Жизнь удалась (почти)

Сцена: «Завтрак» POV (от третьего лица) Лео стоял у плиты уже два часа. Два часа он лил тесто на сковороду, переворачивал, снимал, пробовал и кривился. Рядом росла гора блинов — золотистых, кружевных, идеальных. Но Лео казалось, что всё не так. — Опять комом, — бормотал он, швыряя очередной блин в тарелку. Кенни сидел за столом, жевал и смотрел. Он съел уже шесть штук. С маслом, со сметаной, с вареньем. Ему нравилось. Но Лео не верил. — Ты просто голодный, — огрызнулся Лео, когда Кенни в очередной раз сказал «вкусно». — Ты сожрёшь даже подошву. — Твои блины лучше подошвы. — Заткнись. Лео схватил очередную порцию теста, вылил на сковороду. Руки дрожали — от усталости, от кофе, от нервов. Завтра экзамен. Завтра он должен испечь идеальные блины перед комиссией. А у него не получается даже дома. Кенни наблюдал. Видел, как Лео злится, как сжимает половник, как кусает губы. И в голове созревал план. — Лео. — Не мешай. — Я не мешаю. Я помогаю. — Чем ты поможешь? Кенни встал. Подошёл сзади. Обхватил Лео за талию, прижался грудью к спине. — Вот так, — шепнул он. — Буду стоять и мешать. — Кенни… — Тсс. Переворачивай. Лео перевернул. Блин получился ровный, красивый. — Видишь? — Кенни дышал в ухо. — Я приношу удачу. — Ты приносишь… — Лео запнулся. Потому что Кенни прижимался всё сильнее, и мысли начали разбегаться. — Что я приношу? — Проблемы. Кенни усмехнулся. Его руки скользнули по животу Лео вверх. К груди. К соскам. — Какие проблемы? Лео замер. Сковорода шипела. Блин начинал подгорать. — Кенни… блин… — Блин подгорает, — согласился Кенни. — Сними. Лео снял. Кинул на тарелку. Повернулся — и упёрся в Кенни. — Ты специально? — Ага. — Зачем? — Ты слишком напряжён, — Кенни взял его лицо в ладони. — Ты дрожишь. Ты не выспался. Тебе нужно переключиться. — Мне нужно испечь блины. — Блины подождут. — Не подождут, у меня экзамен… — Лео. Кенни посмотрел в глаза. Твёрдо. Спокойно. — Кто здесь главный на кухне? Лео моргнул. — Я. — Неправильно. — В смысле? Кенни улыбнулся. Медленно, хищно. — Сейчас главный я. Он развернул Лео обратно к плите. Прижался сзади. Его руки легли поверх рук Лео. — Лей тесто, — скомандовал он. Лео зачерпнул. Вылил. — Хорошо. Теперь жди. Они стояли так. Кенни дышал в затылок. Руки на руках. Бёдра прижаты. Лео чувствовал каждую точку соприкосновения. — Переворачивай. Лео перевернул. Блин — идеальный. — Видишь? — Кенни поцеловал его в шею. — У тебя получается. — Кенни… — Что? — Ты… — Я тебя отвлекаю, — согласился Кенни. — И мне это нравится. Его рука скользнула вниз. К поясу фартука. Дёрнула завязки. — Сними, — шепнул он. Лео снял фартук. Кенни развернул его к себе. Посадил на столешницу. Встал между ног. — Ты устал, — сказал он. — Ты переживаешь. Ты забыл, что кроме экзаменов есть ещё кое-что. — Что? — Я. Он поцеловал. Медленно, глубоко. Лео застонал в рот. — И мы, — продолжил Кенни, отрываясь. — И то, что мы делаем вместе. — Блины? — И не только. Он расстегнул джинсы Лео. Спустил вместе с боксерами. Лео ахнул от холода и возбуждения. — Холодно? — Да. — Сейчас согрею. Кенни опустился на колени. Прямо на кухонный пол. Взял в рот. Лео закричал. Не сдержался. Вцепился в столешницу, задрал голову, застонал в голос. Кенни двигался медленно. Смаковал. Дразнил. Останавливался, когда Лео был близко, и начинал снова. — Кенни… блять… пожалуйста… — Что «пожалуйста»? — Дай мне кончить. — А что ты дашь мне? — Всё. Что хочешь. Кенни поднялся. Поцеловал — влажно, со вкусом. — Тогда кончай. И снова взял в рот. Глубже. Быстрее. Лео кончил с криком. Выгнулся, замер, обмяк. Кенни вытер губы. Улыбнулся. — Ну как? Переключился? Лео смотрел на него. Тяжело дыша. А потом в глазах загорелся знакомый огонь. — А теперь ты. — Что? — Ты думал, я просто так сдамся? Лео спрыгнул со столешницы. Толкнул Кенни к холодильнику. Прижал. — Ты меня мучил? — выдохнул он. — Теперь моя очередь. — Лео, у тебя блины… — К чёрту блины. Он рванул джинсы Кенни. Достал. Сжал. — Хочешь? — Да. — Попроси. — Пожалуйста. — Мало. Кенни зарычал. — Пожалуйста, Лео, трахни меня. Лео улыбнулся. Довольно, зло. — Хороший мальчик. Он развернул Кенни, прижал лицом к холодильнику. Вошёл. Резко. Глубоко. Кенни застонал. — Тише, — Лео дышал в ухо. — Соседи услышат. — Плевать… — Мне не плевать. Он замедлился. Почти остановился. Кенни зарычал. — Лео… — Что? — Не дразнись. — А то что? Кенни дёрнулся назад. Насадился сам. Глубже. Лео ахнул. — Вот так, — выдохнул Кенни. — Не ты один умеешь командовать. Он двигался сам. В такт. Ритмично. Лео только держал его за бёдра и стонал. — Кен… я сейчас… — Вместе. Они кончили почти одновременно. Кенни — с криком, Лео — с рыком, вжимаясь до предела. Тишина. Только дыхание. Кенни сполз по холодильнику. Лео рухнул рядом. На плите догорал последний блин. — Блины, — выдохнул Кенни. — К чёрту блины. — Завтра экзамен. — Завтра. Кенни повернул голову. Посмотрел на Лео. — Сдашь. — Почему ты так уверен? — Потому что ты лучший. Лео улыбнулся. Устало, счастливо. — Даже с пересолом? — Особенно с пересолом. Лео засмеялся. Придвинулся ближе. Уткнулся носом в плечо. — Я люблю тебя. — Я знаю. — Скромный. — Реалист. Они лежали на кухонном полу. Вокруг мука, разбитая тарелка и гора остывших блинов. И это было лучшее утро в их жизни.