На краю семьи

      Еще несколько дней после попытки Чонгука примирить Минджэ и Тэхёна в доме держалась напряженная атмосфера. Пока мальчик был в школе, Тэхён занимался домом, при этом старательно избегая разговоров с Чонгуком. Альфа чувствовал это и не напирал, давая ему свободу. А по вечерам, когда возвращался Минджэ, омега либо закрывался в своей комнате, либо уходил прогуляться.       Он подолгу бродил по побережью или по многочисленным паркам города, вставив в уши наушники. При этом избегал людных мест, как будто за минувшие недели отвык от пристального внимания к своей персоне. В непогоду усаживался за столик у окна в облюбованной им маленькой кофейне и просто смотрел, как капли дождя скатываются по стеклу, оставляя после себя кривые дорожки.       Он полюбил такие тихие, спокойные вечера и даже ни разу не подумал о том, чтобы завалиться в ночной клуб и тусить там до утра. А ведь пока жил в столице, это было его любимым времяпрепровождением. Но здесь хотелось тишины и умиротворения. Его настолько выматывала необходимость общаться с Минджэ, что одиночество становилось спасением.       Сегодня вечер выдался настолько теплым, что Тэхён даже куртку не стал застегивать, а бежевый шарф крупной вязки не обмотал, как обычно, вокруг шеи, а оставил болтаться на плечах. Он нехотя шел к дому, который казался ему огромной комфортабельной тюрьмой, и при этом чувствовал, что ноги отказывались передвигаться.       В окнах на первом этаже свет не горел, лишь сквозь неплотно задернутые шторы кухонного окна проскальзывала тусклая полосочка. На втором этаже тоже было темно, и Тэхён вздохнул с облегчением. Мальчишка уже спал, и это не могло не радовать. Не хотелось натыкаться на презрительный взгляд и недовольно поджатые губы. Но по крайней мере паршивец уже не плевался едой в общую тарелку и не высмеивал каждое не очень умелое действие омеги.       Войдя в дом, Тэхён потянул носом в сторону кухни, откуда доносился приятный аромат свежемолотого кофе. Он слегка щекотал рецепторы, заставляя слюну скапливаться во рту. Захотелось неторопливо выпить чашечку, сидя на веранде и укутавшись в плед. Картинка, вставшая перед глазами, оказалась настолько манящей, что пришлось тряхнуть головой, чтобы прогнать ее.       Сняв обувь и куртку, Тэхён на цыпочках прошел через просторный темный холл и уже поднялся до половины лестницы, когда за спиной раздался негромкий голос:       — Сможешь завтра забрать Минджэ из школы?       Омега стиснул зубы, чтобы «нет» не выглядело слишком уж отчаянным, но так и не успел произнести его.       — Мне нужно к юристу как раз в то время, когда у него заканчиваются уроки.       — Что-то ты зачастил к юристу, — бросил омега, глянув на мужчину через плечо. — Готовишь против меня судебный иск за жестокое отношение к этому…       — Мне казалось, мы решили уже эту проблему, — приподняв бровь, напомнил Чонгук, но Тэхён покачал головой, прошипев:       — Я ничего не обещал.       Чонгук едва сдержал очередную колкость в адрес упрямства омеги и кивнул, давая понять, что принимает его позицию.       — Если все получится, то ты избавишься от обязательств даже раньше срока, — негромко проговорил мужчина и, развернувшись, направился обратно в кухню. Однако улыбнулся, услышав за спиной торопливые шаги.       — И что это значит? — уперев руки в бока, Тэхён уткнулся взглядом в альфу, усевшегося за обеденный стол и взявшего в руки планшет. — Не хочешь поделиться со мной своими планами?       — Все, что тебе надо знать, — приподняв одну бровь, проговорил Чонгук, — это то, что я собираюсь оформить опеку над Минджэ.       На несколько секунд в помещении воцарилась звенящая тишина. Тэхёну показалось, что он слышал как щелкали шестеренки в собственной голове, пока он пытался осознать услышанное. Однако вместо радости, которую он должен был бы испытать, накатила злость.       — То есть ты за моей спиной пытаешься оформить опеку? — прошипел он, прищурившись.       — Я обязательно рассказал бы, как только ситуация проясн… — попытался оправдаться Чонгук, но омега, фыркнув, перебил его, склонив голову вбок:       — Да неужели? — И тут же продолжил, не дав даже рта раскрыть: — Господи, я так и знал, что ничего не поменяется! Я как был для тебя пустым местом, так и остался. И все эти твои «я тебе помогу», «я буду рядом», «мне не плевать» — просто слова! — тараторил Тэхён, испепеляя альфу взглядом.       — Нет! — рыкнул Чонгук, воспользовавшись паузой, пока Тэхён переводил дыхание. — Но ты просто не оставляешь мне выбора. Сбегаешь каждый вечер из дома, не разговариваешь со мной. Что я по-твоему должен был делать? — Он вскочил с места и в два шага оказался рядом с Тэхёном. — Схватить тебя за горло и заставить слушать меня?       — Да хотя бы! — выплюнул омега и ткнул указательным пальцем в широкую грудь. — У тебя это неплохо получается.       — Господи! — простонал Чонгук, закатив глаза. — Я всего лишь попросил тебя забрать Минджэ из школы, а ты закатил истерику.       — Я не из-за этого закатил, как ты выразился, истерику! — тут же возмущенно возразил Тэхён и замотал головой. — А за то, что ты действуешь за моей спиной!       — А по-моему тебе плевать, из-за чего скандалить, — рыкнул Чонгук. — Что, давно не кричал?       Тэхён опешил от такой отповеди. Его только что назвали истеричкой и скандалистом!       — А ты… — выпалил он, но замолчал, пытаясь найти контраргумент.       — Ну? — поинтересовался Чонгук, приподняв заинтересованно брови. — Что я?       — Ты… — бросил опять омега и запыхтел, едва не плача от досады. И ляпнул, прежде чем успел подумать: — Ты пытаешься отобрать у меня брата! — Он горделиво вскинул подбородок и направился к арке, ведущей к лестнице. — Я заберу завтра Минджэ, — не оборачиваясь, сообщил он, — так что можешь со спокойной душой ехать к своему юристу. — И ядовито добавил: — И не надейся — я без боя не отдам его!       Чонгук сжал переносицу большим и указательным пальцами и покачал головой, чуть слышно застонав, но потом все же улыбнулся, поняв, что сегодня Тэхён впервые назвал Минджэ братом. Неужели лед тронулся?

***

      Тэхён подъехал к школе за полчаса до окончания последнего урока, но из машины выходить не спешил. Сердце в груди колотилось как бешеное, ладони потели, а по вискам струился пот даже несмотря на довольно низкую температуру на улице.       Когда он в последний раз оставался с Минджэ наедине, все закончилось чуть ли не нервным срывом. Что будет сегодня, даже предположить сложно. Поведение пацана спрогнозировать практически невозможно. И у Тэхёна поджилки тряслись.       Он сидел в машине напротив центрального входа в учебный корпус, и когда из здания повалили ученики, вцепился обеими руками в руль, выискивая знакомую мордашку. Однако дети разошлись, но Минджэ так и не вышел.       Тэхён подождал еще немного, настороженно поглядывая на часы, но спустя минут десять мальчик так и не появился, а в душе начала нарастать тревога. Впервые ему доверили забрать ребенка из школы, и он просто не мог облажаться.       Тэхён вышел из машины и решительно направился к зданию.       — Добрый день, господин, — поприветствовал его охранник, сидящий на входе. — Чем могу помочь?       — Здравствуйте, — поздоровался Тэхён и виновато улыбнулся. — Я приехал забрать Хан Минджэ, но он почему-то не вышел.       — В каком классе он учится? — поинтересовался мужчина и удивленно посмотрел на стушевавшегося омегу.       — Я если честно не уверен, — пробормотал он, с ужасом осознав, что не может ответить на такой элементарный вопрос.       — Сколько лет мальчику, господин? — пришел на помощь охранник, понимающе кивнув.       — Десять, — охотно ответил Тэхён, обрадовавшись, что хоть это знает.       — Тогда в четвертом, — мужчина снова кивнул и начал просматривать бумаги, лежавшие на столе. — О, — протянул он, — у четвертого класса сейчас собрание в актовом зале. — Он указал в сторону длинного коридора слева. — Это там. Идите до самого конца. — И добавил, когда Тэхён уже развернулся: — Могу я попросить документ, удостоверяющий личность?       — Да, конечно.       Тэхён протянул охраннику водительские права, а когда мужчина записал его данные в журнал посещений и вернул, сунул карту обратно в портмоне и пошел в указанном направлении.       Остановился у приоткрытых дверей в актовый зал и заглянул внутрь. Взрослые и дети сидели на стульях, а два альфы лет десяти ходили по рядам, раздавая яркие буклеты.       — В этих брошюрах расписаны все конкурсы. Ознакомьтесь с ними и решите, в каких будет участвовать ваша семья, — говорил невысокий омега средних лет, по всей видимости классный руководитель. — Каждый может выбрать минимум три конкурса. Эта информация мне нужна самое позднее в понедельник, чтобы успеть составить список команд и сделать специальные бейджи для участников.       Тэхён прошелся взглядом по залу и вдруг замер, отыскав, наконец, Минджэ. Мальчик сидел в самом последнем ряду на дальнем от входа стуле, зажав ладошки между плотно сведенными коленками. Лица Тэхён не видел, но чувствовал ту печаль, которая пронизывала ссутулившееся тельце маленького альфы.       — И хочу так же обратиться ко всем, — продолжил руководитель класса. — Возможно, кто-нибудь захочет принять в свою команду Хан Минджэ. Как вы знаете, у него…       — Простите мою оплошность, учитель, — прервал омегу Тэхён, войдя в зал и тут же направившись к мальчику, удивленно взиравшему на него, — я опоздал.       На несколько секунд в зале повисла тяжелая тишина, а потом по рядам пронесся удивленный шепот.       «Это же он! Это правда Ким Тэхён! Какой же он красивый! Даже лучше, чем на плакатах!»       Однако все, что сейчас волновало омегу — взгляд карих глазенок, подернутый пеленой слез. Минджэ впервые смотрел на него без презрения и ненависти. Напротив, он видел в Тэхёне спасение. И от этого у самого подозрительно защипало в носу.       — Надеюсь, я не пропустил что-то важное, учитель? — поинтересовался Тэхён и, сев рядом с Минджэ, обнял его за плечи.       — Нет, господин Ким, — учитель почтительно поклонился. — Мы только начали.       Тэхён принял из рук подоспевшего альфочки брошюру с описанием предстоящего спортивного праздника и улыбнулся, поймав на себе восхищенный взгляд ребенка.       — Как раз решали, будет ли команда у Минджэ, — закончил учитель, хотя растерянность на его лице отражала всю степень осознания нелепости произнесенной фразы.       — Конечно же у Минджэ есть команда, — усмехнулся Тэхён, стараясь звучать непринужденно, хотя внутри все клокотало от волнения. И от злости на Чонгука, который ни словом не обмолвился о предстоящем собрании. Ну ничего, за это он еще получит!       — Простите, господин Ким, — совсем уже робко пролепетал учитель, а Тэхён снисходительно кивнул и сильнее прижал мальчика к себе, чувствуя, как тот расслабился под его рукой.       — Все в порядке, учитель, — чуть склонил голову Тэхён и выдохнул, когда руководитель вернулся к обсуждению праздника.       Минджэ молчал, но Тэхён чувствовал на себе его взгляд, однако не решался посмотреть в ответ. Глядел прямо перед собой, делая вид, что внимательно слушает учителя, но на самом деле не разбирал слов из-за отчаянно колотившегося сердца и гула в ушах. Но четко расслышал тихое:       — Ты правда будешь участвовать со мной?       Он опешил, услышав сколько неверия было в тихом голосе, как будто Минджэ до последнего сомневался, что происходящее — реальность. И не смог бы ничего ответить, даже если бы хотел. Все, на что его хватило — кивнуть, улыбнувшись, потому что в горле встал ком, мешавший даже дышать.       Он протянул мальчику брошюру и все же выдавил:       — Только учти, я не силен в спорте.       Минджэ сначала опешил, а потом, когда Тэхён виновато пожал плечами, хихикнул и принялся с интересом изучать список конкурсов.       Спустя полчаса, когда они уже шли к машине, Тэхён даже не сразу сообразил, что они держались за руки, а когда осознал это, удивился еще больше тому, что не испытывал больше той неприязни к Минджэ, которая была, казалось, еще утром. И маленькая ладошка ощущалась как что-то правильное и… Важное?       Захотелось не только продлить это ощущение, но и усилить его. Особенно когда Тэхён не увидел неловкости, которой ожидал от мальчика. Учитывая, что Чонгук уехал на своей машине, Тэхёну пришлось взять мини-купер папы Минджэ. И только сейчас он осознал, насколько болезненным это может оказаться для ребенка. Страха перед автомобилями у него не было, что и так удивляло после пережитого. Но что важнее — в этой машине Минджэ ездил с людьми, которых больше не было рядом.       Но альфа запрыгнул на заднее сиденье и пристегнулся. Тэхён сел за руль, запустил двигатель, а когда машина плавно выехала с места, спросил, глянув на мальчика через зеркало заднего вида:       — Кушать хочешь?       — Угу, — тут же отозвался тот.       — Как насчет бургера и картошки-фри?       — А колу можно? — воодушевленно спросил Минджэ, и Тэхён кивнул.       — Самую большую!