Опасный Профессор из Азкабана (18+)

Перевод
NC-17
В процессе
33
переводчик
Автор оригинала:
Оригинал:
Размер:
планируется Макси, написана 181 страница, 42 219 слов, 46 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
33 Нравится 1 Отзывы 20 В сборник

~ Глава 40 ~

Настройки
Он ​развернулся ​— ​и, ​глядя ​на ​огромный ​особняк ​рода ​Флинтов, ​направил ​бурлящий ​поток ​расплавленного ​железа ​на ​здания, ​разваливая ​стены, ​стирая ​историю. ​Но ​этого ​было ​недостаточно. ​Чтобы ​очистить ​дом ​от ​магических ​портретов, ​от ​самого ​духа ​рода ​— ​он ​отступил ​назад… ​и ​произнёс ​древнее ​заклинание. ​ ​— ​Деус ​Белли! ​Услышь ​мой ​призыв, ​МѢТѢОꙚР ​СЪМЭРТѢ! ​ ​Небо ​разорвалось ​— ​и ​из ​разверзшихся ​облаков ​понёсся ​огненный ​метеор. ​Воздух ​заполнился ​звоном, ​ревом ​ветра, ​предвестником ​разрушения. ​ ​БуууУУУУУУУУМ!! ​ ​Сотрясение ​было ​колоссальным. ​Старинная ​магия ​времён ​войны ​великанов ​и ​волшебников ​— ​родственная ​Железному ​Потоку, ​та ​же ​школа ​военных ​заклинаний, ​забытых, ​запрещённых, ​осуждённых ​Международной ​Конфедерацией ​Волшебников. ​Магия, ​чья ​цель ​— ​не ​защитить… ​а ​уничтожить. ​ ​Сагрес ​смотрел ​на ​почти ​полностью ​разрушенное ​здание, ​стоя ​посреди ​пепла ​и ​обломков, ​— ​и ​тихо, ​будто ​самому ​себе, ​проговорил: ​ ​— ​В ​роду ​Флинтов ​теперь ​почти ​никого ​не ​осталось. ​Надеюсь, ​ты ​усвоишь ​этот ​урок. ... ​Было ​ещё ​не ​совсем ​темно, ​когда ​Сагрес ​вернулся ​в ​Хогсмид. ​ ​На ​удивление ​для ​самого ​себя, ​он ​ненадолго ​зашёл ​в ​трактир, ​прежде ​чем ​неспешно ​двинуться ​в ​сторону ​Хогвартса. ​ ​На ​дороге ​к ​замку ​он ​заметил ​тёмную ​фигуру ​в ​плаще, ​но ​стоило ​им ​разойтись ​плечо ​к ​плечу, ​как ​Сагрес ​уже ​точно ​знал, ​кто ​это ​— ​Квиррел. ​ ​Запах ​чеснока ​был ​таким ​сильным, ​что ​никакая ​маскировка ​не ​могла ​его ​перебить ​— ​он ​выдал ​себя ​с ​головой. ​ ​Но ​Сагрес ​прошёл ​мимо. ​Это ​была ​не ​его ​забота. ​Этим ​занимался ​Дамблдор… ​или, ​вернее, ​Снегг ​по ​поручению ​самого ​директора. ​Его ​это ​не ​касалось. ​ ​Завтра ​должен ​был ​состояться ​матч ​по ​квиддичу ​на ​Кубок ​факультетов. ​И, ​как ​в ​прошлый ​раз, ​профессор ​Макгонагалл ​заранее ​пригласила ​его ​посмотреть ​игру. ​Он, ​как ​обычно, ​не ​проявил ​особого ​интереса, ​но ​и ​не ​отказал. ​ ​Следующий ​день ​наступил ​быстро. ​Новости ​из ​Пророка ​разлетелись ​по ​школе ​стремительно: ​имение ​семьи ​Флинт ​— ​одной ​из ​древнейших, ​из ​числа ​священных ​двадцати ​восьми ​родов ​— ​было ​ночью ​атаковано ​оборотнями. ​ ​Слухи ​вспыхнули, ​особенно ​среди ​слизеринцев ​— ​ведь ​капитан ​их ​команды ​по ​квиддичу, ​Маркус, ​был ​из ​рода ​Флинтов. ​ ​А ​статьи, ​касающиеся ​методов ​преподавания ​Сагреса, ​напротив, ​были ​почти ​полностью ​забыты. ​И ​это ​его ​более ​чем ​устраивало ​— ​ничто ​не ​было ​приятнее, ​чем ​спокойно ​и ​без ​лишнего ​внимания ​вести ​занятия ​в ​Хогвартсе. ​ ​Он ​безмятежно ​наблюдал ​за ​игрой ​с ​трибун. ​Никаких ​происшествий ​не ​случилось ​— ​не ​только ​благодаря ​присутствию ​Дамблдора, ​но ​и ​благодаря ​Гарри ​Поттеру. ​ ​Почему? ​ ​Потому ​что ​тот ​поймал ​золотой ​снитч ​меньше ​чем ​за ​пять ​минут ​после ​начала ​игры ​— ​матч ​завершился ​молниеносно. ​ ​Сагрес ​был ​в ​приподнятом ​настроении ​— ​подобное ​развитие ​событий ​сэкономило ​ему ​немало ​времени. ​ ​Он ​даже ​подошёл ​к ​Гарри ​после ​игры, ​чтобы ​сказать ​пару ​слов: ​ ​— ​Рад, ​что ​ты ​не ​потерялся ​в ​том ​зеркале, ​— ​Сагрес ​похлопал ​его ​по ​плечу. ​— ​Сегодня ​ты ​был ​великолепен. ​Надеюсь, ​в ​следующих ​матчах, ​если ​мне ​снова ​придётся ​их ​смотреть, ​ты ​выиграешь ​так ​же ​быстро. ​ ​— ​Спасибо, ​профессор ​Гринграсс… ​— ​лицо ​Гарри ​пылало ​от ​восторга. ​ ​Но ​не ​успели ​они ​продолжить ​беседу, ​как ​голос ​Дамблдора ​окликнул ​Сагреса. ​Настроение ​тотчас ​исчезло. ​ ​Когда ​он ​вошёл ​в ​кабинет ​директора, ​то ​обнаружил, ​что ​Дамблдор ​там ​не ​один ​— ​профессор ​Макгонагалл ​тоже ​присутствовала. ​ ​И ​оба ​— ​директор ​и ​его ​заместитель ​— ​смотрели ​на ​него ​с ​тем ​самым ​выражением, ​что ​всегда ​предвещало ​нечто ​сложное. ​ ​— ​Что-то ​случилось? ​— ​Сагрес, ​не ​задумываясь, ​вызвал ​себе ​стул ​и ​сел, ​как ​ни ​в ​чём ​не ​бывало. ​ ​— ​Сагрес, ​я ​вызвал ​тебя, ​потому ​что ​должен ​задать ​вопрос, ​— ​начал ​Дамблдор, ​бросив ​взгляд ​на ​Минерву. ​Его ​голос ​стал ​серьёзным. ​— ​Этот ​вопрос ​касается ​твоего ​будущего ​здесь ​— ​сможешь ​ли ​ты ​продолжать ​преподавать ​в ​Хогвартсе. ​ ​Макгонагалл ​распахнула ​глаза ​от ​удивления ​и ​прикрыла ​рот ​ладонью, ​но ​Сагрес ​остался ​невозмутим ​— ​только ​чуть ​прищурился. ​ ​— ​Альбус, ​ты ​ведь ​вызвал ​меня, ​потому ​что… ​— ​начала ​Минерва, ​сбитая ​с ​толку. ​ ​— ​Минерва, ​решение ​пригласить ​Сагреса ​было ​нашим ​с ​тобой ​общим, ​— ​спокойно ​напомнил ​ей ​Дамблдор. ​— ​И ​потому ​всё, ​что ​произойдёт ​дальше, ​мы ​должны ​решать ​вместе. ​ ​Он ​повернулся ​к ​Сагресу ​и ​посмотрел ​прямо ​в ​глаза: ​ ​— ​Сагрес, ​я ​должен ​знать ​— ​ты ​имел ​отношение ​к ​тому, ​что ​случилось ​с ​семьёй ​Флинтов? ​ ​Макгонагалл ​в ​изумлении ​вскрикнула: ​ ​— ​Что ​ты ​говоришь?! ​Альбус, ​причём ​здесь ​Сагрес? ​Это ​же ​было ​нападение ​оборотней! ​ ​— ​Боюсь, ​дело ​не ​только ​в ​оборотнях, ​Минерва… ​— ​тихо ​произнёс ​Дамблдор. ​— ​Это ​могло ​быть ​преднамеренное ​убийство. ​И ​я ​хочу ​знать ​правду. ​ ​Сагрес ​сузил ​глаза, ​и ​голос ​его ​стал ​жёстче: ​ ​— ​Перед ​тем ​как ​отвечать, ​я ​должен ​понять… ​Это ​допрос? ​ ​— ​Не ​говори ​так, ​Сагрес. ​Я ​верю ​тебе. ​Что ​бы ​ни ​случилось. ​— ​Макгонагалл ​говорила ​искренне. ​ ​Он ​перевёл ​на ​неё ​взгляд, ​кивнул ​спокойно: ​ ​— ​Да. ​Признаю. ​Это ​было ​моих ​рук ​дело. ​ ​Резкий ​вдох. ​Шок. ​ ​Не ​обращая ​внимания ​на ​округлившиеся ​глаза ​Макгонагалл, ​он ​вновь ​повернулся ​к ​директору: ​ ​— ​Но ​вот ​чего ​я ​не ​понимаю, ​Дамблдор… ​— ​он ​откинулся ​назад, ​правая ​рука ​нащупала ​внутри ​мантии ​палочку ​из ​древесины ​вечноцвета. ​— ​Если ​ты ​так ​уважаешь ​закон, ​почему ​молчал, ​когда ​Пророк ​обливал ​меня ​грязью? ​Почему ​не ​выступил ​за ​истину? ​ ​— ​А ​если ​ты ​уважаешь ​силу, ​тогда ​почему ​законом ​пытаешься ​подавить ​мою ​силу, ​когда ​я ​просто ​мщу ​за ​себя? ​ ​— ​Я ​что ​— ​выгляжу ​слабым ​и ​беззащитным? ​Или ​у ​тебя ​личная ​предвзятость ​ко ​мне? ​ ​И, ​не ​колеблясь, ​добавил: ​ ​— ​И ​если ​уж ​говорить ​начистоту ​— ​я ​убил ​не ​меньше ​восьмидесяти. ​А ​может, ​и ​сотню. ​Но ​совесть ​моя ​чиста. ​Потому ​что ​каждый ​из ​них ​имел ​вескую ​причину ​умереть. ​ ​Он ​смотрел ​на ​Дамблдора ​спокойно, ​без ​страха ​— ​лишь ​с ​холодной ​ясностью. ​ ​— ​И ​всё ​же, ​— ​ответил ​директор, ​ровно, ​без ​спешки, ​но ​безапелляционно, ​— ​это ​не ​даёт ​тебе ​права ​отнимать ​жизнь. ​Я ​не ​позволю, ​чтобы ​убийца ​учил ​моих ​учеников. ​ ​— ​Понимаю, ​— ​сказал ​Сагрес ​и ​собрался ​было ​аппарировать, ​но ​в ​тишине ​вдруг ​прозвучал ​голос ​Минервы ​— ​дрожащий, ​почти ​отчаянный: ​ ​— ​Сагрес… ​пожалуйста… ​объяснись. ​ ​В ​кабинете ​повисла ​тишина ​— ​холодная, ​тугая. ​ ​И ​лишь ​спустя ​мгновение ​Сагрес ​снова ​заговорил: ​ ​— ​Да. ​Вчера ​я ​наведался ​в ​редакцию ​Пророка, ​— ​голос ​его ​был ​спокоен, ​как ​лёд, ​— ​и ​Барнабас ​Гаффи ​рассказал ​мне, ​что ​Карботт ​Флинт ​угрожал ​ему, ​требуя ​публикаций, ​очерняющих ​моё ​имя. ​ ​А ​потом… ​я ​отправился ​в ​поместье ​семьи ​Флинт.
Примечания:
33 Нравится 1 Отзывы 20 В сборник