Зелёная девочка

Тео передал Драко кувшин с тыквенным соком, глядя на Милли с недоумением. — Кто? — переспросил он. — Колин Криви, — повторила Милли. — Ну, этот мелкий гриффиндорец с фотоаппаратом, который везде преследует Поттера. Тео бросил многозначительный взгляд на Драко и сухо процедил: — Мы не все уделяем Поттеру столько внимания, чтобы знать всех членов его фан-клуба поимённо, Милли. — Ну так вот, он поднимался навестить Поттера в лазарет — тому после матча пришлось заново выращивать кости, потому что Локонс всё запортачил. И его нашли окаменевшим. Прямо как кошку. — Пацан достал уже, — фыркнула Пэнси. — Не могу сказать, что расстроюсь, если больше не буду натыкаться на него и его дурацкую камеру. — Он просто хамло, — пожала плечами Гермиона. — У него в голове не укладывается, что люди могут не хотеть, чтобы им эту штуку тыкали в лицо каждые гребанные пять минут. — Я не знал, что он к тебе приставал, — сказал Драко, и в его глазах вспыхнула опасная искорка. Гермиона тут же пнула его под столом. — Я сама прекрасно могу о себе позаботиться, Драко. Хватит уже этой тупой херни «большого братца». Блейз вдруг зашёлся приступом кашля. Гермиона на мгновение замолчала, прищурившись на него, но он отмахнулся. — Он хотел сделать портреты всех магглорождённых Хогвартса и не принимал «нет» за ответ. Ни «спасибо, не интересно», ни просто «нет», ни «проваливай». — Она пожала плечами. — Кажется, до него дошло только после: «Если ты ещё раз сунешь эту херь мне в лицо, я разнесу её в такие щепки, что никакое Репаро не склеит». — И что он на это сказал? — спросил Драко, и, заметив, как Гермиона покраснела, пристально посмотрел на неё. — Говори, — потребовал он. — Что-то вроде «конченая слизеринская стерва», — выпалила она. — Я же сказала — хамло. — Я слышал, — промычал Винсент с полным ртом скона. — Он сказал, что ты конченая слизеринская сука, которая считает себя лучше других. Гермиона сжала губы и пожала плечами. — Ну да, ладно. Может, я и сука, но по крайней мере я не пристаю к людям с портретами, которые им не интересны. — И с чего бы тебе вообще хотеть быть в одной компании с кучкой грязно… прости, магглорождённых? — спросила Пэнси. — У тебя с ними нет ничего общего. — Именно! — Гермиона осклабилась. — Будь у него идея сделать портреты всех слизеринцев второго курса, я бы, может, и заинтересовалась. — Кстати, о магглах, — вступила Дафна, и Гермиона снова улыбнулась. — Я попрошу маму купить ещё. — Купить еще магглов? — удивился Тео, и все девчонки загоготали. — Не парься об этом, Тео, — буркнула Пэнси.

***

Потребовалось несколько дней, чтобы история с окаменением Колина Криви и её значение дошли до всех. «Тайная комната открыта», — шептались студенты друг другу. — «Все магглорождённые в опасности». — С ней теперь всегда кто-то должен быть рядом, — настаивал Драко. — Пусть другие факультеты заботятся о своих. Слизеринцы защищают своих.

***

Когда Гермиона призналась, что планирует остаться в Хогвартсе на рождественские каникулы, Драко тут же записался в списки оставшихся. — Хотя, — сказал он ей, — если я не привезу тебя домой хоть на один ужин, моя мать сделает будет меня убивать взглядом. — Не похоже на худшую из судеб, — фыркнула Гермиона. Драко только хмыкнул в ответ.

***

Идея Дуэльного клуба заинтересовала всех. Возможно, впервые с начала учебного года Гермиона с нетерпением ждала внеклассного мероприятия. Изучать заклинания в теории — это хорошо, но научиться реально их применять… это звучало куда лучше. Тео и Блейз синхронно застонали, увидев, кто возглавляет клуб. Гермиона бросила на них свирепый взгляд. Локонс расхаживал по залу в развевающихся мантиях, и она едва сдерживала вздох. Блейз покосился на неё и самодовольно усмехнулся. Снейп прислонился к стене рядом с группой слизеринцев и смотрел на второго профессора, объяснявшего правила клуба, с презрительной усмешкой на лице. Когда мужчины начали показательную дуэль, Снейп держал свою палочку с непринуждённой уверенностью, в то время как Локонс выделывал пируэты и паясничал. Гермиона дёрнула бровью. Дуэль, по её мнению, — не место для понтов. Когда Снейп рявкнул «Экспеллиармус!» и вспышка алого света отшвырнула Локонса назад, она смерила оценивающим взглядом облачённого в чёрное, непривлекательного профессора зельеварения, пока однокурсники аплодировали своему декану. Локонт начал тараторить что-то о том, что это было очень базово и отличная демонстрация, но не считает ли Снейп, что… Гермиона перестала его слушать, размышляя о пользе разоружения противника. Многие ли ожидают такого? Что лучше для атаки — что-то зрелищное или что-то базовое, исполненное блестяще? — Кажется, чья-то маленькая влюблённость только что… разбилась вдребезги, — прошептал Блейз в сторону Драко, явно стараясь, чтобы она услышала. Драко посмотрел на Гермиону и усмехнулся. — Это была поучительная дуэль, — было всё, что она сказала. Студентов быстро разбили на пары; Гермиона не удивилась, увидев, как Снейп сцепил Драко и Поттера. Когда же он поставил её с какой-то девчонкой из Гриффиндора, она бросила на него недовольный взгляд, и он прошептал ей на ухо: — Если мне придётся оттаскивать эту мелкую дурёху в лазарет, я буду крайне раздражён. Будьте деликатны, мисс Грейнджер. Она вежливо кивнула другой девчонке, которая оглядела её с ног до головы и заявила: — Я и не знала, что магглов сортируют в Слизерин. — Их и не сортируют, — согласилась Гермиона. — А вот ведьм — да. — Итак, — говорил Локонс. — На счёт три — только разоружение. Раз. Два. Три. Палочка противницы оказалась в руке Гермионы ещё до того, как мужчина полностью выговорил последнюю букву. Она обернулась посмотреть, как дела у друзей. Поттер швырнул в Драко Риктусемпру, и её начало трясти. «Только разоружение», блин! Драко, хохоча, свалился на пол от щекотного заклинания, но всё же ухитрился выпалить танцующее заклятье, и Поттер пустился в пляс. — Достаточно! — рявкнул Снейп и снял оба чара. Гермиона швырнула палочку своей никчёмной сопернице и двинулась к Драко, но Тео резко оттащил её назад. — Он должен справиться сам, — прошипел Тео. — Ты не можешь его защищать. — Но Поттер… — Не соблюдал правила? — Тео задал вопрос с издевкой. — И это тебя удивляет? Она скрестила руки на груди, но позволила Тео удержать себя. — Попробуем ещё раз, всего одна пара, — говорил Локонс. — Позволим вам, мальчики, показать, как блокировать недружелюбные заклинания. Локонт увёл Поттера в сторону, демонстрируя какое-то сложное заклинание с вихлянием палочки. Гермиона смотрела на него с растущим презрением. Тем временем Снейп что-то шептал на ухо Драко. Когда дуэль началась, Драко выкрикнул: «Серпенсортия!» Гермиона с некоторым удивлением наблюдала, как крупная чёрная змея вырвалась из кончика палочки Драко и поползла к замершему Поттеру. — Если боишься, Поттер, — протянул Снейп, — я могу от неё избавиться. — Позвольте мне, — сказал Локонт и, с драматическим взмахом палочки, подбросил змею в воздух. Когда та приземлилась, она оказалась прямо перед каким-то незнакомым мальчиком и приготовилась к удару. Поттер прошипел что-то невнятное на змею, и та обмякла. Гермиона с недоумением посмотрела на Блейза, но тот смотрел на Поттера с холодной, оценивающей усмешкой. Она вернулась к разворачивающейся перед ними сцене: мальчик, которого только что спасли от змеи, что-то крикнул Поттеру и выбежал из зала. Люди стали отодвигаться от Поттера, который выглядел так же ошарашенно, как и она, пока Тео не прошептал ей на ухо: — Ну что ж, он змееуст. Тогда она всё поняла. Она посмотрела на Драко, тот улыбнулся ей, потом на Снейпа — тот встретил её вопросительный взгляд нечитаемым выражением лица, даже когда взмахнул палочкой, и змея исчезла в клубе чёрного дыма.

***

— Итак, теперь мы знаем, что он говорит на Парселтанге, — сказал Драко, когда они вернулись в гостиную. — Можно теперь обсудить, он ли Наследник? — Если бы мы услышали, как он хвастается, — начала Гермиона, тщательно подбирая слова, — или задали ему вопросы, и он рассказал бы… Но для этого пришлось бы нарушить кучу правил, пробраться в гриффиндорскую гостиную и… — А как мы это сделаем? — спросил Драко, сузив глаза. — Есть способ, — призналась она. — Но он опасный, и… Тео закатил глаза. — Ты собираешься выложить это когда-нибудь, или будем гадать? — Оборотное зелье! — выпалила она. — Профессор Снейп упоминал его на занятиях. Сложное в приготовлении, но оно превращает тебя в другого человека. Мы превратимся в… ну, в Уизли и в его мелкую сестрёнку, которая всё время строит глазки Поттеру… и никто не узнает! Поттер расскажет нам всё, если подумает, что мы часть обожающего его фан-клуба. Тео медленно кивнул. — Придётся действовать быстро; если я правильно помню, оно действует около часа. — А как мы достанем рецепт? — потребовал Драко. — Запретный отдел библиотеки, — сказала она. — Я выпрошу у Снейпа разрешение на… ну, дополнительное исследование по зельям. Вы же знаете, он мне его даст. — Он тебя откровенно записал в фавориты, — заметил Драко. — Я же не виновата, что я хорошая ученица, — парировала она, встряхнув волосами. — Боже, — пробормотал Тео. — Смотри, куда этим оружием размахиваешь. Можно глаз выбить.

***

— Сильнейшие зелья? — переспросил Снейп, смерив Гермиону взглядом поверх сцепленных пальцев; она, Тео и Драко стояли перед его столом, а на её лице была застывшая маска невинности. — Если вы, мисс Грейнджер, планируете попробовать свои силы в продвинутой работе, я искренне надеюсь, что вы не собираетесь красть мои ингредиенты и варить что-либо на полу какого-нибудь грязного туалета. — Я, эм… — замялась она, а он уже вытащил перо и подписал её бланк разрешения. — Я выделю вам один час в неделю для работы в моей личной лаборатории, — сказал он. — Прискорбно, что я не могу предоставить вам продвинутый курс для удовлетворения ваших академических потребностей, но студентов с талантом и усердием так мало, что это было бы не более чем частным репетиторством. Пока она давилась словами благодарности, он раздражённо махнул на них рукой. — Убирайтесь, мисс Грейнджер, и заберите своих чистокровных поклонников. У меня нет времени помогать вам с вашим маленьким проектом, поэтому, пожалуйста, постарайтесь не убиться. — Он сделал паузу. — И не устроить беспорядок в моей лаборатории. Я буду крайне расстроен, обнаружив её в состоянии менее первозданном, чем то, в котором её оставил. — Что ж, — сказал Тео, когда они вышли, — вроде как прояснилось, что расстроит его больше: твоя смерть или бардак в лаборатории. — О, не знаю, — Гермиона оглянулась на дверь класса. — Думаю, ему бы очень не понравилась куча бумажной волокиты, если бы я умерла в его лаборатории.

***

С варкой зелья у Гермионы проблем не возникло. Оставив зелье настаиваться, она с тоской посмотрела на хорошо укомплектованную и безупречно чистую лабораторию, прежде чем тихо закрыть дверь и встретиться с Тео, её назначенным телохранителем на вечер. — Честное слово, — проворчала она, — я в порядке. Мне действительно не нужен телохранитель повсюду, чтобы защищать меня от Поттера. Тео посмотрел на неё и сказал: — Что ж, пока ты там колдовала наше зелье, его нашли стоящим над телом очередного окаменевшего магглорождённого. Так что я считаю, что да, одной тебя оставлять нельзя. — Что? — Она смотрела на него в шоке. — Как он вообще ещё в школе? Его нашли над телом жертвы, и его всё ещё покрывают? Как это вообще… — Избранный, — коротко сказал Тео. — Он избавился от Тёмного Лорда, так что… — Тело так и не нашли, — возразила она. Тео резко обернулся: — Что? — Волан-де-Морт. Тело так и не нашли. Я бы не назвала это «исчез». Я бы назвала это «пропал без вести».

***

Рождественские каникулы были восхитительны. Хотя Поттер и все Уизли остались, с ней также были Драко, Тео и Гойл. Она продолжала проверять своё зелье, добавляя ингредиенты по мере необходимости; Снейп наблюдал за её приходами и уходами из лаборатории с полуприкрытыми глазами, но ничего не говорил. В сам Йоль все вчетвером отправились в особняк Малфоев на ужин, что можно было назвать только «явкой по требованию». — Просто… будь вежлива, — нервно сказал Драко. — Отец тебя уже одобрил, но если мама решит, что ты… просто будь вежлива, ладно? — Я всегда вежлива со взрослыми, — отмахнулась Гермиона. — Это правда, — подтвердил Гойл. — Она может пнуть тебя и послать нас ко всем чертям, но с профессорами у неё и масло во рту не растает. Даже Снейп её любит. — МакГонагалл меня не любит, — возразила она. — Конечно нет, — фыркнул Грег. — Ты же грязная слизеринка. Быть «грязной слизеринкой», однако, явно было преимуществом в доме Малфоев. Миссис Малфой возилась вокруг Грега и Тео, восклицая, как они выросли, прежде чем обратила внимание на Гермиону. Протянув руку, она сказала: — Добро пожаловать, дорогая. Спасибо, что присматриваешь за моим Драко. Он бывает немного импульсивным, и это втягивает его во всевозможные истории. Гермиона пожала протянутую руку и улыбнулась, лишь слегка нервно. — Я думаю, это скорее Драко присматривает за мной, мэм. Он делает это с тех пор, как меня распределили, а теперь он меня из виду почти не выпускает. — Не слушайте её, — протянул Тео. — Она как минимум раз уже угрожала палочкой тому парню Уизли, когда тот лез к Драко, а мне пришлось физически удерживать её, чтобы она не набросилась на Поттера на первом занятии Дуэльного клуба, когда тот сжульничал и заговорил Драко. Гермиона покраснела. — Тео всё преувеличивает. Нарцисса Малфой, однако, не выглядела расстроенной отсутствием у неё скромного, женственного поведения и вместо этого спросила, что она думает о Слизерине, пока вела детей в маленькую гостиную, где был приготовлен пунш. Это вызвало у Гермионы менее нервную улыбку. — Я предвзята, — призналась она, — но я не могу представить, чтобы была счастлива где-либо ещё. — Именно так я и чувствовала себя, — согласилась миссис Малфой, — хотя, конечно, как Блэк, у меня было мало сомнений, на каком я буду факультете. Гермиона бросила быстрый, вопросительный взгляд на Драко, и тот пояснил: — Некоторые семьи почти всегда попадают в один и тот же факультет. Мама из семьи Блэков, и они почти всегда в Слизерине, как Малфои, Нотты… — И Гойлы, — добавил Гойл. — А Уизли — всегда в Гриффиндоре, — закончил Драко. — Очень редко магглорождённых распределяют в Слизерин, — продолжила Нарцисса Малфой. — Признаюсь, я немного беспокоилась, что люди могут заставить вас чувствовать себя нежеланной, когда услышала, что новая подруга Драко — магглорождённая. Что Драко может заставить вас чувствовать себя нежеланной. — Нет! — Гермиона поспешила успокоить женщину, не замечая лёгкой улыбки, которой та обменялась с мужем. — Драко всегда был просто замечательным. Некоторые люди с других факультетов были… не такими милыми, но все в Слизерине… — Был тот один парень, — сказал Гойл, но Тео фыркнул. — Она сама с ним разобралась, а потом с полдюжины четверокурсников его ещё и потрепали. Любой, кто пойдёт против Гермионы, получит по заслугам; мы заботимся о своих. — И всегда так было, — плавно сказал Люциус Малфой. — И так будет продолжаться. Драко, почему бы тебе не показать друзьям вид с заднего балкона, пока мы ждём готовности ужина? Уверен, вам хочется немного времени вдали от репрессивной компании взрослых. Распознав отсыл, дети последовали за Драко в другую комнату, откуда доносилось смутное восхищение видом, прежде чем они уселись строить догадки, действительно ли Поттер — Наследник и, если да, то заставят ли его когда-нибудь ответить за это. Нарцисса посмотрела на Люциуса. — Должна признать, ты совершенно прав. — Я так и думал, что ты согласишься. Снейп сообщает, что она варит Оборотное зелье в его лаборатории, совершенно самостоятельно. — Разве это не слишком сложно для второкурсницы? — Безусловно. — Люциус взглянул на неё. — Похоже, дети планируют превратиться в Уизли, чтобы выяснить, является ли Поттер Наследником Слизерина. Нарцисса рассмеялась, радостный переливчатый смех донёсся до балкона и заставил Драко нервно оглянуться на комнату, где были его родители. — Ты не планируешь их остановить? — Конечно нет. Их инициативу следует поощрять, и они не смогут себе навредить; Снейп говорит, зелье у неё идеальное. У них будет небольшое приключение, и они станут ещё ближе. — Ты действительно не против магглорождённой? — уточнила Нарцисса, и Люциус посмотрел на детей. — Я — не против этой, — сказал он. — Каждый селекционер знает, что иногда для самых сильных результатов нужна приливная кровь. — Он посмотрел на жену. — Он подарил ей стеклянный браслет на Йоль в прошлом году, ты знаешь. — Правда? — Она откинулась на спинку кресла и улыбнулась. — Ты так не делал, пока нам не исполнилось тринадцать. Она носила его? — Не на публике, — признался Люциус. — Но он не выплакал все глаза, так что, полагаю, она дала ему понять, что ценит это. — Мне придётся что-то сделать с этими волосами, — сказала Нарцисса, и Люциус рассмеялся. — Я доверяю тебе обеспечить, чтобы к её совершеннолетию она была полностью презентабельна, дорогая.

***

За ужином Нарцисса спросила Гермиону о её родителях, без комментариев отметив, что девочка тихо отдаляется от маггловского мира, и поинтересовалась, что она думает о Магловедении. — О, боже, — простонал Тео, — началось. Нарцисса скрыла улыбку при виде взгляда, который Гермиона бросила Тео. — Это пустая трата времени, — сказала девочка, скрипя зубами, затем, глядя на Нарциссу, добавила: — Прошу прощения, мэм. Надеюсь, это не ваш особый проект. — Нет, — успокоила её Нарцисса, на мгновение встретившись взглядом с Люциусом. — Мне любопытно, почему ты считаешь это «пустой тратой времени», как ты выразилась. Уверена, тебя не заставляют его брать? — Нет, конечно нет, — сказала Гермиона. — Это же факультатив, и никто из нас его не берёт. Но он всё равно отнимает ценные ресурсы. Никто не уходит из волшебного мира, чтобы жить с магглами, такого просто не бывает. — Совершенно верно, — сказал Люциус. — Но, — настаивала Гермиона, — такие, как я, присоединяются к магическому миру каждый год. — О, я так не думаю, — промурлыкала Нарцисса. — Я не думаю, что такие, как ты, присоединяются к нашему миру очень уж часто. Гермиона смотрела на неё слегка озадаченно, пока Драко не начал давиться водой. — Ты в порядке? — спросил Тео, и Драко пробормотал: — Всё хорошо, хорошо. — Вы говорили, — подбодрила Нарцисса, и Гермиона, нахмурившись на Драко, вернулась к одной из своих любимых тем для раздражения. — Ресурсы, которые школа тратит на обучение волшебников, которым плевать, как пользоваться маггловским телефоном, можно было бы использовать для обучения магглорождённых таким вещам, как волшебные светские обычаи. Тео пытается, но нет даже книги, которую я могла бы прочитать, и я всегда боюсь сказать что-то не так! Для всего есть правила, а я их не знаю! — Голос Гермионы закончился почти воплем, и Нарцисса снова улыбнулась Люциусу. — Но такая книга есть, — сказала она, подавая знак эльфам убрать со стола и подать десерт. — Несколько, на самом деле. Я пришлю тебе копии. Признаюсь, это не то же самое, что слушать бесконечные лекции тётушки Вальбурги, но, вероятно, несколько менее неприятно. — Если я не совершенно неправильно понял этого ребёнка, — сказал бы позже Люциус, — к следующему нашему свиданию она выучит наизусть даже самые непонятные правила этикета.

***

Зелье было готово, и все они с некоторым ужасом смотрели на булькающую жидкость. Гермиона стащила мантии из прачечной, наброшенные на табурет, и красно-золотые цвета казались кричащими в лаборатории. — У всех есть волос? — спросила Гермиона. Тео достал два рыжих волоска. — Один от придурка с нашего курса, один от его мелкой сестрёнки. — А ты кто? — спросила Гермиона. — Я, — сказал он довольно самодовольно, — ваша подстраховка. — Трус, — пробормотала она. — Ты что, не доверяешь моему зельеваренному мастерству? Тео рассмеялся. — Вы двое идите и ловите в ловушку святого Поттера. А я позабочусь, чтобы настоящие Уизли не мешали. Драко взял один волос и бросил в свою колбу, поморщившись, когда жидкость закипела и забулькала, а затем снова успокоилась, приобретя оранжевато-красный цвет. Гермиона взяла более длинный волос и наблюдала, как после того, как она добавила его в зелье, вся склянка вспенилась и почти свернулась, прежде чем превратиться в довольно тёмно-красный цвет с чёрными вкраплениями. — Хм, — сказал Тео. — Не ожидал такого. Эссенция девчонки Уизли какая-то тёмная. — До дна? — спросил Драко. Гермиона осклабилась на него и залпом выпила содержимое своей склянки. Оба мальчика наблюдали, как она, казалось, плавилась и пузырилась, а затем перед ними стояла маленькая рыжая девочка, которая сердито смотрела на них обоих. — Ну что ж, — сказала она и чуть не подпрыгнула от незнакомого звука собственного голоса. — Сработало? — Сработало, — сказал Драко и одним глотком осушил свою склянку. Он растаял и изменился, пока Рон Уизли не стоял в лаборатории. — Я чувствую себя тупее, — пробормотал он, пока Тео протягивал ему гриффиндорскую мантию. — И выглядишь уродливее, это уж точно. — Я начинаю жалеть эту девочку, — сказала Гермиона, натягивая мантию. — Можете себе представить, носить этот цвет с такими волосами? — Ты слишком много времени проводила с Пэнси за этими маггловскими журналами мод, — фыркнул Тео. — Хватит переживать о стилевых страданиях миниатюрной рыжей девочки и идите допросите её тупого героя, пока я вырублю настоящих Уизли и оставлю их в каком-нибудь ужасно унизительном компрометирующем положении. Драко и Гермиона синхронно посмотрели на него. Тео пожал плечами. — Если не можешь соблюдать чистоту, соблюдай это в семье. Драко издал рвотный звук, а Гермиона скривила лицо от полного отвращения. — Ты действительно еблан, Тео. Ты что, пытаешься довести меня до омерзения? Он самодовольно усмехнулся ей, и втроём они вышли из лаборатории.

***

Снейп наблюдал, как двое детей превратились и побрели прочь из его лаборатории. Если Тёмный Лорд действительно вернётся, размышлял он, как он справится с тем, что магглорождённую тихо приняли в семью одного из его главных сторонников?

***

Тео свернул в сторону, чтобы обездвижить двух настоящих членов семейства Уизли. Их обнаружение спустя несколько часов, без сознания и в объятиях друг друга, породило слухи, которые не утихали годами. Драко и Гермиона нашли Поттера у библиотеки. — А, вот ты где, — сказал он Драко. — А она зачем тут? — Мама велела за ней присматривать, — сказал Драко скучающим тоном. — Что насчёт всей этой истории с Комнатой? — Ну, — Поттер прислонился к стене, — проваливай. — Нет, — огрызнулась Гермиона. — Пока она держится подальше от Малфоя, с ней всё будет в порядке, — сказал Поттер. — Я люблю твою маму, но не понимаю, зачем тебе нянчиться. — Что значит, «держаться подальше от Малфоя»? — спросила Гермиона, стараясь контролировать голос. — Ну, Малфой — явно Наследник. Кто ещё может быть таким чистокровным засранцем? Драко с отвращением посмотрел на Поттера, но сумел сказать: — Не думаю, дружище. Разве он не дружит с той Грейнджер? А она не чистокровная. — Боже, — скривился Поттер. — Эта зубрила. Можете представить, он взял её домой на Йоль? Я бы хотел быть мухой на стене на этом их семейном сборище. Бьюсь об заклад, его родители просто ненавидят, что он с ней дружит. — Он, казалось, был доволен этой мыслью. — Я раздобыл экземпляр Истории Хогвартса, и в прошлый раз, когда Комната открывалась, магглорождённая умерла. Интересно, если кто-то умрёт на этот раз, заставит ли это Дамблдора наконец избавиться от Малфоя. — Ты уверен, что это Малфой? — спросила Гермиона. — А кто ещё? — нахмурился Поттер. — Хотел бы я, чтобы Дамблдор просто выгнал этого ублюдка. Устал я от того, что все думают, что это я, только из-за змеиного языка. И этих голосов. Я спросил Парвати, и она предложила погадать мне на картах. Будто таро поможет, если я слышу голоса. — Он надулся. — Это так тупо. — Не то слово, — сказала Гермиона, и Поттер посмотрел на неё. — А кто открывал Комнату в прошлый раз? — спросила Гермиона, и Поттер пожал плечами. — Не знаю. А ты вообще чего ещё здесь торчишь? — спросил он недружелюбным тоном. — Разве у тебя нет мелких девчачьих дел, Джинни? — Полагаю, есть, — сказала она и зашлёпала по коридору. Драко вздохнул, извиняюще хмыкнул и бросился за ней. — Что ж, — сказала она, когда они оказались вне слышимости, — это не он. Интересно, кто тогда.

***

Наслаждаться тем, что вся школа, казалось, верила, что Поттер — Наследник, стало сложнее, когда они узнали, что это не так. — Я хочу знать, — бормотала Гермиона, таская стопку за стопкой книг и читая всё, что могла найти о Тайной Комнате. — Что окаменяет? — спрашивала она, уткнувшись носом в книгу так глубоко, что даже поддразнивания Тео не могли её отвлечь. Драко наконец сдался, пытаясь следовать за ней повсюду, когда всё, что она делала, кроме посещения занятий, — это сидела, окружённая книгами, в библиотеке. Это казалось достаточно безопасным; уже несколько месяцев не было нападений. Может быть, думали они, Наследник и его укрощённый монстр теперь осторожничают, раз школа начеку. — Мистер Малфой. — Драко поднял глаза от сочинения, которое пытался раздуть ради лишних двух дюймов. Профессор Снейп стоял в дверях их гостиной. — Будьте так добры, пройдёмте? — Тон не допускал возражений, и Драко сунул работу в сумку и встал. — Я понимаю, что вы и мисс Грейнджер… особые друзья, — сказал мужчина, его губы были в одном градусе от презрительной усмешки. — Мы… она одна из моих лучших друзей, — осторожно сказал Драко. — Но между нами нет никаких… особенных отношений или чего-то такого. — Мистер Нотт. — Снейп посмотрел дальше в комнату, и Тео вскочил на ноги. — С нами, если не возражаете. Ужас медленно нарастал в глазах мальчиков, пока Снейп молча вёл их по коридорам к лазарету. Прежде чем открыть дверь, он сказал: — Возможно, это будет немного шокирующе, но на мисс Грейнджер было совершено нападение, как и на другую студентку не из нашего факультета. Драко замер в дверях на мгновение, глядя на Гермиону, застывшую на кровати, прежде чем броситься вперёд и опуститься на колени у её постели. — Гермиона, — прошептал он. — Ты слышишь меня? Это Драко. Я здесь, Гермиона. Я здесь. — Можете объяснить это? — Мадам Помфри показала маленькое ручное зеркальце, и Драко отрицательно покачал головой. Она посмотрела на Тео, который тоже покачал головой, прежде чем придвинуть стул к кровати подруги. — Гермиона, — сказал Тео. — Это нечестно. Ты не можешь просто взять и окаменеть. Как мы должны набрать достаточно очков, чтобы обойти этих гриффиндорских придурков, без тебя? — Его голос сорвался в конце фразы. Снейп позволил им посидеть с ней несколько минут, прежде чем ровным голосом сказал: — Я провожу вас, мальчики, обратно в подземелья. Вводится строгий комендантский час; студенты не должны покидать свои спальни, кроме как во время занятий и приёмов пищи. — Я остаюсь, — сказал Драко, даже не оглядываясь на Снейпа. — Мистер Малфой, — Снейп уже говорил с явной усмешкой. — Вы сообщили мне, что между вами и мисс Грейнджер нет никаких отношений. Было ли это правдой? — Мальчик покачал головой, и Снейп сказал: — Тогда вы немедленно вернётесь со мной в ваше общежитие. — Он смягчил тон и добавил: — Если вы захотите послать сообщение вашему отцу о том, что случилось с мисс Грейнджер, я позабочусь, чтобы он его получил.

***

Люциус Малфой влетел в школу на следующий день, мантия развевалась за ним. — Дамблдор, — сказал он, перехватив директора в главном зале. — Я требую объяснений. — Мистер Малфой, — сказал Дамблдор мягким тоном, но глаза его пылали. — Чему я обязан удовольствием вашего визита? — Вы действительно хотите устроить это здесь? — Люциус оглядел зал, на группы студентов, даже не притворявшихся, что отводят взгляд. Когда Дамблдор не ответил, мужчина сузил глаза и сказал: — Что ж, тогда так. Совет Попечителей поручил мне отстранить вас. — Он вытащил свиток пергамента из кармана и протянул его директору. — Вы можете убедиться, что всё в порядке, все двенадцать подписей на месте. — Сколько людей вам пришлось запугать, чтобы это подписали? — потребовала профессор МакГонагалл, подошедшая к паре. — Никого. — Люциус посмотрел на неё. — Я понимаю, вы привыкли действовать почти автономно, Минерва, но люди начинают возражать, когда на нескольких студентов нападает и окаменяет их какой-то монстр, которого вы, по-видимому, не можете найти, не говоря уже об остановке. Вы думали, что сможете сохранить это в тайне, потому что все жертвы — магглорождённые? Что раз ни у кого из них нет родителей с малейшим представлением, как хотя бы подать жалобу, с вас не спросят за потрясающую некомпетентность? — Я не знал, Люциус, что вы так озабочены судьбами магглорождённых, — сказал Дамблдор с обманчивым спокойствием. — Вы последовательно переоценивали мои чувства по поводу чистоты крови, — пренебрежительно сказал Люциус. — Постарайтесь не предполагать, что, поскольку я не разделяю ваше несколько узкое мнение о Тёмных искусствах и волшебных традициях, мы столь же противоположны во всех областях. Я считаю, что лучшая подруга моего сына — магглорождённая, и вы не слышали с моих губ ни слова осуждения по этому поводу, как и не услышите. Она — милая девочка. Она также, как мне сообщили, лежит окаменевшая в вашем лазарете, без единого слова её родителям. — Вы взяли мисс Грейнджер под своё крыло, — сказал Дамблдор, обменявшись взглядом с МакГонагалл. — Вы можете думать об этом что хотите. — Люциус Малфой ищучал проходившего мимо мужчину. — Однако я думаю, вам пора уходить. — Альбус, — возразила МакГонагалл, — вы не можете уйти. Наверняка произойдёт нападение, как только вы уедете. — Если Совет отстранил меня, Минерва, я, конечно, уйду. — Тон Дамблдора был очень ровным. — Однако я никогда не покину Хогвартс по-настоящему. — Поэтично, уверен, — сказал Люциус Малфой. — Я же нахожу, что меня меньше интересуют ваши поэтические полёты, чем благополучие детей в вашем лазарете.

***

Драко расхаживал, прикрывая свой страх за Гермиону хвастовством перед всеми, кто готов был слушать, что его отец избавился от Дамблдора. — Худший директор, который когда-либо был в этом месте, — говорил он. — Пристрастный, некомпетентный старый хрыч. Может, теперь мы получим нормального директора. На занятиях по зельям он старался не смотреть на пустое место Гермионы, вместо этого сказав Снейпу: — Может, вы могли бы стать директором, сэр. — Дамблдора лишь отстранили, — сказал Снейп сквозь плотно сжатые в подобии улыбки губы. — Всё равно, — настаивал Драко, — уверен, вы бы получили голос моего отца, сэр. Я поражён, что эту школу вообще ещё не закрыли. Кто знает, на кого монстр нападёт следующим. — Он с ненавистью посмотрел на Поттера. — Может, на тебя, Поттер. Может, в следующий раз эта тварь доведёт дело до конца.

***

— С ней всё будет хорошо, — твердил Тео в гостиной. Пэнси и Дафна сидели, сжимая свои журналы, пальцы листали страницы с неподвижными маггловскими моделями мимо ничего не видящих глаз. — Хорошо, — повторил Тео. — Мы слышали тебя, — огрызнулся Драко. — Ты не единственный, кто переживает, — сказал Блейз.

***

— Это должен быть Драко Малфой, — говорила одна девчонка другой в коридоре. — Эти Малфои были в большой связи с Тёмным Лордом, и ты же знаешь, какие они, слизеринцы. — Нет, — покачала головой другая. — Он никогда не причинил бы вреда Грейнджер. Он наполовину выжил из ума от того, что она там окаменела.

***

Драко сидел у постели Гермионы. Он приходил каждый день после занятий, но до ужина, чтобы почитать ей из своих любимых книг. Настойчивые заявления мадам Помфри, что та его не слышит, лишь заставляли его пожимать плечами. Она не реагировала даже дрожанием ресниц, но он не мог просто сидеть и ничего не делать, а когда его не было рядом, он только волновался. — Гермиона, — сказал он, откладывая книгу и беря её руку. — Я… Я хочу, чтобы ты была здесь. Я не знаю, что делать, а ты — тот, кто мне нужен. Мой отец послал сов твоим родителям и сказал им, что ты больна; сказал, что лекарства скоро будут готовы. Дамблдор даже не сообщил им, что что-то случилось. — Он положил пальцы на её стиснутую, неподвижную руку и нахмурился, поняв, что у неё что-то зажато в кулаке. Он потянул и вытащил листок бумаги. — Василиск, — прошептал он, читая. — Конечно. Ты гений… ты чертов, гений, Грейнджер! Он помчался по коридорам в поисках Тео. — Она догадалась, — выдохнул он, найдя мальчика. — Это василиск. — Конечно, — сказал Тео, глядя на бумагу в руках Драко. — Чёрт возьми, Драко. Мы должны были догадаться. Никто из них не заметил Гарри Поттера, который отступил в тень в тот момент, когда увидел, как Драко несётся мимо.

***

Блейз посмотрел на бумагу. — Мы пойдём сами выслеживать эту тварь? Драко закатил глаза. — Ты идиот? Хочешь пойти и встретиться лицом к лицу с каким-то мифическим зверем, живущим в какой-то секретной комнате? У тебя что, фетиш на боль? Мы скажем моему отцу, пусть он привозит настоящих экспертов разбираться с этим. — Придурок, — пробормотал Блейз, но его плечи обвисли от облегчения.

***

К тому времени, как Люциус Малфой прибыл, школа была в хаосе. — Что происходит? — потребовал он, направляясь в кабинет директора. — Минерва… — Он резко остановился, когда дверь открылась, и в проёме показался Альбус Дамблдор. — Альбус. — Да. — Глаза мужчины лукаво подмигнули. — Услышав, что было ещё одно нападение, меня вызвали обратно в школу. Похоже, никто не смог найти подходящую замену, а профессор МакГонагалл отказалась занять пост. — Как преданно с её стороны, — сказал Люциус с усмешкой. — Тогда я передам свою информацию вам вместо неё. Мой сын сообщил мне, что его подруга, мисс Грейнджер, проводила исследование, которое идентифицировало монстра как василиска. Я уверен, Альбус… — Да, Люциус, — Дамблдор сидел спокойно. — Я в курсе. — Прошу прощения? Тогда почему ничего не было сделано? — Но кое-что было сделано. Монстр убит. — И вы знаете, кто открыл Комнату в первую очередь? — протянул Люциус. — Разумеется. — Альбус Дамблдор откинулся в кресле и оценивающе посмотрел на оппонента. — Тот же, кто и пятьдесят лет назад. Тот-чье-нельзя-называть. На этот раз, однако, он использовал зачарованный дневник, чтобы подчинить невинную девочку и заставить её делать работу за него. — Правдоподобная история, — фыркнул Люциус. — Так студентка открыла Комнату, и вы утверждаете, что это потому, что она была одержима человеком, который пропал без вести много лет назад? — Именно это я и утверждаю. — И эту студентку, эту невинную девочку, которая открыла Комнату и выпустила монстра на ваших подопечных, я должен предположить, что вы не планируете её вообще наказывать? — Люциус Малфой выглядел почти апоплексическим. — Я думаю, быть одержимой Волан-де-Мортом — это уже достаточно суровое наказание, Люциус. — Буду ли я совершенно неправ, предположив, что эта девочка — одна из ваших драгоценных гриффиндорок, Альбус? Дитё Ордена, возможно? — Но, Люциус, я подозреваю, вы прекрасно знаете, кто этот ребёнок. — Дамблдор наклонился вперёд. — К счастью, её спасли брат и другой студент, и, к счастью, дневник, который её поработил, уничтожен. Если бы стало известно, что дочь известной чистокровной семьи убивала магглорождённых? Что ж, это дискредитировало бы её отца и работу, которую он ведёт по Закону о защите магглов, не говоря уже о его работе по поиску Тёмных артефактов, не так ли? — Наступила долгая пауза. Люциус Малфой сузил глаза, и он со старым волшебником уставились друг на друга. Наконец Люциус сказал: — Это не конец. Дамблдор улыбнулся. — Если какие-либо ещё школьные вещи Тома Реддла окажутся в руках моих студентов, я буду точно знать, где искать, Люциус. Идите проверьте свою маленькую подопечную в лазарете. Уверен, она будет в восторге узнать, что вы были архитектором её несчастья.

***

— Мне жаль, дитя, — сказал Люциус, отводя прядь волос с её лица. Гермиона моргнула, озадаченная. Драко нервно и неловко маячил позади отца. — Мы находимся в состоянии войны, какой бы холодной она ни была, но я никогда не предполагал, что вы станете её жертвой. — Я… — Гермиона с трудом сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. — Вам не нужно извиняться передо мной, сэр. — Тем не менее, я настаиваю, чтобы вы приняли извинения. — Я… — она посмотрела на Драко, тот закусил губу и пожал плечами. — Конечно, — наконец сказала она. — И вы приедете погостить к нам в особняк на несколько недель этим летом, — плавно добавил Люциус. — Дафна и Тео тоже будут, так что не стоит беспокоиться о каких-либо намёках на неприличия. — Я… Я бы хотела. Люциус проводил детей из школы к поезду, положив одну руку на плечо Гермионы. Он смотрел на Дамблдора, который смотрел вслед, пока они втроём шли навстречу лету.