Предупредительный

Ждать долго не пришлось. Разгоряченный, пахнущий ментоловым гелем для душа, Рамлоу подошел к двери и, будучи профессионалом, сразу отметил, что кабинет был грубо вскрыт. Он осторожно толкнул дверь. — Выходи по-хорошему. Рамлоу очень быстро включил свет и прыжком оказался посреди кабинета. Стив заранее прикрыл глаза и вспышка света не ослепила его. В отличие от того же Рамлоу. Стив сделал шаг вперед и захлопнул дверь. — Кэп, твою… Чего ты стоишь в темноте, как какой-то маньяк? А дверь ты сломал? Настолько срочное дело? Говори, не молчи. Стив сделал еще шаг вперед. — Вы мне нравитесь, Рамлоу. Голос был чужим, хриплым и низким. — Э, спасибо? — Нравитесь как мужчина, Рамлоу. Еще шаг. Брок же переступил с ноги на ногу. — Положим, польщен. Не там Романова искала, да? Он оглядел Стива снизу вверх. И заметил нешуточную эрекцию. — О, прям настолько приперло? Но помочь ничем не могу. Ты парень не плохой, видный… Стив сделал последний шаг — он уже мог схватить Рамлоу за одежду. Тот же, словно почуяв опасность, сделал два шага назад и стал обходить свой стол, удерживая Стива на расстоянии. — Не отказывайтесь так сразу, Рамлоу. Я в ЩИТе не последний человек. Лицо Рамлоу разом помрачнело. — Ты что, меня подкупить думаешь? Или угрожаешь? Вот так Капи… Стив сдал молниеносный рывок и схватил Брока за голое плечо. Смуглое, хорошо поработанные, обвитое венами плечо. Перескочил через стол и притянул к себе, впечатывая в себя. Обнимая и зарываясь носом во влажные черные волосы, лишенные средства для укладки. Рамлоу что-то рявкнул на итальянском и прописал Стиву по печени. Костюм с элементами брони частично погасил удар, да и любая боль не так уж нестерпима, чтобы из-за нее отпустить теплого и извивающегося мужчину в своих руках. Стив одной рукой прижал Брока за поясницу к себе, чтобы тот ощутил всю твердость члена, а вторую уложил за чужой затылок и привлек к себе. Так удобно и приятно было прижаться губами к губам Рамлоу, пусть даже они были плотно сжаты и не открылись для него. Быстро опустив руки на крепкие ягодицы, Стив жадно сжал их, прежде чем подсадить Рамлоу на стол. Перевернуть и, надавив ладонью на поясницу, заставить прогнуться для него… Рамлоу под ним что-то рявкнул — Стив не расслышал что. А вот звук выстрела расслышал очень хорошо. Реакция опередила мысли — Стив сдернул Рамлоу со стола и накрыл собой, закрывая от опасности. Лейтенант вывернулся как рыбка из рук, пнул в бок и, перекатившись через стол, бросился к выходу, прямо к стрелявшему. Стив, с глаз которого спала алая пелена, не услышал звуков борьбы и осторожно выглянул. В дверях стоял белый как мел, агент Джек Роллинз с глоком в руке, не сданным после миссии. Рука бойца не дрожала, и он целил Стиву точно в голову. — Первый — предупредительный, — произнес он ледяным, подрагивающим от ярости голосом. — Дернешься — убью. Позади Стива, пулевой след в стене тихо-тихо осыпался потревоженной штукатуркой. Стив мог бы швырнуть в бойца стол и, пока бы тот отвлекся, выбить из рук оружие. Догнать Рамлоу, сейчас бегущего в сторону лифта. Поняв, что ищет пути убрать с дороги досадную живую помеху, Стив сосредоточился на том, чтобы усмирить себя. То, что он сделал, не сдержавшись и что намеревался — недопустимо. Он останется, скорчившись за этим хлипким столом, пока Джек Роллинз не уведет Брока от него в безопасное место. Джек, выждав время на отступление командира, отступил в том же направлении. Стив слышал как он сдержанно торопит бойцов, веля им убираться из раздевалки сразу в сторону парковки. Стив встал, сел на край заскрипевшего стола и долго смотрел на забытый Рамлоу личный телефон. *** Никто так и не вернулся в кабинет: ни Роллинз, ни Рамлоу, хотя его телефон и сумка с вещами остались в нем. Стив прождал полчаса и ушел к себе. У Капитана кабинет был побольше, туда влезли, помимо стола пара стульев, шкаф, длинный диван и сейф. Стив не имел сил добираться до арендованной для него ЩИТом конуры в Бруклине и лег на диван, не раздеваясь. Свет тоже не стал включать. Так он промаялся до восьми утра. Встал, умылся в туалете примыкающем к кабинету, кое-как обтерся полотенцем, намоченным в раковине и наконец, переоделся в запасную форму, — черную, без знаков отличий, без дела висевшую в шкафу. Кофе-машина щелкнула и наполнила чашку горьким американо. Стив отпил и поперхнулся, когда в кабинет после короткого стука вошел взвинченный Рамлоу. Лейтенант старался выглядеть спокойным, но Стив видел и жилку, бьющуюся на виске и то, как руки судорожно сжимают стопку каких-то бумаг. Рамлоу, видимо, уехал ночью к Роллинзу, так как был снова одет в форму бойца ЩИТа, только черная футболка была на три размера больше нужного и оттого заправлена в карго-штаны. На левом берце был разорван шнурок — с такой нервной силой его пытались затянуть. — Капитан Роджерс. Стив отступил к сейфу, когда Рамлоу прошагал к его рабочему столу. Дверь в коридор лейтенант, вопреки обыкновению, оставил открытой. Стив понимал его опасения и принимал их. — Капитан, насчет вчерашнего… Кружка в руке Стива взорвалась керамическими осколками. Рамлоу вздрогнул. Посмотрел на крошево и лужу кофе на ковре, оглянулся на дверной проем. Вернулся к двери и закрыл ее. — Пояснишь что-то, Кэп? — Вы мне очень нравитесь, Рамлоу, — тихо начал Стив. — Эту часть я помню, — оборвал его Рамлоу. Обычно Стив никому не позволял себя перебивать, но перед Рамлоу он был очень сильно виноват. — Я долго оценивал вас, следил, и не знал, как подойти. Знал, что мне нельзя… даже намекнуть. В мое время меня бы отправили в дом скорби с моими желаниями, я привык сдерживаться. И только смотреть. — Давно? — С той недели, когда Фьюри представил нас друг другу. Рамлоу присвистнул. — Два года держался, значит. И что тебя сорвало? Я знать хочу. — Я случайно услышал, что вам тоже нравятся мужчины, и понял, что у меня есть шанс на взаимность. Я хорошо сложен и обладаю внешней привлекательностью. — Кэп, я тебя изумлю, но то, во что верили в сороковые — туфта. Гомосексуалисты не хотят всех подряд мужчин. У тех тоже имеются типажи: кому-то подавай блондинистых твинков, кому-то качков-брюнетов. И даже ты можешь кому-то не нравиться. В этом смысле я о тебе ни разу не думал. Стиву показалось, что его идеально здоровое сердце заболело. Он не так понял треп в душевой? Рамлоу — натурал? Тот безымянный парень… волшебные руки… которыми мнет… может, он массажист? И только? Получается, что… — Ладно, пойдем от противного. Вот трахнул бы ты меня прямо на столе, дальше-то что? — Я бы постарался загладить свою горячность, — начал оправдываться Стив, внутренне морщась от того, как жалко звучали его слова. — Свидание, отпуск… — Это так теперь называется? Или в твое время называлось? В 21 веке твоя «горячность» называется изнасилованием. И за него обычно срок дают, как и за одну попытку взять свое силой. Но, конечно, не тебе. Ты целый Капитан Америка, а я так, наемник. Был такой, Рамлоу, на балансе и ни стало такого. И мою разорванную твоей большой и твердой горячностью задницу не спасли бы ни отпуск, ни премия. Только проктолог и в перспективе, психолог. Разумеется, работать с тобой и дальше я не смог бы. Равно как и мой отряд. Так что вот, — и перед ошеломленным Стивом веером легли пятнадцать заявлений об увольнении по собственному желанию. — Нет соблазна перед глазами, нет и проблем. Стив притянул к себе заявления и подписал каждое, не поднимая глаз на Рамлоу. Щеки горели. Подавая документы обратно, Стив на мгновение придержал их и почти смог посмотреть лейтенанту в глаза. Верхняя губа поджатого рта Рамлоу дернулась вверх, в микрожесте испытываемого им презрения. — Простите меня, Рамлоу. — Разрешите идти, сэр? Стив отпустил бумаги и опустил плечи. Дверь в кабинет закрылась за широкой спиной, которую Стив никогда больше не увидит в залах и коридорах Трискелиона. А он всего лишь хотел немного душевной близости и разделенного удовольствия. И чуть-чуть ошибся. Принял приязнь за влечение. Звонок от взбешенного Фьюри был ожидаем. *** Стив со злостью смял приказ о проведении им курса о недопустимости харассмента и запульнул бумажный комок в урну. Прав был Рамлоу. Капитану Америке нельзя портить имидж: ни курением, ни ненормативной лексикой. А если он вдруг поддастся слабости и даже покусится на половую неприкосновенность другого человека, то грязное дело замнут. С понедельника он обязан прочитать курс о недопустимости харрасмента. У него два выходных дня, чтобы вникнуть в тему, а после он должен будет своим непогрешимым примером вызвать чувство стыда у тех мужчин, которые позволили себе лишнего по отношению к женщинам-агентам. Хлопнуть по ягодице, схватить за руку, отвесить двусмысленный комплимент. Пять раз в течение недели прочитать мораль тем, кто был гораздо менее виновен, чем он сам — вот его наказание. Рамлоу бы расхохотался Стиву в лицо. Но Рамлоу больше не было. Ни посулы, ни угрозы Фьюри не заставили командира отказаться от своего заявления или оставить свой отряд. Ушли все и одним днем. Знали ли бойцы Рамлоу, в чем настоящая причина их поспешного ухода из ЩИТа, Стив мог только догадываться. Фьюри же поворчал, посверкал глазом, но один суперсолдат перевешивал пятнадцать человек наемников, которых было кем заменить. В подчинение Капитан получил отряд Дельта и особое пожелание от Николаса: «В дальнейшем держать свой член в штанах и доставать по праздникам». Сказал тот, кто отдыхает от тягот по защите мира в объятиях ученицы и помощницы.