится, — Эдди присел перед ним на корточки, внезапно став серьезней, — просто нужно попробовать разные вещи. Посмотреть, что тебе подходит. Это помогло. — Хорошо, — тихо сказал Уилл. — Отлично, — Эдди хлопнул в ладоши, — раздевалка — это ванная. Я отведу взгляд, как джентльмен. Уилл переодевался медленно, сердце все время колотилось. Джинсы сидели лучше, чем он ожидал — плотно, но удобно. Фланелевая рубашка была мягкой, а футболка на удивление легкой. Когда он наконец вышел, он почувствовал себя… по-другому. Не то чтобы неправильно. Просто непривычно. Эдди замер. — Ну, черт возьми, — сказал он, — посмотрите- ка на него. — Плохо? — Уилл смущенно скрестил руки. — Плохо? — фыркнул Эдди. — Парень, ты выглядишь так, будто сошел с обложки журнала. Уилл почувствовал, как жар прилил к его лицу. Эдди ещё не закончил. — Садись, — сказал он, снова указывая на диван. Уилл послушался. Эдди достал из одного из шкафчиков небольшую косметичку.  — Прежде чем ты запаникуешь, это необязательно. Очень лёгкая косметика. Думай о «драматическом освещении», а не о «сценическом фокуснике». — У тебя есть косметика? — удивлённо спросил Уилл. — А? Рок-н-ролл, чувак, — Эдди пожал плечами. Он работал аккуратно, на удивление нежно. Немного подводки для глаз, не слишком густой. Как раз достаточно, чтобы подчеркнуть глаза Уилла, сделать их темнее, глубже. Эдди время от времени отступал назад, наклоняя голову, корректируя макияж. — Вот, — пробормотал он, — идеально. Уилл мельком увидел себя в маленьком зеркальце у раковины. Он едва узнал мальчика, смотрящего на него. Всё тот ​​же он, но каким-то образом резче. Смелее. Как тот, кто действительно мог бы быть на концерте. Затем Эдди протянул ему куртку. Немного великовата, но это почти компенсировало недостаток. Эдди наклонил голову, рассматривая Уилла прищуренными глазами, словно художник, еще не закончивший свою работу. — Хорошо, — медленно произнес он, обойдя его один раз, — прикид? Идеален. Аура? Безупречна. — он протянул руку и осторожно приподнял прядь волос между пальцами, — но мы не позволим тебе пойти на свой первый концерт с этой прической. — Что с ней не так? — Уилл инстинктивно поднял руку к волосам. — Ничего с ней не так, — Эдди театрально поморщился, — просто они очень… как будто подстрижены под горшок… — Это мама меня стрижет, — Уилл фыркнул. — Да, я так и подумал, — сказал Эдди, не без доброты, — она отлично справляется. Очень практично. Очень в стиле «у моего ребенка не будет вшей». — Он усмехнулся. — Но сегодня вечером? Сегодня вечером мы немного пошалим. Временно. Ненадолго. Безопасно для мамы. Он порылся в ящике и торжествующе достал маленькую расческу и наполовину использованную баночку геля для волос. — У тебя просто… есть это все? — Уилл уставился на него.  — Невозможно пережить восьмидесятые, будучи металлистом, не научившись ухаживать за волосами, — Эдди пожал плечами. Он усадил Уилла обратно на диван, присев перед ним на корточки.  — Ладно. Не паникуй. Я ничего не буду стричь. Я дорожу своей жизнью. Это немного успокоило Уилла. Эдди работал аккуратно, пальцы были на удивление нежными, когда он расчесывал волосы Уилла. Он откинул их от лба, нарушив идеальную круглую линию стрижки «под горшок», позволив им лечь более небрежно, естественно. Он использовал совсем немного геля, сначала разогрев его между ладонями, а затем слегка взъерошил волосы Уилла, чтобы они выглядели менее жесткими, более живыми. — Вот, — тихо сказал Эдди, откинувшись назад, чтобы оценить свою работу. Уилл снова увидел свое отражение в зеркале. Это все еще был он. Все еще безошибочно Уилл Байерс. Но теперь его волосы обрамляли лицо по-другому, локоны были свободными и неровными, что придавало ему более свободный вид. Более взрослый. Как будто он сам сделал этот выбор. — Я выгляжу… — Уилл запнулся, не зная, что сказать. — Как ты, — закончил Эдди. — Только немного ярче. Ах, как быстро они растут… Уилл улыбнулся. Эдди выпрямился и один раз хлопнул в ладоши, затем сразу же принял нарочито серьезную позу.  — Хорошо. Последний, но очень важный шаг. — Какой шаг? — Уилл моргнул. — Переговоры, — Эдди поставил руки по бокам. — О, — слабо промычал Уилл. — Правило номер один, — сказал Эдди, подняв палец. — Ты не берешь еду или напитки у незнакомцев. Никогда. Только если ты видел, как это наливали, и доверяешь этому человеку. — Хорошо, — Уилл быстро кивнул. — Правило номер два, — продолжил Эдди, подняв еще один палец, — ты остаешься рядом со мной. Нужно в туалет? Я провожу тебя. К столику с сувенирами? Я пойду прямо за тобой. Если я обернусь, а тебя нет, я переверну там всё вверх дном. Уилл сглотнул, но на этот раз это был не страх. Это было чувство уверенности. — Правило номер три, — сказал Эдди, теперь уже тише, — если тебе станет плохо: слишком громко, слишком много народу, закружится голова, страшно, что бы это ни было, ты скажешь мне. Не нужно терпеть. Не нужно притворяться, что всё в порядке.  — Я не хочу всё испортить, — тихо сказал Уилл. Эдди присел на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.  — Ты ничего не испортишь, — твердо сказал он, — я должен знать, что тебе комфортно. Вот главная часть плана. — Хорошо, — Уилл кивнул, сжимаясь. — Последний штрих, — сказал Эдди, накинув что-то на плечи Уилла, — уверенность. — Не думаю, что это можно просто так надеть, — Уилл нервно рассмеялся. — Конечно, можно, — Эдди мягко рассмеялся, — иногда достаточно просто ненадолго позаимствовать это у кого-то другого. Они простояли так несколько секунд, в фургоне царила тишина, нарушаемая лишь тихим гудением радио. — Ты готов? — спросил Эдди. Уилл сделал вдох. — Да, — сказал он, — думаю, готов. И на этот раз он не врал.